Помоги проекту - поделись книгой:
— Организации необходимо прекратить свою изоляцию и стать тем неизвестным фактором, который сможет разрушить сложившиеся вероятности.
— Хорошо, — выдохнула женщина. — Вынесем этот вопрос на ближайшее собрание, а до этого момента перепроверь эти расчеты еще раз.
— Как пожелаешь, — ответил ей Прометей, и экран с его изображением погас.
— Как пожелаю… — повторила за ним Кроу и устало закрыла глаза.
— Как это вам не удалось захватить груз?! — ярился мужчина в костюме, обращаясь к своему собеседнику по коммуникатору.
— В бой вмешался неизвестный противник, — ответил ему по ту сторону экрана мужчина с выправкой военного и длинным шрамом на лбу. — Их корабли ударили нам в тыл, и мы были вынуждены отступить.
— Я вам деньги плачу не за то, чтобы вы отступали!
— Я потерял больше половины своего личного состава и оставил себе только аванс, — все так же сохраняя спокойствие, ответил он. — Это вам необходимо было нас предупредить, что конвой могут страховать дополнительные силы.
— Ты смеешь мне еще что-то предъявлять?! — пуще прежнего разозлился “костюм”.
— Нет, но контракт предполагал захват транспортника с минимальным охранением… Так что я мог и вовсе затребовать от вас ответных санкций. Давайте просто забудем об этом инциденте и продолжим наше сотрудничество.
На это “военному” ничего не ответили, а просто отрубили связь.
Целых пять минут сохранялась тишина, которая была все же нарушена тихим вопросом:
— Капитан, а вы уверены, что стоило сообщать о кораблях? — осторожно спросил мужчину со шрамом его первый помощник.
— Саша, а ты понимаешь, как бы это звучало: “На нас напало пять МБЕ, уничтоживших три корабля и кучу наших МБЕ”? — холодно спросил он. — Да после такого нас бы подняли на смех! А так мы, конечно, потеряли дальнейшие контракты от этого “денежного мешка”, но хотя бы сохранили репутацию.
— Но…
— Никаких но, — оборвал слова помощника капитан. — И другим передай, чтобы не мололи языком — им все равно никто не поверит, а я разозлюсь, если узнаю, что они проболтались.
— Х-хорошо, — сглотнув, ответил первый помощник.
Он уже давно знал своего капитана и больше всего боялся именно этой холодной ярости, когда, казалось, слова вымораживали саму душу. Уж лучше бы он на них всех кричал.
Тишину обсерватории нарушало лишь мерное тиканье антикварных часов, чьё стекло отражало лунный свет. Сидящий в кресле перед ними человек медленно протирал линзы своих очков, усмехаясь мыслям. Когда на столе активировался терминал доступа, он ничуть не удивился и проговорил в мрачную тишину пустого помещения с огромным устройством слежения, замаскированным под телескоп:
— Они так и не поняли, да? — Он сокрушённо вздохнул. — Ну что ж, некоторые дети не умеют учиться на своих ошибках.
— Некоторые дети не хотят этого делать, а не “не умеют”, — ответили ему с экрана. — У нас есть двенадцать дней, босс?
— Избавь меня от своих вульгаризмов. Называй меня по имени.
— Как скажешь, босс. Но всё же?
— Да, двенадцать дней, — вздохнул мужчина. — И ты знаешь, что это значит?
— М-м… Дай-ка угадаю: скоро всё полыхнёт, да? — насмешливо протянул его собеседник, снова кощунственно нарушая тишину ночного пункта наблюдения.
— Это довольно смелое предположение, однако не могу не согласиться. С одной оговоркой: оно может полыхнуть, — выделил он интонацией слово “может”. — Но это не абсолютная вероятность.
— Да-да, босс, но ты же мне сам все мозги прожужжал этим “вероятность то, вероятность сё, нулевая, сотая, миллионная”. Тьфу. Пытаешься копировать ИИ?
— Боюсь, в таких подсчётах я не чета своему сопернику. Он видит нас насквозь, каждый наш шаг… — задумчиво постучал он пальцами по столу. — И поэтому нам нужно уходить с его поля. Переворачивать доску, когда не осталось ходов и скоро будет мат. Нарушать правила навязанной им игры…
— Это вы любите. Философствовать. А точнее? — в голосе собеседника владельца обсерватории так и сквозило неприкрытое любопытство.
— Нам нужно собрать ударный отряд. Такой, который сможет смять их в пыль, сокрушить одним ударом и от которого не спасёт никакая хитрость. Однако, это также может спровоцировать конфликт, в который мы вступим ослабленными, если потратим свои силы на такую операцию.
— Игры разума, ага… Ясненько, — тут собеседник надевшего очки мужчины хмыкнул, и его голос резко посерьёзнел. — Мы не готовы. Нам банально не хватит энергии для её запуска. У вас есть идеи, иерарх?
— Вот как раз проблема в том, что идей у меня нет. Только грубая сила. Только прямой удар прямо в сердце, но наш стилет сломается, а молот ещё даже не готов. Что же выбрать?.. — задал он вопрос будто самому себе. — Мгновенное поражение в попытках убежать от судьбы? Или же поражение медленное после попытки её изменить? Этот выбор терзает мой разум день за днём. Великое наследие Солнца угаснет вместе со светом душ последних наших воинов, если мы проиграем. А мы проиграем. В этом сомнений не осталось…
— У меня создаётся впечатление, что вы уже смирились с таким исходом, — заметил невидимый собеседник мужчины. Тот же лишь отмахнулся, тихо посмеиваясь.
— Я слишком стар, чтобы верить в чудо. Слишком стар… — покачал хозяин обсерватории головой. — Но, возможно, в чудо не нужно верить. Нужно только… — тут он замолчал, погрузившись в свои мысли. Прошла минута, за ней другая. Воцарилась гнетущая тишина. — Как же трудно делать выбор, от которого зависят миллиарды жизней. Эта ноша непосильна…
— Эти миллиарды с радостью вручили свои жизни вам, потому что знают: лучше вас их судьбу не решит никто. Мир — результат войны, вы сами так говорили, иерарх.
— Я был молод, глуп, амбициозен и очень красноречив, когда считал, что сила решает всё… — вздохнул мужчина. — Сила решает не всё. А мир — результат не войны, а стремлений к нему. Если война становится средством для обретения мира, стремления угасают. Его не построить на костях и крови, ибо кровь очень плохо скрепляет кирпичи. Вот только человечество не может без войны.
— Я перестаю понимать вас, иерарх, — заметил собеседник, не вложив в голос ни насмешки, ни недоумения. Сухая констатация факта.
— Ах, прости-прости. Старческие бредни, — усмехнулся тот, кого назвали иерархом. — Тем не менее… Как там моя девочка, Элайза?
— Она в полном порядке. Эта должность словно для неё и создавалась, — хмыкнул человек по ту сторону экрана.
— Дети так быстро растут, поверить не могу… Как будто только вчера посвящал её душу Солнцу — и вот она командует нашим щитом и мечом. Но если я не ошибаюсь, её тоже терзают сомнения, — несколько мгновений он молчал. — Окажи услугу старику, помоги ей разобраться в себе.
— Как скажете, — собеседник иерарха решил промолчать насчёт того, что любая его просьба — это настолько же приказ, как и остальные его слова. Просто старик порой тешит свое самолюбие тем, что выполняют его “просьбы”. — Но вы уверены насчёт моей кандидатуры? Это очень неразумно — доверять такому, как я, в этом деле.
— Я знаю тебя дольше, чем многие живут под светом Солнца. И если я не буду доверять тебе, кому ещё я буду доверять? — Его губы растянулись в мягкой улыбке, и он снова стал протирать очки махровым платочком, выуженным из недров карманов его тоги. Откуда они там вообще появились, не знает, наверняка, даже он сам. — Только вот ты сам не хочешь признать тот простой факт, что тебя избрали не потому, что это было какое-то знамение, а потому, что ты — тот, кто ты есть.
Ну и, конечно, мужчина не стал говорить, что все равно он полностью не доверяет своему собеседнику и в его ближнем окружении есть люди, которые позаботятся, чтобы план иерарха был исполнен в точности.
— Вот по этому поводу я и беспокоюсь… — буркнул он, а потом раздался грохот и сдавленные ругательства. — Прошу меня простить, интерьер бывает опасен для человеческой жизни, — не очень понятно пробормотали с той стороны после секундной паузы.
— Полноте, рассказываешь мне байки. Ладно, время позднее, а тебе завтра нужно идти по делам. Отдыхай.
— Спасибо, иерарх.
Связь отключилась, оставляя старого человека наедине с самим собой и мягким лунным светом.
— Мир… — раздался голос мужчины после долгого периода тишины. — А так ли нам нужен мир?..
Мне было скучно так просто сидеть на базе, и поэтому я отправился к зоне симуляции, где мы обычно отрабатываем командное взаимодействие. Эта часть комплекса была отделена от основной базы и имела отдельную систему входа, которая позволяла пройти авторизованным пользователям.
Здесь даже были кабины пилотов, где мы также подключались к системе синхронизации, а дальше уже программно создавалось окружение и ставилась задача. Мне пока не удавалось пройти одну из миссий более сложного уровня, и я раз за разом гиб при ее выполнении.
Задача состояла в скрытном проникновении и устранении охраны с минимальным шумом. То есть не поднимать тревогу, иначе тебя помножат на ноль.
Звучит, конечно, бредово: скрытные МБЕ? Это только в сказках такое. Но, видимо, учебная программа считала иначе, выставляя меня полным идиотом в моих же глазах. Их составляли профессионалы и три искусственных интеллекта с расчётом на возможность прохождения. Никто не стал бы нам подсовывать априори невыполнимые задачи. Иначе и вся учеба теряет смысл.
И вся соль состояла в том, чтобы понять, как именно это сделать. То есть продумано всё было до мелочей, и обычным “пострелял в здание, чтобы туда сбежались, а потом прошмыгнул мимо” не отмазаться. Охрану нужно устранить, при этом не поднимая шума.
И хоть ты убейся, я не понимаю, как это сделать на неизменно грохочущей махине! Ну не могут роботы ходить на цыпочках! Конструкционно не предусмотрено! По крайней мере бесшумно не могут. Так ведь и для выполнения задачи выдавали один из старых видов МБЕ, а не те, что используем мы.
Тем не менее, сегодня каким-то чудом у меня начало получаться. То ли опыт сказывается, то ли обычная удача, но первые два МБЕ противника я уничтожил двумя ударами вибро-меча (а это еще та морока — с первого удара вскрыть кабину пилота) и даже успел подхватить их до падения. В условиях плотной застройки и шума города скрежет уничтоженных боевых машин был слышен слабо, что и спасло меня от обнаружения.
Продвигаясь вперёд, мне пришлось пару раз останавливаться, чтобы пропустить идущих где-то поодаль МБЕ вероятного противника (потому что наверняка не скажешь, чьи они; видимо, не предусматривалось программой), а потом быстро уничтожить ещё одного патрульного и спрятать робота в массивный ангар.
Мне кажется, или этот ангар в прошлый раз был закрыт?..
Осталось три машины.
Двое патрулируют вместе, один идёт ко мне. Кажется, он почуял неладное. Хорошо, рядом есть подземка — с некоторыми усилиями пропихнуть его тушу туда у меня получится.
Наверное…
Мой глазомер меня не обманул: после ликвидации противника я смог затолкать его безжизненный механизм в подземный этаж. Но равно как и глазомер, интуиция тоже не дала маху: это было сложно…
И вот, передвигаясь чуть ли не по метру в минуту, я приближался к почти зашедшим за угол роботам противника, которым поступил сигнал об обрыве связи с их товарищем.
Двести метров…
Сто…
Пятьдесят…
Прыжок и!..
Отключение? Что?!
Проморгавшись, я удивлённо уставился на обесточенную кабину. Что за чертовщина? И почему сейчас?! Вашу мать! Убью паскуду!
Давай, открывайся…
Ну я сейчас и устрою кузькину мать тому, что посмел так мне подгадить…
— Ну наконец-то вылез из своего гроба, — недовольно фыркнула Настя, стоя прямо перед кабиной, чем вогнала меня в ступор. Уж кого-кого, а ее я тут никак не ожидал увидеть. — Что смотришь как на привидение?
— Погоди, — помотал я головой, тщательно подбирая слова, чтобы не сорваться раньше времени. — Это. Была ты? Ты отключила кабину?
— Ну да. Ты же застрял в ней на целых три часа, а обед почти закончился. Так хоть что-нибудь перехватишь, а то ведь до самого вечера голодным будешь.
— Настенька… Дорогая… Подойди сюда, — прошипел я, а девушка резко отпрянула, инстинктивно отбегая назад..
— Ч-что это с тобой? Эй!
— Да ничего. Просто очень хочется пожать тебе… горло. По-дружески, — “доброжелательно” улыбнулся я.
— Эй, давай без этого! Рукоприкладство запрещено! — возмущённо крикнула она из-за какой-то стойки, а я с трудом угомонил бушующую в груди злобу. И из-за какого-то сраного обеда я остановился буквально в миллиметре от своей цели! Проклятье! — Ну вот, то тебя не разговоришь, то ты убить меня хочешь. Что за человек? — причитала она в воздух, пока я медленно приближался к ней. Остановившись в метре, я обречённо вздохнул и кивком указал в сторону выхода.
— Ладно, раз уж ты мне всё испоганила, пошли обедать.
— Да ты расскажешь, что не так, или нет?!
— Потом. Когда желание тебя задушить пропадёт, — устало ответил я.
Все равно она не поймет. Настя в своей сфере деятельности дока, а вот в остальных… Эх…
— Ну вот, как всегда, — обиженно буркнула девушка. — А я ведь о тебе беспокоилась.
— С такими друзьями и враги не нужны, — мрачно ответил я, всё ещё злясь на её выходку. — Хакерша доморощенная…
И вот так, переругиваясь, мы и добрались до столовой.
В какой-то момент я поймал себя на мысли, что мне это… нравится. Да нет, бред какой-то. Надо поесть, и все пройдет.
ЛАА всегда считали себя самыми передовыми в плане разработки солнечных двигателей и, соответственно, МБЕ. По этой причине у этого объединения всегда в запасах было полно серийно выполненных роботов, но для своих элитных подразделений старались целые институты.
“Воины Солнца должны быть лучше других” — вот тот постулат, который двигал всех от мала до велика вперед.
Рик Уильямс был истинным патриотом своей страны и гордился тем, что он родился именно в ЛАА. Где, как не здесь, можно достичь почти всего, если приложить усилия и трудится на благо объединения?
Светловолосый паренек выделился еще в школе, собирая призовые места в соревнованиях, где мальчишки и девчонки его возраста садились в еще старые МБЕ, где не было систем синхронизации.
Больше всего такие мероприятия походили на патриотические игры, где молодежь не столько обучалась управлять такой сложной техникой, как гуманоидные роботы, сколько должна была осознать свою причастность к государству и что она — будущее своей страны. Так что не удивительно, что в ЛАА была одна из самых эффективных армий, а количество желающих стать капитанами космических кораблей или пилотами МБЕ просто зашкаливало. Это порождало жесткий конкурс на каждое свободное место и создавало здоровую конкуренцию, когда на вершину взбирались самые умелые и сильные.
В итоге путь к своему успеху Рик проложил еще в юные годы, когда команда таких же школьников, как и он, стали получать одно призовое место за другим, продвигаясь все дальше и проходя все более сложные соревнования.
Поделиться книгой: