Попаданец (сборник)

– Эй, новичок, хватит задом сверкать, прикройся! – Клаус швырнул мне какие-то тряпки, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся одеждой крайне сомнительного качества. Обычные штаны и безрукавка. Спасибо хоть не из дерюги, а из посредственного сукна. Какая-никакая, а все же одежда, так что я поспешил прикрыть свою наготу.

Подгоняемые выкриками Клауса, мы выбежали из казармы, после чего он отправил нас разминаться.

– Сейчас вы будете бегать по площадке кругами, пока я не скажу, что хватит! И рекомендую выложиться на полную – кто прибежит последним, будет рубиться на мечах со мной! – Судя по тому, как рекруты бросились бежать, среди них не было желающих снова и снова погибать под ударами этого садиста. Мои воспоминания о подобных занятиях также были совсем свежими, и я припустил со всех ног. Однако вскоре стало понятно, что вырваться вперед мне не светит – троица, что раньше хоть и передвигалась сильно согнувшись, но на двух ногах, теперь опустилась на четыре конечности и быстро оставила позади всех прямоходящих.

Был, впрочем, и явный аутсайдер. Огромная неповоротливая туша никак не была приспособлена для бега. И не было похоже, что такое тело удобно для боя. Может быть, его специальность – жратва? В любом случае остальные, видя, что опасность драться с Клаусом им больше не грозит, изрядно расслабились, и сбавили темп. Инструктору такая перемена в энтузиазме подчиненных не понравилась.

– Чего расслабились, убогие? Жирный не в счет! – Пришлось опять ускориться, чтобы не оказаться последним. После той туши, разумеется.

Картина бегущего… сброда наверняка ужаснула бы любого стороннего наблюдателя, непосвященного в происходящее. Из-за очевидных физиологических отличий каждый бегун пытался использовать свои особенности насколько это только возможно. Кто-то делал подножки при помощи хвоста, другой пытался ускориться, нелепо размахивая куцыми крылышками. А некоторые бесхитростно пинали и толкали бегущих рядом полудемонов. Творящаяся вакханалия совершенно не заботила Клауса, и он разве что не приветствовал особо удачный подлый прием.

Не имея возможности вырваться вперед, как это сделала та звероподобная троица, мне пришлось бежать прямо в середине грязно играющей группы.

Перепрыгнув через толстый хвост одной мрази, пригнулся и пропустил над головой кулак другой, и от всей души пнув по голени третьей, которая уже замахивалась, чтобы посильнее мне врезать, слышу крик Клауса:

– Ладно, хватит! Смотреть противно, как вы ползаете. Эй, вы трое, что уже на собак похожи! Я договорюсь, и скоро вас переведут в другой лагерь – не собираюсь я учить вас правильно кусаться и приносить палочку. Валите в казарму и ждите сопровождающего. – Звери, так и не поднявшиеся на две конечности, в таком виде и впрямь изрядно напоминали собак. Очень уродливых и злобных.

– Тебя, жиртрест, я бы тоже с удовольствием перевел куда угодно, лишь бы подальше от себя, но такие бесполезные твари, как ты, не нужны вообще никому. Нет у нас в Бездне мастера по скоростному пожиранию еды. Так что, усвой одну вещь – если через неделю я не увижу улучшений, то немедленно отправлю тебя на войну, и там ты сдохнешь в первом же бою. Ты меня понял, убогий? – По заплывшему лицу нельзя было понять, испытывает ли в этот момент он хоть какие-то эмоции. Эдакая гипертрофированная до абсурда жертва фастфуда.

– Ладно, с особо одаренными разобрались. Теперь продолжаем тренировку, – не успел отставший бегун за моей спиной издать вздох облегчения, Клаус тут же продолжил. – И не думай, кривоногий ты кретин, что я о тебе забыл! После разминки мы как следует позабавимся. А теперь за дело!

Отжимания, нагрузка для пресса и многие другие, привычные по Земле, упражнения. Стоит заметить, что гоняли нас на совесть, не давая ни секунды на отдых. Но даже в таких условиях я начал расслабляться, не физически, конечно, а морально. Видимо, надеясь, что и дальше все пойдет на таком же уровне, и обойдется без настоящих мучений. Хотя одно лишь воспоминание о вчерашнем вызывало у меня нервную дрожь.

– Прекратили мельтешить! Настала та часть тренировки, которую вы все так ждали. Марш в арсенал, выберите себе оружие и сразу назад. Ну же! В темпе, в темпе!

Хуже всех выглядел полудемон, у которого не сложились отношения с бегом. Если у остальных есть хоть какие-то шансы, ведь мы, похоже, будем практиковаться друг с другом, то этот невезучий будет страдать так же, как и я вчера.

Прихватив из оружейной вчерашний меч, я вместе с остальными вернулся на площадку к Клаусу. Как только мы все собрались, он изрядно удивил меня. Он не стал стравливать нас друг с другом, а начал обучать. Видимо, тут все были новичками, и Клаус начал с самых азов. Как правильно держать меч, как поставить ноги и куда деть руку, не занятую мечом. Затем были простые приемы на месте и с полушагом вперед. И по новой, и снова, и снова. Прошел час, два, пять? Багровое небо не давало таких подсказок, и сейчас стало понятно, что проспал я очень условную ночь. По крайней мере, визуальных изменений не было. Никакое светило не отмеряло время, блуждая по багровому небу. Как в таких условиях ориентироваться во времени?

Тренировка все продолжалась, и меч становился все тяжелее, рука наливалась свинцом, и удары уже получались не только неловкими, но еще и крайне медленными. Пот стекал по всему телу, дыхание стало неровным и частым, меня начало пошатывать.

– Закончили! Подойдите ближе, закройте рты и примоститесь на задницы. Я расскажу, что вас ждет после окончания тренировок под моим руководством. – Клаус подождал, пока мы соберемся, и посторонние звуки утихнут – копыта того фрика чертовски громко стучали по каменному плацу. – Те из вас, что так и останутся никому не нужным балластом, попадут в военные лагеря, где вам выдадут снаряжение и отправят в какой-нибудь мир на очередную войну. На этой войне вы, скорее всего, и сдохнете. Так что слушать меня дальше для таких ничтожеств смысла нет – никак не пригодится в жизни. Тебя, жирный, это в первую очередь касается. Те немногие, кто окажутся хоть на что-то годны, попадут под руководство демона, и будут впахивать, пока тот не решит, что они заслужили получить Четвертый ранг.

– А что такое ран…

– Я сказал заткнуться! Слушайте внимательно, о рангах рассказываю первый и последний раз. Чтобы отделить бесполезный хлам, вроде вас, от чего-то стоящих демонов, а также чтобы выделить действительно могучих представителей нашей расы, Владыка ввел ранги. На Пятом, низшем ранге, копошатся ни черта не умеющие слабаки. Соответственно, это ваш ранг. Четвертый ранг присваивается, когда новичок научился сносно драться и как следует освоился в Аду. Чтобы получить Третий ранг, нужно стать действительно сильным бойцом и немного разбираться в магии. – Клаус презрительно осмотрел нас, видимо, всерьез опасаясь за нашу способность усвоить столько информации за раз. – Пока все ясно, мясо? Демонов, получивших Второй ранг, называют Лордами. Сильнейшие маги и великие воины. Вам, бесхребетным слабакам, и не представить насколько они сильны. А Первый ранг это Герцоги. Их всего тринадцать, и каждый из них силен, словно бог. Выше стоит только Владыка, но я не стану обсуждать Его с такими ничтожными отбросами, как вы.

После этой минутки просветления Клаус отправил нас на обед. И только после его слов я вспомнил, что уже черт-те сколько не ел ни крошки. А судя по звукам вмиг напомнившего о себе желудка, уже давно стоило бы чего-то перекусить. Посмотрим, чем нас побалует адская кухня.

Здание кухни оказалось не менее покосившимся, чем казарма. Но здесь, по крайней мере, были окна. Внутри было два больших стола и кое-как сделанные лавки. Все из того же опротивевшего черного камня. За кормежку отвечали, как ни странно, Пустые. Глядя на этих, в лучшем случае, нелепо выглядящих существ, становится по-настоящему страшно за качество приготовленной ими еды. Но что-то я не вижу здесь какого-то альтернативного питания. Примостившись на край лавки рядом с крылатым полудемоном, я стал ждать, когда нам подадут еду.

Никогда не был любителем экзотической кухни. Даже на суши смотрел с опаской и изрядной долей скепсиса. И только сейчас, глядя в свою тарелку, я понял, насколько же суши, оказывается, классная еда, не говоря уже о пельменях, о… Да чего уж там, что угодно было бы лучше той непонятной бурой дряни, что мне подали вместо еды. Но желудок продолжал бунтовать, а пахло это месиво, как ни странно, мясом. Обреченно вздохнув, взял в руку кривую ложку и осторожно зачерпнул. Замечательно, оно еще и тянется. Но отступать было некуда, и дегустация состоялась. Несмотря на откровенно мерзкую консистенцию, на вкус жижа оказалась где-то между «плохо» и «есть можно, только глаза закрою». Не могу сказать, что бывало и хуже, но это хотя бы съедобно. М-да… о кофе у них даже спрашивать не стоит. Хорошо хоть в стаканах оказалась простая вода, а не местный демонический напиток. Не хочу даже думать, что здесь пьют аборигены.

Кое-как утолив голод, я вместе со всеми только вышел из столовой, как нас окликнули голосом Клауса. Самого инструктора видно не было. Небось, опять колдует.

– Ну что, пожрали? У вас час на отдых, все равно с полными животами вы мне не нужны. Потом чтоб все были перед казармой.

Объявление о кратком отдыхе все встретили с облегчением, и единой толпой потянулись к казарме. Не знаю, какие планы у остальных, а мне хочется растянуться на жесткой лежанке и обдумать все, что на меня свалилось за последнее время. И еще, я очень хочу узнать, как же демоны ориентируются во времени.

Приняв горизонтальное положение и немного покрутившись, устраиваясь поудобнее, я решил вдумчиво рассмотреть текущее положение вещей и возможные варианты действий. Уже было время убедиться – без четкого плана, меня, скорее всего, отправят на какую-то войну, у которой будут неплохие шансы стать для меня последней. К слову о вопросах, нужно будет выведать у Клауса, с кем это воюет Преисподняя.

Итак, что мы имеем. Я попал в Ад. И на данный момент даже не важно, что это – каприз обезумевшего разума или реальный факт. Умирать не хочется даже во сне. И если быть совершенно искренним с самим собой – мне уже слабо верится, что это плод безумия.

Двигаемся дальше. Я сейчас в самом низу здешней иерархии, и есть реальный шанс сгинуть на войне. А на войну я не хочу, и уже тем более не хочу на ней сгинуть. Для того чтобы избежать столь незавидной участи, мне нужно заинтересовать Клауса в моем дальнейшем обучении, показав перспективность такой затеи. Как этого достичь? Пока не вижу других вариантов, кроме как блеснуть на фоне остальных рекрутов. Но даже в этом плане есть нюанс – сверкать-то нечем. Меч мне пока только мешает, да и физическими параметрами я не выделяюсь. Придется приложить немало усилий, чтобы превзойти здешних полудемонов. Это откроет мне хоть какие-то перспективы.

Самое главное, эти перспективы мне нужны для совершения мести. Нужно поговорить с Клаусом об этой возможности, упомянутой Гарвалом. Из Ада можно дотянуться до моего мира. Не ложь ли это? Нужно расспросить грозного инструктора. В конце концов, что он мне сделает, если будет в плохом настроении и не захочет отвечать? Убьет? Как показывает практика, это не смертельно.

Глава 5

Бездна следит за тобой

Как и все хорошее, недолгий отдых быстро закончился. Снова крик Клауса, и вот мы опять на площадке перед казармой. Каждый сжимает в руках оружие, уже взятое в арсенале. Стоим в ожидании его распоряжений.

– Пришло время для лучшего события дня! Сейчас вы разделитесь по двое и будете изо всех сил пытаться порубить своего товарища на куски. Учитывая, что почти все здесь цивилизованные в прошлом люди, черт вас дери, добавлю – нет никаких правил. Хоть рубите, хоть царапайте и грызите. Главное результат. Все понятно? – демон с предвкушающим оскалом оглядел нас, наслаждаясь страхом, проступившим на лицах рекрутов. – Хромоножка, неужели ты думаешь, что я о тебе забыл? Иди сюда и покажи чего стоишь. – Окончательно сникший полудемон вышел из неровного строя и поплелся к Клаусу.

– Чего ждете? Начали!

Нельзя терять ни дня, ведь неизвестно, сколько продлится подобное обучение. Нужно уже сейчас вырываться вперед и показать, что я чего-то стою.

Мне в пару достался высокий полудемон, чья трансформация зашла дальше, чем у большинства собравшихся. Начиная с лица, покрывшегося грубой, почти ороговевшей кожей, рогов и хвоста, заканчивая костяными пластинами на руках и ногах. Сперва я принял их за элементы доспеха, но приглядевшись, понял, что не бывает доспехов, вросших в плоть. Выглядит на редкость мерзко. В правой руке он сжимал меч, значительно массивнее моего. Чувствую, будет нелегко.

Другие полудемоны уже разбрелись по площадке и принялись сперва неуверенно, а потом со все большим рвением кромсать друг друга. Начался и наш бой.

Глупо было ожидать от противника умелой атаки, в конце концов, мы только сегодня взялись за тренировки. Так и оказалось – просто рванув вперед, он нанес бесхитростный удар сверху вниз. Не став блокировать, я отскочил в сторону и ударил в ответ. Меч бессильно скользнул по костяному щитку. Это будет тру-удный бой…

По возможности, я старался уклоняться от вражеских… ударов, выпадами это не назовешь. Но изредка приходилось блокировать меч своим клинком, и разница в силе становилась очевидна. Я человек, а он уже почти демон, и это сделало его сильнее и выносливее. И отчего-то тупее.

Распалившись от того, что так и не смог достать верткую цель, то есть меня, полудемон яростно зарычал и принялся размахивать мечом с еще большим остервенением. Но внезапно что-то произошло. Он вскрикнул от боли, и в этом крике слышалось удивление. Я ведь его даже не задел, в чем же дело?

Меч со звоном упал на каменный плац, а существо принялось баюкать раненую руку, пробитую длинными когтями. Его собственными. В то время, когда он сжимал рукоять меча, трансформация совершила новый скачок, и у него выросли внушительные когти, пробившие ладонь, сжимавшую рукоять. Немного опешив от такой ситуации, я не сообразил сразу напасть. Ведь инструктор говорил, никаких правил. А потом стало поздно – подбежал Клаус. За его спиной на площадке растянулся незадачливый бегун, уже разделенный на несколько кусков. Ему не позавидуешь.

– Ты что, кретин костяной, не в состоянии контролировать облик?! А ну живо убрал когти, схватил меч и разрубил этого человека на куски! – Очень ободряюще, спасибо, Клаус. Теперь я знаю, что в меня верят.

Но у существа никак не получалось вернуть когтям их прежний вид. Они все так же устрашающе блестели при свете багрового неба и не собирались никуда исчезать. С когтей на правой руке кровь, капля за каплей, срывалась и падала на черный камень. Кровь гораздо темнее любой человеческой. Не алая и не бордовая. Почти черная, как и камень, по которому она растекалась маленькой лужей.

– Чтобы после тренировки научился контролировать свои когти. Ясно? Вытяни-ка руки, пальцами вперед. – Предчувствуя что-то нехорошее, полудемон тем не менее подчинился. Клаус тут же взмахнул мечом, отсекая удлинившиеся коготки. – Пока и так сойдет. А теперь вперед! Покажи, что человек демону не соперник! – Это мы еще посмотрим. Уже сейчас понятно, что в бою демоны, по крайней мере, такие неопытные, впадают в подобие боевой ярости и плохо себя контролируют. На этом и буду его ловить.

Подобрав меч правой рукой, которая уже перестала кровоточить, мой противник снова бросился в атаку. Значит, не только бессмертие в Аду, но и регенерация. Клаус одобрительно посмотрел на это и направился обратно к своей жертве, которая уже начала ворочаться. Вот зря он так, лучше бы лежал, притворяясь мертвым.

Поначалу отбиваться от демона было тяжело. Но вскоре он перестал контролировать себя, и начал размахивать мечом словно палкой. Размашисто и неловко, зато вкладывая в каждый удар всю свою недюжинную силушку. Блокировать такие удары было глупо, и я выжидал удачный момент. Вот он делает особенно размашистый удар, и инерция уводит меч далеко в сторону. Быстро подскакиваю и бесхитростно всаживаю меч в его грудь. Тут же вырываю клинок, отскакиваю, спасаясь от возможного удара. Не помогло. Противник быстро справился с инерцией своего меча и достал-таки меня при отскоке. Боль раздирает правый бок и живот. Плохо дело.

Сделав три шага в моем направлении, демон вдруг останавливается и хватается левой рукой за грудь. Меч выскальзывает из слабеющей руки. Боевой раж спал, и до существа наконец-то дошло, что оно не жилец. Пошатнувшись, мой противник упал. Кровь, все такая же темная и густая, медленно растекается по камню во все стороны от тела.

Сжимая руками бок и живот, пытаясь удержать выливающуюся из меня жизнь, не заметил подошедшего Клауса. Жертва за его спиной опять не подавала признаков жизни, но на этот раз она хотя бы не была разрублена на части.

– Не ожидал, что такой дохляк как ты, сможет его уложить. Но не задавайся, почти все демоны во время трансформации до крайности тупеют и выделяются только силой. Потом к некоторым возвращается рассудок, но далеко не ко всем. Большинство так и остаются идиотами. Ты как, драться можешь? Сейчас подберем тебе нового противника. – Клаус отвернулся от меня, высматривая среди сражающихся свободного полудемона. – Вон тот крылатый подойдет. Иди к нему и закрепи успех. Ну, чего ждешь?

– Да, я сейчас… – Я сделал шаг вперед, мир вдруг закружился перед глазами. Что здесь происходит? Почему так темно? Неужели опять?

По ощущениям, я пришел в себя довольно быстро. Вот ослабевшее тело падает, свет гаснет, и почти сразу чувства возвращаются. Но судя по вялому поведению окружающих полудемонов, все еще кромсающим друг друга на площадке, времени прошло порядочно. Было видно, что им уже осточертело убивать и умирать, а тела двигаются лишь через усилие. Вот очередной счастливчик задергался на плацу и, медленно поднявшись на ноги, поплелся к своему противнику. Видать, ему не в новинку.

Как и впервые, раны бесследно исчезли, но ноющая боль напоминала, что я уже дважды покойник. Трижды, если считать настоящую смерть.

– Внимание, закончили! Все подобрали оружие и отнесли его в арсенал, потом пожрите и отбой. Все понятно? Замечу, что кто-то слоняется по территории, вместо того чтобы сладко спать, завтра буду упражняться с этим бездельником. Разошлись!

В столовой нас опять накормили бурой субстанцией, которая на этот раз показалась куда менее мерзкой на вкус. Даже не знаю, радоваться или горевать, но я привыкаю даже к такому.

Неуклюжий Пустой, опрокинувший миску с едой на моего недавнего противника, поплатился за это жизнью, если подобное существование можно назвать таким гордым словом. Этот костяной кретин, как его назвал Клаус, просто вскрыл ему полтуловища рукой с уже отросшими когтями. Повалившегося на каменный пол столовой Пустого так и оставили там лежать. Даже его товарищи не то что не вступились или хотя бы возмутились поведением полудемона, они даже не удивились. Похоже, такие выходки здесь в порядке вещей.

Хотя Пустых сложно считать разумными существами, не то что людьми, но такой поступок меня покоробил. Судя по лицам присутствующих, совсем немногие разделяют мою реакцию. Влияние Бездны, или они были такими еще до смерти? Даже не знаю, что хуже.

Помня указания Клауса, мы без промедлений отправились в казарму. Даже без угрозы экзекуции с инструктором, не было ни малейшего желания куда-то идти. Все тело ныло, а руки и ноги двигались с большим трудом. Ощущения как от интенсивной двухчасовой тренировки в тренажерном зале, только сейчас еще и несуществующие уже раны болят. В отличие от первой «ночи», сон пришел ко мне сразу же, стоило лишь устроиться на лежанке. Хотя лучше была бы бессонница. Давно меня не посещали кошмары. А ведь начиналось все так хорошо…

Мы с Леной гуляем по вечернему парку. Рыжие волосы развеваются на ветру и в свете закатного солонца создают вокруг Лены огненный ореол. Как же она красива.

Мы веселимся, целуемся. Обсуждаем скорую свадьбу. Где будем собирать гостей, где расписываться, как все оформлять, что конкретно заказывать… Уже не раз я пытался спихнуть на Ленку все приготовления, но никак не получается. Хотя я никогда с ней не спорил по этому поводу, соглашаясь с любыми ее идеями и желаниями. Мне просто хотелось, чтобы ей все понравилось, чтобы она была счастлива.

Внезапно Лена охает от боли и оседает на мощеную парковую дорожку. Она не двигается, ее голова в крови. А над ней стоит мой убийца с перекошенным лицом и что-то орет. Как и в первый раз, я не могу разобрать слов, но они не важны. Нужно просто убить его, ничего сложного. Вот только тело не слушается. Я рвусь на месте, пытаясь сделать хотя бы шаг вперед, но безрезультатно. Убийца начинает заливисто смеяться. Громко насмехаясь над моей беспомощностью.

Сколько можно быть беспомощным?! Не иметь возможности ничего изменить. Как и в прошлый раз, все мое сознание заполнила лишь одна мысль – «Я хочу убить его!», и тело все неистовее билось в невидимых путах. Как и в прошлый раз, ненависть оказалась не бессильна. Зрение изменилось. Зелень парка стала насыщеннее, и теперь видны мельчайшие детали. Прожилки на листьях, малейшие изгибы коры, насекомые, ползущие по растениям… И он, все так же стоящий над Леной, запрокинув голову от смеха, никак не может перестать смеяться. Тело налилось силой, и путы исчезли. Преодолев разделяющее нас расстояние всего одним прыжком, я сбил его с ног и принялся наносить удар за ударом, превращая самодовольное лицо в уродливую мешанину кожи, крови и мяса. Я пропустил момент, когда перестал избивать его, и стал рвать когтями. Лишь когда от шеи, лица и верха груди остались лишь жалкие ошметки, ко мне вернулся рассудок, а вместе с ним пришла дрожь. Как это возможно?.. Отрываю свои руки от остывающего тела и вижу, как с них струйками стекает кровь, срываются и падают маленькие кусочки плоти. Мощные руки, перевитые мускулами и вздувшимися венами. Не мои руки. И уж тем более длинные когти, украшающие пальцы, никак не могут принадлежать мне. Крепкие и острые, в лучах заходящего солнца они будто сияют багровым светом от покрывающей их крови. С воплем просыпаюсь.

Первая реакция – взгляд на руки. Со вздохом облегчения вновь откидываюсь на лежанку, не отрывая тем не менее глаз от своих рук. И от ногтей. Это всего лишь сон, кошмар. Все это не по-настоящему. Убеждаю себя, убеждаю… и не верю.

В этом кошмаре я будто не был собой. Казалось, что-то могучее и древнее завладело моим телом, вытеснив куда-то мой разум и даже личность. Это пугало до дрожи.

Неужели это и есть влияние Бездны, и именно это ощущают те, чья трансформация уже началась? Не знаю, что и думать. Пугающие мысли все чаще стали проноситься по моему и так не слишком здравому рассудку.

* * *

На следующее утро три полудемона, которые стали напоминать собак, были отправлены порталом в другой тренировочный лагерь. По крайней мере, так нам сказал Клаус. Не удивлюсь, если их сразу отправили на какую-нибудь войну. За ночь эта троица окончательно утратила что-либо общее с людьми. Все они начали обрастать черной шерстью, а двое из них успели отрастить небольшие хвосты. Глаза, в которых еще вчера был заметен интеллект, сегодня светились ничем незамутненной злобой. Настоящие адские псы. Что нужно сделать при жизни, чтобы заслужить такое посмертие?

А дальше потянулись однотипные дни, насыщенные тренировками, плохой едой и кошмарами. Каждый раз я видел один и тот же сон. Тревога немного приглушилась тем, что ни на второй, ни на пятый день мое тело не изменилось. Кошмар пока оставался лишь кошмаром. Завершение одного дня и начало другого по-прежнему можно было определить только по отбою и подъему, которые командовал Клаус. Как он ориентируется во времени, я так и не разобрался.

Монотонные тренировки немного разбавлялись рассказами Клауса, который раз в несколько дней собирал нас, как в мой первый день, и говорил о Бездне. После выматывающих занятий было трудно воспринимать монолог о магах, магии, рабстве в Бездне и прочих не слишком обыденных вещах. Хотелось бы осмыслить все сказанное после отбоя, но там меня уже поджидал очередной кошмар. Поэтому я запоминал все, о чем нам говорил Клаус, но времени как следует это обдумать у меня не было.

Прошла неделя со дня моего вступления в «Адский легион», и нас покинул еще один рекрут – тот самый толстый демон, не сумевший ни в чем себя проявить. Наш инструктор, ожидаемо, оказался верен своему слову и отослал его куда-то порталом. Чувствую, куда бы он ни попал, жить ему осталось не долго.

Было бы полезно разобраться, почему кто-то превращается в человекоподобных демонов, например, как Гарвал, а некоторые в собак, а то и вовсе во что-то непонятное. От праведности или порочности? Но тот же Гарвал при нашей первой встрече ясно дал понять, что им нет дела, грешен человек или праведен. Боюсь, придется разбираться в этом постепенно.

Прошло три дня, за которые меня всего однажды убили на тренировках. Кажется, я начинаю делать успехи. Тем не менее обстановка в казарме накалилась. Часть рекрутов всерьез задумалась о возможности побега. Неужели чаша терпения переполнилась только теперь? Впрочем, всего шесть из двух десятков, да при таких-то условиях и в таком месте, это крайне мало. В одной из своих импровизированных лекций Клаус упомянул, что стремительная трансформация в демона очень притупляет интеллект. После завершения всех превращений к части новоиспеченных демонов возвращается рассудок, но далеко не ко всем. Большинству так и быть до конца жизни слабоумными и не забраться выше Четвертого уровня. Ведь для того, чтобы стать Третьим, нужно разбираться в магии, а слабоумие и магия – вещи несовместимые.

Подобные перспективы хоть и пугали, но меркли перед главной опасностью, лишь вскользь упомянутой Клаусом, будто речь шла о чем-то незначительном. Дело в том, что превращение в демона происходит под влиянием самого мира – Ада, а если точнее, из-за так называемых эманаций Бездны. И под воздействием этих эманаций будущий демон забывает свою прошлую жизнь. Остаются лишь навыки да бессвязные отрывки воспоминаний.

Не могу сказать, что вся моя жизнь, от первого осознанного дня и до самой смерти, мне так уж дорога. Хорошее, но почти забывшееся детство, обычные школьные годы и пять лет высшего образования, после которого я успешно устроился работать на хорошую зарплату. Что очень характерно для нашего образования – не по профилю. Нормальная жизнь, но ничего особенного. Если бы не Лена. Будет грубой ложью сказать, что я любил ее всем сердцем. Ведь я люблю ее до сих пор. И ничуть не меньше, чем раньше. Забыть ее… и что от меня останется? Нет. Пусть Бездна или Ад, что бы это ни было на самом деле, катится хоть к Дьяволу, хоть прямиком в Рай. Я отказываюсь платить такую цену.

Между тем за последние два дня кошмары стали еще более насыщенны. К прошлым видениям добавился тихий шепот, который сулил силу и власть, бессмертие и богатство, славу и величие. Все, что нужно – перестать сопротивляться, а впустить в себя Бездну и слиться с ней. Этот шепот сулил мне все это голосом Лены. Единственное, чего добилась эта древняя сила – я стал бояться засыпать.

В казарме тем временем разгорались настоящие страсти. Прежде чем разрабатывать сам план побега, неплохо бы прикинуть саму возможность этого мероприятия. Эта истина быстро дошла до энтузиастов, и те начали ожесточенно спорить.

Во-первых, куда бежать? Вокруг сплошной монолит камня и лишь жалкая деревня Пустых поблизости. Но там не укрыться ни от Клауса, ни от поисковых отрядов, если здесь вообще есть кому отлавливать дезертиров.

Во-вторых, как бежать? Мимо Клауса едва ли проберешься – ведь неизвестно, какой магией он еще владеет. А убить его и сбежать прежде, чем он оживет – затея не просто в высшей степени наивная, а откровенно глупая. Как с ним сражаться, если он на порядок быстрее и сильнее любого из рекрутов? Это уже не говоря об уровне наших навыков.

Слово за слово, заговорщики все дальше удалялись от хоть какого-то подобия компромисса. Каждый гнул свою линию и настаивал на своей правоте. Еще немного поспорив, потенциальные беглецы решили не торопиться, а как следует все разведать. Вряд ли Клаус даст второй шанс. Что ж, это первое действительно разумное утверждение за все время их спора.

На том и порешив, они разошлись по койкам, и барак опять погрузился в тишину, нарушаемую лишь сопением и негромким храпом. Мне же хотелось, чтобы кто-нибудь и дальше отвлекал меня ото сна шумными обсуждениями или спорами. Ведь иначе я усну. А каждый сон уже давно превратился в кошмар, с каждой ночью все более жуткий.

Но независимо от моих желаний, усталость взяла свое. Здравствуй, мой самый жуткий кошмар. Ты скучал по мне?

* * *

По своему обыкновению, выгнав нас из казармы поутру (по крайней мере, я предполагаю, что это утро), Клаус сумел удивить. Разумеется, в плохом смысле. Да и глупо было бы ожидать от этого демона чего-то хорошего.

Лишь мимоходом взглянув в глаза одного из моих товарищей по несчастью, он злорадно, даже предвкушающе, улыбнулся.

– Как здорово! Среди вас наконец-то объявились бунтовщики! Я уже подумал, что такие бесполезные отбросы не способны даже проявить характер. Вместе с тупостью, конечно, – Клаус с презрительной гримасой, из-за которой его звериная морда стала по-настоящему жуткой, прошелся вдоль нашего кривого строя, внимательно глядя в глаза каждого из нас. Похоже, этот изверг еще и мысли умеет читать.

– Отсюда некуда бежать. Помимо этого лагеря и деревни Пустых неподалеку здесь нет абсолютно ничего на сотни миль вокруг. Даже если вам удастся сбежать от меня, а вам не удастся, вы будете раз за разом умирать от истощения лишь для того, чтобы вскоре ожить. И опять умереть. Сотни, тысячи раз. И поверьте мне, никто не будет вас искать. Тупость должна быть справедливо наказана, – еще более мерзко оскалившись, он продолжил: – Раз уж мы заговорили о наказании… ты, три шага вперед! – безошибочно выбрав из строя вчерашнего зачинщика обсуждения плана побега, Клаус ткнул пальцем в его сторону.

Затравленно оглянувшись, тот сделал три коротких шажка на подгибающихся ногах, оказавшись прямо перед Клаусом. Предвкушающая мина, так и не покинувшая звериной морды тренера-мучителя, не предвещала ничего хорошего.

– Чтобы глупые мысли окончательно покинули ваши пустые головы, мы как следует позабавимся с этим счастливчиком. Смотрите внимательно и знайте, в следующий раз я придумаю что-то еще более изобретательное.

Короткий взмах руки, и несостоявшийся беглец с диким воплем хватается за свое лицо. Тело дергается от страшной боли, и парень орет не переставая. С руки Клауса, на которой уже красовались длинные когти, срываются капли крови.

Новый взмах, и на камень падают его руки, отрубленные по локоть. Горячая кровь хлещет во все стороны, забрызгивая камень, Клауса и нас. Пара капель попали мне на лицо, заставив вздрогнуть. Короткое слово на неизвестном мне языке, и с вытянутой руки садиста срываются две огненные вспышки, прижигая культи полудемона. К тягучему запаху крови добавилась вонь горящей плоти.

За глазами и руками последовали уши и язык, а затем и ноги. На площадке перед нами теперь лежит кусок мяса, у которого не получается даже кричать от боли, вместо этого он издает уж вовсе душераздирающие звуки и сучит по блестящему от крови камню своими жуткими обрубками. Едва ли такая пытка сработала бы с человеком – тот просто помер бы от болевого шока. Но этот несчастный хоть и не успел полностью обратиться, но некоторые способности демонов явно перенял, и пережив и без того страшную боль, он теперь обречен на действительно жуткие страдания.

– Эта магия не позволит ему восстанавливаться. Он будет лежать на этом месте, пока мне не надоест, и никто из вас к нему не прикоснется. А теперь начнем же тренировать ваши хилые тельца. Для начала двадцать кругов, шевелитесь! – И мы приступили к тренировке, оставив позади распластанного на камне полудемона.

Клаусу надоело издеваться над покалеченным только через четыре дня. Видимо, решив, что мы все в достаточной мере усвоили урок, Клаус заживо сжег его. Спустя какое-то время тело начало восстанавливаться. Нарастала и приходила в порядок сожженная плоть, отрастали конечности, и наконец, когда тело пришло в первоначальный вид, полудемон пришел в себя. Но несмотря на восстановление прежнего внешнего вида, он так и не поправился окончательно.

Вскоре стало понятно, что теперь это просто жалкая пародия на разумное существо. Раньше он часто пытался завязать с кем-нибудь разговор, теперь же стал поразительно молчалив и всячески сторонился остальных рекрутов. Никаких разговоров о побеге, ясное дело, больше не было. Механически выполняя все упражнения и поглощая еду, он больше ни на что не отвлекался и ни на что не реагировал. По всей видимости, именно так выглядят сломленные люди. Интересно, что после всех этих пыток он начал с устрашающей скоростью трансформироваться. Всего за сутки он приобрел более демонический вид, чем за все предыдущие дни.

Глава 6

Что-то уходит, что-то остается

После таких показательных пыток никто больше не заговаривал о побеге или каком-нибудь бунте. Моих товарищей легко понять – Клаус действительно умеет вселить в сердца настоящий ужас. Никому не хотелось примерить шкуру того несчастного, что сейчас с бессмысленным выражением на лице поглощает казенную бурду. Пустой расфокусированный взгляд смотрит куда-то вдаль, спина согнута, плечи поникли. Уж тем более никто не горел желанием узнать, что за более изобретательное наказание подготовит Клаус следующему непоседе.

Что касается меня, то я перестал всерьез задумываться о побеге задолго до этого инцидента. Нет, периодически, после особенно неудачной тренировки, накатывало, но ненадолго. Я ясно отдавал себе отчет, что бежать пока некуда, да и нет возможности.

К тому же Клаус ведь над нами не просто издевается, но еще и учит на совесть. Глупо отказываться от возможности стать сильнее в мире, где превыше всего ценится личная сила.

Между тем большинство рекрутов уже успели достаточно приблизиться к демоническим стандартам, чтобы их почти перестало тревожить обычное оружие. Оно, конечно, по-прежнему действовало, но это словно сражаться с воином в полной броне, имея при себе лишь легкий меч. Казалось бы, щели в доспехах есть, и в них реально попасть, но на деле это ой как непросто сделать. Вдобавок, в отличие от тяжело бронированных воинов, эти демоны, казалось, не замечают веса своих хитиновых пластин, костяных наростов и шкур, покрытых прочной чешуей. Они двигаются куда проворнее, чем можно было ожидать.

Клаус, видя такие перемены в своих подопечных, собрал нас вместе и повел в арсенал. Наколдовав свет, он провел нас через уже знакомый зал и остановился прямо перед каменной стеной. Ленивый взмах рукой, и в монолите камня, прямо из ниоткуда появляется металлическая дверь. Выставив правую руку перед собой ладонью кверху, Клаус произнес два коротких слова с рычащими интонациями. Над ладонью сгустился свет, и миг спустя в нее мягко опустился вычурный ключ из красного металла, который наставник тут же поместил в замочную скважину и с силой провернул. Раздался чудовищный треск, будто великану сломали хребет, и дверь медленно, без ожидаемого скрипа, отворилась.

Не говоря ни слова, Клаус прошел в дверной проем, мы в таком же молчании последовали за ним и оказались в очередном Раю средневекового маньяка.

В отличие от предыдущего зала, здесь все оружие в полном порядке ждало своего часа на стойках, а не было кое-как свалено в несколько куч.