В Свете Истины. Послание Грааля. Том III

Абд-ру-шин

В Свете Истины. Послание Граля. Том III

В стране предрассветного сумрака

Заглянем, о человеческая душа, в эфирно-вещественное царство! Промчимся по стране теней, не задерживаясь там надолго — я ведь уже говорил о ней. В этой стране приходится пребывать тем, кто еще слишком глуп для того, чтобы правильно воспользоваться своим эфирно-вещественным телом. А это как раз все те, кто чересчур умничал здесь, на Земле. В эфирно-вещественном царстве они немы, слепы и глухи. Причина этого в том, что земному рассудку, порожденному грубо-вещественным телом, закрыт путь в эфирную вещественность. Будучи привязан к Земле, он вообще не может переступить ее узких пределов.

Сразу же после земной смерти человеческая душа осознает первые последствия своего великого заблуждения. В эфирно-вещественном царстве она оказывается неприспособленной, беспомощной и слабой гораздо более, чем новорожденный младенец на грубо-вещественной Земле. А посему такие души называют тенями. Они, хотя и ощущают свое бытие, но не в состоянии осознать его.

Но оставим в покое глупцов. На этой Земле они знали все лучше всех и именно поэтому наговорили немало вздора. Теперь им пришлось умолкнуть. Мы на уровне предрассветного сумрака! До нас доносится шепот, вполне гармонирующий с обступившим нас бледным сумраком, сквозь который пробиваются неясные очертания холмов, лугов и кустов. Все здесь, и это логично, настроено на предрассветные сумерки, за которыми может последовать пробуждение. Но только может, а вовсе не должно!

Здесь невозможен ни вольный, радостный звук, ни ясный взгляд. Одна лишь сумеречная угнетенность, соответствующая состоянию пребывающих здесь душ. Их движения вялы, они устало плетутся, безучастные ко всему. Но между тем всем им присуща некая тяга к одному и тому же направлению; все они устремлены туда, где вдали едва проступает нежно-розовое мерцание. Предвещая Свет, оно действует подобно сладкому волшебству на души, кажущиеся такими обессиленными. Но они лишь кажутся обессиленными, на самом деле они ленивы духом, а посему их эфирно-вещественные тела слабы.

Розовое мерцание в туманной дали зовет вперед! Вселяя надежду, оно побуждает ускорить движение. В эфирно-вещественных телах крепнет желание добраться до места, откуда исходит это мерцание. Они распрямляются, выражение глаз становится осмысленнее, и они все увереннее устремляются в желаемом направлении.

Последуем же за ними. Число душ вокруг нас множится, все становится подвижнее и отчетливее, говор громче. Шум нарастает, и вот это уже громкое бормотание, в котором мы распознаем слова. Стремящиеся вперед произносят молитвы, беспрерывно, торопливо, как в лихорадке. Толпы становятся все гуще, они не просто продвигаются вперед, они уже толкают друг друга, перед нами скапливаются группы; оттесненные впереди идущими, они снова проталкиваются вперед. Волна прокатывается по скопившейся массе. Это уже не молитвы, а вопли отчаянья, мольбы испуганных, нерешительные требования, тут и там подавленные стенания величайшей безнадежности.

Мы быстро взмываем над борьбой миллионов душ и видим, что перед ними стоит жесткое и холодное препятствие, мешающее шагать вперед. Тщетно бросаются они на него, напрасно орошая его слезами.

Большие, толстые, стоящие вплотную друг к другу колья неумолимо преграждают путь стремящимся вперед!

А розовое мерцание вдали пылает все ярче, все большей страстью разгораются глаза тех, кто избрал его своей целью. Умоляюще простерты руки, все еще судорожно вцепившиеся в четки и под бормотание пропускающие между пальцами одну бусину за другой! Но колья стоят неколебимо, жестко, отделяя от прекрасной цели!

Мы проходим вдоль плотных рядов. Им не видно конца. Не сотни тысяч, нет — миллионы! Это все те, кто всерьез считали себя «верующими» на Земле. Насколько представляли они себе все иначе! Они думали, что их ожидают с радостью и примут с почетом.

Возгласите им: «Какая польза для вас, о верующие, в вашей молитве, если Слово Господне не стало естественной внутренней сутью ваших деяний!

Розовое мерцание вдали — это разгорающееся в вас томление по царству Божьему! Вы несете это томление в себе, но сами же возводите препятствие на своем Пути застывшими формами ложных воззрений, которые теперь возникли перед вами частоколом, преградившим Путь. Отбросьте усвоенные во время вашей земной жизни ложные воззрения и все то, что вы добавили к ним сами! Отбросьте все прочь, отважившись свободно направить свои стопы к Истине, какова Она есть в Своей Великой Простой Естественности! Тогда вы обретете свободу для достижения цели вашего стремления!

Но смотрите — вы не отваживаетесь на это! Потому что доныне мыслилось вам иначе, и теперь вы пребываете в постоянном страхе совершить новые ошибки! Этим вы сами себя связываете и вынуждены оставаться там, где находитесь, а когда будет слишком поздно двинуться в Путь, вы станете добычей Погибели.

И ничто не сможет помочь вам, если сами вы не начнете освобождаться от всего ложного!»

Возгласите же! Возгласите, указав этим душам Путь к Спасению! Вы увидите, что это совершенно напрасно, ибо лишь сильнее нарастает гул непрестанных молитв, и всякое слово, которое могло бы продвинуть их вперед навстречу розовому мерцанию и Свету, остается неуслышанным ими. Так, несмотря на проявляемое зачастую доброе воление, им придется погибнуть, пав жертвой своей лености, не позволившей им ни осознать, ни воспринять больше, чем внешнюю сторону их церквей, храмов и мечетей.

Удрученные, мы следуем дальше. — И вот перед нами женская душа, на лицо ее внезапно снисходит умиротворенный покой, новый блеск возникает в глазах, взгляд которых был пуст или боязливо задумчив; сознание ее прозревает, вдохновленная, она расправляет плечи… сильное воление Чистейшей Надежды толкает ее вперед… со вздохом облегчения она находит себя уже по ту сторону частокола! Для этой женской души он уже не преграда, потому что, тонко ощущая и глубоко размышляя, она прониклась пониманием ложности своих прежних представлений. Бесстрашно, в радостной вере в Божественную Любовь она отбросила прочь эту ложь.

С изумлением она видит теперь, как легко это было. С благодарностью она воздевает руки; несказанное ощущение Счастья рвется разрешиться в ликовании, но ее обуяло нечто такое великое, такое могущественное, что уста остаются немыми, с легкой дрожью склоняется ее голова, из под опущенных век медленно катятся по щекам крупные слезы, руки складываются в Молитве. В иной Молитве, чем прежде! В Благодарении! В Великой Заступительной Молитве за всех тех, кто еще остался за крепким частоколом! Из-за собственных воззрений, от которых они не хотят отказаться, не желая признать их ложными!

Вздох глубокого сочувствия вздымает ее грудь, и вместе с ним с нее спадают последние оковы. Теперь она свободна, свободна для Пути к своей сокровенно желанной Цели!

Возведя взор, она видит перед собой Указующего Путь. С радостью она следует за ним в новую, неведомую страну, навстречу все ярче сияющему розовому свету!

Так некоторые души отделяются от этих толп, которые должны пребывать за частоколом ложных воззрений до своего собственного решения, того решения, которое может повести их вперед или удержать на месте вплоть до Часа Погибели всего того, что бессильно отринуть все ложное старое. Лишь немногие еще спасутся из объятий ложных воззрений! Они слишком запутались в них. Они упрямо цепляются за них, и по-прежнему непроходим частокол, преграждающий дальнейший Путь к Восхождению. Подать им руку помощи для преодоления этого препятствия невозможно, потому что непременным условием этого является собственное решение душ. Собственное внутреннее переживание, которое сообщило бы их членам подвижность.

Так тяжкое Проклятие падет на всех тех, кто учит людей ложным представлениям о Божьей Воле в Творении. Ее можно было обрести во время оно в Слове Спасителя, но Она не сохранилась неискаженной ни в Слове Библии, ни тем более в земных толкованиях.

И пусть они в своем упрямстве по-прежнему бормочут молитвы в бредовом убеждении, что их количество может и должно помочь им. Так учила их церковь — как будто с Божьей Волей можно торговаться.

Продолжим путь по стране предрассветного сумрака. Бесконечным кажется укрепление из кольев; нельзя не заметить теснящихся за ним толп тех, кого оно отбросило назад.

Но есть и другие. Группы, которые вместо четок держат в руках Библию, отчаянно отыскивая в Ней. Они собираются вокруг тех душ, которые разыгрывают из себя наставников, желая дать указания, вновь и вновь читая вслух места из Библии. Некоторые из душ то тут, то там требовательно потрясают Библией; они протягивают ее к Небесам, преклонив колени как бы в Молитве… но колья неколебимо преграждают им путь вперед.

Одни упирают на свое знание Библии, другие настаивают на своем праве войти в Царствие Небесное! Но колья недвижимы!

И вот сквозь ряды пробивается, улыбаясь, душа мужчины. Он победно взмахивает рукой.

«О глупцы,» — кричит он, — «почему вы не хотите слушать? Половину своего земного времени я потратил на то, чтобы изучить потусторонний мир, ставший для нас теперь посюсторонним. Колья, которые вы видите перед собой, быстро исчезнут посредством волевого усилия, они плод вашего воображения. Следуйте за мной, я проведу вас! Мне-то все это знакомо!»

Души вокруг него расступаются. Он шагает прямо на колья, как если бы их не было. С криком боли он, однако, отшатывается. Столкновение было слишком резким и очень быстро убедило его в существовании кольев. Обеими руками он держится за лоб. Колья перед ним стоят нерушимо. В порыве ярости он обхватывает их и сотрясает изо всех сил. Он кричит от злости:

«Значит я был обманут медиумом! И на это я тратил год за годом!»

Он не думает о том, что он сам породил заблуждения и распространял их устно и письменно, после того как истолковал картины, раскрытые перед ним медиумом, по своему разумению, не изучив предварительно Божественные Законы в Творении.

Не пытайтесь помочь этому человеку и ему подобным, ибо все они так упоены самими собой, что не хотят и слышать об ощущениях, не совпадающих с их собственными. Они должны сначала устать от этого, осознать или признать безвыходность. В этом одном кроется возможность все-таки избавиться от пут ложных убеждений после долгого блуждания по стране предрассветного сумрака.

Это не плохие люди, а такие, которые всего-навсего в своем поиске вцепились зубами в ложные воззрения. Иначе говоря, они сами были слишком ленивы, чтобы основательно продумать все, чтобы проверить в тщательнейшем ощущении, может ли воспринятое быть сочтено верным, или же в нем кроются пробелы, которые не способны выдержать проверки здоровым повторным ощущением, то есть более не кажущиеся ему естественными. А посему оставьте пустую внешность!

Да отринет человеческий дух все мистическое от себя, так как оно никогда не сможет принести ему никакой пользы. Только то, что он ясно воспринял в ощущении и довел в себе до собственного переживания, принесет ему пользу в созревании его Духа.

Слово «пробудись!», которое часто применял Христос, означает: «Переживи!» — то есть не блуждай по земному бытию во сне и грезах! «Молись и работай!» означает: «Сделай свою работу Молитвой!», одухотвори то, что творишь своими руками! Всякая работа должна стать благоговейным Богопочитанием в своем исполнении, — как Благодарение за то, что Богом даровано тебе содеять неповторимое среди тварей Этого Вторичного Творения, если ты только захочешь!

Начни своевременно пробуждаться к ощущению всего в себе самом, что равнозначно сознательному переживанию, в том числе и того, что ты читаешь и слышишь — чтобы тебе не пришлось пребывать в стране предрассветного сумрака, лишь весьма малую часть которой я осветил сегодня.

Самокопатели

Человек, который проводит свои земные дни в самокопании, никогда не сможет подняться Ввысь, но останется закрепощенным.

Но очень многие люди живут во мнении, что именно это самокопание и самосозерцание и есть то нечто особенно важное, с помощью чего они восходят Ввысь. У них для этого много слов, прикрывающих подлинную суть. Один занимается самокопанием в раскаянии, другой в смирении. Кроме того, есть и такие, которые в усиленном самокопании стремятся обнаружить свои ошибки и найти путь избежать их, и тому подобное. Остающееся непрерывным самокопание позволяет им лишь изредка или не позволяет вообще никогда испытать Истинную Радость.

На это нет Воли. Путь ложен, он никогда не ведет Ввысь, в Царство Света и Свободы, Ибо в самокопании человек связывает себя! Он ведь принужден к тому, чтобы направлять свой взор только на самого себя — вместо Высокой, Чистой, Светлой Цели!

Радостный, сердечный смех — сильнейший враг Мрака. Но только это не может быть смех злорадства!

Самокопание, напротив, подавляет. В этом одном уже заложено объяснение того, что оно удерживает внизу, тянет вниз.

Истинное ядро постоянного самокопания — вовсе не доброе воление, но лишь тщеславие, честолюбие и самовлюбленность. Это не чистое томление по Свету, а мания собственного превосходства, которая подает повод к самолюбованию, вновь и вновь разжигает и непрестанно питает его!

Снова и снова, до изнеможения, такой человек размышляет о себе. Он ревностно перебирает все «за» и все «против» в процессах своей души, злится, утешает себя, чтобы в конце концов с глубоким вздохом удовлетворенного самомнения констатировать самому себе, что он в очередной раз «преодолел» нечто, продвинувшись на шаг вперед. Я намеренно говорю при этом «констатировать самому себе», ибо он и в самом деле констатирует по большей части в полном одиночестве и эти собственные констатации всегда лишь самообман. В действительности он не продвинулся ни на шаг вперед, но совершает одни и те же ошибки все вновь и вновь, хотя и полагает, что не повторяет их. Но они суть таковые, всегда прежние, изменяется только форма.

Итак, подобный человек никогда не продвигается вперед. Однако в собственном наблюдении он мнит, что преодолевает одну ошибку за другой. При этом он всегда вертится по кругу вокруг самого себя, в то время как засевшее в нем основное зло лишь непрестанно порождает новые формы.

Вечно созерцающий себя и копающийся в себе человек есть воплощение борца с Девятиглавым Змеем, у которого вновь отрастает голова на месте отрубленной. Тем самым борьба не имеет конца, а со стороны борца нельзя отметить никакого прогресса.

Таков в действительности эфирно-вещественный процесс, соответствующий деяниям «самокопателя». Люди могли созерцать это еще в древности, когда они считали все не грубо-вещественное богами, полубогами или еще какими-либо родами существ.

Только тот, кто в радостном волении свободно выбирает для себя Высокую Цель и устремляет к Ней свой взор, а не держит его всегда обращенным в самого себя, тот продвигается вперед и Ввысь к Сияющим Вершинам. Ни один ребенок не научится бегать без того, чтобы много раз не упасть, но он почти всегда вновь встает на ноги улыбаясь — до тех пор, пока не добьется уверенного шага. Таким должен быть человек на Пути через Мироздание. Только не замыкаться на себя от отчаяния и не жаловаться со стонами, если однажды упадешь. Бодро снова вскочить на ноги и вновь попытаться! При этом усвоить урок из падения, но в ощущении, а не созерцающим размышлением. И тогда однажды совершенно внезапно наступит мгновение, когда ему вообще больше не придется опасаться падения, так как он усвоил весь свой предыдущий опыт.

Но усвоить он может только в переживании, а не в созерцании. Самокопатель никогда не дойдет до переживания, ибо созерцая, он всегда ставит себя вне всякого переживания. Он смотрит на себя со стороны — как на постороннего, расчленяя и разлагая вместо того, чтобы полностью ощущать в себе. Но когда он смотрит на себя со стороны, он непременно стоит вне ощущения. Это заложено уже в словах «смотреть на себя со стороны», созерцать себя!

Тем самым также объяснено, что он служит лишь рассудку, который не только подавляет любое подлинное переживание в ощущении, но и полностью исключает его. Он не позволяет воздействию какого бы то ни было внешнего события из вещественности проникнуть далее, чем до переднего мозга, который первым воспринимает его. Там оно задерживается, мрачно расчленяется и подвергается разложению, так что оно не доходит до ощутительного мозга, через который дух только и мог бы воспринять его как переживание.

Ибо обратите внимание на мои слова: «Так же, как человеческий дух должен последовательно вести свою активность изнутри через ощутительный мозг по направлению к рассудочному мозгу, так и внешние события могут воздействовать обратно лишь тем же самым путем, если им надлежит быть воспринятыми человеческим духом как переживание».