Истории из Геродота

Не помня себя от злости, Камбис решил тотчас выступить в поход на Сузы и покарать лжесмердиса. Он стремительно вскочил на коня, но тут из ножен выпал меч и рассек царю бедро.

Придворные заметили, что рана была на том же самом месте, куда был ранен египетский бог Апис. Все оцепенели от ужаса. Камбис понял, что рана смертельна и что боги неумолимы: он должен умереть. Царь горько рыдал, проклиная себя за свои тяжкие преступления и безумства. Он заклинал персов свергнуть и наказать коварного мага. Через двадцать дней Камбис умер от гангрены. Спасти его было невозможно. Бог Апис, как этого и ожидали египтяне, отомстил ему.

Последняя воля царя, пусть даже безумного, — закон. Но в этой странной истории все было так запутано, что никто не знал, как лучше поступить. Ведь теперь, когда умер Камбис, Прексасп, единственный человек, знавший великую тайну, стал опасаться, что его могут жестоко наказать за убийство Смердиса. Поэтому Прексасп решительно отрицал, что получил от царя приказание убить его брата.

Был ли настоящим Смердисом новый персидский царь? Этого не знал никто. И никто не мог разобраться, где кончается правда, а где начинается ложь. Тогда семеро юношей из знатных персидских семей решили добраться до истины. Они подговорили одну женщину из царского гарема ночью, когда царь будет спать, проверить, есть ли у него уши. Юноши знали, что у лжесмердиса ушей быть не должно. В те времена персидские цари носили длинные волосы и ушей не было видно. Особа царя считалась священной и неприкосновенной, и поэтому только ночью, во время сна, можно было приподнять волосы, да и то с большими предосторожностями.

Из гарема передали, что у человека, сидящего на царском троне, нет ушей. Тогда юноши, ворвавшись во дворец, убили лжесмердиса.

Детей у Камбиса не было, а Смердис, если он чудом остался в живых, не появлялся. Поэтому на трон решили посадить одного из семи юношей — Дария.

Любопытно то, что когда-то Кир видел сон, будто Дарий, который был сыном его друга Гистаспа, поднялся высоко в небо на больших крыльях. Они отбрасывали огромные тени: одно крыло — на Азию, другое — на Европу. Прошли годы, и сон сбылся, хотя ни Кира, ни его сына уже не было в живых. Дарий был первым персидским царем, предпринявшим попытку подчинить себе Европу, и прежде всего Элладу.

Глава 6. ПРИКЛЮЧЕНИЯ ДЕМОКЕДА

Однажды Дарий выехал с друзьями на охоту. Неудачно соскочив с коня, он вывихнул ногу. Царь не находил места от нестерпимой боли. Призванные к нему придворные лекари стали вправлять ногу, но безуспешно. Семь дней и ночей Дарий провел без сна в страшных мучениях.

Тогда кто-то из придворных вспомнил о знаменитом эллинском врачевателе Демокеде, который вместе с другими приближенными Поликрата находился в плену в Сардах. Дарий велел тотчас послать за ним. Знаменитого врача с трудом отыскали среди рабов. Он был в рваной одежде, с оковами на руках и ногах.

— Ты умеешь врачевать? — спросил Дарий Демокеда, когда тот предстал перед ним.

Демокеду, желавшему поскорее вернуться на родину, не хотелось признаваться, что он врач. Он опасался, что персы, узнав об этом, никогда не отпустят его в Элладу. Поэтому в ответ на вопрос царя Демокед пробормотал что-то невразумительное, отрицательно мотая головой.

Дарий догадался, что Демокед притворяется, и велел слугам принести плети и разложить их перед пленником. Испугавшись, Демокед поспешил пояснить:

— Немного врачевать я, конечно, умею… Не зря же я когда-то служил у одного врача. От него кое-чему и научился…

И как ни хитрил Демокед, ему все-таки пришлось приняться за лечение Дария.

Целебными снадобьями он смазал опухшую ногу и затем растер ее. Боль утихла, и царь смог наконец уснуть. Когда Дарий заснул покрепче, Демокед очень осторожно, стараясь не причинить царю боли, вправил ему ногу.

Дарий, потерявший уже всякую надежду на выздоровление, очень обрадовался. Он велел больше не надевать на врача железные оковы, а приказал изготовить ему золотые. Это означало, что Дарий оставляет Демокеда у себя навсегда. Демокед осмелился обратиться к царю с такими словами:

— Вот как ты благодаришь меня, царь, за исцеление! Даря мне золотые оковы, ты делаешь меня несчастным вдвойне.

Дарий развеселился и велел отвести Демокеда в свой гарем. Жены царя изо всех сил старались показать, как рады они выздоровлению царя. Каждая из них зачерпывала чашей из огромного сундука золотые монеты и подносила знаменитому врачевателю. Дар был очень щедрым. Даже сопровождавшему Демокеда слуге кое-что перепало. Он подобрал много упавших из чаши золотых монет.

На дарованное богатство Демокед смог купить себе в Сузах прекрасный дом. Ему была оказана величайшая честь обедать с Дарием за одним столом. У Демокеда теперь было все. Не хватало только родной земли. Очень тосковал знаменитый врач и хотел любой ценой вернуться в родные края. Его страшила смерть на чужбине.

Спустя некоторое время тяжкий недуг поразил супругу царя Атоссу, дочь Кира и мать Ксеркса, о котором у нас еще пойдет речь. Рассказывают, что у Атоссы на теле появился нарыв. Женщина стыдливо скрывала его. Но нарыв все увеличивался и очень беспокоил ее. Тогда Атосса обратилась за помощью к Демокеду. Врач пообещал исцелить ее так, чтобы об этом никто не узнал. Но за это Атосса, как только поправится, должна была помочь ему вернуться на родину.

Быстро поправилась Атосса. Своего обещания она не забыла и сделала все, о чем просил Демокед. Улучив удобный момент, Атосса обратилась к Дарию с такими словами:

— О повелитель! Владея таким огромным богатством, ты бездействуешь. А было бы не худо умножить его. Ведь наверняка есть земли, которые ты мог бы покорить. Такому властелину, как ты, следует подумать о великих деяниях! Персы должны знать, что их страной правит достойный муж. Это в твоих интересах. Народ будет занят войной и не будет помышлять о мятежах и восстаниях. Ведь ты еще молод. Тебя ждут великие дела и громкая слава!

— Дорогая жена! — отвечал ей Дарий. — Ты словно читаешь мои мысли. Как раз над этим я и размышляю в последнее время. Прежде всего, я намерен пойти в поход против скифов.

— А зачем тебе скифы, царь мой? Ты сможешь захватить их земли, как только этого пожелаешь. Ты должен идти на Элладу. Я много наслышана об этой стране и желаю, чтобы женщины из Лаконии, Аргоса, Аттики, Коринфа были моими рабынями. У тебя же есть надежный человек, который лучше всякого другого сообщит тебе подробные сведения о положении дел в Элладе и даст полезные советы.

— Если ты считаешь, что я должен начать с Эллады, то так тому и быть! Но сначала, я полагаю, следует заслать туда лазутчиков и с ними нашего врачевателя. Они разведают все и сообщат нам полезные сведения. Мы должны все хорошенько обдумать, чтобы не поступить опрометчиво.

На другой день Дарий призвал к себе пятнадцать знатных персов и велел им готовиться к дальнему путешествию. Вместе с Демокедом им предстояло проплыть вдоль побережья всей Эллады. Царь приказал персам не спускать с врача глаз и во что бы то ни стало привезти его обратно.

Дарий послал за Демокедом и, когда тот явился, предложил ему быть проводником у персов и просил показать им всю Элладу, а затем возвратиться назад.

— Тебя ожидает приятное путешествие, — говорил царь своему врачу. — Ты сможешь повидаться со своими близкими. Я позволю тебе отвезти в подарок отцу и братьям все твое состояние. Ведь когда ты вернешься из Эллады, я сделаю тебя еще богаче. Твоим родственникам и друзьям я отправлю корабль с богатыми дарами.

Обрадовался Демокед, услышав такие речи, но сдержался, стараясь скрыть свое волнение. Он не доверял Дарию. А вдруг это всего-навсего испытание? Настораживал врача и разговор о подарках. Демокед стал отказываться под предлогом того, что путешествие утомит его.

— Но если уж ты так настаиваешь, о царь, то пойти против твоей воли я не посмею, — продолжал Демокед. — Брать свое добро в Элладу я не буду. Ведь оно мне непременно понадобится по возвращении. А вот корабль с дарами я возьму с радостью. Дары эти помогут мне в выполнении твоего поручения. Ты можешь не сомневаться: к тебе я вернусь непременно.

Из Суз путешественники двинулись в Финикию, где снарядили свои корабли и отплыли в Элладу. Но в какую Элладу? В те времена эллины обитали вдоль всего побережья Средиземного моря. Их большие, могущественные города были везде: на побережье Малой Азии и Африки, на многочисленных островах, а также на юге Италии. Одним из таких городов на побережье Южной Италии и был Кротон — родина Демокеда.

Осмотрев восточное побережье Средиземного моря и близлежащие острова, персы направились к западному побережью. Они заходили во все гавани и на протяжении нескольких дней собирали там нужные сведения. Затем плыли дальше. В глубь материка персы не осмеливались проникать — это было весьма опасно.

Демокед усердно делал свое дело: все увиденное и услышанное он старательно записывал в толстую книгу. Персам нравилось его трудолюбие и прилежание.

Наконец путешественники достигли берегов Южной Италии и вошли в гавань большого города Таранта. После долгих странствий и приключений Демокед оказался наконец на родной земле: до Кротона было рукой подать. И хитрый эллин решил бежать.

Вот послушайте, как это произошло. Как только персы прибыли в Тарант, Демокед вступил в сговор с царем тарантинцев, который был его старым другом. По его просьбе царь велел снять у персидских кораблей кормила, а самих персов схватить и бросить в темницу. Так Демокед получил возможность бежать. Через несколько дней персов освободили и велели им поскорее убираться.

Не только Демокеда потеряли персы. Потеряли они и его путевые записи. Страшно было возвращаться к Дарию с пустыми руками. Поэтому персы на свой страх и риск приняли решение преследовать Демокеда и направились в Кротон.

Счастлив был Демокед, что вернулся наконец в родные места. С утра до вечера он бродил по городу и наслаждался свободой. Однажды, когда Демокед прогуливался по рыночной площади, персы схватили его. Им без особого труда удалось выследить беглеца. В одно мгновение Демокед мог потерять все то, к чему так стремился на протяжении многих лет. Он сопротивлялся, кричал, звал на помощь… На крик сбежались горожане и требовали, чтобы персы освободили Демокеда.

Персы ни за что не хотели отпускать знаменитого врача, и твердили, что на его арест они имеют полное право. Ведь Демокед — беглый раб персидского царя Дария.

— Если вы его у нас отнимете, — угрожали персы, — то Дарий пойдет войной на Кротон и обратит всех вас в рабство.

Но эти угрозы не смутили эллинов.

Они набросились на врагов и избивали их до тех пор, пока не освободили Демокеда.

Персам не осталось ничего другого, как убраться восвояси. Гнев и расправа Дария ожидали их.

Демокед, которому уже ничто не угрожало, прокричал вслед уплывающим персам:

— Низко кланяйтесь Дарию и передайте ему, что я обручился с дочерью Милона! А добро мое пусть оставит себе!

Нужно сказать, что Милон Кротонский был в те времена знаменитым борцом. Слава о нем достигла пределов Персии.

Вот так бесславно закончилось путешествие персов в Элладу. Ничего хорошего из затеи Дария не вышло. Не только персидскому царю, но и другим завоевателям походы на Элладу успеха не принесли.

Глава 7. ЗОПИР, СЫН МЕГАБИЗА

Дария с первых лет царствования преследовали неудачи. Одной из самых крупных было восстание в Вавилоне. Готовилось оно в большой тайне, так что Дарий о нем даже не подозревал. Вавилоняне были уверены, что царь не сможет захватить их неприступную крепость. Они заботились лишь о том, как обеспечить город продовольствием на случай длительной осады.

Было решено в городе оставить только самых нужных людей, а всех остальных жителей выселить за его пределы, чтобы таким образом уменьшить число едоков.

Дарий с отборным войском подошел к стенам Вавилона и окружил его. Но это не очень встревожило вавилонян: съестных припасов у них было предостаточно. По вечерам горожане весело плясали на крепостных стенах и, как могли, издевались над воинами Дария. Вот какая странная была эта война.

Однажды какой-то вавилонянин прокричал пренебрежительно персам с крепостной стены:

— Чего это вы здесь сидите и бездельничаете? Убирайтесь отсюда! Вы сможете захватить Вавилон только тогда, когда ишак родит осленка!

А у ишаков же не бывает потомства! Впрочем, чего только не случается в жизни…

Прошел год и семь месяцев, а крепость оставалась неприступной. Дарий злился и негодовал. Ему было стыдно возвращаться обратно, так и не завоевав Вавилона. Но тут произошло чудо.

Зопир, сын знатного перса Мегабиза, узнал от конюха, что один из его ишаков произвел на свет маленького осленка. Когда Зопир шел смотреть на этого необыкновенного осленка, то ему вдруг вспомнились слова вавилонянина, и он понял, что час падения Вавилона близок. Подумав, Зопир решил, что будет лучше, если о предзнаменовании он до поры до времени говорить никому не будет. Долго размышлял Зопир, как поступить, чтобы помочь Дарию завоевать Вавилон. Тщеславным человеком был сын Мегабиза и желал, чтобы слава и честь достались ему одному.

И вот послушайте, что придумал Зопир. Он отрезал себе нос, уши, потом безобразно остриг волосы. В довершение всего Зопир приказал своему рабу избить себя плетью до крови.

В таком страшном виде Зопир предстал перед Дарием. Царь пришел в ужас и негодование, увидев сына почтенного перса искалеченным.

— Кто осмелился совершить такое ужасное злодеяние?

— Не ищи виновных, владыка. Это дело моих рук.

— Да ты просто с ума сошел! — воскликнул Дарий.

— Я в своем уме. Если бы я поведал тебе раньше о своих намерениях, боюсь, ты мне не разрешил бы совершить задуманное. Ты бы постарался уберечь меня. Теперь же, когда поправить уже ничего нельзя, я могу тебе открыть свои замыслы. Очень прошу тебя, мой государь, не откажи в помощи. Все, что я делаю, я делаю из любви к родине.

Дарий слушал юношу с огромным любопытством, не понимая, кто перед ним — безумец или герой. Зопир рассказал ему об ишаке, родившем осленка, и добавил:

— Час настал, мой государь! Вавилон, наконец, падет. Такова воля богов! Но чтобы это произошло, кто-то должен пожертвовать собой. Почему бы не мне совершить это? Вот послушай-ка, какую хитрость я придумал: под видом перебежчика я постараюсь проникнуть в город и потребую, чтобы меня отвели к вавилонским военачальникам. Я заявлю им, что ты — мой враг и что я перебежал к ним, намереваясь бороться против тебя. Чтобы они мне поверили, я должен предстать перед ними таким искалеченным. Только это убедит вавилонян, что я действительно твой заклятый враг. Я буду уверять, что ты якобы своей собственной рукой нанес мне эти увечья.

Дарий смотрел на юношу с восхищением. Он был потрясен храбростью и самоотверженностью Зопира.

— А я могу тебе чем-нибудь помочь?

— Можешь. Через десять дней, после того как я уйду в город, пошли тысячу человек на штурм ворот, которые называют воротами Семирамиды. Через неделю пошлешь еще две тысячи воинов к воротам Нина, а затем, через двадцать дней, пошлешь четыре тысячи человек к Халдейским воротам. И, наконец, после этого ты поведешь все войско штурмовать остальные ворота. Сделай все, как я тебя прошу, а на меня ты можешь положиться. В нашей победе я уверен.

Зопир не просчитался. Увидев страшно изувеченного человека, вавилоняне поверили, что перед ними действительно враг Дария, и пропустили его в город. Через десять дней Зопир попросил отряд воинов и, возглавив его, повел к воротам Семирамиды. Там он легко окружил и взял в плен тысячу присланных Дарием персидских воинов. Через две недели Зопир захватил еще две тысячи персов у ворот Нина, а через двадцать дней — четыре тысячи у Халдейских ворот.

Вавилоняне ликовали и славили Зопира. Ведь столько времени они не могли взять в плен ни одного перса.

Имя Зопира было у всех на устах. Все осыпали его похвалами и оказывали почести. "Боги послали нам тебя в помощь", — говорили они. Когда же Зопир совершил свой последний подвиг, вавилоняне так обрадовались, что назначили его главным военачальником и комендантом крепости. Так Зопиру удалось получить ключи от города.

Когда же Дарий с оставшимся войском стал штурмовать ворота крепости, Зопир открыл их, и лавина персов ринулась в Вавилон. Они грабили, жгли и убивали.

За самоотверженность и бесстрашие Дарий назначил Зопира пожизненным правителем Вавилона.

Глава 8. КАК ВОЕВАЛИ СКИФЫ

Как мы уже знаем, Дарию не удалось собрать необходимые сведения об Элладе, и он решил осуществить свой первоначальный замысел: выступить против скифов и подчинить их. Никто толком не понимал, зачем царю понадобились земли скифов и почему он решился на такой отчаянный поход, полный опасностей, поджидавших его войско на каждом шагу. Ведь скифская земля была такой далекой, суровой, неизведанной и полной тайн.

Одни утверждали, что Дарий захотел отомстить скифам за их смелые набеги. Ведь они не раз вторгались в его земли и опустошали их. За сто лет до событий, о которых идет рассказ, скифы вторглись в Азию, дошли до Египта и двадцать восемь лет господствовали над ним.

Другие считали, что Дарий прежде всего руководствовался стремлением расширить пределы персидской державы и подчинить себе северный берег Понта Эвксинского.

Границы земель, в которых обитали скифы, все время менялись. Ведь они преимущественно занимались скотоводством и постоянно кочевали, перевозя свои кибитки с места на место. Земли эти находились вокруг реки Борисфен. Скифия простиралась на огромной территории, достигая Меотийского озера и реки Танаис.

В скифской земле почти нет лесов. До самого горизонта там простирается пустынная степь. По степи протекает много полноводных рек. В них водится разнообразная рыба, а вдоль берегов тянутся обильные посевы и тучные пастбища для скота.

В тех краях суровая зима с метелями и вьюгами длится восемь месяцев. Море и реки замерзают, и скифы ездят по льду на своих повозках. В остальное время там не так холодно, но идут нескончаемые дожди. Часто гремит гром и сверкают молнии. Зимой же грозы бывают крайне редко. Зимние грозы, а также землетрясения у скифов считаются чудом. Любопытно и то, что лошади там привыкли к морозам, а вот мулы и ослы, которые в других краях выносливее лошадей, привыкнуть не могут. Своих выносливых лошадей скифы используют на охоте и в войнах, быстро передвигаясь на большие расстояния. Однако они утверждают, что дальше на север продвинуться невозможно, потому что воздух там наполнен белым пухом, от которого ничего не видно далее четырех шагов. Этот белый пух не что иное, как обильный снег, непрерывно идущий в тех далеких краях.

У скифов, как и у других народов, есть много красивых легенд. Согласно одной из них, сыновья вождя скифского племени после смерти отца никак не могли поделить страну между собой. И вот однажды произошло чудо. С неба на скифскую землю упали плуг, ярмо, топор и чаша. Они были из чистого золота. Первым подошел к дарам старший сын. Едва он приблизился, как дары объяло пламя, и юноша не осмелился вытащить их из огня. Приблизился тогда и второй сын, но произошло то же самое. Когда же наконец подошел третий, самый младший, пламя погасло, и он отнес небесные дары к себе домой. Братья догадались, что царствовать должен младший брат. Так боги разрешили спор юношей.

Быт скифов прост и суров. У большинства нет даже котлов для приготовления пищи. Но тем не менее у скифов есть свой необычный и весьма любопытный способ приготовления мяса. Ободрав шкуру животного и отделив мясо от костей, они складывают его в желудок животного и подвешивают над костром, как котел. Вместо дров, которые нелегко найти в степи, поджигают кости. Сухие кости великолепно горят. Таким образом, животное дает и мясо, и огонь, и к тому же… котел.

У скифов есть интересный обычай париться в юртах. Сначала в юрте разжигают костер и раскаляют в нем камни. Затем на раскаленные камни бросают конопляное семя, от него юрта заполняется клубами дыма и пара. От удовольствия скифы хохочут и издают громкие крики.

Скифы не любят учиться у других народов и упорно сторонятся чужеземных обычаев. А если кто и стремится научить их чему-то новому, то с ним обращаются как с врагом. Вот послушайте, какая печальная участь постигла Анахарсиса.

Анахарсис тоже был скифом. Он много путешествовал и долго жил в Элладе. Это был серьезный, мудрый и справедливый человек. Поэтому эллины уважали и почитали его. Когда Анахарсис жил в Афинах, он был близким другом Солона. До конца своих дней Анахарсис мог бы оставаться в Элладе, но предпочел вернуться в Скифию, чтобы передать своему народу полученные им знания и опыт. Но не понравилось скифам, как он по эллинскому обычаю приносит жертвы богине Кибеле, и они убили Анахарсиса стрелой из лука.

Много лет спустя такая же участь постигла скифского царя Скила. Мать его родилась в одном из эллинских городов на эвксинском побережье. От нее Скил научился обычаям эллинов и часто посещал их приморские города. Там он несколько месяцев жил среди эллинов, а затем возвращался в Скифию. Однажды скифы решили проследить за своим царем. Когда же посланные лазутчики донесли скифам, что их царь облачается в эллинские одежды и принимает участие в празднествах в честь эллинского бога Диониса, они сочли это кощунством и вероломно убили его.

Ну, а теперь вернемся к персам и их царю Дарию. Неумно было выступать против скифов, этих бедных и обездоленных людей. Если бы даже персы и победили скифов, то ничего бы им эта победа не принесла. Но Дарий был упрям и никого не хотел слушать. Он не послушался даже своего брата Артабана, который настойчиво отговаривал царя от этого дальнего и опасного похода.