Побег

Р. Л. Стайн

Побег

ГЛАВА 1

«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ШЕЙДИСАЙД!» — гласила надпись на дорожном знаке.

Стоял хмурый вечер. Фелисия Флетчер устало брела по дороге. Низко над землей нависли темные тучи, угрожая снова промочить ее насквозь.

— Шейдисайд… — пробормотала она. — Никогда о нем не слышала…

Фелисия обтерла руки о джинсы. Напрасные старания. Она промокла до нитки. Джинсы отяжелели от дождя. Кеды размякли и хлюпали. С каштановых волос, завязанных в «конский хвост», капала ледяная вода и стекала по спине. Фелисия вглядывалась в темноту за дорожным знаком. Впереди виднелся мост, а под ним — стремительный поток реки, уносивший с собой мятые листья и скрюченные ветки. Фелисия встряхнула плечами тяжелый красный рюкзак и еще ниже натянула на глаза темно-синюю бейсболку.

«Шейдисайд». Фелисии понравилось это название. «Может быть, там я буду в безопасности, — подумала она. — А что, если в Шейдисайде удастся начать все сначала?» К горлу Фелисии подступил комок. У нее не было желания начинать все сначала. Ей хотелось вернуться домой — туда, где остались друзья и те, кому она не безразлична. Но Фелисия ничего не могла изменить. Она никогда не сможет вернуться домой. После того, что она натворила.

«Только не надо новых слез! — приказала она себе. — Ты и так вся промокла». Она обернулась и посмотрела в в противоположную сторону. «Попытать счастье в Шейдисайде… или идти дальше?» Фелисии очень хотелось забыть то, что случилось. Забыть все и всех, с кем связано прошлое. И начать все сначала. Но от этих воспоминаний ей никогда не избавиться. Невозможно забыть лабораторию, провода, врачей… И особенно доктора Шенкса. Эта серая сальная борода и громкий голос… Фелисия вспомнила, как встретилась с ним в первый раз. Ее провели в лабораторию. От ярких ламп дневного света начали болеть глаза. Ее усадили на деревянный стул с прямой спинкой, самый неудобный стул, на каком она когда-либо сидела.

Врачи столпились вокруг нее и все время что-то делали. Худой мужчина в очках прикрепил липкие электроды к ее вискам. Зеленые, черные, красные, синие и желтые провода соединяли электроды с компьютерным терминалом. Взад и вперед носились ассистенты, выкрикивая какие-то команды.

— Проверка четвертого модуля, — громко произнесла седовласая женщина в белом халате.

— Запустить четвертый модуль, — откликнулся худой в очках. Он щелкнул переключателем, и одна из машин стала издавать громкие ритмические сигналы. — Пульс — семьдесят пять. Давление — сто двадцать.

— Это нормально? — спросила Фелисия.

Никто не обратил на нее внимания. Они никогда не отвечали на ее вопросы.

Худой в очках поставил перед Фелисией стол. Другой ассистент придвинул к нему стул Фелисии.

— Сообщите мистеру Шенксу, что подопытная готова, — приказала седовласая женщина.

— Я Фелисия, — напомнила она. — Почему вы никогда не называете меня по имени?

Седовласая женщина бросила на нее холодный взгляд и ничего не сказала. Она взяла блокнот и начала что-то записывать.

— Называю свое имя по буквам: Ф-Е-Л-И-С-И-Я, — ворчливо произнесла Фелисия. Седовласая женщина перестала писать и уставилась на нее.

— Неужели я говорила слишком быстро? — насмешливо поинтересовалась Фелисия. Женщина положила блокнот и карандаш и вышла. Вскоре в лаборатории появился какой-то лысый человек с большим животом, густой бородой, длинным крючковатым носом и глубоко посаженными глазами. Ростом он был не более шести футов. Его белый халат шуршал при каждом шаге. «Злые глаза, — показалось Фелисии. — В них нет никакого тепла — только глубокая, холодная, темная пустота».

— Фелисия, — обратился он к ней, скрестив руки на груди. — Как ты сегодня себя чувствуешь?

— Замечательно.

— Это хорошо. Я доктор Шенкс и отвечаю за эту стадию эксперимента. В отличие от доктора Купера, я не потерплю никаких штучек. Имей это ввиду, Фелисия. Ты находишься здесь, чтобы учиться — и также учить нас. Мы хотим у тебя учиться. Ты должна ни о чем не думать и сосредоточиться. Если не будешь подчиняться этому простому правилу, тебе придется расстаться с колледжем Риджли. Понятно?

Неожиданно вспыхнувшая злость пронзила Фелисию. «Что этот парень позволяет себе? Я им больше нужна, чем они мне». Фелисия посмотрела в запавшие глаза доктора Шенкса. Он выдержал ее взгляд и не отвел глаз.

— Ты должна научиться управлять своими способностями. В противном случае ты подвергнешь опасности и себя, и других.

Фелисия вздрогнула.

— Ясно, — наконец произнесла она.

— Замечательно. Начнем! — Доктор Шенкс достал карандаш и положил его на стол перед Фелисией.

— Пожалуйста, передвинь этот карандаш через стол.

— Что?

— Передвинь этот карандаш через стол, пожалуйста, — повторил доктор Шенкс.

— Я… не знаю, смогу ли, — запинаясь, произнесла Фелисия. Она услышала, как сигнал машины становится тем громче, чем быстрее бьется ее сердце. Ее ладони стали потными.

— Так дело не пойдет, — ответил доктор Шенкс. — Пожалуйста, передвинь карандаш через стол.

— Но я же не могу это сделать просто так!

Доктор Шенкс ударил ладонью по столу.

— Что я тебе только что говорил? Это не игра. Это даже не эксперимент. Речь идет о твоей жизни, барышня!

— Не орите на меня! — завопила она. — Я ничего не могу поделать. Я же не ваша дурацкая машина! Меня нельзя включить и выключить когда вздумается! Отстаньте от меня!

Доктор Шенкс тяжко вздохнул. Он наклонился над столом и оперся руками о его края. Лицо доктора было так близко, что Фелисия почувствовала его дыхание. От него несло луком и мятой.

— Барышня, известно это тебе или нет, но ты наделена одной из самых замечательных способностей на свете. Советую тебе слушаться нас и сосредоточиться. Если не сделаешь этого, найдутся более важные люди, которым так и не терпится выяснить, как проявляются твои способности. И поверь мне, их эксперименты покажутся гораздо больней, чем этот. Ясно?

Фелисии хотелось сорвать электроды, от которых чесалась кожа, и выбежать из лаборатории. «Нет, — приказала она себе. — Надо проявить волю. Надо попытаться».

Она знала, что доктор Шенкс не врет. Отец говорил ей то же самое… Врачи выстроились в длинную очередь, чтобы проверить ее загадочные способности. Вряд ли Шенкс самый плохой из них.

Она уставилась на карандаш.

— Сосредоточься, — приказал он.

Она смотрела на карандаш. Розовый ластик. Желтая краска. Острый черный кончик.

Где-то в глубине лаборатории сигнал участился. Сердце так и колотилось в груди Фелисии. Оно наполнялось злостью. Страхом.

«Сделай это, — приказала она себе. — Сделай-ка это».

— Ты не сосредоточилась! — прошептал доктор Шенкс.

Это была неправда. Она бросила всю энергию на карандаш. И почувствовала нечто.

Что-то нарастало внутри нее. Медленно расширялось. Словно шар.

— Сосредоточься, — повторил доктор Шенкс. Его голос глубоко проникал в ее мозг.

Ее сила росла.

Она напряглась еще больше. Сигнал машины все усиливался. Фелисия почувствовала, как кровь устремилась по ее венам.

— Скорость сердцебиения — сто десять, — послышалось откуда-то, — давление — сто восемьдесят.

Ногти Фелисии впились в ладони. Ладони стали влажными от пота или крови.

— Сосредоточься, — прозвучал голос.

Голос врача. Голос врага.

«Убей врага».

Энергия в голове Фелисии взорвалась. Карандаш тут же стал частью ее воли. И она точно знала, что хочет проделать с ним. Карандаш зашевелился. Затем медленно повернулся на столе и нацелился кончиком прямо в доктора Шенкса.

Мысленно Фелисия крепко схватила карандаш, сжимая его изо всех сил. Карандаш перестал крутиться и оторвался от стола на несколько дюймов. Он парил над столом, словно ждал приказа.

«А теперь, — подумала она, — сделай это!»

Она добилась своего. Всю свою злость, страх и разочарование она направила на стержень карандаша. Она понимала, что поступает скверно, но ничего не могла с собой поделать.

Фелисия избрала единственную находившуюся в ее поле зрения цель — и, собрав все силы, швырнула в нее карандаш. Она вскрикнула от напряжения. Возникло ощущение, будто она бросает огромное копье. «Получилось! — подумала она. — Да!» Она видела, как карандаш стремительной ракетой полетел через комнату — прямо к левому глазу доктора Шенкса.

ГЛАВА 2

Фелисия почувствовала спазм в горле и закрыла глаза. Она не могла смотреть. Не могла смотреть, как карандаш вонзится в глаз доктора Шенкса.

— Фелисия! — взревел доктор Шенкс.

Она покачала головой, не открывая глаз.

— Фелисия! — снова крикнул он. Руки схватили ее за плечи и прижали к стулу.

— Нет! — завизжала она. — Я не хотела этого! Это получилось нечаянно!

— Знаю! — воскликнул доктор Шенкс. — Разве это не замечательно?

«Что он говорит?» — переспросила себя Фелисия.

— Фелисия, открой глаза, — взволнованно уговаривал ее доктор Шенкс.

«Что случилось? Разве ему не больно?»

Фелисия медленно открыла глаза.

Доктор Шенкс стоял перед ней — и широко улыбался. С его глазом ничего не случилось. Из него не торчал карандаш. На лице не было никаких следов крови.

— Посмотри, что ты сделала! — приказал доктор Шенкс. Он указал на карандаш, вонзившийся в висевшую позади него пробковую доску для объявлений.

— Что это? — с трудом вымолвила Фелисия.

— Ты чуть меня не убила! — закричал доктор Шенкс. — Промахнулась на один дюйм. Разве это не поразительно?

Фелисию охватило чувство облегчения. Она его не убила. Он жив.

«Но я же хотела, — подумала Фелисия. — Я хотела, чтобы этот карандаш угодил ему в глаз». При этой мысли ее стало подташнивать. Нет! Это неправильно! Она не убийца! Всему виной эта сила. Как раз она и заставляла ее причинять боль и ломать. Эта сила — само воплощение зла.

— Ты видела, как чуть не попала в меня?! — спросил доктор Шенкс. От его восторга Фелисии стало дурно. Она чуть не убила его — а он счастлив! — Я знал! Представь только, чего ты могла бы достичь, если бы научилась управлять своей способностью телекинеза. Подумай об этом!

«Телекинез». Фелисия вздрогнула при этом слове. Оно скорее напоминает название болезни, чем способность передвигать предметы силой воли. Тут нет никакого чуда или счастья. Ее отец тому доказательство. Эта способность не принесла ничего, кроме беды…

Фелисия покачала головой. «Не думай об этом, — твердила она себе. Лаборатория колледжа Риджли осталась далеко позади». Именно этого она и хотела. Больше никаких экспериментов. Никаких электродов. Никаких докторов Шенксов.

Теперь впереди только Шейдисайд — и будущее. Осталось лишь перейти через этот мост.

Позади раздался громкий гудок автомобиля. Фелисия обернулась и широко раскрыла глаза. Яркий свет фар ударил ей в лицо. Послышался скрежет колес о гравий. Фелисия издала пронзительный крик. Машина мчалась прямо на нее! «Слишком поздно. Не успею увернуться, — поняла она. — Нечего и пытаться!»

ГЛАВА 3

Машина с ревом неслась на нее, заклиненные колеса заносило.

— Стойте! — задыхаясь, вопила Фелисия. Но машина не останавливалась.

Ее осыпало гравием. Он царапал ей ноги и руки.

Машина со скрежетом застыла в нескольких дюймах от нее. Фелисия стояла словно вкопанная и от страха дрожала всем телом. Она уставилась на машину. Не верилось, что ее не задавили. Машина сверкала даже в темноте. Вишнево-красного цвета. Большая и мощная. Двигатель громко и сердито ворчал. Окно на стороне пассажирского места опустилось. Фелисия приблизилась и заглянула в салон.

— Неплохо ты задумала покончить с собой, — раздался из машины низкий голос.

Сначала Фелисия не могла разглядеть водителя. Тот наклонился к ней. У него были рыжие волосы до самых плеч и такого же цвета густая козлиная бородка. Улыбнувшись, он открыл рот, демонстрируя кривые зубы.

— Еще два-три дюйма, и твоя жизнь отошла бы в историю.

— Извините, — пробормотала Фелисия. Ее сердце стучало. — Я не услышала, что приближается машина.

Мужчина приподнял одну бровь и прибавил газ. В ответ машина зарычала.

— Ты не услышала эту машину? — спросил он с сомнением в голосе.

Фелисия пожала плечами.

— Похоже, я мечтала наяву.

Мужчина с ног до головы оглядел ее дрожащее тело.

— Тебе стоит прокатиться.

Это был не вопрос, а утверждение. Холодок пополз вверх по спине Фелисии. Ей стоит прокатиться? Конечно, надо бы. Она замерзла. Но надо ли ей ехать вместе с этим парнем? Она колебалась.

— Залезай, — сказал мужчина.