Помоги проекту - поделись книгой:
— Я смотрю ты любишь тупого включать? — с нажимом спросил Бес.
Халдей сделал безразличный вид и принялся протирать очередной стакан.
Поисковик чувствуя закипающее раздражение, сделал над собой определенное усилие и задал следующий вопрос.
— Варяг здесь? Передай, что его ждут.
— Что — нибудь будешь? — король бухла и грязных стопок, в очередной раз даже бровью не повел, сделав вид, что не слышал вопроса.
Бес навис над стойкой.
— Послушай, человек, у нас с тобой общение так не заладится…
— Послушай… — в тон ему продолжил бармен и наклонился навстречу. — Я тебе не мальчик на побегушках. Найди себе для посылов кого другого… Так ты что — нибудь будешь?
— Буду. — буркнул Бес, и влепил ему в лицо графин стоящий неподалеку.
Тело бармена скрылось из виду по ту сторону стойки, а в воздухе повеяло ароматом дешевого пойла. Он обратил внимание на пустующий столик в дальнем правом углу зала. От туда должно неплохо просматриваться все помещение, включая вход, ну или выход, это смотря с какой стороны посмотреть. К тому же та часть зала не была так ярко освещена.
— Охра — а — а — на! — донесся за спиной визг бармена.
От его крика половина посетителей, по крайней мере та которая еще хоть что — то соображала уставилась на лавирующего между столами поисковика.
Он не обращая внимания на пьяные взгляды дошел до намеченного места и не успев толком усесться, как заметил двух дюжих молодцев, одетых по типу «черный верх белый низ», двигающихся явно в его сторону.
Пройдя примерно половину, идущий первым вдруг остановился, секунду постоял присматриваясь затем приветственно махнул рукой и направился в обратную сторону увлекая за собой напарника.
Бес внутренне расслабился, узнав в нем знакомого. Минуту спустя его внимание переключилось на снующих между столами официанток. Короткие шорты и топики соблазнительно обтягивали выпуклости девушек. Благо температура в помещении позволяла.
Через некоторое время он и сам снял верх комбинезона и перед тем как завязать по своему обыкновению рукава на поясе, вытащил из специально сделанных для наручей кармашков пластины из жестокого пластика. Посмотрев на оставленные отметины от клыков химеры удивлённо присвистнул. Эта молодая особь могла судя по следам отхватить ему руку если бы напряглась чуть по сильнее.
С интересом вытащил лист-ориентировку прижатую за уголок к крышке стола пепельницей. Не без таланта нарисованные портреты и подписанные физиономии трёх товарищей — проныр: Кабан, Адесса и Гугл. Администрацией заведения назначалась немалая награда за поимку «Трёх поросят», так значилось в заголовке. Если судить по длинному списку их злодеяний, они успели проштрафиться не только перед местными, но их длинная рука в жажде наживы смогла дотянуться даже Общин, а до них не один день пути. Понятно, что грабить честных колхозников, как называли иногда обитателей Общин, не хорошо. Но не понятно, почему такими делами стали заниматься в «Ковчеге», обычно с такими вопросами обращались к Вольным.
Он подозвал к себе одну из проходящих неподалеку официанток.
— Кофе, сахар, пару бутербродов с тушенкой. — Бес сделал заказ, не отвечая на приветствие девушки. — Фрау отдыхает?
Девушка начала тараторить, что ее смена началась не давно и она не знает.
Он раздраженно отмахнулся и удивленно уставился на новый элемент интерьера не видимый им ранее. Под потолком, между четырьмя большими канделябрами висело чучело. Монстр похожий на помесь кенгуру и курицы, с длинным змеиным хвостом. В одной из мощных коротких передних лап, стараниями местных шутников у чучела болтается голова женского манекена, а в другой топор.
— Ваш заказ.
Девушка стрельнула глазками и виляя бедрами удалилась.
Стоит признать дизайн заведения по своему интересен. Искусственно отбитая штукатурка художественными кляксами покрывает все стены забегаловки. Видимый кирпич заботливо очищен от остатков раствора и покрыт лаком, а швы между рядами имеют четкие хорошо различимые границы. Барная стойка со стороны напоминает выложенный из булыжников бруствер серого цвета. По сути из них она и выложена, и наверняка сможет выдержать взрыв ручной гранаты. Стена за ней, помимо воли притягивает взгляд, поскольку выполнена в форме обнаженной женской груди имеющей весьма соблазнительные формы. Соски выполняют роль наливных краников. С того места, где находился Бес, этого видно не было и посему красоту бюста не портило абсолютно. Так вот правую на местном фольклоре называют «дающей», а левую «мачехой». Уж совсем в историю возникновения имен у полушарий он не вдавался, но разницу знал. И это была одна из фишек заведения.
В правой, она же «дающая» всегда подавалась местная самогонка. Гнали ее в местных закромах, и отличаться она могла разве что только продуктом участвующем в изготовлении.
В левой, цена на «продукт» дешевле чуть ли не вдвое, но здесь был своеобразный риск. Каждый день ассортимент менялся и тебе могли налить что угодно, от кислого пива, сваренного здесь же, до коньяка, из местных постоянно пополняемых запасов алкогольной продукции изготовленной еще в «старом мире».
Довольно неожиданно для себя Бес прислушался к разговору за соседним столом. Сидели они у него за спиной и судить о количестве собеседников он мог только по голосам. Обладатель сиплого прокуренного баса, воображение нарисовало бывалого бродягу немного старше сорока, довольно интересно фантазировал на тему:
— Я вот иной раз задумываюсь может земля это и есть ад? Мы представляем будто живем, со всей вытекающей борьбой и своими страхами попасть за грехи в преисподнюю, а сами уже и так давно в ней.
— Ну ты загнул. — подхватил относительно молодой баритон с пьяненькими интонациями. — А куда же тогда деваются те что умирают? Падают ещё ниже на следующий адов круг?
Бывалый засмеялся.
— А что логично. Только мне вот кажется погибшие на самом деле переносятся в лучший мир. То есть эти люди здесь уже искупили свои грехи. Ну ты понял.
Звон стаканов и через секунду молодой сдавленным голосом:
— Так может сейчас вообще война света против тьмы? Только вот не ясно тогда на чьей мы стороне?
— А может мы сами черти? — и они дружно пьяно засмеялись над этим предположением.
Возникшее оживление присутствующих заставило Беса отвлечься от беседы и обратить все свое внимание на грациозно идущую девушку.
Точно почувствовав момент, она остановилась на границе между светом, царствующим у пустующей сейчас сцены и погруженной в полумрак, остальной части помещения, из под чьего покрывала ее поедала глазами многоликая толпа.
Светло-русая мадемуазель, чуть прищурившись, окинула долгим взглядом сидящий перед ней народ, с таким видом, будто смотрела в никуда.
Но все же, опытный человек мог почувствовать в ней звенящую напряженность. Она явно кого-то то искала. И этот кто — то, наверняка давно и надолго поселился в ее сердце.
Не беря во внимание ее напускное равнодушие, от все того же внимательного взора, не ускользнуло, как она нервно теребит изящными пальчиками правой руки, висящий на груди крестик.
И вот… Видимо нашла. Тонкие черты лица исказились. Нахмурившись, девушка сорвалась с места, бросившись в темноту как в прорубь. Светлый сарафан зашелестел между столами.
А в зале тихим восторженным эхом пролетело:
— Фрау… Посмотрите… Фрау вышла…
Лишь один раз она остановилась у лопоухого замухрышки, посмелившего преградить ей дорогу. Он требовательным жестом указал ей на столик который делил с сотоварищами. Совершенно не обращая внимания на останавливающие окрики и предостерегающие жесты с их стороны. Девушка согласно кивнула и не меняя выражения лица, что — то ему ответила. После чего мужик с победоносным видом вернулся на свое место, а прелестница легко опустилась к нему на колени обвив шею руками, приблизила лицо, чарующе улыбнулась, полностью завладев вниманием присутствующих. Рука ушастого скользнула вдоль ее спины и по хозяйски расположилась чуть пониже поясницы. Одновременно с этим девушка как бы невзначай, откинула прядь волос с левой стороны открывая взору изуродованное ухо, а немного ниже наколку. Ее хорошенькое личико, необъяснимым образом исчезло, а на его месте появилась и замерла сверля дикими глазами маска ненависти и брезгливости.
По лицу Беса пробежала тень и он невесело усмехнулся. О девушке которые все называли Фрау из — за наколотой на шее татуировки в виде черепа в фуражке с высоким околышем и двумя выбитыми на нем буквами «С.У.» слышали многие.
Семь лет назад, ее община, оказала сопротивление одной из самых многочисленных групп религиозных фанатиков того времени — Длань Чистилища. Себя они называли «указующими перстами», считая ангелами — мучениками, призванными нести тяжкую ношу, очищать души живущих от греха. Практически всех кто остался в живых после нападения, сожгли вместе с мертвыми на одном погребальном костре, «дабы разделили они между собой грехи свои». Оставили только привлекательных девушек и женщин, заковали в колодки и издевались над ними множество дней. Основные силы фанатиков в скором времени двинулись дальше, а на пепелище осталось лишь несколько десятков «святош», самых уставших от «трудов праведных». На них, случайно, возвращаясь с поиска, и вышел Грешник со своей группой. Без лишнего шума убрали полупьяных часовых. Остальных согнали в один общий барак. Говорят это Варяг снял, с единственной оставшейся в живых измочаленной девчушки, колодки и с молчаливого согласия Грешника вложил ей в руки нож. Выводили на убой, как скотов. Связанных и по одному. На девушку нашло безумие. Она выцарапывала глаза, резала шеи, выпускала кишки, отрезала половые органы, кричала в исступлении что бы вели еще, падала на колени и выла как собака после каждого убийства. И много позже, у нее появилась наколка с черепом и двумя буквами, аббревиатурой слов вытатуированных полукругом немного ниже:
Лопоухий, как видно все таки тоже был наслышан. Он попытался спихнуть девушку с колен и вскочить. На что Фрау презрительно усмехнулась, чмокнула его в лоб и продолжила путь до своей зазнобы. Следующие несколько секунд девушка молча стояла уперев руки в бока и смотрела на него.
— Тебя не было три месяца! — гневно начала она разговор.
— Где — то так. — согласился Бес.
Фрау присела напротив. У их столика моментально «выросла» одна из официанток, от которой она раздраженно отмахнулась.
— До каких пор это будет продолжаться?
— Что? — поисковик беспокойно заелозил на стуле.
— Твое бесконечное отсутствие. Когда захотел пришел, когда захотел ушел…
— Это называется свобода воли… — попытался пошутить Бес.
— Это называется безразличие! — резко перебила его Фрау. — Тебе даже в голову не приходит, что о тебе переживают…
Он пожал плечами.
— Вот всегда так! — девушка взмахнула руками. — Ты понимаешь, ты… Я думать ни о чем не могу… Один ты у меня здесь… — она постучала указательным пальцем себе по лбу. — И здесь… — ее рука прижалась к груди.
Бес снова пожал плечами и покрутил стоявшую на столе пустую чашку из под кофе.
— Я уж не спрашиваю скучал ты по мне или нет… Но ты хотя бы рад меня видеть? — не унималась Фрау.
— Да.
— Что да?!
Он раздраженно цыкнул, посмотрел в ее серые глаза, стушевался и отвел взгляд.
Не дожидаясь ответа, Фрау схватила его за руку и требовательно потянула.
— Пойдем.
Едва ли не бегом они пересекли гостевую зону. Влетели в апартаменты Фрау и как только захлопнулась дверь девушка прильнула к нему. Провела рукой по небритой щеке.
— Зеленоглазый, мой…
Распустила на плече завязку сарафана и настойчиво потянула к кровати…
Впервые он увидел Фрау около семи лет назад. Испуганная, всего боящаяся семнадцатилетняя девушка с изуродованным ухом и выбитыми зубами появилась в Лежбище после одной из вылазок Грешника. Молчаливая, с затравленным взглядом впадающая в ступор, если кто либо из мужчин подходил слишком близко. Безграничным доверием в ее глазах обладали лишь Грешник и Варяг, с ними она вела совершенно противоположно. Не сводила обожающе — преданного взгляда верной собачонки и не отступала ни на шаг. Через некоторое время, люди начали высказывать предположения о ее психическом состоянии и попросили убрать по дальше от посетителей. Что Грешник и сделал, определив на кухню Лежбища, посудомойщицей, где она и проработала несколько лет. Про ее существование Бес уже начал забывать, если бы не удивившая просьба хозяина Лежбища, разыскать более менее сохранившийся стоматологический кабинет, а заодно и протезиста. Поисковик ничего разыскивать не стал, а сразу предложил отвести девчонку в Госпиталь. Он несколько раз выполнял их контракты и имел там кое какие связи. Грешник согласился. И спустя несколько недель, девчонка впервые робко улыбнулась. Да так, лучезарно, что Грешник при всей своей невозмутимости не сдержался и изумленно что — то пролепетал из под своей маски. Да и Бесу, их довольно напряженный путь, со стрельбой и непогодой уже не казался таким уж бесцельным. С того дня, внезапно похорошевшая девушка попадалась на глаза все чаще. Как будто протезист вместе с зубами вернул ей силы и… Что — то ещё… Ту часть не видимой глазами натуры которая даёт женщине искру. А та в свою очередь разжигает в мужских сердцах пожар. Или это называется уверенность? Сейчас Фрау правая рука смотрителя за Ковчегом. Его заместитель, выполняющий обязанности администратора. Из нее получился не плохой руководитель, знающий где надо нажать, а где и отпустить с привязи. Но жило в ней два разных человека. Один из них сейчас лежал на его плече и водил ладошкой по волосатой груди. Но в определенные моменты, разрывая хрупкую оболочку женственности появлялся и другой. Мерзкий и жестокий настолько, что с ней предпочитали не связываться ни охотники за головами, ни Псы, ни Вольные. Ходил слушок, будто сидела в Ковчеге, отмечая удачную вылазку на территории «дегров», одна из стай Диких псов. И громко при этом обсуждалось насилие произошедшее после боя над их женщинами. Сопровождаемое шуточками и уточняющими детали репликами. Фрау услышала и немного подождав, пока они выпьют и опьянеют, подсыпала им в горячее крысиного яда. А после стояла и молча наблюдала. Явившийся лично для разбирательств Дикий ничего не добился. Не найдя ни тел ни свидетелей. А портить отношения с Грешником занимающим к тому же в иерархии Поисковиков не последнее место, мягко говоря, глупо…
— О чем задумался, Бесик? — промурлыкала Фрау продолжая наглаживать его грудь.
— Не называй меня так. — сразу же взъершился Бес. — Варяг здесь? Сходи узнай.
— О, все! Отдохнул! — она ущипнула его за бок и резко села. — Или уже устал наоборот?!
— Ну не гунди а? — поисковик нахмурился и искоса посмотрел на недовольную девушку. — Что разве плохо время провели?!
Он провел рукой по стройным ножкам девушки шутливо повторяя: — Ножки — ножки. — Ей это всегда нравилось, а он в тайне надеялся отвлечь девушку и перевести разговор в другое русло.
Но не хитрая стратегия себя не оправдала и была Фрау попросту не замечена.
— Нет, ты правда такой глупый или прикидываешься? — она накрыла его руку своей ладошкой.
— Так все! Разговор окончен! — он с некоторым сожалением убрал свою руку и раздосадованно скривился. Ему нравилась Фрау, вся целиком, от аккуратных пальчиков на небольших ступнях до русой макушки. Но самое главное, он всегда с удовольствием проводил с ней время не только в такие моменты как этот, но и за беседой и даже тогда когда сказать казалось бы особо нечего. Но болтовню о чём то эфемерном «сопливом», не любил, и одни только попытки девушки завести разговор на тему развития их отношений вызывали у него трудно объяснимую болезненную реакцию.
Фрау вскочила, прошлась по небольшой комнатке поднимая разбросанную по полу одежду.
— Зачем я тебе? — она несколько секунд постояла обнаженной, затем надела сарафан и перед тем как скрыться за дверью бросила через плечо. — Не отвечай.
Бес еще некоторое время лежал задумчиво смотря в след ушедшей девушке. Затем встал, оделся, вновь посмотрел на дверь и хотел безразлично ответить, но осекся и не стал. Это было бы не правдой, а врать самому себе он не привык.
На глаза попалась раскрытая книга. Одиноко лежащая на низеньком столике напротив кровати. Он заинтересовано взял ее в руки. Открыл на первой странице.
«Мы от роду русского…» — эти слова открывают знаменитый договор Руси с греками, который в 911 году заключил с Византийской империей великий князь Олег…
В этом они с ней похожи. Но если Бес проглатывал любую литературу какая попадала ему в руки, то Фрау отдавала предпочтение исторической. И особенно ее интересовала история древней Руси, этими научными трудами забит снизу доверху книжный шкаф стоявший по другую сторону кровати.
— Варяг здесь, но у себя его нет. — не громко сказала Фрау зайдя в комнату. — Смотри, что я увидела у него. — она бросила на стол перед ним светлую папку на которой не затейливо было написано: БЕС.
Ничего не говоря он развязал тесемки и открыл. На первом листе оказался его портрет весьма недурственно выполненный карандашом.
— О! — удивилась Фрау. — Это же моя работа! Меня Варяг попросил.
— Зачем?
— А я знаю? Он кстати так и сказал тогда. Мол досье собираю. Я думала шутит…
Следующая страница:
Следующие несколько страниц посвящены некоторым событиям в его жизни, а также перечислены наиболее тесные контакты.
— Не скажу, что я удивлен. — произнес он откладывая папку в сторону. — Отнеси ее обратно, от греха подальше. Хотя я не думаю, что это особо секретная информация. Там на других не было?
Фрау кивнула.
— Весь шкаф забит. Я раньше не интересовалась что в нем. А сейчас захожу, а он нараспашку. Все разложено в алфавитном порядке. Да так аккуратно. Не за что бы не подумала…
— У каждого свои интересы. Ты еще не бросила собирать сказки про двух Первых?
Фрау вместо ответа презрительно сощурилась, подняла досье и на ходу завязывая тесемки вышла. Бес с иронией относился к ее стремлению докопаться до сути Первых. Что ее крайне задевало. И со временем она перестала с ним делиться тщательно конспектируемыми сведениями, которые вела в толстой тетради. Но ее уверенность в реальности существования этих персонажей из передаваемых историй была непоколебима.
Что касается Грешника, поисковик не раз задавался вопросом, о его профессии в довоенное время. Кое — какие наблюдения наталкивали на определенные выводы. Уж очень обширны знания, хозяина Лежбища и Ковчега, во всем, что казалось вооружения, психологии и критических ситуаций. Именно поэтому наличие у его работника, то бишь Варяга, досье на него, нисколько его не насторожило. Не обладая конкретной информацией, Бес для себя называл его «силовиком», но возникал вопрос. Почему в таком случае он не ушел к «бандерлогам».
— Варяг передал. Через пять минут он спустится в зал. — Фрау остановилась в дверях.
Бес кивнул и попытался без лишних разговоров смыться. Но девушка не дала ему проскользнуть мимо нее без очередного «капания на мозги».
— Милый, я устала. Я хочу чтоб ты всегда находился рядом… — она провела рукой по его небритой щеке. — Хочу быть уверенной в…
— Не называй меня так. — Бес немного отстранился. — Я вернусь, и мы все обсудим. Сейчас у меня нет времени…
Поделиться книгой: