Помоги проекту - поделись книгой:
Вячеслав Тигров
Эра цепей
ФЭД-И держался молодцом, но силы были неравны. Шестеро против одного — тут и боевой модели пришлось бы «попотеть». Что уж говорить о разведывательной. Минимальное вооружение, лёгкая броня — слишком существенные недостатки. Их не перечеркнёт даже техническое превосходство над врагом.
Исход казался очевидным. Единственный вопрос:
Я думал: двух-трёх.
Ошибался. Лавируя под перекрёстным огнём (благо обтекаемая грибовидная форма позволяла), он уничтожил вмонтированную в потолок турель и четырёх наземных противников. Тридцать секунд на всё про всё. Ровно столько держалась обшивка. Затем в ней появилось девятимиллиметровое отверстие — признак неизбежного: одна из пуль достигла цели. Уши резанул треск выходящей из строя электроники. ФЭД-И неестественно дёрнулся, после чего рухнул на мраморный пол. Из его недр повалил дым.
«Прощай, маленький воин».
Я вытянул вперёд левую руку. Система наведения, установленная в моём шлеме, пунктирными линиями обозначила верное положение конечности. Цель — робот, нижняя часть которого напоминала человеческие ноги, верхняя — стальной шар с двумя пулемётами по бокам. Нелепая конструкция отсталой цивилизации. Тем не менее, смертоносная (останки ФЭД-И не дадут соврать).
Я сжал пальцы в кулак. Встроенный в нарукавник бластер с гулким звуком выплюнул сгусток энергии. Жёлтый заряд, длиною в четыре сантиметра, попал точно в центр стального шара. Прожёг насквозь.
Выведенный из строя робот завалился на бок. Я отомстил. Жаль, удовольствия это не принесло.
«По крайней мере, всё закончилось».
Печальный вздох подвёл итог боя.
— Капитан, вы в порядке?
Женский голос в динамике звучал участливо. Так странно…
— У меня нет физических повреждений.
— Я… — короткая заминка, — спрашивала о другом. Мне казалось, — очередная пауза.
«Она что… пытается подобрать слова?!» — мелькнула обескураживающая мысль.
— Вы испытывали привязанность к данному экземпляру ФЭД-И. Его потеря могла…
— Я в норме! — нет, слишком жёстко. Слишком поспешно. Словно ребёнок, бунтующий из-за родительской опеки.
— Простите, капитан, — её тон изменился. Стал каким-то… грустным? — Мои переживания были неуместны.
«Переживания?»
Я на мгновение прикрыл глаза и едва заметно помотал головой, отгоняя сомнительные идеи.
«Но вдруг она действительно…» — закончить мне не дали.
— Капитан, опасность! Датчики фиксируют активность по всей станции. Наибольшая концентрация выявлена на вашем уровне. Особую угрозу представляют вагоны метро впереди.
Её голос потонул в лязге металла.
— Что происходит, Эра?
— Похоже, включились дополнительные защитные механизмы. Рекомендую немедленное отступление.
— Понял, — если она считает бегство лучшим вариантом, нужно срочно удирать.
Не теряя ни секунды, я развернулся на сто восемьдесят градусов и бросился к эскалатору. Моя нога взмыла в воздух, опустилась, однако вместо пола уткнулась в хрупкий объект шарообразной формы. Послышался хруст ломающихся костей. Тело машинально дёрнулось в сторону. Меня занесло. Удержать равновесие не помог даже отчаянный взмах руками.
Сто килограммов вместе с бронёй грохнулись на неподвижные ступеньки эскалатора. Боль отсутствовала, зато щёки вспыхнули румянцем.
«А ещё капитан, называется», — в штабе засмеяли бы.
Сгорая от стыда, я принял вертикальное положение и устремился вверх.
На раздавленный череп, из-за которого случился конфуз, смотреть не хотелось.
— Эра, если произнесёшь хоть слово…
Ответом послужило молчание.
«Умная девочка».
Вскоре ступеньки остались позади. Им на смену пришла гладкая мраморная поверхность. Её, будто линолеум, устилала пыль с вкраплениями песка. Единственными островками чистоты были мои следы, двумя рядами ведущие к эскалатору. Я рванул прямо по ним. Скорее к выходу. Подальше от опасности. Мимо полуразрушенных киосков, игровых автоматов, туалета.
«Стоп, там ведь…»
В дверном проёме мелькнули знакомые очертания робота-шара.
«Не обращай внимания. Просто беги».
Раздалось характерное тарахтение пулемётов. Враг не гнушался стрелять в спину. Патроны тоже не жалел — одна за другой пули отправлялись на встречу с моей бронёй. Та стоически держалась. Откровенно говоря, устаревшее оружие робота при всём желании не смогло бы её пробить. «Но зачем рисковать?»
Я резко затормозил и левой рукой указал на стальной шар. Огонь.
Больше в меня никто не стрелял.
— Капитан…
— Не сейчас, — особенно, когда до следующего эскалатора — метров десять. А там и выход из подземки не за горами.
— Будет исполнено, — холодно отчеканила Эра.
«Она обиделась?» — Неважно.
Чувствуя себя спринтером, я ринулся к ступенькам, только чтобы замереть в шаге от них.
— Какого?..
Дорогу преграждали огромные металлические ворота. Они располагались на самом верху, впритык к эскалатору, блокируя доступ в другой зал.
— Нет, нет, нет, нет, нет, — мой взгляд лихорадочно забегал из стороны в сторону. Мысли окунулись в пучину отрицания. — Нет!
Два энергетических сгустка устремились к воротам. Прожгли по сантиметровой дырке. Бесполезно. Здесь требовался лазер.
«Ещё блестящие идеи?»
— Простите, капитан, — Эра казалась подавленной. — Мне очень жаль.
— Да уж, — я облокотился на поручни и тяжело вздохнул. Судя по её реакции, ситуация — хуже некуда. — Подкрепление в пути?
— Конечно, строго в соответствии с инструкциями.
Мои губы посетила вымученная улыбка:
— Значит, дожидаемся их прибытия. Раз плюнуть.
— Капитан, — её голос дрожал, — учитывая расстояние, а также обнаруженное препятствие в виде бронированных ворот, ориентировочное время прибытия наших войск — пять минут двадцать шесть секунд.
— Достаточно быстро.
— По моим расчётам, враждебные роботизированные единицы в количестве семнадцати штук доберутся до вас за тридцать восемь секунд, — словно вторя её словам, из противоположного конца зала донеслись шаги. — Через две минуты шесть секунд ожидается вторая волна, по численности равная первой.
Моя кожа покрылась мурашками.
«Настолько плохо?»
— Ваша броня — исследовательский комплект СЭЗ-6 — при всём её техническом превосходстве не в состоянии долго противостоять шквальному огню из тридцати четырёх пулемётов. Поэтому шансы… ваши шансы…
Если бы я не видел настоящую форму Эры, мог бы поклясться: она вот-вот заплачет. Странно. И грустно. Грустно, когда никому кроме бортового ИИ ты не нужен. Да и нужен ли ты ей? Нужен ли ты машине?
— Шансы выше нуля. Так что вы должны держаться, капитан. Слышите?! Вы должны держаться! — затараторила она. — Без вас мир многое потеряет… Я многое потеряю. Честного, умного, доброго человека, который за годы военной службы не утратил свой исследовательский азарт. Не стал чёрствым, апатичным куском плоти.
— Довольно, Эра.
Роботы приближались, мне стоило поискать укрытие. Обшарпанный аптечный киоск выглядел многообещающе.
— Но я хочу посетить с вами ещё тысячи миров. Быть рядом с моим капитаном. Помогать. Вместе изучать…
«Вместе», — её слова хоть и ласкали слух, мешали сосредоточиться, завлекая ложной надеждой.
«Жаль, ничего нельзя исправить». — С самого начала миссии — одни ошибки. Я буквально фонтанировал ими. Глупо. Особенно, если откопать первопричину: скука.
Скука породила мысли. Мысли привели к самокопанию. Самокопание вскрыло давние комплексы.
И всё после каких-то двух часов вылета с базы…
Мой корабль — «Оман-Б» — мчался тогда сквозь бескрайние просторы вселенной. Транспортное судно, оно по скорости не уступало истребителям. Да и огневой мощи могли бы позавидовать иные крейсеры. Шедевр инженерного искусства, как-никак. Ржавое корыто — снаружи, конфетка — внутри. Уникальный корабль для особых миссий. Например, по перевозке токсинов нового поколения, идеальных для уничтожения босводийцев, но практически безвредных нам.
И меня назначили
«Блин, такими темпами моя задница врастёт в чёртово кресло». — А главное, ради чего?
Усталым взглядом я обвёл помещение, гордо именуемое капитанским мостиком. Пустота и полумрак. Слева дверь в туалет, сзади выход. Из достопримечательностей — жилистый брюнет, который служил чем-то вроде декора. Симпатичного декора… Умного, симпатичного, образованного декора, бездарно транжирящего жизнь в чёртовом кресле.
— Капитан, вы в порядке?
Я непроизвольно вздрогнул, будто от удара током.
— Что-то случилось?
— Функциональное состояние корабля: удовлетворительное. Полёт проходит согласно плану. Оставшееся время до прибытия: шесть часов девять минут.
На моём лице отразилось недовольство:
— Тогда в чём дело?
Последовала неловкая пауза. Эра молчала больше десяти секунд, прежде чем ответить. На неё не похоже.
— Мне очень жаль, капитан. Я просто волновалась о вашем самочувствии. Вы казались подавленным.
«Волновалась? — Искусственный интеллект способен волноваться? — Нет, скорее всего, фигура речи».
— Тебе не стоит беспокоиться о моём психическом здоровье, — сухо произнёс я.
— Вынуждена не согласиться. В обязанности помощника входит мониторинг физического и… — внезапно она затихла, словно сболтнула лишнего.
— Эра?
— Ещё раз простите, капитан, — её голос звучал виновато. — Мой интерес к вашему состоянию носил личностный характер. А подобного рода поведение — неуместно. Очевидно, оно привело к негативной реакции. Извините.
— Ладно, забыли, — с трудом выдавил я, переваривая извинения ИИ за «личностный характер». — Мне тоже следовало вести себя более профессионально.
Следующие пятнадцать минут царила гробовая тишина.
Затем мостик преобразился. Вокруг кресла возникли три объёмных голографических экрана. Цифры, схемы, графики — чего на них только не было. Причём, всё разного цвета для удобства восприятия.
Из наиболее важной информации: слева располагалась схема корабля, справа — количество боеприпасов, в центре — карта с радаром.
— Активирую боевой режим, — безэмоционально объявила Эра.
Мои глаза, сверкнув возбуждением, потухли. Так лампочка в последний раз ярко вспыхивает, прежде чем перегореть.
«Бессмысленно». — Мне отводилась роль стороннего наблюдателя.
Реалии современных космических баталий. Человеческий фактор полностью исключается. Идёт сражение искусственных интеллектов. Чей окажется более продвинутым? Какой обучили лучше? Кто первым хакнет другого? Очень редко дело доходит непосредственно до стрельбы. Обычно капитаны просто сидят и молятся, чтобы враг не завладел их кораблём. Сидят и молятся, не в силах повлиять на исход. Ущербная система, признанная верхушкой командования наиболее рациональной. Легализованная зависимость от ИИ.
«Но Эра хотя бы одна из лучших, — уверенно подумал я, после чего «Оман-Б» тряхнуло. Мощный толчок едва не выбросил меня из кресла. Благо пальцы намертво вцепились в подлокотники. — Накаркал».
Мой взгляд прилип к голографическому экрану с бледно-зелёной схемой корабля. Область в районе левого двигателя подсвечивалась красным. Рядом отображалась информация с внутрибортовых датчиков, фиксировавших метровую пробоину в корпусе.
Поделиться книгой: