Республика

-И вы ему верите?

-Нет.

-И что теперь делать?

-Запомни, что я сейчас скажу никому не говори. Даже Рашичу. Просто не могу держать это в себе… Не могу так…

-Клянусь Родиной,- тихо прошептал Алекс.

-То, что они сделали- это хуже теракта этого… Ганевский хоть хотел политика вражеского устранить, а эти ублюдки студентов, подростков убить хотели… Чтобы показать свою силу… А ещё европейцами себя называют… За права человека борются… Gэлэrы… В общем…

Гарцевич на секунду замолчал и начал кашлять. Было видно, что кашель имел неврологический характер. Президент не мог прийти в себя несколько минут, но смог остановиться, после чего тихо сказал:

-Если что-то подобное хоть раз повториться, я попрошу защиты у России, а взамен отдам Борсвайскую область и разрешу поставить русским военную базу в Каштандау.

-Товарищ президент… Как же так… Они же нас полностью захватят.

-Не захватят. Латвия никогда не откажется от претензий на часть Арфии. А Россия от военной базы. Русские не дадут Латвии захватить Каштандаусскую область, но и сами её не захватят, потому что это может послужить началом войны. А Россия сейчас слаба, как никогда и ещё долго не встанет с колен, чтобы не говорил их новый президент.

Гарцевич встал и подошёл к двери:

-Я пойду. Мне ещё к переговорам готовиться… Только помни… Никому… Даже Рашичу… Выздоравливай. Теперь ты- один из немногих людей, которым я доверяю.

Гарцевич отправился к себе домой. По дороге он ни с кем не разговаривал, а весь следующий день готовился к переговорам.

С самого утра президент находился в здании парламента в своём кабинете. Его душу разрывали сомнения, он понимал, что поступает неправильно, не как настоящий президент, никак коммунист. Через несколько часов он будет сидеть за столом переговоров с международным преступником, который просто захотел захватить власть и которому никогда не было и не будет дела до простых людей. Но на его стороне было государство, которое превышало Арфию, и по площади, и по населению. Гарцевич не хотел допустить резню, не хотел, чтобы его страна перестала существовать, поэтому ему приходилось идти на уступки.

Прошло 2 часа, на его столе громко зазвонил телефон. Гарцевич поднял трубку и услышал молодой мягкий мужской голос:

-Юлий Мстиславович, Мустафа Керимшич должен прибыть через полчаса. Вы выйдите на площадь его встречать? Мне собирать оркестр и гвардию?

-Нет.

-Почему?

-Если я выйду к нему, значит я считаю его равным себе. Я- законно избранный президент. Он- аферист и шарлатан. На площади поставь человек двадцать силовиков. Пусть обеспечат его безопасность.

-Есть!

Секретарь бросил трубку, а Гарцевич пошёл в зал для переговоров.

Через полчаса на центральной площади послышался рёв мотора. Гарцевич выглянул в окно. Подъехала чёрная машина, из которой вышел смуглый крепкий албанец, с морщинистым лицом и пышными седыми усами, которые в своё время носил Сталин, кудрявыми волосами, мышиного цвета, немного кривоватым носом и весёлыми карими глазами. Одет Керимшич был в бежевый пиджак, тёмно-коричневые штаны, белую шёлковую рубашку и чёрный длинный галстук. Он недовольно посмотрел на силовиков, после чего прошёл в здание парламента, где его встретил секретарь Гарцевича и проводил его в зал для переговоров.

d:\wiki\new\12.htm ************************************************************************

Керимшич поднялся по лестнице, открыл дверь и вошёл внутрь, после чего сразу направился к столу, за которым сидел президент. Он улыбнулся, протянул руку Гарцевичу и радостно обратился к нему на русском, с лёгким восточным акцентом:

-Здравствуйте, господин президент. Или как говорят у вас в Арфии- Dobrojdenь!

Гарцевич мрачно посмотрел на него, кивнул головой в знак приветствия, но руку не пожал. Керимшич обиженно посмотрел на него, убрал руку и сел за стол, после чего Гарцевич начал говорить:

-Товарищ Керимшич, а как вы по ночам спите?

-А что не так?

-Что не так? Из-за вас люди пострадали… Невинные… Трое студентов. Одной из погибших 16 лет было, она же девочка ещё совсем. Я не понимаю, как вы по ночам спите, вас же ничего не интересует, вы в любой стране готовы биться за революцию, несмотря ни на что. Вы хотите власти. Безумно хотите и делаете всё, чтобы заполучить её любой ценой. Вы такой же, как ваш брат, который беременным женщинам животы вспарывал, для того чтобы заработать авторитет среди своих боевиков.

-Вы меня с братом не сравнивайте. Я против любой жесткости. Это вы, вместо оркестра и гвардейцев в парадных мундирах, выставили силовиков в броне. Запугать меня хотели? Если бы вы на мою территорию приехали, вас бы получше встречали.

-На вашу территорию? На вашу? А она у вас есть? Территория? Это моя страна и моя территория. Каштандау такой же арфийский город, как и Кэрра. За меня там люди голосовали.

-Люди? Теперь люди вас ненавидят.

-Пусть ненавидят меня, но вы же не выступаете против меня или партии, вы хотите развалить страну. Хотите её уничтожить, разорвать на части и отдать Латвии и России. А сами что? Тёплое место главы региона получите? Пока ваш брат детей и женщин убивает…

-Ваш любимый Сталин говорил: «Сын за отца не в ответе.». И брат за брата тоже. Вы меня жить не учите. Латвия- богатая европейская демократическая страна, а Арфия- крошечный огрызок, который рано или поздно заберёт себе Россия. Их новый президент готов идти через кровь, его ни что не остановит. В Латвии, по крайней мере, вашему народу будет спокойнее. Сейчас не двенадцатый век: спрятаться в замке и выливать со стен на головы вражеским солдатам кипящую смолу- не выход.

-Вы хуже русских, хуже Ганевского… Вы обстреливали институт. Не базы военных и КБА, не здание сената, вы обстреливали университет… В праздник…

-Я об этом не знал. Я- правозащитник, если бы кто-то кого-то и бомбил по моему приказу, то ваших полицейских или чекистов. Тот, кто это сделал, понесёт наказание по латвийским законам.

-Если в ваших словах есть хоть слово правды, отдайте преступника нам.

-Не могу. Он уже в Риге. Не волнуйтесь, ему грозит длительное заключение.

-Я не верю не единому вашему слову!

-Жаль. Слушайте, господин Гарцевич, я вам не враг. Латвия готова оказать вам помощь в борьбе с Россией в обмен на Каштандаусскую область.

-Вы издеваетесь?

-Конечно же нет. Подумайте над моими словами. Через три дня «Народная Армия» Ганевского выйдет за пределы их границ. Они до конца займут юг Борсвайской области и захватят часть Кэррианской. Я надеюсь, эта информация вам поможет.

Керимшич встал и подошёл к двери, он положил руку на дверную ручки и тихо сказал:

-До свидания, господин президент! Пroшшеvajte!

Гарцевич дёрнулся, вскочил из места и крикнул дрожащим голосом:

-Керимшич!

-Что такое?

-Вы же понимаете, что когда-нибудь наступит наказание за ваши поступки?

-Может быть… Может быть… Но, думаю, для вас оно наступит куда быстрее…

С этими словами Керимшич вышел из кабинета. Гарцевич схватил трубку телефона и судорожно набрал номер своего пресс-секретаря. В трубке послышался кашель:

-Юлий Мстиславович, вы что-то хотели?

-Веслав, я хочу выйти в прямой эфир на телевиденье.

-Когда?

-Прямо сейчас. Приготовь машину, мы едем на телебашню.

-Товарищ президент, но…

-Никаких но! Собирайся быстрее!

Через час Гарцевич уже шёл по коридорам относительно невысокой Октябрьской телебашни, которая была единственной  в маленькой республике. Первым делом президент отправился в кабинет начальника телевиденья. Начальник- невысокий толстый мужчина, лет пятидесяти, сидел на своём кресле и задумчиво курил с стограммовой рюмкой коньяка в левой руке, положив ноги на стол, не ожидая того, что через несколько минут к нему без предупреждения должен прийти сам президент.

Дверь распахнулась и Гарцевич вошёл в прокуренный кабинет. Начальник вскочил с кресла, выронил сигарету на пол, отдал честь и громко проорал:

-Здравствуйте, Юлий Мстиславович!

-Здравствуйте, Александр Густасович, я смотрю, не плохо вы время на работе проводите.

-Я… Вы… Не… Не правильно…

-Не важно. Я хочу выйти в прямой эфир, обратиться к народу.

-Когда?

-Прямо сейчас!

-Это невозможно. Сейчас у нас идут новости.

-Немедленно прервите эфир. Это приказ.

-Хорошо, хорошо… Пройдёмте, товарищ президент…

Гарцевич, вместе с начальником, направился в большой зал, в котором ведущая рассказывала метеорологический прогноз. Александр Густасович резко хлопнул в ладоши и громко крикнул:

d:\wiki\new\13.htm ************************************************************************

-Вырубаем камеры!

Все операторы остановились и стали ждать дальнейших указаний.

-Алла, прерывай трансляцию по всем каналам!

-Хорошо,- крикнула полная девушка с рыжими волосами, которая была главным оператором. Она убежала в комнату с аппаратурой и выскочила оттуда через несколько минут со словами:

-Александр Густасович, что дальше?

-Дальше… Подключай все каналы сюда. Мне надо, чтобы то, что будет происходить здесь транслировалось везде. И на радио тоже пусти. Поняла?

-Конечно.

Девушка опять вернулась через несколько минут. К ней обратился сам Гарцевич:

-Всё готово?

-Да, товарищ президент.

-Прекрасно.

Гарцевич подошёл к столу, сел на него и махнул рукой, в знак того, что можно начинать. Начальник телевиденья поднял руку и громко закричал:

-Прямой эфир начинается! Через! Пять! Четыре! Три! Два! Один! Пуск!

Операторы включили камеры и настроили их на Гарцевича. Президент кивнул головой и начал говорить:

-Здравствуйте, товарищи! Вы все знаете, в каком положении сейчас находится наша страна. Идёт настоящая война, которая разрывает на части наше маленькое государство, которое и так страдало много лет. Но мы не сдадимся. На нашу территорию не раз покушались враги, но мы всегда давали отпор, а даже если теряли независимость, то вскоре её возвращали. В наших жилах течёт кровь гордых рыцарей, которые ещё много лет назад защищали свои родные города от врагов. Мы- свободный народ, у нас своя культура, которая отличается, и от латвийской, и от русской, а теперь ещё идеология, от которой все отреклись, поэтому мы хотим быть самостоятельной страной. Наша страна за несколько лет встала с колен, мы превратили Арфийский Технологический Университет в один из самых престижных вузов Восточной Европы, мы построили метро, в нашей стране рождались талантливые учёные, писатели и политики, такие как товарищ Туршевицкий и товарищ Нэркеч. И мы будем биться за свою свободу ради их памяти и ради нашего будущего. Мы не хотим стать частью России, которой правят даже не бизнесмены, а обычные преступники, которым подчиняется президент и всё правительство. Мы не хотим стать частью одной из самых беднейших стран в Евросоюзе, которую, тем не менее заставляют делиться деньгами с ещё более бедными странами, я уже не говорю про моральное разложение общества и процветание гомосексуализма, которые набирают там обороты. Мы хотим жить так, как считаем нужным, нам не надо указывать, мы достойны своей свободы! И мы будем за неё бороться! А если надо, то мы заплатим за неё кровью… И своей, и чужой. Если вы хотите захватить нашу страну, вам придётся идти по людям. Ни один арфийский коммунист ни отдаст ни куска своей страны, которая принадлежит ему также, как и всему арфийскому народу! Он будет биться за неё до последней капли крови, до последнего глотка воздуха и победит проклятых оккупантов. Дорогие граждане! Я призываю вас бороться! И только объединившись, мы сможем победить проклятое иго. С сегодняшнего дня по всей Кэрре будут открыты мобилизационные пункты, в которых всем желающим, независимо от пола и состояния здоровья будет выдаваться оружие, после чего добровольцев будут отправлять на границы Каштандаусской и Борсвайской областей, для защиты границ временно захваченных территорий, а также для защиты мирного населения, проживающего в пограничных деревнях. В случае пересечения границы членами «Народной Армии» или «Каштандаусского повстанческого движения», вы должны будете немедленно ликвидировать сепаратистов. Отдельно мне хотелось бы обратиться к жителям захваченных территорий. Ещё не поздно всё исправить. Если вы меня слышите, если трансляция ещё не заблокирована русскими или латвийскими спецслужбами, знайте, что здесь, в Арфии никто не верит, что вы могли предать свою Родину. Устраивайте погромы на вражеских территориях, перебегайте с захваченных территорий и присоединяйтесь к бойцам ополчения и арфийской армии и вместе со своими братьями и сёстрами боритесь за независимость Арфии. Пройдёт немного времени, и предатели Ганевский и Керимшич будут стоять у кирпичной стенки с завязанными глазами, и тогда они ответят за все преступления, которые совершили ради того, чтобы заиметь власть. И помните, чтобы не случилось, я всегда буду с вами, а если будет надо, я встану плечом к плечу с простыми солдатами у здания сената и буду из автомата стрелять по захватчикам! Sлawee Arфее!!!

Гарцевич махнул рукой и операторы выключили камеры. Почти все они стали вытирать слёзы, скапывающие с глаз.

Неожиданно к президенту подбежал его секретарь, который во время речи тихо вошёл в зал и встал в самом углу:

-Товарищ президент…

-Что такое Веслав?

Веслав наклонился к самому уху Гарцевича и тихо прошептал:

-Мне только что сообщили об экстренных переговорах между президентами России и Латвии.

-Экстренных? Это как?

-Никто ничего не знал, СМИ ни о чём подобном не сообщали, а тут раз и телефонных разговор по поводу обострившейся ситуации в Арфийской Восточно-Европейской Республике.

-Обострившейся значит…

-Не знаешь, как там Алекс Проревов и министр Рашич?

-Данислав Евгеньевич только пришёл в себя, а товарищ Проревов уже выписался. Сейчас на больничном.

-Срочно отправляйся к Проревову. Скажи, что я его назначаю временно исполняющим обязанности министра внутренних дел, а после скажи, чтобы он мне за 3 дня открыл 50 мобилизационных пунктов в Кэрре. Ты меня понял?

-Да.

-Прекрасно. Иди. Я сам до сената доберусь.

d:\wiki\new\14.htm ************************************************************************

-Есть, товарищ президент!