Помоги проекту - поделись книгой:
Лежавший на другом конце разрушенного акрополя одноглазый труп таращился на бойца своим неподвижным, пожелтевшим глазом. Сергею Асдику казалось, что на перекошенном от вопля лице всё ещё виднелась застывшая маска ужаса.
Могут ли мёртвые судить живых?.. Возможно. Солдат не мог отделаться от мысли, будто его павший товарищ оценивал его, наблюдал за ним, чувствуя как сам умирает, думая
Сергей прислонился к обвалившейся каменной кладке, вытянув перед собой теперь уже бесполезные ноги. Он уже начинал чувствовать лёгкое головокружение: всё вокруг приобретало необычный вид. Солдат закашлялся, и на его губах лопнул кровавый пузырь. От спазма его живот свело судорогой, а руки непроизвольно потянулись к гноящейся ране. Асдик застонал, пытаясь подвинутся, чтобы зажать рану и замедлить кровотечение. Не то чтобы это ему сильно помогло – он знал, что даже если бы кто-то и мог помочь, его уже не спасти.
Акрополь вокруг был усеян мертвецами. Его труп вскоре станет еще одним среди многих. Всего лишь очередной безымянный солдат… Сергей почти что желал, чтобы чумной десантник прикончил его также быстро, как и остальных – по крайней мере, ему не пришлось бы ожидать неизбежного, терзаясь болью и страхом.
Сергей окинул взглядом своих павших товарищей: море конечностей на разбитых могильных плитах. Среди них лежал гниющий труп чумного десантника, и он всё еще сжимал в своей руке клинок, что совсем недавно поразил внутренности Асдика. Через трещины сломанной, ржавой брони чудовища, просачивалась раздутая, некротическая плоть, похожая на гниющую шпаклевку, в месте, где кислотное дыхание разъедало вентиляционные отверстия, его шлем почти проржавел. Голова свисала набок, почти сорванная с плеч отчаянным выстрелом из лазерной винтовки Сергея. На наплечниках десантника ярко-зеленой краской были выведены странные округлые символы, а личинки всё еще выбирались из его почерневших внутренностей. Источаемая им вонь была просто невыносимой, и Сергей отвел взгляд.
За окровавленной свалкой из мертвецов, чуть выше над зубчатой обвалившейся стеной, виднелось небо цвета полированной оружейной стали, и, казалось, будто бушевавшая внизу война опалила сам воздух. Отдаленный вой снарядов и визг рвущейся пластали говорил ему о том, что бой всё бушевал за пределами холодного, похожего на могильник акрополя. Сергей знал, что выполнил свой долг: упавшие с неба всего лишь несколько часов назад капсулы принесли не только подкрепление, но и надежду на спасение. Лучшие воины Императора прибыли из пустоты, и они уже были среди Его слуг. Они изгоняют заразу Хаоса с Андрикора, а затем очистят и весь Саргасион.
По крайней мере, Андрикор не бросят – это утешало.
Сергей заметил движение. Он поморщился, и повернул голову, что вызвало новый всплеск боли в животе.
Там никого не было. Солдат начал перебирать всё вокруг, пока пальцы не нащупали ствол лазерной винтовки. Он схватил ее и положил на колени.
– Кто здесь? – спросил он. – Покажись!
Если это враг, то Сергей хотя бы попытается убить его еще одним метким выстрелом – конечно же, если противник не прикончит его раньше, что, учитывая его нынешнее состояние, было вполне вероятно.
Гвардеец пристально наблюдал за входом во двор, смахивая с глаз пелену усталости, что пыталась его захлестнуть. Несмотря на бушующую вокруг битву, его прерывистое дыхание казалось невероятно громким, словно звуки клаксона над ухом.
Снова движение. Сергей вскинул оружие, стиснув зубы – рана отозвалась новой вспышкой боли. Он мельком увидел что-то огромное и черное, притаившееся у разрушенной колонны, что являлась частью входа в комплекс. Палец застыл на спусковым крючке. Сергей услышал хруст под тяжёлыми шагами и уже приготовился стрелять.
– Отставить огонь.
Тон был резким и приказным. Боец на мгновение заколебался.
– Назови свое имя и звание, – крикнул солдат. – И покажись!
Держать лазерную винтовку прямо было трудно, но Асдик твёрдо решил выполнять свой долг без колебаний.
Еще один шаг, и разбитая каменная кладка хрустнула, а затем фигура вышла на свет.
У Сергея перехватило дыхание.
Это был космический десантник, облаченный в полный силовой доспех. Даже с расстояния в несколько метров воин возвышался над ним, и солдату пришлось вытянуть шею, чтобы увидеть лицевую часть его шлема с необычно вытянутым респиратором. Кулаки Астартес оканчивались массивными дугообразными когтями, что искрили и шипели от электрических разрядов. Наплечники десантника были украшены незнакомыми белыми символами, а с пояса на тонкой цепочке висели связки чего-то похожего на выбеленные птичьи черепа. Воин Императора шагнул навстречу, и Сергей попытался отпрянуть, но ноги его больше не слушались, а спина уже упиралась в ограду. Сергей попытался сжаться, словно это могло помочь защитится от великана. Когда гигант подошёл ближе, то стали заметны сотни тонких рун, выгравированных на его доспехе. «Имена», – решил солдат, но с какой целью они были начертаны, он не догадывался. Казалось, будто они покрывали почти каждый дюйм изношенной и испещренной выбоинами от попаданий брони.
Сергей осмотрел окрестности в поисках других воинов Императора, но Астартес стоял в одиночестве, и он выглядел ужасающе. Асдик почувствовал, что в присутствии исполина его тело пробирает дрожь.
Космодесантник остановился, глядя на человека сверху вниз.
– Я капитан Корин из четвертой роты Гвардии Ворона. Опусти оружие.
Сергей осознал, что перешёл в подчинение к Ангелу Императора. Он опустил лазерную винтовку обратно на колени, продолжая, впрочем, держать палец на спусковом крючке. Он был готов защищаться в случае, если такая необходимость могла внезапно возникнуть.
Гигант склонил голову набок, изучая его. Лицевая часть шлема не выражала никаких эмоций. Было невозможно понять, о чем думает десантник.
– Ты при смерти, солдат.
Это была констатация факта, не более. Звучный, и при этом глубокий и мягкий голос Гвардейца Ворона мгновенно разнесся по разрушенным бунам.
Сергей, задыхаясь, издал хриплый смешок, что с шипением вырвался сквозь стиснутые зубы. Он посмотрел на лужу крови, растекающуюся от него по каменным плитам.
– Я уже заметил, – хмыкнул солдат.
– Как тебя зовут?
Сергей нахмурился. Он никогда раньше не сталкивался с космическими десантниками, если не считать чудовищ-предателей, высадившихся на его планету, дабы разорвать её на части. Он лишь слышал рассказы о великанах, ходивших среди людей, что сражались бок о бок с людьми, чтобы защитить царство Императора от угроз Хаоса и ксеносов, но он никогда не слышал, чтобы кто-то из Его ангелов разговаривал с гвардейцем. Интересно, чем он заслужил такой интерес у этого внушающего страх существа?..
– Рядовой Сергей Асдик. Покойник, – солдат ухмыльнулся собственной черной шутке.
Астартес рассматривал массу трупов, что лежали у его ног. Он наклонился, рассматривая мёртвого чумного десантника, словно желая убедится, что тот действительно умер.
– Что здесь произошло?
– А что? – выпалил солдат, не подумав.
Астартес выпрямился, и гвардеец вздрогнул, ожидая услышать ответную грубость, но наплечники его собеседника лишь вздрогнули – возможно, он просто пожал плечами.
– Мы продолжаем жить в наших легендах. Наши истории определяют нас. Истории тех, кто совершил великие подвиги, должны быть услышаны.
Сергей рассмеялся, поморщившись от вызванной этим смехом болью. Он взглянул на труп чумного десантника.
– Великие свершения? Нам понадобилось двадцать человек, чтобы завалить одного из них. Вы бы могли сделать то же самое в одно мгновение.
Казалось, что Корин обдумывал его слова.
– И всё же вы одержали победу, пожертвовав своими жизнями во имя Императора. Сделали это, невзирая на то, что ваши шансы были чудовищно малы. Да, для такого как я, уничтожить одного врага – это дело пары минут, и это правда. Но для тебя и твоих братьев… Вам потребовалось мужество и жизни двадцати мужчин и женщин. Я вижу в этом величие. Я вижу жертвенность и честь. Поведай мне свою историю, солдат. Она должна быть рассказана прежде, чем ты умрёшь.
– Что ж… – кивнул Сергей.
Он закрыл глаза, пытаясь пробудить воспоминания. Ныне они казались сном. Всё выглядело так, будто прошли годы, и вокруг не было ничего: только поле боя, вой вражеского оружия, мучительные крики умирающих и глубокая, пульсирующая боль в животе. События часовой давности словно бы произошли в другой жизни.
И он начал свой рассказ.
***
Всё началось во тьме. Враг вышел из мрака с волной мора, волоча гнилые туши через грязные поля Андрикора.
Ведомые гигантами из Земной Погибели, эти воины были древними, грозными и неповоротливыми, что впитавшие отраву Тёмных Богов в свои некогда величественные тела. Казалось, у них была лишь одна цель – тотальное уничтожение. Они опустошали планеты, а выжившие пополняли их ряды, будучи зараженными отвратительной чумой, что овладевала не только телом, но и душой.
Я знал, что они приближаются. Вместе с товарищами мы находились на стенах бастиона, когда неожиданно прервалась передача с соседнего мира, с Ауроса. Флот образовал кольцо вокруг планеты, организовав широкомасштабную блокаду. Из-за блуждающих астероидов и каменистых осколков навигация между двумя мирами была затруднена, а проход блокировала огромная флотилия. Я был уверен, что моя подготовка не будет подвергнута испытаниям. Убежден, что у меня не будет нужды использовать оружие. Что захватчики никогда не ступят на эту планету. Никто не мог и помыслить, что они смогут пройти через такую непроницаемую оборону.
Однако в ту же ночь я увидел, как наша оборонительная флотилия сгорела в атмосфере, когда вражеские баржи форсировали блокаду, быстро расправляясь с нашими кораблями. Звездолеты Империума взрывались на фоне звезд, словно фейерверки. Они горели, мерцая и раскалываясь, а их обломки падали на планету, словно кометы. Это зрелище могло бы показаться прекрасным, если б я не знал, как много людей пало в этой ужасной демонстрации жестокости и огневой мощи.
В тот миг враг явил нам свою свирепость. Я увидел силу, с которой он набросится на нас, и меня охватила дрожь. Вскоре они придут, и никто не сможет им противостоять.
Мы съежились на холоде, ожидая своей участи. Часы тянулись, а ожидание было мучительным.
Когда они наконец прибыли, мы увидели тысячи огромных десантных кораблей, извергающих легионы желчных и гротескных культистов, а также их высоких, неуклюжих хозяев. Они не стали создавать плацдарм, а просто побрели к имперским укреплениям и осадили их, не обращая внимания на пальбу с огневых точек и град лазерного огня, что мы обрушили на них сверху. Десятки врагов погибли, но сотни других просто заняли их место. Они использовали их как ступени, карабкаясь по трупам, чтобы добраться до имперского бастиона.
Чтобы мы не делали, чумные десантники казались неуязвимыми. Они вздрагивали, когда по ним попадали из орудий, иногда даже падали на землю от сильного удара, а затем, раненые, но невозмутимые поднимались на ноги и продолжали штурм. Они были неумолимы, неудержимы. Они были воплощением смерти.
Вскоре стены бастиона пали. Это было неизбежно. Ужасающие боевые машины бороздили поле боя, обстреливая укрепления разрывными снарядами, и прогрызая огромные дыры в стенах. Мы были вынуждены отступать, готовясь к новой волне атакующих.
Мы знали, что бастион был потерян – а вместе с ним и надежда на выживание. Силы Хаоса были всепоглощающими, и мы были бессильны против них. Мы могли надеяться лишь на быструю смерть, и возможность забрать с собой как можно больше врагов.
Они прорывались сквозь метровые стены, словно через гнилую древесину, и несли с собой едкое зловоние, которого было достаточно, чтобы подавить чувства и заставить меня потерять равновесие от тошноты. Не сумев удержать линию фронта, мой взвод отступил к этому древнему, разрушенному акрополю на склоне холма, и мы заняли его стены, стремясь уничтожить как можно больше врагов.
Это была хорошая оборонительная позиция. Какое-то время мы её удерживали. Возможно, это была чистая удача: быть может, у врага были более важные цели, я не могу сказать точно. Но часы шли, а мы всё еще были живы.
Битва шла всю ночь. Я потерял ощущение времени. Весь мир сузился до этого поля боя. Я стал пешкой, всего лишь инструментом, нажимающим на спусковой крючок винтовки. Сражение – вот вся моя Вселенная. Моя единственная цель состояла в том, чтобы замедлить продвижение врага, сдержать его безжалостный штурм. Где-то в глубине души я понимал, что в этом нет смысла, но чувство долга, целеустремленность, желание защитить родной мир – все это заставляло меня двигаться дальше.
***
Сергей прервал свой рассказ, вздрогнув от удара прогремевшего где-то в окрестностях акрополя. Он испуганно оглядывался по сторонам, пытаясь понять, что произошло.
– Что это было?..
Корин обернулся, глядя назад через плечо. Сергей заметил, что на некотором отдалении от него что-то движется гигантский громоздкий силуэт, непонятный и размытый: вражеская боевая машина неумолимо шла в их сторону. Он слышал напористый грохот её шагов. Возможно, оно увидело Корина, стоявшего спиной к узкому проходу, или же уловило звук их разговора, решив разузнать, в чём дело.
– Не обращай внимания, – спокойно произнес Гвардеец Ворона. – Продолжай свой рассказ.
Сергей кивнул, тут же пожалев об этом. Казалось, будто на мгновение всё вокруг завертелось. Почувствовав головокружение, он опустил голову на каменную кладку, и несколько секунд переводил дыхание.
– Нет, не могу… Эта штука… Она идет сюда!
Он изо всех сил пытался поднять свою лазерную винтовку.
– Не стоит, – настоял Корин. – У тебя осталось не так много времени. Поспеши.
Гвардеец Ворона вновь смотрел на него, и Сергей пожал плечами, подавляя смешок. Тот факт, что он лежал здесь, среди своих мертвых товарищей и разговаривал с этим бронированным великаном – все это казалось ему абсурдом. Возможно, это была галлюцинация, лихорадочный сон, вызванный гноящейся раной. Трудно было понять наверняка, и Сергей решил продолжить рассказ…
***
Утро наступило внезапно. Тусклые лучи света осветили горизонт.
Я продолжал вести беспорядочный огонь по противнику. Перегретая лазерная винтовка обжигала руки, но я почти ничего не замечал. Кожа покрылась волдырями, ноги подкашивались от усталости, и все же я упорно продолжал уничтожать нападавших на нас предателей.
Это были покрытые гноем гадёныши: в прошлом они были гвардейцами, как я и мои товарищи, но они подчинились этим гниющим гигантам, бродящим среди них и распространяющим эту отвратительную чуму. Я не мог понять, что заставляет людей, обращаться к Темным Богам. Чумные десантники были чем-то иным, чем-то совершенно непостижимым, но я ненавидел предателей, следующих за ними по пятам. Они предали всё, что было мне дорого. Отвергли свою человечность, и лишь за это они уже заслуживали смерти.
На рассвете земля вокруг меня сотрясалась от грохота артиллерии. Предатели принесли с собой громадные орудия войны. Они продвигались через мутную грязь, перемалывая землю с руинами бастиона, выискивая группы выживших.
Лишь когда начало светать, я впервые осознал масштаб разрушений. Неровности рельефа, казавшиеся в сумраке холмами, на самом деле оказались бесчисленными грудами трупов, образующие дюны на мертвецкой пустоши. В тот момент я понял, что всё кончено. Нам не продержаться больше пары часов. Мы были в меньшинстве и отрезаны от других.
Именно тогда я услышал возгласы остальных. Подняв голову, я увидел небеса, исчерченные белыми полосами. Десантные капсулы прорезались сквозь янтарное утреннее небо, беспорядочно падая на поле боя. Сама земля содрогалась от этих ударов, словно от страха и упования.
Десантные капсулы раскрылись, извергая свой груз. Вначале мы не были уверены, друзья это или враги. Мы боялись, что противник пополнил свои ряды для решающего рывка, но затем что-то изменилось.
Я не мог разглядеть силуэты, атакующие из тени, но их присутствие стало очевидным из-за изменившегося поведения врага. Неповоротливые чумные десантники переключили своё внимание со сплоченных рядов мужчин и женщин, сосредоточившись на кружащих среди них живых тенях, что убивали предателей на месте. Внезапно баланс сил переломился. Враг был сбит с толку, и из-за этого замешательства они проигрывали. Я уловил в них то, чего не чувствовал раньше.
Поделиться книгой: