Временщик. Вратарь (СИ)

Я чуть не выскочил из Ямы, встав перед Братом. Хмур явно выглядел недовольным, хотя все же кивнул, принимая мое оправдание. А как быть еще? Он привык, что Вратари не врут друг другу.

– Агонетет сказал, чтобы ты надел это.

Только теперь я заметил, что Хмур пожаловал не с пустыми руками. Под мышкой он зажал кожаный шлем. С вытянутым кумполом, широким наносником и плоскими обширными нащечниками, которые связывались возле рта, полностью закрывая его. Не скажу, что это было нечто восхитительное, с другой стороны – мой первый шлем!

– Ты пока еще не можешь носить полноценные доспехи. Но я пошел на небольшую хитрость и достал это. Оно вроде как и не доспехи в полной мере, поэтому ты вправе их надеть. К тому же ты, как я заметил, любишь быстро двигаться…

– Спасибо, Брат, – я подскочил к Хмуру и обнял его. И только пару секунд спустя, после того, как осознал, что сделал, отпустил напарника.

– Ничего, – спокойно ответил Вратарь, вытаскивая из инвентаря кожаные наручи и сапоги – Так ты хоть как-то будешь защищен. От возможных врагов и взглядов Ищущих.

– Спасибо, – еще раз поблагодарил я его, надевая наручи.

– Я делаю это не для тебя, Брат. По какой-то причине Агонетет считает твою персону важной. И если он так думает, я сделаю все, чтобы тебя не убили. Но если ты спросишь лично меня… Я считаю тебя самым худшим из всех послушников, которых видел.

Я ничего не ответил. Конечно, приятного мало, но у Хмура имелась причина так думать. Был ли смысл что-то говорить? Вряд ли. Но я рассчитывал показать при возможности, что не так уж и безнадежен, как он думает. А пока лишь облачался в кожаные доспехи.

После всего мы также, не проронив ни слова, отправились в сторону замка. Точнее Хмур в какой-то момент просто развернулся и зашагал. Мне же пришлось догонять его. Что ж, видимо хороших и доверительных отношений у нас не выйдет. Правда, не скажу, чтобы очень хотелось.

На портальной площадке уже никого не было, как и возле самого донжона. Обычно Вратари собирались там, ожидая распоряжений на ближайшие дежурства. Потом короткий инструктаж, если он был нужен и вперед, на портальную площадку. Нет, конечно переместиться в другом мир можно было из любого места. Но существовало два «но».

Первое – Распорядитель. Именно у него надо получить всю информацию о Вратах в том мире, куда тебя отправляли. Причем, плевать, что ты сто раз уже перемещался, к примеру, в Калон. Братья все равно подходили и перепроверяли свои путевые листы. Будто что-то могло измениться.

А Второе – абсолютно все Вратари были традиционалисты. Это хорошо, что перед отправкой не требовалось обмазываться в крови девственниц и петь псалмы. Потому что тогда бы и это делали. Портальная площадка нужна лишь для того, чтобы перемещаться в Ядро, никого случаем не повредив. Приятного мало, когда ты сидишь на скамье возле донжона, а на тебя падает какая-нибудь оболочка, облаченная в тяжеленные доспехи. Портальная площадка была устроена таким образом, что могла развести одновременно прибывающих Вратарей. Будь их даже несколько десятков.

Хмур пихнул меня в спину, и я приблизился к ожидавшему нас Брату. «Распорядитель» не был каким-то званием. Просто каждый день одного из Вратарей случайным образом выбирали на данную роль. По мне, занятие хуже, чем наше сегодняшнее назначение. Потому что мы пусть и действительно занимались черновой работой, но в ней было хоть какое-то разнообразие. Чем стоять целый день в одиночестве на портальной площадке.

Распорядитель коснулся меня, а я сразу полез смотреть карту. Интересный мир. Девятнадцать алтарей, девять из которых надо зарядить. И назывался он…

– Ну что, Брат-заправщик, – прервал мои мысли Хмур. – Готов увидеть самых отчаянных воинов Вселенной?

Я кивнул.

– Надеюсь, что ты сделаешь это лишь издали. В противном случае, ты навсегда останешься в Фесворте.

Глава 4

Фесворт был любопытным местом. Точнее, самым интересным здесь предстал образ жизни его обитателей – фесов. Целью всего существования аборигенов была война. Хорошим тоном являлось не только поучаствовать в различных военных кампаниях, но и получить увечья. Глубокие шрамы, пустые глазницы, обломанные ветвистые рога, перебитые пальцы и, если особенно повезет, недостающие конечности.

Многочисленные кланы, города, конгломераты. Все воевали со всеми. Всегда. В этом и состояла обычная и незамысловатая национальная идея. По мне несколько простовато, но аборигенов все устраивало.

Умереть фес мог только одним способом – насильно. Я читал множество сведений в нашей библиотеке, что для феса не было ничего хуже, чем дожить до старости. Немногочисленные бедолаги-ветераны, неспособные не то что держать оружие, но и толком передвигаться, в определенный момент нарывались на различного рода конфликты. И всегда находился фес с доброй душой, который мог уважить старика.

Когда Фесворт был открыт мирам, Ищущие сразу оценили боевой потенциал аборигенов. Различными манипуляциями инициировали нескольких и сразу речь о могучих воинах разнеслась по всей Нити. Однако эйфория длилась недолго. Тут и проявилось различие в мировоззрении Ищущих от фесов. Первые стремились сохранить жизнь, чего бы им это не стоило. А вторые старались побыстрее с нею расстаться. И чем больше было врагов, тем сильнее это воодушевляло фесов.

Потому и Ищущих среди местных оказалось мало. Те, кто уходил из своего мира – довольно скоро умирали в очередной заварушке. Оставшихся же, что «дарили» направление кому-то из своих, были считанные единицы.

Сюда бы совсем не путешествовали Ищущие, если бы не одно «но». Фесворт был необычайно щедр на различного рода ресурсы, используемые в производстве оружия и доспехов. Оттого и работающих Врат здесь имелось в достатке.

– Братья, – приветствовал нас Вратарь, внешне почти неотличимый от моего спутника.

Собственно, так и должно было быть. Вся идеология Вратарей сводилась к простому факту. Мы должны быть похожи, как две капли воды. Потому и взгляд, скользнувший по Хмуру вышел ленивый, равнодушный. А вот меня Вратарь разглядывал с явным любопытством.

– Вы пришли зарядить алтарь?

Вот вроде и спросил, однако вопросительной интонации я не услышал. Думаю, не будь тут меня, так Брат и вовсе промолчал бы. Наши особенной болтливостью не отличались.

К примеру, Хмур ему ничего не ответил. Лишь кивнул. А после уже обратился ко мне.

– Коснись алтаря и начни перекачивать пыль.

– Это как? – немного стесняясь взгляда «чужого» Брата, спросил я.

– Коснись и узнаешь.

Что оставалось делать? Пришлось слушаться. Собственно, ничего сверхъестественного не произошло. Меня не уронили в темноту, как в прошлый раз. Правда, тогда все основные действие совершал Хмур, я же был лишь костылем.

Ну, и что мне надо тут сделать? Хоть бы разместили какой-то понятный для всех пользователей интерфейс. А то ведь как в каменном веке. Я чувствовал себя представителем высокоразвитой цивилизации, обнаружившем примитивное устройство. Сходу и не разберешься, как тут и что работает.

Хорошо, будем действовать до боли прямолинейно. Я не придумал ничего лучше, чем просто пропускать через себя пыль, пытаясь буквально впихнуть её в алтарь. И самое забавное – сработало. Появилась крохотная полоска, потихонечку заполняющаяся знакомым бледно-ржавым цветом – цветом свежей пыли.

Получено 100 единиц опыта.

Уровень развития: 4.

Прогресс: 15/635.

Наполнение пылью: 74%.

Доступно три очка распределения.

Однако. Первый факт меня порадовал. Сто очков опыта как с куста. Куст – это такое растение, в Ядре, к сожалению, не встречаемое. Я об этом читал. Так, не о том думаю. А вот Заполненность удручала. Не такая я уж и крутая батарейка.

– Хорошо.

Хмур произнес это с таким видом, словно ничего хорошего тут нет. Скорее наоборот. А вот второй Вратарь одобрительно кивнул. Однако последующий вопрос меня удивил.

– Как себя чувствуешь?

– Нормально. Наверное. А что-то должно быть?

– Временами бывает, – вмешался второй Брат. – Когда ты быстро теряешь большое количество пыли.

– Ладно, раз все хорошо, двигаемся дальше, – прервал обмен любезностями Хмур.

– Брат, а можно мне… осмотреться?

Вопрос был не праздный. Иначе получалось вообще скверно. Я Вратарь, пусть и без пяти минут. Могу переместиться в любое место во Вселенной. Но толку с этого чуть. Потому что все, что я увижу – это стены обители. Это как если бы у тебя был проездной на любой маршрут автобуса, но выходить из него и смотреть в окна нельзя. Автобус – как мне подсказывала память – это такой транспортер для обывателей в одном из отсталых миров.

Мой вопрос позабавил – да, именно подобные эманации исходили от него – местного Брата. Он с явным любопытством посмотрел на Хмура, ожидая его реакции. Тот, в свою очередь, немного поразмышлял, но все же кивнул.

– Только наружу не выходи, – сказал напарник напоследок.

Произнес он это весьма вовремя. Как раз в тот момент, когда я занес ногу над порогом. Да так и опустил ее. Ладно, раз нельзя выходить, поглядим издалека. Вот когда я начну путешествовать один, кто запретит мне покидать обитель?

Наверное, Фесворт был не самый живописный из миров. По крайней мере, в библиотеке я читал про центральные миры и зачастую просто не мог представить, о чем там пишут. Дома, что высятся до неба. Транспортеры, летающие на разном уровне. Обыватели, что благодаря современному оружию порой сильнее Ищущих. И именно поэтому последним приходится скрываться.

Всего этого в Фесворте не было. Но по сравнению с тем же Эртесом выглядел он впечатляюще. Что и говорить, находился Фесворт значительно ближе к центру по петле. Кто знает, сколько бы здесь было Ищущих, если бы мир располагался на пару изгибов дальше?

Сейчас же я смотрел на построенные по какому-то своему, пока неведомому мне порядку дома и не мог наглядеться. Здания фесов были похожи на слепленные друг с другом горошины. Только каждая из которых могла вмещать в себя двухсполовиной метровых существ. Чем знатнее фес, тем выше его дом. Здесь жили очень хорошие бойцы. Я насчитал одно здание, состоящие из пяти горошин. В нем квартировался явно какой-то герой войны. Или, что более вероятно, его вдова.

Сами фесы тоже наличествовали. Здоровенные, с вытянутыми руками и тем, по чему их отличали по всех мирах – переплетенных рогах, уходящих за голову. Справедливости ради, это были и не рога вовсе, а скелетные пластины. Они служили фесам естественной броней и располагались по всему телу. Просто самые ярко выраженные оказались на голове.

Одевались аборигены тоже по-разному. Кто-то ходил еле прикрыв свои скелетные пластины, выступающие из-под кожи. Другие выглядели роскошно. В красивых рубахах, широких штанах, обвязав рога лентами. Будто на танцы собрались. Танцы, насколько я помню, это такой вид обязательной программы между особями, предшествующие соитию. Вроде так.

Меня лишь немного напрягало пристальное внимание нескольких ближайших фесов. Тех самых, полураздетых. Они агрессивно скалились и размахивали руками, правда, не предпринимая никакой попытки напасть.

– Не обращай внимания, Брат, – сказал мне местный Вратарь, – этим можно сражаться только в том случае, когда на них нападут.

– Почему?

– Они еще не мужчины, – объяснил Хмур. – Не выполнили своего предназначения.

– Какого?

– Каждый воин-фес, прежде чем ступить на тропу войны, должен оставить после себя трех сыновей. До тех пор, он не настоящий мужчина. Вроде тебя.

Сказано это было беззлобно. Больше того, думаю, Хмур и не ставил задачей обидеть меня. Просто сказал, как есть. И чтобы было понятнее, доходчивее, привел очевидный пример. Но мне подобное сравнение не понравилось.

– Они не могут воевать, пока не выполнят это требование, – подтвердил местный Вратарь, – иначе фесы давно бы вымерли.

Кстати, да, об этом я и сам задумывался. Как вид, настолько агрессивный и воинственный, до сих пор существовал? Ответ был прост. Думаю, когда-то давным-давно, один мудрый фес понял, к чему все идет. И придумал незатейливое, но действенное правило: нет сыновей – нет войны. Хочешь умереть красиво – плодись и размножайся. Либо умри, как последний трус. Ненасильственно.

– Посмотрел? – Хмур не разделял моего воодушевления. – Теперь надо идти работать.

И как с таким поспоришь? Мне и так после посещения Эртеса необходимо еще долго реноме восстанавливать. Или резюме? А может аниме? В общем, что-то из этого мне в глазах Хмура надо было восстановить. И приступать необходимо прямо сейчас.

Мы сверились со следующей обителью и, не прощаясь с Братом, рванули туда. И перед нами предстала… Да ни черта не предстала. Все та же обитель, будто и не изменилось ничего. Вратарь. Ночь. Улица. Аптека. Хотя нет, это откуда-то из другой оперы.

Я молча протянул руки к алтарю, за что тут же получил отлуп от Хмура.

– Хочешь в короткий срок вычерпать себя досуха? – угрюмо спросил он.

Вратарь, что наблюдал за нами, не издал ни звука. Видимо, был менее любопытен, чем предыдущий. Зато чуть попозже, еще три алтаря спустя – мы стали чередовать «заправки», Хмур объяснился. Оказывается, быстрый отток пыли Вратарем был равносилен большой кровопотери для существ. Никто не знает, как отреагирует на это оболочка. Поэтому заправщики-одиночки делали небольшие временные промежутки между алтарями. В таком случае оболочка успевала привыкнуть к изменению уровня наполненности и воспринимала его, как должный.

За прошедшее время, я успел заработать две сотни опыта. И заодно разобрался с полученными очками распределения.

С предыдущего повышения Магической печати, у меня появилось еще два заклинания.

Температурные изменения – возможность незначительно преобразовывать имеющуюся термодинамическую систему на небольшом участке местности. Стоимость изучения – 2 очка распределения.

Оружие Эха – призывает «живые клинки», участвующие в бою. Стоимость изучения – 2 очка распределения.

В умениях от Стойкости также расходилась ветка развития.

Мул – увеличение вместимости пыли в оболочку на 15%. Стоимость изучения – 3 очка распределения.

Неотвратимость – увеличение на 10% урона оружием ближнего боя противникам, чье количество Здоровья меньше 50%. Стоимость изучения – 3 очка распределения.

Если совсем коротко, из заклинаний на текущий момент мне предлагали изучить:

Направленные молнии, Ядовитые пары, Температурные изменения

и

Оружие Эха

. Из умений:

Концентрацию, Твердость, Транс, Мула и Неотвратимость.

И совсем грустно было со способностями:

 Натиск, Выпад, Вихрь.

Конечно, как любому жадному Вратарю (такие вообще бывают, кроме меня?), мне хотелось вмещать побольше пыли. Но что мне сейчас могло дать умение

Мул

 с практической точки зрения? Да ничего. Я даже поглядел еще раз на системные характеристики.

Наполнение пылью: 42%.

Это хорошо, что последние алтари были не так сильно опустошены. Вообще, по моим прикидкам, нам осталось всего одно-два путешествия, после чего придется возвращаться в Ядро. Или просто мы будем тратить в два раза больше времени на зарядку, когда в строю останется только Хмур. Он по вместительности точно даст мне фору.

Иными словами, конкретно сейчас

Мул

 мне был ни к чему. Более того, наверное я и вправду безрассудный Вратарь, лишенный логики, потому что тянуло меня к заклинаниям, как Баскова к цветам. Басков – это вроде синоним озеленителя или флориста. В общем, не суть. Важно другое. Ведомый каким-то странным чувством, я выбрал заклинание

Оружие Эха

. А оставшееся очко распределения не стал никуда тратить, решив приберечь на черный день. Если так пойдет, то следующий уровень я получу довольно скоро.

Собственно, ничего не предвещало беды. Мы зарядили или «заправили», как выражался Брат, шесть алтарей из девяти. Однако по иронии судьбы именно на седьмом нас и поджидали неприятности. Точнее, сначала вроде все шло как обычно. По завету Хмура, я должен был немного подождать, чтобы с оболочкой оказалось все нормально. А уже потом зарядить алтарь.

И именно во время этого ожидания мне приспичило прогуляться до выхода из обители. Нет, наказ я четко помнил. Не переступать порог. Там меня могло ждать что угодно, а тут я был под надзором и защитой Брата. Инструктора, между прочим, если верить серебряным доспехам. Почему именно сюда поставили такого Вратаря – я догадался сразу, как только выглянул наружу.