Головач

- На этот раз устроим "гольф", Так? - поинтересовался "Пузо".

- Блин, а я надеялся на оголение яиц... - сказал Хорейс.

- А я - на старое доброе завязывание члена в узел или "коробочку"...

Но Такер отверг эти предложения.

- Не, братишки. Мы все это уже делали, и будем делать не раз. Понимаете, я хочу произвести наилучшее впечатление на нашу милую одногрудую гостьюшку. - Он решительно кивнул. - "Гольф".

Команда была дана, и Клайд, "Пузо" и Хорейс приступили к выполнению поставленных задач. Клайд крепко двинул Три Эма по голове, не чтобы убить, а скорее чтобы просто оглушить. Затем взял нож и сделал разрез вдоль груди наркодилера, на уровне подмышек. Затем осторожно повторил то же самое на спине. Этот сложный круговой разрез был сделан с определенным умыслом. Обильно стекающая на грязный пол кровь образовала малиновую лужу.

- Выглядит неплохо, - похвалил Такер, стоя рядом с девкой.

"Пузо" осторожно просунул лезвие ножа под кожу чуть выше лопаток, а затем с причудливым мастерством оттянул ее, чтобы образовался "карман".

После чего положил в этот "карман" мяч для гольфа.

Клайд обвязал заранее приготовленный кусок веревки вокруг обтянутого кожей мяча, крепко затянул петлю и установил над узлом механический зажим.

- Заводи, Хорейс! - крикнул "Пузо".

Мотор с ревом ожил и ритмично затарахтел. Под звук набираемых оборотов веревка, обвязанная вокруг мяча для гольфа, тут же начала натягиваться.

Взгляд блондинки медленно переместился вдоль веревки в противоположный конец амбара, где Хорейс с довольным видом управлял стационарной лебедкой.

Мотор продолжал постепенно набирать обороты, пока веревка не натянулась полностью, и пока несчастный Три Эм не повис в воздухе под углом. Руки и ноги у него беспомощно болтались. Наверное, нет нужды описывать вокальные способности наркодилера.

Такер схватил девку за голову и силой заставил смотреть.

- Нельзя такое пропускать, сладенькая. Это же прикольно. - Затем он кивнул Хорейсу.

Шум мотора усилился втрое. Теперь тело Ти Эма висело под углом примерно в сорок пять градусов, и под влажный треск вся его кожа стала стягиваться, начиная с подмышек, вниз, словно некий комбинезон. Небольшой очаг сопротивления был встречен в районе промежности, а потом еще в области ступней, после чего весь кожный покров был сдернут. Возможно, будет целесообразно добавить, что вопли Три Эма напоминали рев какого-то механизма и даже заглушали шум лебедочного мотора. Затем упрямые соединительные ткани между "кожным покровом" Три Эма и его ступнями...

 ... ТРЕСНУЛИ.

Лебедка "взвыла" от резкой потери напряжения. И кожный мешок, с привязанной к нему веревкой, катапультировавшись и брызгая кровью, пролетел над Хорейсом и шлепнулся об амбарную стену. Шум мотора стих.

Четыре братца-здоровяка с энтузиазмом зааплодировали.

- Клевая работа, парни! - похвалил Такер, обмениваясь "петюнями" с "Пузом" и Клайдом. - Лучший "гольф" за все время!

- Да! - согласился Хорейс. - Даже лучше, чем с той беременной "наркошей", которую мы освежевали в прошлый раз!

Три Эм продолжал кричать нарастающими волнами, всякий раз выгибаясь всем телом назад. А затем Такер сказал:

- "Пузо", почему бы тебе не дать парню что-нибудь, чтоб он заорал по-настоящему? - и его чуть более молодой братец с радостью подчинился. Он достал большой кувшин домашнего 100-процентного спирта и принялся обильно плескать на лишенное кожи тело наркодилера. И звуки, которые тот при этом издавал, вряд ли можно было назвать человеческими. Оголенные окровавленные мышцы блестели от спирта, словно у смазанного маслом культуриста, с которого содрали его "бронзовую" кожу. Вскоре от невыносимой боли он либо потерял сознание, либо умер.

Описать выражение омертвевшего лица блондинки можно было таким довольно избитым термином, как "чистый, неподдельный ужас".

- С него уже хватит, да, сладенькая? - заметил Такер. - Не беспокойся. То, что мы сделаем с тобой, будет совсем не так больно. - Он сделал паузу, будто, для усиления эффекта. - Но то, что будет весело, обещаю!

"Пузо" и Клайд расступились, и между ними появился ухмыляющийся Хорейс, который держал в руке электродрель, оснащенную трехдюймовой кольцевой пилой. К тому моменту "чистый, неподдельный ужас" помог блондинке с плоской грудью утратить способность к восприятию. Она слышала отголоски каких-то неземных звуков (ликование людей и визг дрели, напоминающий шум реактивного двигателя), а перед глазами плавала какая-то зернистая пелена, сквозь которую она видела (или ей мерещилось?) вот что: Эти огромные хихикающие близнецы принялись потирать себе промежности, затем скинули комбинезоны, а вибрирующий голос одного из них произнес: "Поехали, "Пузо"", а другой добавил "Вскрой "тыкву" этой шалаве, а то мне много чего нужно туда загрузить". А затем две руки, огромные, как бейсбольные рукавицы сжали ей голову, зафиксировав лицом вперед. И сквозь пелену надвигающейся смерти она почувствовала, как вращающаяся на скорости 15000 оборотов в минуту кольцевая пила начала проедать отверстие у нее во лбу...

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Это вполне мог быть клип канала "Трэвел Ченэл", рекламирующий передачу о потрясающих своей красотой диких местах великой страны под названием Америка: бесконечный резной контур девственных гор, широко раскинувшиеся холмы, и шокирующие своей зеленью леса. Лето было в самом разгаре, и сквозь эти восхитительные виды летел блестящий внедорожник "БМВ".

Кроме загруженного под завязку люксового автомобиля стоимостью 80000 долларов чуждыми для этой местности казались лишь его водитель и пассажиры: трое холеных тридцатилетних мужчин "журнальной" внешности. Брайс Паркс, его старший брат Оги и Кларк Силбер. Эти мужчины были самим олицетворением успеха, уверенности, и богатства, и все обладали тонкой аурой "тех еще засранцев", окружающей их, словно аромат дорогого одеколона, которым они пользовались. Их запястья украшали "Ролексы" (настоящие, а не поддельные), и, учитывая качество салонного загара, они, скорее тянули на обитателей Палм-Спрингс, чем на "манхэттенцев". Даже их легкомысленные футболки, кроссовки и потертые джинсы являлись, на самом деле, дорогой дизайнерской одеждой от экстравагантных "кутюрье" с 5-ой авеню, поскольку они скорее умерли бы, чем стали б одевать что-нибудь "небрендовое". Что подумали бы их партнеры? Когда эти мужчины хотели съесть гамбургер, они шли не в "Макдоналдс" за трехдолларовым "Биг-Маком", а в "ДиБи Бистро Мондернэ" за 150-долларовым "двойным трюфелем Кобэ Биф". Кларк носил на шее уродливую золотую цепь, будто воображал себя питчером (подающий в бейсболе - прим. пер.) из высшей лиги. У Брайса на пальце было такое же уродливое кольцо с розовым бриллиантом.

За рулем сидел Брайс, в то время как остальные любовались впечатляющими пейзажами.

- По-моему, мы официально прибыли в жопу мира, - сказал он.

- Это точно! - воскликнул с пассажирского сиденья Оги. - Прощай, Манхэттен, здравствуй земля деревенских "кошелок", самогона и провинциальных стриптизерш!

- Иии-ха, - с сарказмом в голосе произнес Брайс.

Кларк, наклонившись с заднего сиденья, спросил:

- Эй, Оги, почему твоему братцу так не по душе эта поездка?

Оги усмехнулся.

- А, он все еще страдает из-за того, что Марси его бросила...

- Я не страдаю! - решительно, хотя и не очень правдоподобно возразил Брайс.

- Расслабься, Брайс, - сказал Кларк. - Хочешь знать правду? Мы с Оги завидуем тебе. У тебя, хотя бы хватило мозгов не жениться на этой корыстной сисястой сучке.

Оги, смеясь, похлопал Брайса по спине.

- Да, братец. Ты соскочил с крючка, а мы с Кларком будем платить алименты до самой гребаной смерти.

Брайс даже не пытался скрывать отсутствие энтузиазма.

- Ну, да, от этого мне стало гораздо легче. И Марси вовсе не корыстная.

- Продолжай убеждать себя в этом, братан. Она скорее остановится тушить инкассаторскую машину, чем горящий школьный автобус.

Брайс хмуро посмотрел на Оги.

- Давай-же, встряхнись, Брайс, - сказал Кларк. Каждого из нас поимели женщины - такова жизнь. Вся эта природная красота поможет тебе отвлечься...

Оги рассмеялся, как всегда бестактно.

- Да, природная красота и "дырка" деревенской шлюхи!

Брайс продолжал хранить угрюмость. Но тут Кларк, словно потрясенный чем-то, указал в окно.

- Эй, парни. - А как вам такая природная красота? - Брайс и Оги с изумлением уставились на потрясающую поросшую деревьями гору. Эти захватывающие дух виды вызвали восторженную реакцию даже у таких богатых, испорченных и самодовольных представителей элиты, как Оги, Кларк и Брайс. Интерьер "БМВ" заполнило молчание, когда мимо них в окне проносились все новые чудеса природы. Эти виды заставляли осознать свою ничтожность по сравнению с безмерным великолепием мира. А Брайса, в частности, -поставить под сомнение свой цинизм, а также отрицание духовности, свойственное членам Лиги Плюща (ассоциация восьми старейших университетов Америки - прим. пер.). Он с удивлением глазел по сторонам.

- Ух, ты, - пробормотал он. - Никогда не видел ничего подобного, разве что в "Нэшнл Джиогрэфик".

Этот момент саморефлексии разрушил Оги, что, впрочем, было обычным делом. Он крепко шлепнул Брайса по спине и рассмеялся.

- Единственные горы, которые я помню из "Нэшнл Джиогрэфик", это сиськи аборигенок. У них еще были кости в носах и по сорок колец на шее.

Кларк усмехнулся.

- Поверь мне, Оги. В "Нэшнл Джиогрэфик" есть не только "обнаженка".

- Братец, я гарантирую, что ничего похожего на "Чокнутую Сэлли" ты тоже никогда не видел.

- Это тот стрип-клуб, набитый деревенскими шлюхами, да? - спросил Кларк.

- Да, Кларк, именно так. Знаю по личному опыту, "телки" там - с десятибальной внешностью и нулевой моралью. Теперь это мой типаж женщины!

Брайс снова нахмурился.

- По-моему, все эта тема с деревенскими шлюхами - полная чушь. Готов поспорить, это твой приятель с Уолл-стрит, Гарглер, навешал тебе лапшу на уши...

- Гарглер? - отозвался Кларк.

- Да, блин! Рич Гарглер, мой друг, который работает на бирже. Он рассказал мне об этом месте в...

Кларк поморщился.

- Его фамилия Гарглер? А имя Рич, сокращенно от "Ричард"? Черт, надеюсь, никто не зовет его Дик (Dick Gurgler - "членосос" на амер. слэнге - прим. пер.).

- Многие зовут, - рассмеялся Оги. - Он приезжал сюда в прошлом году на рыбалку вместе с несколькими специалистами по ценным бумагам. Сказал, что это было лучшее время в его жизни.

Брайс отнесся к его словам со скепсисом.

- А сейчас, он ржет над тобой, Оги. Это сумасбродная затея. Мы - в 10 часах езды от Нью-Йорка, ищем какой-то захолустный городок, которого нет даже на картах "Гугла".

- От тебя очень много негатива! Братец, в такой глуши есть множество населенных пунктов, не имеющих статус города. Типа, гребаные этнические деревни, или что-то типа того. Американский третий мир.

- Ага, - добавил Кларк, и многие жители там даже не попадают в перепись населения. Эти семьи живут здесь сотни лет. Можно сказать, самовольные поселенцы. У них, наверное, школы с одним классом, хотя уверен, что половина детей их не посещает.

- Послушай доброго доктора. И доверься мне, если Гарглер говорит, что это здесь, значит, это здесь.

- Ага. Гарглер, - сказал Брайс без какой-либо уверенности. - Мы едем сотни миль, полагаясь на слова парня, которого зовут Дик Гарглер. Знаешь, - Брайс сделал паузу, - не удивлюсь, если ты все это придумал. Нет никакого Дика Гарглера. Ты случайно не получал ресторанные рекомендации от Джэка Хоффа?

Оги рассмеялся.

- Ты - полный засранец, Брайс, именно поэтому я и горжусь своим братом. И хватит уже переживать. Гарглер сказал, что это место находится между Люнтвиллем и Крик-сити...

На этот раз рассмеялся Брайс.

- О, да, слыхал я об этих городишках!

- ... и они есть на карте.

Брайс продолжал качать головой.

- Оги, мы никогда не попадем в этот стрип-клуб, поскольку его вообще не существует. Ставлю "сотку", что его...

***

Брайс вздохнул, достал из своего бумажника "Баленсиага" 100-долларовую банкноту и отдал Оги.

- Люблю брать у тебя деньги, - сказал Оги. - Приятней, чем отбирать конфетку у ребенка, живущего на пособие. А теперь ты, может, усвоишь урок: Не усомнись в мудрости брата своего старшего.

- Ага, и пророка по имени Дик Гарглер, - сказал Брайс, убирая бумажник. - Отсоси себе.

- Говоришь, как большой спец по этому делу! - Оги повернулся к стоящему перед ними двухэтажному зданию. Он протянул руку, словно на него снизошло откровение. - И говорю я тебе: Узри! Вот "Чокнутая Сэлли"!

Трое мужчин стояли перед ветхим дощатым строением, и взирали на него ни сколько со страхом, сколько с изумлением.

- Похоже, у них в Западной Вирджинии отсутствуют правила техники безопасности и строительные инспектора, - сказал Кларк.

- Или те, кто знает, как рисовать проектный план, мать их, - добавил Брайс. - Эта помойка не может функционировать.

Даже Оги, с его натянутым энтузиазмом, усомнился, что такому старому шаткому кабаку было позволено обслуживать посетителей.

- Бросьте парни, это же дремучая глухомань, а не Авеню Америк (офиц. название 6-ой авеню в Нью-Йорке - прим. пер.). Здесь все по-другому, другой образ жизни. Люди не очень заморачиваются по поводу внешнего вида.

Брайс рассмеялся.

- Оги, это здание, похоже, скоро рухнет. Неужели оно открыто?

Оги указал на аляповатую вывеску под островерхой крышей, которая гласила: "ЧОКНУТАЯ СЭЛИ. ДЕВОЧКИ! ХОЛОДНОЕ ПИВО! ДЕВОЧКИ! ВХОД СВОБОДНЫЙ, ОТКРЫТО С ШЕСТИ И ДО УТРА". Надпись была окружена неоновой рамкой, которая с жужжанием источала мигающее оранжевое свечение, несмотря на то, что день был в разгаре.

- Вывеска горит, а значит, электричество у них есть. Если б они не работали, света бы не было.

- Даже имя "Сэлли" не смогли написать без ошибок, - добавил педантичную критику Брайс, - Пропустили вторую "Эл".