Бархатный отпуск

Сойдя с трапа самолета, я полной грудью вдохнула сладковатый воздух столицы этого маленького государства Ливрея. Посмотрев в небо, я заметила, что над аэропортом Викары сгущались грозовые тучи. Слева от меня, вдали, курился какой-то вулкан. Решила обязательно о нем поподробнее расспросить своего гида. Надо же узнать, наконец, куда я попала.

Рассматривая низкие серые тучи, я не заметила, как ко мне кто-то приблизился, и отчаянно взвизгнула, когда меня этот самый кто-то потянул за руку.

Быстро тараторя на незнакомом мне языке, узкоглазый левреец предлагал мне, видимо, отовариться у него дешевыми безделушками. Какое там! От испуга я не могла придти в себя, поэтому единственное, что получилось выговорить, было:

– Кыш!

– Кыш? – изумленно переспросил ливреец и, насколько смог, широко раскрыл глаза.

Я выставила руки вперед и отрицательно замотала головой. Ну, как же смешно, наверное, это все выглядела со стороны. Только в стороне уже никого не было. И я тоже поспешила к отдаленно стоящему зданию, видимо, являющемуся аэропортом.

– Добрый день! – поприветствовал меня высокий мужчина.

Нет, я, конечно, была готова увидеть гида, но представить, что он будет выглядеть именно так…

Высокий рост, кажется, уже упомянула. Широкие плечи – такие мне нравятся. Одет в кожаную куртку и джинсы. Лица вообще разглядеть невозможно – один аристократический нос торчит из-под бороды, будто придавленный сверху еще и солнечными очками. Волосы забраны на затылке в небольшой хвост. Рокер? Возможно.

– Здравствуйте, – поздоровалась я, стараясь сдержать рвущуюся изнутри улыбку.

– Пройдемте. Вам со мной, – коротко объявил мужчина, даже не удосужившись представиться. Может, у них тут так принято. Мало ли, развивающаяся страна, дикие обычаи…

Я повиновалась. Последовала за ним обратно из аэропорта на улицу. Он шел так быстро, не оглядываясь, что я значительно отстала, хотя и старалась быстро перебирать ногами. Но как такое возможно на каблуках и с огромным чемоданом?

Да. Странно, что этот гид даже не предложил мне чемодан донести. И куда он так бежит!

Несколько поодаль от того места, куда приземлился мой «Боинг», стоял… ээээ… как бы это назвать… небольшой частный самолет… напоминающий «кукурузник»…

– Мы полетим на этом? – с сомнением спросила я, когда приблизилась, наконец, к сему транспортному средству.

– Чем вам не нравится мой «Крепыш»? – усмехнувшись, съязвил он.

– Мне сомнительно, что он «Крепыш», – постаралась уколоть я.

– Сейчас убедитесь. Поднимайтесь на борт.

Я неопределенным жестом постаралась указать на чемодан.

Но!

Этот нахал развернулся и стал подниматься по трапу!

Что мне оставалось делать? Не обратно же лететь.

Стала подниматься. И чемодан мне стоил неимоверных усилий.

– Вам помочь с чемоданом? – раздался мужской голос из кабины пилота, когда я уже поднялась на борт.

– Нет, спасибо, – отозвалась я, обливаясь потом и с трудом сдерживая сбившееся дыхание.

Огляделась. Да ладно!

– Вы предлагаете мне сидеть на лавке??? – моему возмущению не было предела!

– Могу уступить вам место за штурвалом, – отозвался мужчина.

В одну секунду я оказалась в кабине.

– Что вообще происходит? – возмущенно и одновременно обиженно прошипела я. – Обещали сервис, а я его не вижу!

– Вы скоро привыкнете и непременно его обнаружите. Акклиматизация, так сказать, – усмехнулся пилот-гид.

Я помотала головой, словно пытаясь проснуться. И хотела уже дальше продолжить возмущаться, но этот нахал завел двигатель, отчего разговаривать стало невыносимо. Круто развернувшись на каблуках, я намеревалась походкой от бедра проследовать до предложенного посадочного места, если его так можно было назвать. Хлопнула «купешной» дверью! Но самолет резко тронулся, отчего я по инерции полетела, выставив перед собой руки вперед.

– Ай! – закричала я, ногтями зацепившись за лавку. – Придурок!

Удержалась, аккуратно присаживаясь. Увидела ремни безопасности и сразу пожелала пристегнуться. Кажется, я говорила, что совсем не боюсь летать? Что даже люблю это делать, любуясь красотами из иллюминатора. Чушь! Я нагло врала! Теперь меня внутренне трясло, но определить причину было невозможно – то ли злость, то ли страх…

Никаких иллюминаторов и в помине не было на этой колымаге! Я смотрела, как мой тяжелый чемодан, беспрерывно взрагивая, сползает постепенно ко мне, будто в поисках защиты. Мне, признаться, тоже хотелось отстегнуть ремни, сползти на пол и обеими руками обнять чемодан. Но я же взрослая девочка. Переживу.

Ради бунгало с видом на океан. Ради ласкающих мою уставшую кожу солнечных лучей. И ради такого долгожданного отдыха.

Ну, совмещает пилот ставку гида. Что в этом такого? Местный колорит.

Через несколько минут полета, от которого в ушах звенело так, будто я сидела рядом с двигателем (а может, так оно и было), наш «кукурузник», как я сначала подумала, попал в зону турбулентности. Но! Страх, пережитый за те минуты, превзошел все мои ожидания. И через некоторое время я с ужасом поняла, что турбулентность никак не кончается. Самолет то и дело кренился то на одну, то на другую сторону.

Смекнув, что мое беспокойство уже достаточно затянулось, я щелкнула кнопкой ремня безопасности и, цепляясь за обшивку, поднялась. Лучше бы я ползла! Широко расставив ноги, будто старалась зацепиться за пол каблуками. Получалось, как у косолапого пингвина. Слегка пружиня в коленях, стала передвигаться по направлению кабины пилота. Через пару шагов мне удалось схватиться за ручку двери. Шумно выдохнув, я потянула ее в сторону. Дверь поддалась. Я еще раз шагнула, набирая воздух в легкие, чтобы прокричать, пробиваясь сквозь шум и некий свист, но…

То, что я увидела перед собой, заставило поперхнуться и шумно выдохнуть. Этот самый гид-пилот крепко держал штурвал, напряженно разведя руки в стороны. Куртки на нем больше не было – она валялась на полу. Он остался в одной белой, довольно открытой майке. Через спинку кресла я мельком заметила, какие мокрые эти горы мускулов…

Но впереди я видела стекло самолета… А за ним ничего не было видно! Одна темнота, плотные серые тучи и молнии, то и дело будто проскальзывающие по стеклу…

Я поняла. Мы просто попали в грозу…

И теперь летим, ничего перед собой не видя… Как утки из диснеевского мультика «Утиные истории» во время очередного своего приключения. А пилот мой, вместе со своим «кукурузником» явно напоминали Зигзага Макряка. В какую утиную историю я вляпалась!

Чтобы не вскрикнуть, закрыла рот рукой. Хотя, глупо, конечно, что бы от этого изменилось?

– Нам еще долго лететь? – словно невзначай, прокричала я.

– Тебя тут только не хватало, – крикнул в ответ мужчина.

И я бы возмутилась… но при других обстоятельствах.

Потому что он на секунду повернул ко мне лицо, теперь уже лишенное очков, и… у меня подкосились колени. Это был тот самый мужчина из клуба! Перед которым мне пришлось быстро поднимать сумку, будучи по невероятному стечению обстоятельств лишенной нижнего белья…

И тогда я подумала, что он маньяк! А теперь этот бородатый мужик оказывается гидом! Все это нагромождение событий никак не укладывалось в голове и больше походило на кошмарный сон.

Вот так отпуск меня ждет! Бархатный сезон!

Остаться бы теперь живой. Мысли путались. Я совершенно не знала, как мне поступить. Но что-то предпринять было просто необходимо.

– Куда мы летим? – выкрикнула я самое нелепое, что только могло придти мне в голову.

– На курорт! – ответил бородач, при этом ехидно мне подмигнув.

Может, он тоже ливреец, абориген какой-нибудь? Может, у них обычаи такие – воровать невинных девушек в аэропорту?.. Хотя по поводу невинности явный перебор. Какая уж из меня невинность! Но и аборигены в общем понимании этого слова вряд ли умели управлять самолетом. Если только специально обученные. Нет. Мой бородач не был похож на ливрейца. Я отмела эту мысль.

Тогда кто он? Все-таки гид? А встреча в баре пару месяцев назад – чистая случайность. Скорее всего. Вот. Так гораздо лучше думать.

Но тогда куда мы летели? Ах, да! Как же я забыла! На курорт! Блин… Что-то не сходится.

– Как вас зовут? – спросила я как громко, что в горле неприятно запершило.

– Федор.

– А меня Ева, – зачем-то крикнула.

– Я знаю.

Опять мне его ответ показался подозрительным. Хотя, конечно, как гид он просто обязан знать, кого встретил.

– Такие бури здесь часто? – Что я говорила! Это же просто нелепо!

– Ежедневно, – ответил он, резко потянув за штурвал. Если бы я изо всех сил не держалась за дверной косяк (не знаю, может, в самолете он и по-другому называется), то непременно отлетела бы с самый хвост самолета.

– Что вы делаете! – возмутилась я, с трудом проглотив комок, образовавшийся от испуга. Ответов на его реплику у меня было множество, но высказать накопившееся не пришлось.

– Пытаюсь спасти наши задницы, – весело ответил Зигзаг. Ну, точно, как в мультике! Хотя, наверное, детский персонаж так не мог ответить.

Бородач резко нажал на штурвал, и мы, по-прежнему пребывая вне зоны видимости – только черные и по виду вязкие тучи за стеклом, начали снижаться. Всё! Я решила, что мы падаем. Но ничего выговорить не смогла.

– Сейчас вам лучше присесть и пристегнуться, – посоветовал первый и единственный на борту пилот. – Мы начинаем посадку.

– Какая забота! – одними губами проговорила я и, скрючив недовольную мину, развернулась, чтобы вновь преодолеть это сотрясающееся пространство до лавочки.

– Поторопитесь! – крикнул мне вслед бородач. – Скоро будет трясти.

Офигеть! А до этого я могла пройти по комфортабельному салону с фруктовой вазой на голове! Но на то, что Зигзаг только что пошутил, похоже не было. Ускорившись в переставлении ног, заточенных в туфли на высоком каблуке, через несколько секунд я достигла лавочки. Пристегнулась. И, надо сказать, весьма своевременно. Потому что в следующую секунду меня так тряхонуло, будто самолет все-таки упал. Даже скрежет обшивки послышался!

Все. Мы приземлились. Колымага катилась по земле…

Когда сей «Борт номер один» остановился, на меня вдруг накатил панический ужас. Из кабины вышел бородач…

– С приземлением, – поздравил он. – Не слышу бурных аплодисментов.

– Не успееела… – заикаясь, проговорила я.

– Можно уже выходить, – слегка наклонив голову, проговорил бородач.

– Хорошо, – крикнула я, еще не оправившись от оглушающей тишины и продолжая сидеть на месте. Я смотрела на этого высокого и сильного мужчину и боялась его. Он не гид! Вот точно не гид!

– Или вы собираетесь оставаться здесь?

Его зовут Федор. Я вспомнила.

Осторожно выщелкнул ремень безопасности, на трясущихся ногах постаралась подняться. Как бы оно ни было, я не собиралась терять чувство собственного достоинства. Расправила плечи и гордо вздернула подбородок.

– Где мой бунгало? – постаралась спросить как можно увереннее.

– За бортом.

В этот момент где-то наверху так сильно громыхнуло, что я слегка втянула голову в плечи. Но вовремя сообразила, что выгляжу смешно.

– Идемте, – призывно выговорила.

Бородач слегка усмехнулся, развернулся и направился к выходу. Тяжелый чемодан снова пришлось тащить самой.

Выглянув, я увидела, что грозовые тучи сделались почти черными и низко нависали над домом. А между бунгало и мной был водопад из дождя.

– Эй, – окрикнула я бородача, который уже ждал меня на крыльце домика. – Зонт есть?

– Он вам не поможет, – усмехнувшись, ответил Федор.

Вот придурок! Ладно! Что б ему пусто было!

Выползла вместе с чемоданом наружу. И в одно мгновение мое коротенькое летнее платьишко прилипло. По телу бежали прохладные ручьи. Волосы слиплись и повисли на плечах, словно мокрая тряпка. Я ковыляла по мощенной каким-то природным камнем дорожке, слегка всхлипывая. Может, мне стоило переждать дождь на борту?..

– Прекрасно выглядите! – проговорил мужчина, когда я все-таки дошла. Бросив чемодан, размахнулась, чтобы отвесить пощечину этому наглецу!..

Глава 4. Десять биксов, но ты не королева

Он поймал мою руку и крепко сжал. Он молчал. А мне эта минута показалась вечностью. Я успела разглядеть безразличие в его пронзительных зеленых глазах. Аккуратно подстриженные усы и бороду. Капельки дождя, скатывающиеся по коричневой кожаной куртке. И слегка намокшая белая майка открывала островок курчавых волос на груди, в которых запутался необычный медальон. И снова не время о чем-то спрашивать.

– Извините, – проговорила я, испугавшись. – Нервы.

– Понимаю, – его бровь взметнулась кверху. Он выпустил мою руку и проговорил: – Это ваше бунгало. Мое – соседнее. Завтра осмотритесь и приступите к своим обязанностям. Сейчас уже поздно. Да и вам… – он обвел мою фигуру несколько брезгливым, как мне показалось, взглядом, – нужно привести себя в порядок.

Резко развернувшись, бородач быстрым шагом, прямо через ливень, двинулся прочь. Я тоже развернулась и ткнула пальцем в соломенную дверь. Она поддалась. Замка не было! Он что, подумал, будто я решусь жить на этом чертовом острове в соломенной хижине, с не запирающейся дверью???

Я, конечно, была наслышана, что, приезжая на отдых, в чужую страну, нужно вложить в паспорт при заселении десять биксов, а потом просто уверенно занять лучший номер, не заморачиваясь на тему редкой уборки занимаемого помещения, грязного белья, отсутствия вытяжки, горячей воды и сломанного кондиционера… Но! В какой конкретный момент я забыла это сделать? В самолете? И что? Он развел бы тучи руками, а «кукурузник» превратился бы в «Боинг»? Или при выходе? Когда он одолжил бы мне зонтик или отнес бы в бунгало на руках?.. Может, когда я намеревалась его ударить? Надо было занести руку с уже подготовленной, хоть и вымокшей купюрой?..

Широкая кровать была застелена белоснежной простыней. Душевая кабина блестела и пахла свежестью. Ну, хоть по гигиеническим показателям были какие-то соответствия.