Помоги проекту - поделись книгой:
– в пятке торчит здоровущий рак. Рак! К пиву!! Иолай, на помощь, уйдет ценная закусь!!!
…рака приговорили первым. После этого Геракл в приступе оригинального садизма заявил: «Тащи дрова, подпалим змейку!» На дрова пошла ближайшая роща, каждая снесенная голова получила профилактическое прижигание, после чего уже не отрастала. А потом головы вообще кончились.
На последнюю Геракл навалил скалу, а то «размножается она тут… тоже». А в желчи гидры намочил свои стрелы, чем сделал их смертоносными и доказал, что хороший герой с любого подвига что-нибудь да поимеет.
Иолай, который обзавелся шикарным раком к пиву, был с этим полностью согласен.
Античный форум
18. Браконьерство третье. Птичка уже не вылетит
В аркадском городе Стимфала за шутку о «Сейчас вылетит птичка» можно было легко поймать вилами в глаз и коленом обо все остальное. Ибо тема была болезненной, как геополитика в двадцать первом веке: птички, в свое время прикормленные Аресом, таки вылетали и проходились по окрестностям подобием парового катка. На пугала не покупались, ибо: первое – общались с Аресом (после такого уже ничего не возьмет), второе: птички были с медными клювами и лапами и бронзовыми перьями (мечта любого добытчика цветных металлов). Линяя на лету, стая стимфалийских птиц представляла собой что-то вроде отряда летучих кровожадныхарбалетчиков. В общем, команда «Воздух!» в окрестностях Стимфала была ой, как актуальна.
Пока Эврисфею не пришло в голову поручить Гераклу – мол, а иди-ка, истреби-ка летучий металлолом! Геракл ничего не имел против металлолома и отправился гонять птиц, а Афина отправилась помогать Гераклу, тайно крутя кукиши по адресу Ареса и мачехи.
Богиня-воительница сходу заявила братику: мол, птиц много, на земле их не достать, клюются они зверски, а потому, дорогой, будем применять смертоносное психологичное оружие: музыку. Мы, конечно, хотели тебе кифару забабахать, но с кифарами у тебя как-то не сложилось (опасливый взгляд), а потому – держи два тимпана, становись на холме и жги глаголом… напалмом… короче, жги, браток, не опозорь божественную кровь!
Геракл сгреб инструмент, одобрительно крякнул, что, мол, «Во, наконец-то! Ударные – это мое!» – влез на холм и вжарил со всей геройской дури.
Мироздание замерло, впав в шок и трепет.
Порывом античного тимпанного рок-н-ролла помогатую Афину снесло далеко за окрестности Стимфала с легкой контузией. Впали в кататонический ступор музы вместе с Аполлоном. Зевс перестал окучивать очередную любовницу, заслушавшись. Опали яблоки в садах Деметры на Олимпе.
Глубоко под землей проснулся Аид с воплем: «Танат, где шлем, титаны атакуют!» Титаны дальновидно утрамбовались в Тартар посильнее. Тень приснопокойного орфиста Лина в панике понеслась топиться в Лете, вопя, что знает эту манеру игры…
И где-то высоко-высоко, оторвавшись от своей оси мира, громкое «буэ» издала Ананка-Судьба…
Стимфалийских птиц мощью звука катапультировало за пределы Эллады на берега Эксинского Понта (Черного моря), но даже курортная зона не смогла поправить расстроенные нервы: пернатая фауна лысела все больше и в конце концов перемерла окончательно.
А Геракл расстроился: он вообще-то только начал…
Античный форум
19. Браконьерство четвертое. Проскакал по Греции олень…
Следующим следствием недоношенности Эврисфея стало поручение Гераклу изловить Керинейскую лань. Лань была наслана на аркадцев Артемидой, а потому обладала модельной внешностью (золотые рога, медные ноги) и мерзким характером (испорченные посевы, разоренные сады).
Запасом стратегической морковки, как Беллерофонт, Геракл обзаводиться не стал, здраво рассудив, что «в засаде уже со львом сидел, особо не сработало». Прикинув, что сильная его сторона – в психологических атаках, герой просто в лоб вылетел на выслеженную лань во всей красе. То есть, в львиной шкуре, с ревом и при дубинке (в ступор и нервное «ик» впали не только дриады окрестных деревьев, но даже мелкие насекомые).
Но лань-таки принадлежала Артемиде, а потому имела еще и стальные нервы! Пережив первое мгновение всепоглощающего стресса («Лев? Лев с дубинкой?! Я сегодня ела какую-то странную траву?!»), лань развернулась, просигналила хвостом «Нас не догоняя-а-ат!» – и взяла быстрый старт в северном направлении. Геракл, которому не улыбалось шариться по лесам и полянам, прокомментировал: «Ну, понеслась!» – и принял участие в гонке-преследовании…
Без ступоров, икоты и сердечных приступов эта пробежка, надо думать, все равно не обошлась, потому что несущаяся галопом лань с золотыми рогами – еще куда ни шло, но вот бегущий следом и матерящийся по-гречески лев на задних лапах и с дубинкой…
В общем, акция «бегом от Геракла» длилась примерно год, за который парочка успела переплыть сколько-то рек, пересечь сколько-то лесов и долин и навеять местным сколько-то кошмаров. Под конец Геракл загнал лань на дальний север, в снег, и хотел было ее уже схватить, но тут животину осенила гениальная идея: «Я что – олень?! Чего я вообще бегу на север?!» Поэтому, увернувшись от Геракла в результате сложного обходного маневра, лань понеслась… приготовьтесь… НА ЮГ.
Геракл, проклиная логику парнокопытного, понесся следом – через те же самые реки, поля, леса и уже заранее нервных местных. Очередной этап марафонского пробега закончился в Аркадии, где лань притормозила и задалась еще одним гениальным вопросом: «А чего это я бегу на юг?! А может…»
Тут она опять начала разворачиваться для сложного обходного маневра, но Геракл понял, что вечный челночный бег через Грецию – не его стихия, а потому снял с плеча лук и подстрелил лань в ногу.
После чего, конечно, перед ним предстала разозленная Артемида с вопросом: а есть ли у него разрешение на отстрел редких животных?
– Да, вроде, боги выписали, а Эврисфей утвердил, – не моргнув глазом, отчеканил Геракл, – лев и гидра особо не жаловались. Птички тоже.
«Гринпис» античности ничего не смог поделать с олимпийским блатом героя: лань пошла в Микены, а Геракл – дальше истреблять элладскую живность.
Античный форум
20. Браконьерство пятое. Ну, и кто тут Пятачок?
На пятый раз царь Микен решил в прямом смысле слова подложить герою свинью. А поскольку для Геракла свинья была нужна особого масштаба и экстерьера, выбор пал на Эриманфского вепря, который опустошал окрестности Псофиса, оставляя их без ценных желудей и без еще более ценных жителей.
Геракл, еще толком не отдохнул от затяжного кросса «по долинам и по взгорьям» за Керинейской ланью, а потому долго не мог определиться со стратегией. Засада? Выход в лоб? Секретное разрушительное оружие (музыка)?
В конце концов, стратегия была выбрана новая и неопробованная, но психологически явно верная: хочешь поймать кабана – думай как кабан!
С этой похвальной целью Геракл на пути к Псофису завернул в гости к кентавру Фолу и вместе с хозяином в компании спиртного ужрался до свинячьего визга. К сожалению, процесс приближения героя к свинской природе обеспечивался за счет коллективных запасов вина всех кентавров округи. Учуяв, что заначку распаковали, кентавры с округи сбежались и начали выдвигать претензии в духе медведей из сказочки про Машу: «А кто это пил наше вино?». Только в более агрессивной форме, потому что алкоголь – это святое.
Геракл, который уже достаточно приблизился к искомому состоянию, сперва забросал кентавров головнями (это хозяев-то жилища!), а затем, по принципу «Вы разбудили мою внутреннюю хрюкзиллу» погнался за отчаянно драпающими кентаврами, отстреливая их ядовитыми стрелами.
Кентавры, которые были уже готовы сами Гераклу наливать, добежали до Малеи и укрылись «в домике» – то есть, в пещере у кентавра Хирона. Вслед за беглецами в пещеру, по инерции натягивая лук, влетел Геракл – и, конечно, первая же ядовитая стрела досталась его учителю и другу. «Ой, – смутился после этого Геракл. – Какая ж я после этого свинья. О! Свинья!! Нужное состояние достигнуто, где там этот кабан?!»
Хирон остался раздумывать, как бы сподручнее сойти во мрак Аида от неизлечимой раны (надо отдать ему должное, он нашел способ), а Геракл дотопал до Псофиса, в окрестностях которого состоялся контакт, короткий, но жесткий диалог – и, понятное дело, свинья по природе уступила свинье по подпитию. Вепрь был загнан в снег, связан, взвален на плечи и притащен живым в Микены с выкладкой: «Просили? Получите!»
История, опять же, не обошлась без нервных травм: Эврисфей спрятался от зрелища в бронзовый сосуд. Правда, аэды не уточняют – от какого зрелища: все-таки вепря или все-таки похмельного Геракла.
Античный форум
21. Браконьерство шестое. Сантехников вызывали?
Царь Элиды Авгий был существом крепкого буржуинского замеса: чужое пригребем, своего не отдадим ни крохи. Своего у Авгия, как у сына Гелиоса, было в избытке. По странному выверту судьбы, щедрее всего Гелиос одарил сынка мясомолочной животиной (читай – овцы и быки). Дабы не растерять многочисленную красоту, Авгий соорудил грандиозный скотный двор – и уже тут столкнулся с проблемой ароматного характера.
Судя по всему, стада Авгия в совершенстве переняли нрав хозяина. Руководствуясь принципом «врагу – ни пяди!» они стремились не оставить пастбищам ни крупицы ценных удобрений. Терпели, как стеснительный мальчик на уроке, потом торжественно, стараясь не расплескать, добредали до скотного двора, и там уже осуществляли церемонию благодарности за хороший корм сполна.
В результате нескольких лет такой практики местные жители обходили скотный двор Авгия за много стадий и предварительно обмотав головы тряпками. Мухи дохли от счастья еще на подлете, птицы – в полете, но не от счастья, Гермес над скотным двором не пролетал категорически, ибо это грозило потерей сознания и координации. Конюхи и пастухи пробирались к стойлам, обвязавшись веревками и нащупывая пути шестами, напевая под нос: «Меня засосала опасная трясина…»
Поколебавшись, Авгий изменил буржуинству и вызвал античных сантехников. Те увидели масштабы проблемы, освоили уровень олимпийского мата и посоветовали вызвать античных водолазов. После чего дезертировали, оставив Авгия разгребаться во всех смыслах этого слова.
Но тут на помощь этаким античным Бэтменом примчался царь Эврисфей и заявил, что у него есть та-а-а-акой специалист…
Геракл к заданию отнесся с обычным пофигизмом. Осмотрев скотный двор, напоминающий Всеэлладский Фонд Удобрений, герой изрек:
– Ясно, объем большой. Срочный вызов будешь оформлять? Сделаю за день, но с тебя в таком случае – одна десятая стад.
«Сильны сантехники в Микенах», – подумал Авгий, но согласился. Из чистого желания посмотреть, как Геракл к концу дня освоит олимпийский мат.
Геракл между тем зашел на двор, провозгласил, что «Что-то засор тут, вроде, промыть надо бы», снес стены и глобально промыл территорию, отведя в нее воды двух речек – Пенея и Алфея.
На несколько дней всё, что пили и ели элидцы, приобрело явственный привкус великого подвига и неявственный – кишечной палочки. Территория ниже по течению наполнилась плодородными землями и дохлой рыбой.
Воды двух рек, которым ЦУ не давалось, захватили не только навоз, но и стойла, и пару десятков быков в придачу – в общем, на освободившейся совершенно лысой территории свободно можно было построить аэродром для высочайших визитов с Олимпа.
Авгий, увидев площадку, приведенную в свое первобытное состояние, в срочном порядке освоил олимпийский мат и всей лингвистической мощью оного отказался Гераклу платить, потому что… (дальше пошли жесты, и они тоже не прошли цензуру).
Геракл сказал «Ну, ладно, чо», – и пошел себе в Микены. Где уже поджидавший его Эврисфей (гадкий, как содержимое скотного двора Авгия) заявил, что раз – подвиг он не засчитывает, «потому что цены загибаешь». И два – да, иди, помойся уже, тебе там еще дельце с парнокопытным предстоит.
Позже, конечно, Геракл начал с Авгием войну и все равно отобрал кровно заработанные стада, а попутно еще и Олимпийские игры учредил… но все равно, у этого подвига какой-то нехороший душок.
Античный форум
Поделиться книгой: