Ник.Раздвигая горизонты

Рабах встал. За ним молча поднялись его спутники. Наклонив голову и прижав правую руку к сердцу, он стал что-то шептать. Потом, не прерывая своих слов, шедших из глубины сердца, он поднял голову и продолжил впитывать разумом открывшееся ему прошлое, чтобы рассказать своим как все было и не переврать в описании.

Ник

Ух, как я рад, что все получилось! На самом деле я действительно хотел вытащить в визуальный ряд все, что можно было раскопать из прошлого этой местности. Астрал, оно, конечно, хорошо, но все же когда маешь это своими глазами, что психологически оно воспринимается более реально. Да и детям показать хотелось.

Если в двух словах, то я начал доить астральную память по данной местности, очищать и преобразовывать данные в обычные иллюзии. Собирал информацию дискретно по времени за определенный период. Поэтому все тут наложилось и стало напоминать восточный базар, где люди толпами ходят друг сквозь друга, одновременно строят пирамиды, в которые тут же кого-то хоронят, ремонтируют их, те разрушаются, строятся новые и так далее. Зато виден весь исторический срез того периода, и можно даже его как в компьютерной программе редактировать — какие-то участки времени растянуть, из-за чего не попавшие в этот период люди и строения пропадали, или наоборот — ужать, увеличивая информационную плотность. Вот почему-то звуки сложнее оказалось передать, но тоже справился. Только в отличие от изображений, звуки не распространялись дальше нескольких метров от своих источников. А то тут действительно получился бы базар. А так — чинно все, благородно. Конечно, не все так просто было, особенно астральные глифы создавать, но судя по результату вроде бы получилось.

Здесь в то время не было пустыни. По крайней мере песков. Да и деревья то там, то сям были и даже какие-то рощицы, трава, а судя по растительности, освещению, и тому, как чувствовали себя люди в этой местности, климат был явно мягче. По крайней мере не видно было, чтоб они потели от жары.

Так мы и перелетали от одной кучки людей до другой. Опускались рядом, смотрели лица людей, слушали их голоса. Дети даже пытались кого-то потрогать — Сергей увидел девочку и хотел дернуть ее за косичку. Конечно безрезультатно, а вот Катя шикнула на него и посмотрела так укоризненно, что вогнала мальчика в краску. Честно говоря я почувствовал натуральный эмоциональный аурный посыл от нее с небольшими и легкими ментальными наслоениями. М-да… не совсем то, что я раньше наблюдал, скорее даже как раз из моей епархии, но все равно интересно. Может попытаться из нее сделать мага? Только какой смысл? Обычной магии тут нет, а инфомагия… Уже проверил: те сложные энерго-информационные структуры, предположительно отвечающие за владение магией, у нее так же заблокированы, как были они заблокированы у меня.

Тогда Умник их раскрыл, но сейчас, разбираясь с этим с высоты своих знаний, я четко вижу и понимаю, что Умник меня спокойно мог просто напросто убить этим действием. Вот реально, там ведь не только раскупорка идет, но необходима и перестройка кое-каких подсистем, чего Умник не делал, но мне просто повезло — устойчивый я оказался в этом плане. Да и вообще многих вещей я там не понимаю до сих пор, так что ни за что не взялся бы за это дело. По крайней мере сейчас. Ну и рисковать ребенком — даже мысль такая выводит из себя. Не зависимо от того, что она моя племяшка. Пробовать на другом человеке — тоже самое. Вот убить какого-то врага — легко. А просто взять и начать менять человека… Разве что врага опять же? Чисто в виде эксперимента? Эх… Что-то мне не хочется со всем этим возиться.

А вот чародейство — это да. И штука мощная и вполне можно людей раскачивать. Правда немного урезанное оно будет, так как не смогут люди его усиливать с помощью маны. Но чистая псионика тоже мощная штука. Тем более, что к многим ее проявлениям современные ученые подобрались и даже обычные люди используют. Все эти психотехники и мысленное управление УНИКами… Или взять тех же монахов… Тут можно будет подумать. Ну, а больше меня, конечно, интересует вот эта непонятная фигня, что есть у Катьки, совершенно не укладывающаяся в известные мне рамки магий, чародейства и прочего…

Или вот взять этого пацана — Сергея. Чем-то зацепил он меня. Вроде бестолковый, но кто в этом возрасте не бестолковый? Катька наоборот даже пугает своим ранним развитием, но все же это в пределах нормы. Вот взяться за пацана? Ну, пусть не чистые чародейские навыки ему дать, а те же боевые. У меня в запасе есть техники и чисто аурные, тоже весьма неплохие. Особенно против простых людей, независимо от их вооружения.

— Ну что, все отсняли? — Спросил я детей часа через три, высматривая на своем виртуальном экране, не пропустил ли интересных моментов из прошлого. Все это время пролетело как один миг и дети конечно должны были устать, хоть и не скажешь по ним.

— Да. Получается, именно так тогда хоронили? А почему пирамид не много? За такое время можно было бы до горизонта их понаставить, — Сергей недоуменно посмотрел на меня.

— Да просто зажиточные так хоронили. Ты посмотри на их одежды, — я кивнул в сторону очередной процессии. — У некоторых золота немеряно или несут золото с умершим, у кого-то лица раскрашены косметикой. Вон кого-то на паланкине несут. Причем украшенным не только золотом, но и каменьями. Путь полудрагоценными, но все же.

— У египтян так же было? — Катя засунула большие пальцы рук в кармашки шорт и покачиваясь с пятки на носок и обратно, прищурив глаза, с интересом рассматривала проходящую мимо нее древнюю красотку с печальным лицом.

— Не знаю. Вот и посмотрим завтра, — я оглядел пространство и задумчиво сказал: — Только надо придумать, что делать со всем этим песком. Да и засыпать обратно не хочется…

Пирамиды, кстати, практически все были разграблены. Остатки тел, конечно, лежали на местах, хоть и не везде, но все ценное было выметено подчистую. А ведь мы видели, что почти каждого там хоронили с дорогими вещами. Кстати, там ведь не только пирамиды строились, но и портики перед ними, каменные крытые площадки с каменными же скамейками. Красиво. До наших времен дожили только пирамиды.

* * *

Ага, «завтра» — хренушки там! Неделя! Неделю у меня заняло обустройство того, что я наворотил.

Впрочем, я и не торопился особо. Катя помогала мне, применяя свое проснувшееся дизайнерское чувство, Серега просто тусовался с нами заодно, ну и я начал его потихоньку готовить к учебе на мечах. На ночь их отправлял домой, думая, что на следующий день они не захотят приходить, но нет — как штык оба были тут. Это было приятно, что ни говори.

Кстати, попробовал я местных как они на своих саблях — чуть лучше, чем «никак». Потом пришлось еще их кормить — пока мы здесь находимся они уходить не захотели, а еды с собой много не брали да и что это за еда? Мясо вяленое да вода. Ну и сухие лепешки. Единственное в чем они мне помогли, когда я выбирал варианты, понимая, что это все останется местным, так это ответ на вопрос, что для них самое ценное. Оказалось вода. В принципе и так было понятно, но мало ли. Вдруг для них золото, например, важнее воды. Но все-таки вода. Люди оказались не особо мне интересными и поговорить с ними было не о чем, но и не мешали они мне. Тем более, что кому-то ведь потом надо будет смотреть за всем, что я оставлю тут. Хотя и смотреть особо не о чем будет, но мало ли…

Вообще тут реально получилось чудо из чудес, стоит это признать. Внешние песчаные стены укрепились и образовали высокую стену. Почти под двести метров высотой — просто громадные получились, но слегка препятствовали прямому жаркому ветру пустыни, хотя с общей системой контроля и баланса это теперь не имело особого значения. Внутри есть четыре широких прохода по сторонам света. Стена с внутренней стороны уступами спускается вниз. На каждом уступе — толстый слой принесенной земли, на котором высажены кусты и деревья, специфичные для данного района, но там, где есть хоть минимум воды, то есть оазисные растения. А как все это летало, когда рассаживалось! Просто сказка про джиннов, там, где они строили за ночь замок!

Среди деревьев — множество озер как и несколько из них в самой долине. Откуда вода? Это интересный вопрос. Помните мой преобразователь материи? То есть с одной стороны входит объект, превращается в энерго-информационную структуру, транслируется на другую сторону, но претерпевает изменение по пути, а там уже льется чистейшая вода. Даже с солями нужными. Это было просто — взял нужную воду, прогнал через свой механизм, снял параметры этого энерго-информационного пакета, ну и все, собственно. Объектом для преобразования стал лишний песок. Когда он преобразуется в энерго-информационный пакет, то затем преобразуется в матрицу воды и все. Это не получение объектов по информструктуре, это другое. Ну, а так как энергетическая составляющая у песка и воды разная, то объемы продуктов конечно разные получаются. Ну и еще контроль, чтобы преобразовывался только песок, а то начнут людей переводить на воду, хе-хе:-)

Поначалу, пока все было не настроено, вода, конечно, мгновенно выпаривалась. Ну и духота попервой наступила, когда все тестировалось. Но потом все выправилось.

Закрутил еще энергетику места, чтобы растениям комфортней было.

Потом работ только добавлялось — перекрыть область легким пологом, регулирующим микроклимат внутри. Потом специальные насосы в виде хитрых воздушных плетений, загоняющих нужный объем песка издалека при уменьшении воды в озерах. Тогда над озерами проливался дождь, восстанавливающий водный баланс. Потом оптимизация полога, чтобы песок, образующийся во время песчаных бурь, ну или просто приносимый небольшим ветром, проливался внутри уже на почву дождиком, освежая и увлажняя почву. Потом контроль роста растений (здесь много делала Катя, почему-то втихаря от меня советуясь с бабушкой и мамой Сергея — Ксенией. Стеснялась меня что ли…). Потом попробовали запустить в самые большие пруды среднеазиатских рыб (специально мотнулся туда и оказалось, что Сырдарья еще есть на месте и мне удалось выловить там довольно много разных рыб). Но выживут ли — не знаю. По крайней мере условия создали, а дальше как повезет. Некоторые озера сообщаются между собой, есть даже проточная вода в небольшой речке по периметру сверху и небольшой водопадик.

На все это повесил нормальный инфокомп, чтобы управлял тут. Физически привязал его к специально созданной каменной стеле посреди оазиса с понятными пиктограммами. Должен справится, хотя и людской присмотр должен быть. Ну хоть, чтобы мусор убирать или там или сям поправить что-нибудь. М-да…

Может, конечно, это и странно выглядело — сделать такое в месте, где хоронили людей, но мне показалось это правильным, да и сам потренировался в масштабных стройках. Ну и местные не возражали, наоборот были в восторге, особенно, когда я сказал, что именно они будут тут главными присмотрщиками. С единственным условием — пускать внутрь всех согласно общим правилам, кои в виде иллюзии вывесил и у стелы и снаружи в входов, обратно — не выпускать. Шучу. Блин… Сложно это. Всего не предусмотришь. А вдруг решат под себя все подмять? Или войны тут за контроль оазисом начнутся? Блин… Дополнительно к инфокомпу повесил в тандем к нему управляющий конструкт с целью контроля агрессивности окружающей местности и нанесение непроходящего расстройства желудка всем двуногим внутри периметра, пока уровень агрессии не спадет до фоновых значений. Фух… Все-таки слишком много контроля надо. Ладно, если что не так будет — пусть звонят российской Службе Очистки. Не знаю, с Орловым посоветуюсь потом. Ну и еще понаблюдаю какое-то время за этим местом, поправлю если что не так будет. Может действительно стоит специалистов позвать — вряд ли я все предусмотрел в когда-то все пойдет вразнос.

Эх! — я вздохнул полной грудью, оглядывая получившуюся красоту. Среди долины ровныя стоят красивые пирамиды, прикрытые историческими динамическими иллюзиями. Между ними и между деревьев, а так же беседок и лужаек ходят исторические люди — можно даже послушать чего они говорили или пели, посмотреть вблизи как они выглядели — кстати, довольно сильно внешне отличаясь от прибившихся к нам местных. Но это меня не волнует от слова «совсем». Горизонт закрывает серо-зеленая стена, уступами спускающаяся вниз, а сверху иногда покапывает — это песчинки, проходя через мембрану полога, преобразуются в воду. Скорее всего еще понадобится доводить систему контроля и баланса, но это все потом — надо набрать статистику, хотя мой геологический инфосервер довольно сильно помог мне в сложных расчетах и вроде как гарантирует, что система получилась устойчивая и стабильная. Причем без глобального влияния на общую ситуацию территории Судана в целом. Ладно, посмотрим.

— Рабах! — крикнул я и помахал рукой, призывая нежданного помощника. Вскоре прибежал буквально цветущий и радостно пахнущий араб, — мы уходим. Владейте. Условия вы знаете — внутри не жить, только отдыхать и не больше месяца для человека. Потом через месяц можно снова появляться внутри. Не больше ста человек одновременно. Все нарушения караются длительным дристанием как и драки, войны, и прочие столкновения. При этом запрещать никому посещать это место нельзя. Вы — главные тут, но не хозяева. У вас чуть больше прав — и только. В том числе вызвать на помощь кого-нибудь, — я помахал неопределенно рукой в воздухе, — или меня или кого-то еще. Возможно или я или мои друзья будут тут появляться — им не мешать. Они будут появляться от центральной стелы. На всякий случай медальоны с включением экстренного режима безопасности, если кто нападет, у вас есть. Ну, вроде все.

Я снова огляделся. Катя вдруг шмыгнула носом:

— А можно будет появляться тут? Или друзей приводить?

— Конечно. Только на всякий случай берите с собой своих присмотрщиков типа Гоши. Я уже скинул вам в болталку координаты, чтобы вы сами могли приходить сюда при желании. Ну и на всякий случай — прежде чем перейти сюда, все же смотрите сначала, что тут происходит — в болталке есть такая возможность.

— Да, красиво получилось. Да и тренироваться тут приятно, — Сергей тоже с грустью смотрел на местность.

— Не переживайте. Еще надоест вам тут бывать. Ну, а через несколько дней посетим-ка мы Египет, — я в предвкушении потер руки. — Сходим в пирамиды.

— А нас пустят? Вроде бы там они сейчас закрыты для посещений, — дети с любопытством посмотрели на меня. Я обвел рукой окружающее пространство:

— Как вы думаете, остановят ли какие-то запреты тех, то есть нас, кто умеет такое делать?

Рабах

Они так и не поговорили с незнакомцами и не узнали, кто они. Обращаться к ним Рабах не мог — что-то останавливало, а те на них почти не обращали внимания. Он даже подумал было, что так все и останется, но когда великое… дело… да, ДЕЛО, было завершено, пришелец, которого дети называли Ник, подозвал его и спросил, что он и его народ ценит больше всего. Рабах лишь на мгновение задумался, сбитый с толку неожиданным вопросом, потом почти не задумываясь ответил. Ник улыбнулся и Рабах понял, что он ответил правильно.

Тогда Ник откуда-то достал кольцо из странного как бы текучего металла, в которое с трудом можно было бы просунуть голову и дал его Рабаху. Изнутри кольцо слегка туманило воздух, будто затянутое еле заметной пленкой. Пальцы спокойно проходили сквозь нее и ничего не чувствовали. Пока Рабах недоуменно крутил подарок в руках, Ник нагнулся и набрал в горсть песка. Потом взял свободной рукой руку Рабаха, повернул ее так, чтобы удерживаемое кольцо расположилось горизонтально земле и насыпал в него сверху песок.

Можно было бы сказать, что произошедшее дальше повергло Рабаха в шок, но на самом деле после всего увиденного ранее, удивление было вполне умеренным, да и ожидал он чего-то подобного. Тем не менее подарок был просто царским: сверху сыпется песок, а снизу вместо него льется вода. Такой чистой, вкусной и прохладной воды Рабах, пожалуй, никогда ранее не пробовал.

— Владей, — сказал Ник и хлопнул того сбоку по предплечью, — твоему племени пригодится. И помни правила этого оазиса.

И Рабах низко и молча поклонился, не в силах словами выразить свою признательность.

Биоферма

Солнце высоко стояло над горизонтом, освещая своими животворящими лучами красивейший луг, речку и рощу березок за рекой. Немногочисленные насекомые пролетали возле лица человека, сидящего на корточках и упирающегося руками в землю. Одет он был в сплошной светло-зеленый комбинезон, который постоянно менял оттенки и рисунок так, что с двадцати метров казался колышущимся на ветру зеленым кустом. Только светлые волосы выдавали прячущегося под ним человека. Прищурившись, он вглядывался в землю и иногда быстро вращал глазами, что несомненно показалось бы странным, наблюдай кто за ним. Наконец человек оттолкнулся руками от земли и встал.

Кузьма выпрямился и с наслаждением потянулся, разведя руки в стороны. Свершилось! Сегодня наконец-то начался выпуск пчел для освоения только что очищенной территории, а их мониторинг посредством нанороботов показал хорошие результаты выживаемости насекомых. Подготовленный два года назад участок зарос травами и превратился в красивый зеленый ковер, наполненный ароматами трав, гудением летящих по своим делам шмелей и пчел из недавно привезенных и установленных ульев. Долгая работа по восстановлению большой территории завершалась, а им, чистильщикам, скоро предстоит переезжать на новое место, оставив эту местность на попечение ИИ.

Еще через год эту территорию откроют для посещений и тогда, взрослые и школьники приедут сюда для корректировки биоценоза.

Отправив отчет по внутренней связи, Кузьма повернулся и пошел в полевой лабораторный комплекс, который выглядел как домик, построенный из свежесрезанной травы и зеленых веток.

Дверь автоматически распахнулась и на фоне зелени мгновенно проявился светлый проем двери с мягким белым светом по периметру.

Пройдя через широкий дверной проем Кузьма поморщился: свежий запах смятой в руках травы исчез — автоматическая система контроля уничтожила все постороннее на теле Кузьмы, в том числе и запахи. Руки снова были чистыми словно он и не работал на природе. А то, что попадало на слизистую — глаза, нос и прочие места, в том числе и легкие, желудок — контролировались специальными нанитами, способными справиться с несанкционированной микроскопической живностью как самостоятельно, так и с помощью выработки специальных вирусов-убийц. Конечно, накладно держать такой комплекс постоянно активированным, но зато с ним надежность системы безопасности стремится к девяноста процентам, а чистильщикам по-другому просто нельзя. Оставшиеся проценты относятся к неизвестным еще мелким тварям. Но обычно новые боевые разработки сюда, на старые рекультивируемые территории, не попадают, так что можно считать такие места для них, чистильщиков, относительно безопасными.

— Эх! Хоть домой не заходи, — пробормотал Кузьма, растроенный тем, что приятный запах на руках пропал, и прошел в жилой отсек к синтезатору.

Приготовив себе большой кусок жареной рыбы, он с подносом прошел к любимому креслу у окна-монитора и сев в него, стал просматривать новости на внутреннем экране, иногда общаясь с друзьями. Особенно его привлекла ссылка про атаку террористов на китайского министра обороны. Выглядело довольно фантастично где двое, мужчина и девушка, расправляются с целой толпой телохранителей, убивая всех, и как раненый министр обороны Китая медленно превращается в камень. Погоняв картинку через свои визуальные анализаторы, и поняв, что это не чья-та визуализация, он посидел немного и затем, разложив все по полочкам в своей голове, принялся за работу.

Открыв на внутреннем экране МД (многодиапазонный) редактор он начал ваять сцену, наполняя создаваемые видеофрагменты своими чувствами и переживаниями. Сцена была очередным продолжением космооперы, а его работа состояла в том, чтобы наполнять ее сюжетные линии переживаниями, дабы зритель, видя очередную сцену повествования, мог не только видеть, но и чувствовать все: от запаха до чувств и эмоций героев. Как ни странно, свою основную деятельность в Службе Очистки Кузьма делил с другой страстью, вроде бы весьма далекой от нее — он был известным сценаристом симуляторной реальности, чьи фильмы пользовались немалым успехом.

Такие ВЭ(видео-эмоциональные) фильмы пользовались большим успехом у зрителей, которых увлечь своим рассказом не так-то просто. В отличие от того, как это организовывалось в прежние времена, сейчас зритель платит за понравившееся представление после, а не до просмотра. Ведь создавать картины благодаря технике может каждый — хочешь снимай свои фантазии, хочешь визуализируй историю хоть свою, хоть чужую. Просто если ты делаешь это плохо, то никто не заплатит, а талантливый визуализатор получит очень много. Главным стал хороший сюжет и чувства его наполняющие. Это раньше было просто — купил права на фильм и получай деньги всю жизнь, но потом правила изменились и то, что раньше называлось пиратством, стало нормой жизни: посмотрел, понравилось — заплати сколько хочешь и рекомендуй друзьям. Больше всего, кстати, платили как раз сразу после просмотра понравившегося фильма, когда эмоции еще не успокоились, а мысли еще заняты сюжетом. А не понравилось — не плати.

Буквально из пустоты появились новые имена талантливых визуализаторов и туда же в никуда исчезли многие именитые мастера. Музыканты пели вживую перед маленькими, по сравнению с прежними масштабами, аудиториями. Музыка тоже жила по новым законам. Те кто умел хорошо петь — пели, кто не умел — не пели. Композиторы продолжали сочинять мелодии, а поэты сочинять стихи. Жизнь продолжалась.

Наверное по-настоящему талантливые люди своему таланту обязаны подключением к информационному полю планеты, что позволяет им пальцем попадать именно туда, куда надо, — думал Кузьма. Было это со многими писателями до него, будет так и после.

Сейчас Кузьма, пользуясь найденной в сети съемкой гибели от рук триады министра обороны Китая, писал сцену, где главный герой, получив Силу и найдя таинственный космический кристалл, спасает друзей и красивую героиню из лап триады, сотрудничающей с англами и инопланетянами. Идеи сцены были эпическими, но сюжет боев не вытягивал на грандиозные по своему масштабу битвы, и это тяготило Кузьму. Он уже записал довольно много вариантов сцен, но они не проходили контроля его внутреннего «Я» — сурового цензора и критика.

В расстроенных чувствах от трудно идущего процесса визуализации, Кузьма позвонил сначала Ленке — напарнице по съемкам, а затем Родомиру, которого он знал довольно давно, так как увлекшись ВЭ, он прошел обучение у мастера бою как с холодным оружием так и без. Ибо тяжело, не зная, описывать гамму чувств новичка, впервые взявшего меч и самый первый настоящий бой, когда от напряжения дрожит буквально каждая клеточка организма, руки до боли сжимают оружие, а пот уже течет по вискам мешая и зля. Тогда ему это удалось, а выраженные им чувства и эмоции разлетелись среди других создателей ВЭ фильмов, которые отдельными кусками использовали их в своих создаваемых мирах.

Позвонив Родомиру, Кузьма пожаловался на отсутствие достаточных впечатлений и творческий застой, на что тот, рассмеявшись, обещал снова погонять его мечом, после чего обычно Кузьма вновь набирался впечатлений и творческих сил.

В этот раз если ему повезет, то у Родомира будет интересный гость, которого Кузьме нужно не пропустить, если он хочет новых впечатлений. Поэтому пусть он, Кузьма, приезжает скорее, а то может и не успеть.

Чистильщик собрался довольно быстро, ибо всегда был легок на подъем, любил новые впечатления и постоянно участвовал во всяких сомнительного рода экспедициях или просто работал на станциях по биоочистке, где всегда что то происходило. Отправив сообщение о том, что ему требуется время на отдых перед новым фронтом работ в СО (службе очистки), Кузьма вызвал служебный транспорт и когда тот вскоре прибыл, отправился в Новосибирск, а оттуда к Родомиру.

* * *

Родомир встретил Кузьму как родного, ведь тот был лишь немного старше его сына да и начинал Кузьма свою карьеру в ВЭ тем что снял его образ в своем первом и сразу ставшим популярным средневековым фэнтэзи с боями на мечах.

— Проходи, — Родомир приглашающе махнул рукой и повел гостя куда-то в боковую дверь, вместо того, чтобы как обычно усадить его в гостиной. Негромко говоря, он пояснил: — У меня сейчас в гостях очень интересный гость. Он собирается решить проблему Алексея со спиной нетрадиционными методами. Как раз посмотришь.

— Неужто есть кто-то, кто круче нашей медицины? — удивился Кузьма, следуя за хозяином. Только успел на ходу бросить свою сумку в прихожей.

— Вот и посмотрим, — Родомир слегка дернул плечом, что обычно показывало, что хозяин находится в легком замешательстве. — Ходят тут между своими кое-какие шепотки и непонятные намеки.

Коридор вывел хозяина и гостя в заднюю часть дома и через длинный коридор, примыкающий к дому и построенный из переплетающихся древесных ветвей, то есть из своего рода плетенок, они прошли к большому и тоже созданному из растений и веток домику. Конечно, это не зимнее жилье, но с учетом использования определенной техники, в нем можно было с комфортом проживать довольно длительный годовой период времени. Да и в холода при необходимости там можно было бы находиться, но Родомир к зиме обычно эту пристройку консервировал. Кстати, когда Кузьма жил у Родомира, он как раз предпочитал жить в этом довольно просторном и уютном домике, представляя, что находится в гостях у фентезийных эльфов, а себя — ушастым принцем.

— Я просил его не начинать без меня — хочу полностью быть в курсе происходящего, — Родомир открыл деревянную дверь и пригласил Кузьму внутрь, — так что мы ничего не упустим.

Ник

Неожиданно на меня вышел Родомир. Показательно то, что «позвонил» он по номеру УНИКа, выданного мне генералом Орловым, этим, собственно, не скрывая, что или имеет отношение к спецслужбам или что имеет определенные связи с ними. Впрочем, этот вопрос не поднимался, а он сразу взял быка за рога, затеяв разговор об Алексее и его беде. Это не сильно меняло мои планы, ну разве что слегка сдвигало их, но день-другой туда-сюда для меня особой роли не играет. Так что, предупредив Катю с Сергеем, что очередное путешествие пока откладывается, отправился к Родомиру.

Найти местообитание современного мечника не составило никакого труда. Что, я свои инфомагические метки не найду, что ли? Точных сроков я не называл, и когда открыл окошко во двор его дома, нарвался на его тренировку. С полчаса смотрел, анализировал. Понятно, что тренировка — это совсем не показатель возможностей человека, но было интересно. Механика движений, течение энергетических потоков в организме, изменения в его ауре, а так же сработка моей кратковременной интуиции для выстраивания общей модели движений мастера — все это вызывало у меня определенный интерес.

В какой-то момент оглянувшись, Родомир заметил меня и кивнул, опуская учебные мечи:

— Давно наблюдаешь?

— С полчаса.

Мечник снова кивнул, больше себе, чем мне и пробормотал:

— Да, где-то так по времени я почувствовал чужой взгляд, — и тут же продолжил, подойдя и протягивая мне руку, — Алексей у меня отдыхает в домике для гостей — ему неожиданно стало плохо. Я хотел было врачей вызвать, но он сказал, что этот приступ ничем не отличается от предыдущих и смысла особого нет вызывать их, если ты выполнишь свое обещание. А если не получится, то можно и к врачам как обычно — подлатают за день-другой и до следующего приступа через месяц.

Я наконец огляделся. Это было что-то вроде поселения, где дома располагаются метрах в двухстах друг от друга. При этом аккуратные дорожки соединяли все эти дома а в промежутках было много зелени, так что иногда казалось, что находишься в лесу, хотя лесок этот был весьма и весьма облагорожен, если и не специально высажен. Сам двор у Родомира был тоже довольно большим — хватало места и для летней тренировочной площадки и для закрытого зала и для кузни (запах железа и еще чего-то кислого даже отсюда слышался), отдельной кухни и собственно для дома и прикольной пристройки, в которой издалека я видел ауру Алексея.

— А у тебя тут уютно, — мы медленно шли к домику. По пути Родомир кинул мечи в специальную корзину.

— Да обычно, — пожал плечами мечник, — сейчас ведь почти везде так, если это не городская агломерация или большой город. Ты лучше скажи, что тебе понадобится?

— Да ничего особенного. На месте определимся, но что-то мне подсказывает, что проблем не будет. Впрочем, лучше сначала посмотреть.

— Хорошо, — кивнул Родомир, правда слегка скептически выгнув бровь, — присутствовать можно?

— Разумеется, тут никаких секретов нет.

— Отлично! Тогда без меня не начинай, хорошо? И еще, можно кое-кто поприсутствует тоже?

Я заинтересованно повернул к нему голову:

— Врач, что ли?

— Да нет! — Родомир махнул рукой, — Просто давний знакомый из СО, писатель — как раз сейчас в гости собрался. Да и Алексея он знает.

— Необычное сочетание — чистильщик и писатель, — хмыкнул я.

— Вполне обычное, — не согласился мечник, — Я, например, кузнец и еще картины в старом стиле малюю. Красками. И как говорят люди, кое-каких результатов добился. А еще, к слову, кулинар я не из последних, — с гордостью сказал мужчина и несколько смущенно погладил свою бороду, — потом угощу кое-чем.

— Отлично, — кивнул я, — у меня тоже найдется чем удивить из кулинарного. Сам не особо готовлю, но кулинарные изыски, очень редкие или даже неизвестные, достать-показать смогу.

— О! Было бы отлично! — Родомир потер руки, — Ладно, ты иди пока к Алексею, а мне надо кое-что приготовить, да и Кузю встретить.

— Кузю? — хмыкнул я.

— А! Ну, то есть Кузьму, — ответил мне улыбкой Родомир. — Это я его так… Любя… Хех…

* * *

Алексей лежал на животе на топчане, сплетенным из гибких веток на твердом древесном каркасе. Собственно и весь домик представлял собой одну большую комнату, чем-то напоминающую внутренним пространством юрту, только в несколько раз больше. Часть пространства разделялась небольшими перегородками, но не полностью, скорее декоративно, чтобы показать, что данное место — отдельное для отдыха или маленький кабинетик с большим открытым пространством-окном на лес. На уровне второго этажа по периметру шли широкие полы, и там тоже было что-то интересное — даже книжные полки. Может и декоративные книги, а может и настоящие — я не присматривался. Ну и лестница вела на второй этаж. И все это было сделано из дерева или ветвей, как я понял специальным образом обработанных. Запах стоял приятный, еле уловимый аромат травы и дерева. Энергетика на удивление хорошая, слегка расслабляющая и гармонизирующая. Правильные деревья подобраны и внутреннее убранство — я с интересом наблюдал, как те естественные природные энергетические… хм… волны не волны, но текущие как вода энергии обтекали дерево, формировали воронки, точки фокуса или рассеяния. Точек напряжения я не видел, хотя вру — в одном месте на втором этаже что-то неправильно закручивалось. По крайней мере дерево там было полностью мертвое в отличие от остального дома, ну и как-то неуютно там было, даже взгляду. Впрочем, это был совсем маленький закуток и судя по всему тоже никак не использовался.

От рассмотрения внутренностей строения меня отвлекло кряхтение. Алексей медленно перекатился на бок, потом аккуратно, пытаясь не расплескать боль, сел.

— Привет! Вот, видишь, пришлось самому к тебе обращаться. Подумал, уж очень ты уверен был в своих словах, вдруг действительно поможешь? — он слабо усмехнулся. Было видно, как его все это достало — не надо было видеть его ауру, читать его эмоции или снимать мысли с ментального слоя — все было на лице написано.

— И тебе не хворать, — наклонив голову я виртуально потрошил его энергетические слои, выстраивая модель его организма.

— Посмотришь? — немного неуверенно спросил он.