Помоги проекту - поделись книгой:
Ну, так вот, в одном из номеров была помещена, можно сказать, программная статья на тему детей
Ведь еще в 20-30-е годы прошлого столетия в журналах родоначальницы «планирования семьи» Маргарет Зангер ребенок изображался «орущим куском мяса»!
И подобные пассажи не новы: «Хочешь нести ответственность за наличие корки засохших соплей у него под носом и регулярность его физиологических отправлений? Может быть, хочешь запаривать по вечерам чернослив и впихивать ему в рот под дикий визг, а он в ответ будет плеваться в тебя коричневой гадостью?»
Вот-вот! Сторонники Зангер, описывая младенцев, тоже старались вызвать к ним отвращение и брезгливость. Другое дело, что в нашей стране до сих пор так публично не изъяснялись. А теперь эти нравственные помои преподносятся как совершенно нормальные.
Ну, а те, кто еще не дорос до таких высот, могут, конечно, заниматься идиотизмом: рожать, нянчиться, воспитывать. Но только пусть от детей ничего не требуют: «Забудь… о какой-либо благодарности. Это был твой личный выбор, значит, и ответственность только твоя. Наши дети нам ничего не должны… Они нас рожать не просили».
Так выстраивается новая идеология, новое мировоззрение, в котором дети уже не Божие благословение, а проклятие судьбы.
Компенсация за неубийство
В 2000 году европейская практика судопроизводства обогатилась прецедентом, который еще недавно мог быть сочтен остроумным вымыслом. Мы имеем в виду так называемое «дело Перрюша». Суть такова: умственно отсталый мальчик получил по решению суда денежную компенсацию за то, что его мать в свое время не сделала аборт. На следующий год уже три семьи, дети которых (от 9 до 11 лет) родились с физическими недостатками, потребовали себе компенсации, и высший апелляционный суд Франции постановил, что инвалиды имеют право на материальное вознаграждение за то, что их матерям не была предоставлена возможность от них своевременно избавиться. СМИ откликнулись на это заголовками типа «Суд Франции признал право ребенка быть нерожденным».
Процесс, как видите, встречный: с одной стороны, родители получают все большие права и возможности не рожать детей. С другой стороны, детям предоставляется вопиющее по своей абсурдности право быть нерожденными. Ведь предъявлять это право может только уже появившийся на свет!
Нет, совсем не все французы с восторгом приняли такое расширение прав ребенка. Но интересно, какие они выдвигали аргументы. По сообщению того же агентства Lenta.ru, «решение вызвало резкую критику со стороны организаций врачей. Страх перед судебными исками заставит их рекомендовать аборт при малейшем намеке на какой-либо врожденный недостаток». А представители Организации по правам инвалидов сетовали на негуманность решения суда и выражали опасения, что теперь не только врачей, но и родителей, давших жизнь больному ребенку, смогут обвинить в безответственности.
То есть все аргументы лежали в поле гуманизма и рациональной логики. А на этом поле безбожная либеральная идеология неизменно одерживает победу за победой. От очередного либерального наскока консервативная часть общества поначалу испытывает шок, потом пытается протестовать, но терпит поражение и привыкает к новшеству как к неотъемлемой составляющей современной жизни. Однако такое положение возможно только тогда, когда дискуссия лишена религиозного фундамента. Когда не только либералы, но и приверженцы традиционной морали не говорят о Боге и Его установлениях, молчаливо подразумевая, что это нечто отжившее, ненаучное, непрофессиональное — то, о чем даже как-то неприлично упоминать в обществе цивилизованных людей. В этой ситуации либералы не просто одерживают победу силой своих аргументов, но и неизменно выглядят более человечными.
Противники абортов говорят, что операция вредна для здоровья.
— Безусловно! — соглашаются либералы. — Женское здоровье — непререкаемая ценность!
И предлагают абортивные таблетки — никакого риска и никаких страданий.
Что?! Гомосексуалисты не имеют права преподавать в школах? Да это ж дискриминация! Нельзя допустить, чтобы кто-то чувствовал себя изгоем, чтобы развивался комплекс неполноценности, который может привести даже к суициду. И принимаются «гуманнейшие» законы, позволяющие содомитам работать не только в школах, но и в яслях.
И на претензии тоже очень «гуманной» Организации по правам инвалидов либералы не замедлят ответить. Эти умелые игроки в гуманизм всегда найдут чем крыть.
— Конечно, родителей жалко, — посетуют они, а потом выложат козырную карту: — Но ведь ребенку-то инвалиду еще хуже. Разве это жизнь? Никаких радостей, никаких удовольствий, никаких наслаждений — одни страдания. Нет уж, простите, такая безответственность должна быть наказуема. Кто мешал брачным партнерам пойти в генетическую консультацию, своевременно сдать анализы и, узнав о вероятности рождения больного ребенка, прервать неудачную беременность?
Наши супергуманисты были бы кругом правы, если, как выражается один известный московский священник, «не учитывать фактор Бога».
— Знаю, что вы сейчас скажете! — отмахнется читатель. — Вы, собственно, с этого начали. Жизнь дают не люди, а Бог, и не человеку решать, кому жить, а кому нет. Человек должен только благодарить и кланяться — за «бесценный дар жизни», как любят выражаться верующие. Нет уж, мои дорогие! Это смотря какая жизнь! Одна, может, и бесценный дар, а другая больше похожа на проклятье.
Но жизнь — бесценный дар не потому, что она обязательно прекрасна, исполнена наслаждений и сулит бесконечное количество возможностей. Нет, вовсе не это смутно чувствуют родители, воспринимая упрек «я не просил меня рожать» как проявление неблагодарности. Был когда-то советский фильм «Путевка в жизнь». Так вот, рождение — тоже путевка. И не просто во временную земную жизнь, а в вечность. Куда человек в этой вечности попадет, во многом зависит от его свободной воли, оттого, как он пройдет свой земной путь. Но возможность обрести вечную жизнь одна — через зачатие и рождение. А ее-то, эту самую главную возможность, как раз и не принимают в расчет безбожные гуманисты, рассуждая о неравенстве возможностей здоровых и больных.
Творец жизни — Господь, а родители — ее единственные проводники. Только через них Он воплощает Свой замысел. И именно за это — за потенциальную возможность обрести небесный рай — дети должны быть вечно благодарны родителям. Любым, даже самым что ни на есть дурным и безответственным. Даже тем, кто бросил своих детей. Тем, кого в житейском смысле и родителями-то не назовешь. Недаром пятая заповедь не призывает почитать хороших родителей, а лаконично, безо всяких уточнений гласит: «Чти отца твоего и матерь твою». То есть любых!
Итак, метафизическая роль физических родителей абсолютно уникальна, и потому сатана, что в переводе с древнееврейского означает «противник», всячески старается эту роль затушевать, принизить, опорочить. Сколько запущено в оборот уничижительных выражений: «дурное дело нехитрое», «сделали ребенка», «наклепали детей», «животный инстинкт материнства»; сравнений из области зоологии («плодовита, как крольчиха», «она уже с икрой», «он взял ее с приплодом», «отелилась»); из ботаники («ты — женщина, а не семенной огурец!»); из кулинарии («с начинкой»).
Кто поставит под сомнение справедливость афоризма «Не та мать, которая родила, а та, которая воспитала»? Еще чаще такое можно услышать об отце. И в нравственно-этическом плане это правильно. А в мистическом ошибочно. Но поскольку для многих людей вечная жизнь — либо миф, либо невообразимая абстракция (да что говорить, даже христиане не всегда связывают зачатие, вынашивание и рождение человека с бессмертием души), роль кровных родителей не так уж сложно принизить до животного уровня, а то и вовсе свести к нулю.
Когда об этом думаешь, по-новому высвечиваются слова апостола Павла из 1-го Послания к Тимофею. Не постижение премудрости, не преуспеяние в каком-то ремесле или общественных делах и даже не воспитательная функция (мальчиков в старину женщины почти не воспитывали) названы залогом женского спасения, а, выражаясь современным языком, функция репродуктивная: «Жена… спасется через чадородие». Конечно, при условии, «если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием»
По вине Евы человеческий род был изгнан из земного рая, и теперь ее дочери должны искупать первородный грех рождением потенциальных обитателей рая небесного. А как часто слышишь даже от православных женщин, что лучше родить одного-двух детей, зато дать им хорошее воспитание и образование! Дескать, количество потомства обратно пропорционально качеству жизни каждого из детей: на еду, на одежду, на различные кружки и студии, на обучение в школе и вузе — на все нужны деньги. Поделив на нескольких, не дашь по-настоящему никому. Согласитесь, это иной взгляд на «цели и задачи материнства».
— Нашли тему для иронии! — гневно воскликнет благочестивая мать. — А что, разве уже не обязательно воспитывать и выучивать детей? Нарожать, а там пусть растут, как сорная трава? Ничего себе у вас понятие о родительском долге!
Но ведь мы не спорим о важности воспитания. Только, во-первых, одно нельзя противопоставлять другому, а во-вторых, не следует так смещать акценты на земную жизнь. В одной широко известной молитве матери о чадах своих почти дословно повторяется строка из книги пророка Исайи. Там, правда, говорится: «Вот я и дети, которых дал мне Господь»
Ты, а не я! А что должна будет сказать женщина, руководствовавшаяся ленинским принципом «лучше меньше, да лучше»? Ты давал, а я не хотела? Думала, мне виднее, когда придет нужный момент? Полагалась не на Тебя, а на себя? Считала, что слова апостола мне не указ? Не верила в помощь Твою и Твое промышление о моей семье?
Даже если отказ от многодетности не связан с эгоистической боязнью трудностей, все равно он свидетельствует о маловерии. Так что не только аборт и гормональная контрацепция, фактически вся имеющая абортивный эффект, не только «барьерные» методы, связанные с излитием семени (грех Онана, каравшийся в Ветхом Завете смертью), но и самые, казалось бы, невинные, «естественные» методы планирования семьи, мягко говоря, небезупречны.
И пусть никому из нас неведомо, кого Господь помилует и введет в Царствие Небесное, все же чем больше детей, тем больше надежда, что хотя бы кто-то станет праведником и молитвенником о нашем роде. Не потому ли так преизо-билует сейчас благодать на тех православных семьях, которые вопреки логике «мира сего» полагаются на волю Божию и «в наше трудное время» рожают много детей? Эту благодать чувствуешь почти физически, особенно если родители сами из многодетных православных семей, их предки тоже были чадолюбивы, и правильное устройство семьи и жизни не нарушалось ни в одном поколении.
«Планировщики» из преисподней
В XX веке, когда идеология планирования семьи, провозглашающая право людей на «безопасный секс» (то есть на разврат, отказ от деторождения и аборты), пронизала как международное право, так и национальные законодательства многих стран, началась сатанизация мира. Хотя люди пребывают в уверенности, что это никакой не сатанизм, а, наоборот, просвещенность, цивилизованность и гуманность.
Однако по поводу абортов, которые так рьяно пропагандируются «планировщиками семьи», архимандрит Рафаил (Карелин) в книге «В аду на земле» пишет следующее: «В 1580 году французский юрист Жан Бодлен попытался систематизировать преступления колдунов и ведьм по 16 пунктам. Шестой пункт гласил, что эти пособники нечистой силы «посвящают дьяволу зародыши, находящиеся в утробе матери». Затем эти зародыши умерщвляли, из них приготовляли колдовскую мазь — аналог нынешних фетальных, то есть эмбриональных препаратов…
Мать, убивающая ребенка, сама того не понимая, соучаствует в колдовском ритуале — в посвящении ребенка демону, а вместе с ним — своей души».
В основе идеологии планирования семьи лежит одно — отвержение Божественного замысла о себе и о своем спасении. А ребенок, говорящий родителям о том, что он не просил его рожать, еще и отвергает непосредственных исполнителей этого замысла, родителей.
«Я не просил меня рожать…» Так мог бы завопить из глубин преисподней нераскаянный грешник, привыкший всегда и во всем винить других и неизбежно доходящий в своем исступлении до богоборчества. Теперь же этот адский вопль все чаще исходит из уст детей — тех, кого еще недавно было принято сравнивать с ангелами.
Все мало-мальски серьезные явления общественной деятельности устроены по типу слоеного пирога. Верхний слой самый очевидный, но, как правило, не самый главный. А главное обычно таится внизу, в основании, до которого добираешься далеко не сразу. Первый слой пирога «планировщиков», конечно же, коммерческий: фармакологические компании стремятся как можно шире распространять свою контрацептивную продукцию, аборты тоже приносят прибыль, можно неплохо заработать и на школьных секс-программах.
Второй слой, с трудом, впрочем, отделимый от первого, нравственный (с приставкой «без»). В «половом воспитании» детей весьма заинтересованы порнодельцы. Это позволяет им выращивать кадры потребителей и производителей соответствующих товаров и услуг. Расшатывание моральных норм дает возможность более успешно проводить вестернизацию, насаждать новую идеологию, в которой главная цель человека — получать удовольствие. Вот вам еще один слой, идеологический. С ним сцеплен четвертый, геополитический: снижение рождаемости ослабляет государство и, в конечном счете, ведет к его уничтожению.
А начинка, суть — в самом низу: слой потаенный, оккультный, о котором многие, соприкасающиеся с планированием семьи, даже не догадываются. Вот только можно ли сущность назвать слоем? Правильно ли это? Пожалуй, точнее сравнить оккультизм с закваской, без которой ни одного слоя бы не было. Не взошло бы тесто.
Оккультную подоплеку «планирования семьи» вначале лишь смутно ощущаешь. Ведь тайные знания потому и тайные, что о них негде прочитать, негде услышать. Да и спросить не у кого. Но что ни возьмешь в руки: рекламный ли буклет, программу ли для детей, пособие для родителей — от всего тянет этаким сернистым дымком сатаны.
Не один раз мы наблюдали реакцию тех, кто впервые видел материалы, выпущенные Российской ассоциацией планирования семьи (РАПС) и сходными с ней конторами. Люди цепенели, на их лицах отражалась какая-то смертная тоска. Кричащая непристойность таких чувств не вызывает. Скорее, шок, возмущение, защитный смех.
Пускай даже любопытство! Главное, что нравственная система координат не рушится. В худшем случае может поменяться место самого человека в этой системе, но он все равно будет понимать, где верх, а где низ, где порок, а где добродетель.
С «планировочно-просветительской» же литературой картина принципиально иная. Это жизнь в перевернутой системе координат, где верх и низ незаметно меняются местами. Где разврат уже не разврат, а «альтернативные формы семьи», где убивать нерожденных детей нравственно (дабы «не плодить нищету»), но безнравственно порицать содомитов. Где не стыдно распалять в детях чувственность, зато очень стыдно быть стыдливым. «Планировщики» создают такой мир, в котором система координат антагонистична традиционному, прежде всего, христианскому миру. Это реальность преисподней, где тоска и скрежет зубовный. Уж не предчувствие ли этой инфернальной тоски омрачает лица людей, когда они листают рапсовские брошюры?
Даже очень беглый экскурс в историю выявляет любопытные связи. Идеолог современного движения «планирования семьи» Маргарет Зангер, основательница Лиги контроля над рождаемостью, была членом Ордена розенкрейцеров — тайной масонской организации. Розенкрейцеровская символика (роза, лампада и проч.) украшала ее журнал «Birth Control Review» («Контроль над рождаемостью»). Розенкрейцеры же в свою очередь во многом связаны со средневековым Орденом тамплиеров. Одним из самых известных представителей Ордена восточных тамплиеров был Алистер Кроули — идеолог современного сатанизма. Известно, что тамплиеры и другие масоны поклоняются Бафомету (одно из наименований сатаны).
Может, конечно, охранники репродуктивного здоровья напрочь лишены обоняния и не ощущают от «планировщиков» запаха сатанинской серы, настолько удушливого, что его уловили даже не обладающие особо тонким мистическим нюхом эксперты МВД. В приложении к справочнику «Новые религиозные организации России деструктивного, оккультного и неоязыческого характера», изданному в 2000 году, Российская ассоциация планирования семьи квалифицирована как «оккультный центр». В связи с этим возникает вопрос: по какому праву эти оккультисты получили в нашей стране всемерную государственную помощь и поддержку? Ведь 17 января 1992 года А. Шохин, бывший тогда заместителем председателя правительства РФ, подписал распоряжение № 92-р, в котором говорилось буквально следующее: «Положительно отнестись к созданию Российской ассоциации планирования семьи… Министерствам и ведомствам Российской Федерации, Советам Министров республик в составе Российской Федерации, органам исполнительной власти краев, областей, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга, а также предприятиям и организациям, расположенным на территории Российской Федерации, оказывать Российской ассоциации планирования семьи необходимое содействие в ее деятельности».
Запах серы
Наверное, не все знают, что у сатанистов тоже есть «заповеди». Только не 10, а 13, так как 13 для них — счастливое число. И почти никто не осознает, что многие из этих «заповедей» прочно усвоены современным обществом и воспринимаются как нечто аксиоматичное, само собой разумеющееся, установленное от века. Скажем, вторая заповедь сатанистов гласит: «Не признавай запретов». Вспомните, сколько раз и по скольким поводам вы слышали, что запреты — зло, признак тоталитаризма, что запрещать бессмысленно, что запретный плод сладок, поэтому лучше, чтобы запретов не было?! Отрицание запретов — один из основных постулатов «планировщиков семьи». Позволим себе несколько цитат из книги М. Зангер «Поворотная точка цивилизации»: «Пуританские и академические запреты на секс в образовании и религии губительны для благосостояния человечества… в отношении полов не пригодны религиозные нормы, какие-либо законы или моральный кодекс. Каждый должен выработать свои собственные законы, которые действовали бы лишь на определенном этапе его жизни… устраните моральные табу, связывающие человечество и телесно, и духовно, освободите индивидуума от рабства традиции… обществу еще предстоит с боем прорваться сквозь почти непроходимые заросли сексуальных табу».
Залог физического и духовного здоровья, учила Маргарет Зангер, в устранении слова «нельзя» из полового воспитания детей. Отмена запретов в этой сфере была прямо-таки ее навязчивой идеей. Зангер внушала, что с подростками не следует говорить о целомудрии, сексуальное воспитание не должно быть «негативным» и «бесцветным», взрослые не должны навязывать подросткам свои моральные принципы.
Так что, повторяя расхожее клише: «Запрещать бессмысленно!», знайте, на чью мельницу вы льете воду.
Мы часто слышим в последнее время, что главное — ничего в себе не подавлять (это якобы очень вредно), быть естественным, отбросить ложный стыд (ведь что естественно, то не стыдно), полностью раскрепоститься! Вот и «планировщики» в один голос твердят про снятие ложного стыда и устранение барьеров страха.
Одни названия брошюр чего стоят! «Сексуальность», «Любовь без риска», «Твой друг презерватив»… В них, по словам исполнительного директора РАПС И. Гребешевой, нет ни одного жесткого слова, убраны все страхи, вся негативная информация о сексе.
«Убрав все страхи», романтики безопасного секса побуждают детей и подростков «наслаждаться собственной сексуальностью», познать «истинные ценности», которые не обязательно должны быть традиционными. «Говорят, что надо действовать вместе с церковью, но она слишком немилосердна, — заявила все та же Гребешева, выступая на юбилейной конференции РАПС. — А ведь секс лишает человека одиночества, учит общению».
«Не подавляй в себе ни стремлений, ни желаний», — призывает следующая сатанинская «заповедь».
А вот еще одна «заповедь» сатанистов: «Человек не венец творения и не образ Божий. Он такая же живая тварь, отделяемая от прочих лишь наличием разума». Не правда ли, мы это уже где-то слышали? В детстве все учили (и до сих пор учат!) в школе, что человек произошел от обезьяны. Многим это было противно. Душа восставала против такого родства, хотя мы не ведали, что «обезьяной Бога» называют дьявола. Не хотелось быть пусть и разумной, но частью животного мира. Что-то претило, что-то мешало. А вот рапсовцам ничто не мешает сравнивать человека не только с обезьяной, но и с морскими свинками, рыбами, червями и даже клопами. Такой ряд в одной из рапсовских школьных программ служит для доказательства нормальности гомосексуализма. Дескать, у клопов это нормально, значит, и у нас, несколько более крупных животных, тоже.
«Мама, — пожаловался, вернувшись из школы, один московский пятиклассник, — у нас сегодня на биологии был урок здоровья. И знаешь, там так некрасиво про людей рассказывали… ну, совсем как про животных».
Мальчик удивительно точно почувствовал сущность подхода. Хотя, наверняка, ничего не знал ни про РАПС, ни про одного из главных теоретиков сексуального просвещения детей американца Кинси — тяжелого извращенца, насильника и педофила, проводившего развратные эксперименты с грудными младенцами. Сначала доктор Кинси долго изучал сексуальное поведение насекомых (тоже специфический интерес), а потом перенес свои выводы на людей. Так что клопы-гомосексуалисты в наши российские программы тоже не с потолка посыпались.
А другая «заповедь» сатанинского «Тридекалога» как будто бы не связана с «планированием семьи». Но лишь на первый взгляд: «Будь добр лишь к достойным доброты, — призывают сатанисты. — Люби лишь достойных любви… Благословен тот, кто разбрасывает врагов своих, и трижды проклят слабый». Но если разобраться, то что такое установка на рождение только здоровых и желанных детей? Значит, нездоровые и нежеланные недостойны доброты и сострадания? Значит, они трижды прокляты и обречены на смерть? Пропаганда абортов во всех странах, где есть службы «планирования семьи», красноречиво подтверждает эти предположения.
Как раз здесь мы и сталкиваемся с ярчайшим примером сатанизации общественного сознания. Даже очень добрые и хорошие люди могут в наше время уговаривать женщину сделать аборт, когда есть вероятность рождения больного ребенка. Особенно если речь идет о дочери, сестре или другой близкой родственнице. Мол, зачем увеличивать страдания, плодить несчастных? Ребенок будет страдать, родители будут страдать. Лучше уж убить, чтоб не мучился. Скажешь им, что это сатанинская логика, — обидятся. Они-то уверены, что проявляют истинно христианское милосердие. А между тем все вывернуто наизнанку. Христианское милосердие проявляется, прежде всего, по отношению к слабому и больному. Поистине дьявол — обезьяна Бога…
И уж вовсе не воспринимаются как сатанинские настойчивые призывы к ненасилию, почему-то раздающиеся в основном с той же стороны, что и призывы планировать семью, а также цивилизованно просвещать детей в области секса… Конференции по борьбе с насилием, на которые съезжаются феминистки и с пеной у рта требуют оградить детей от сексуальных посягательств, но при этом не дискриминировать гомосексуалистов и лесбиянок, желающих преподавать в школах… Центры по борьбе с насилием, где детям в целях диагностики предлагают поиграть с тряпичными гениталиями… Секс-просветовская программа «Умей сказать «нет»», которая якобы учит защищаться от насилия…
Вы скажете, что в насилии действительно нет ничего хорошего. И будете правы. Но почему же одна из первых «заповедей» сатаны велит «не признавать принуждения ни над собой, ни над другими»? И почему на сатанинских шабашах, как утверждают ученые-сектоведы, можно делать все, но только добровольно, без насилия?
Чтобы понять это кажущееся противоречие, нужно представить себе контекст, в который вписаны столь модные сейчас призывы к ненасилию. Идет потакание всему самому низменному: отменяется уголовное наказание за педерастию, выводится из разряда тяжких преступлений производство и распространение порнографии, в том числе с участием детей, плодятся притоны, ночные клубы для извращенцев, пропагандируются курсы фото- и топ-моделей для малышей от 4 лет, которые затем нередко становятся жертвами педофилов, спонсирующих эти курсы. То есть носителям зла создан режим наибольшего благоприятствования, и бороться с этим никто не думает. А если вдруг кто-то предпринимает робкую попытку сопротивления, его дружно спешат уверить, что трепыхаться бессмысленно. Это с одной стороны. А с другой, детей ловко встраивают в новый контекст — контекст ненаказуемого порока, обрастающего все большими правами и респектабельностью.
Что внушает подросткам программа «Умей сказать «нет»»? Разве она учит их блюсти целомудрие, хранить девственность, с брезгливостью относиться к разврату? Ничуть не бывало! Про девственность в лучшем случае будет сказано, что это понятие чисто физиологическое. Слов «целомудрие» и «разврат» вы вообще не встретите. Внушается школьникам совсем иное: христианское понятие греха — дикость, граничащая со слабоумием. На самом деле секс — это главный источник наслаждения. Но если ты к какой-то его разновидности пока еще не готов, умей сказать «нет». Важен принцип добровольности, ненасилия. Захочешь — пожалуйста, тебе никто не смеет помешать. Даже родители. Ведь это твой выбор. Поистине сатанинская логика.
Глава II
Педагогика от лукавого
Без вины виноватые родители
Говорят, в последние времена от людей отойдет премудрость. Они будут верить во всякие глупости и небылицы, не замечать очевидного, не понимать прописных истин. Но произойдет это, конечно, не в одночасье. Почва должна быть подготовлена, размягчена. В данном случае размягчиться должен мозг. И по некоторым признакам видно, что «процесс пошел». Сколько чуши в последние годы подают в качестве незыблемой истины! Сколько дров наломано под влиянием этой чуши!
Взять хотя бы тему отцов и детей. Только родители стали опоминаться и меньше доверять детским телепередачам, подростковым журналам, школьным инновациям, как хлоп — взялись и за них, за родителей. «Воспитание ребенка надо начинать с воспитания родителей», «родители абсолютно беспомощны, педагогически безграмотны», «матери не умеют любить своих детей, мы должны их этому научить…» Школа для родителей, курсы для будущих пап и мам, родительские университеты… А в некоторых наиболее продвинутых умах уже вызрела идея экзамена, лишь по успешной сдаче которого человек имеет право носить звание родителя.
И опять все покорно кивают головами, как сомнамбулы на сеансе гипнотизера. Дескать, конечно, правы специалисты, какие из нас родители? Ничего-то мы не знаем, не умеем. Как выразился однажды поэт Наум Коржавин (правда, об Америке): «Здесь царит какое-то помешательство на специализме».
Что же советуют родителям современные специалисты? Какие, выражаясь языком Кашпировского, «дают установки»?
«Ребенок попал в беду…» — таков тревожно-притягательный заголовок брошюры, выпушенной объединением педагогических изданий «Первое сентября». Там же, на обложке, точно указан и адресат: «Справочник для учителей и родителей».
Брошюра хоть и тощая, но очень ценная. Ведь это квинтэссенция «новой педагогики», «нового воспитания», более того, «нового мышления». Нуда, сейчас ведь модно говорить о «новом мышлении» и «новых ценностях», которыми должно пропитаться человечество, желающее перейти в новый век. Даже целое философское направление уже появилось, прямо так и называется — «Нью Эйдж» («Новый век»).
Просмотрев брошюру «Ребенок попал в беду», легко себе представить, на что психологи, проникнувшиеся «новым мышлением», ориентируют нынче родителей и вообще всех тех, кто занимается воспитанием детей.
Уже первая главка брошюры по сути своей программна. Она называется «Я не люблю своего ребенка». Сейчас ведь модно говорить о родительской нелюбви и о том, что многие, очень многие не любят своих детей. (А если даже любят, то наверняка неумело.) Ложь, как тонко заметил кто-то из великих, от многократного повторения становится правдоподобной. Правдой она, конечно, стать не может, но людей охмурить может вполне.
Итак, что же сообщает о родительской нелюбви к ребенку вышеозначенная брошюра? «… прежде всего, избавьтесь от комплекса вины. Вина — это агрессия, которая распространяется по замкнутому кругу: «Я виновата в том, что не люблю своего ребенка. Но если бы его не было, то я бы не испытывала такого чувства. Следовательно, именно он виноват в моем несчастье».
Прямо какая-то стальная цепь аргументов. Но это только на первый взгляд. Цепь на самом деле гнилая, и за какое звено ни потянешь — рвется. «Комплекс вины…» Одно из самых популярных сегодня клише, несущих отчетливо негативный смысл. Что-то очень близкое к «комплексу неполноценности», а то и вытекающее из него. Ну кто может маяться такими глупостями, кроме жалких, слабых, ни к чему не пригодных людишек? Короче, неудачников?! А термины «комплексы», «закомплексованность» вообще пахнут психиатрией и, естественно, отталкивают. Еще важно напомнить, что «комплекс» означает множество. Следовательно, комплекс вины — это когда человек чувствует себя кругом виноватым во всем и перед всеми. А речь-то в брошюре идет о чувстве (единственное число!) вины по отношению к ребенку (опять-таки единственное число!). В общем, серия мелких подтасовок.
А вот и подтасовка покрупнее: чувство вины неизменно порождает агрессию. Эффект, как вы понимаете, запрограммирован: чувство вины такой причинно-следственной связью, конечно же, дискредитируется. Ведь от всего, что приводит к агрессии, следует избавляться. К чему и призывают анонимные авторы брошюры.
Но не будем поддаваться охмурению и спросим себя: а откуда взялась такая зависимость? Почему чувство вины порождает агрессию, то есть злобу, гнев, ярость? Ведь все как раз наоборот. Тому, кто чувствует себя виноватым, бывает неловко, совестно, бывает жалко того, кого он обидел, хочется как-то загладить свою вину. А злится и нападает человек как раз тогда, когда ему трудно признать себя виноватым. Голос совести говорит ему о вине, а он отгораживается, защищается от него агрессией, доказывает себе, что он прав, а не тот, кого он обидел. Так что не вина порождает агрессию, а непризнание вины, отсутствие раскаяния.
Уравнивание вины с агрессией обрушивает основы христианского мировоззрения, на котором, хотим мы этого или не хотим, зиждется русская культура. Вся жизнь христианских святых была пронизана чувством вины и покаянием. Но при этом они, как известно, не только не были агрессивными, а своей кротостью приручали даже диких медведей. А сколько в русской литературе дано примеров, как покаяние преображало людей! В том числе и родителей, осознавших свою вину перед детьми (вспомните пьесу А. Н. Островского «Без вины виноватые»).
Зачем, спрашивается, вводить в заблуждение современных родителей, так грубо искажая истину? Оставим пока этот вопрос открытым и двинемся дальше. В следующем абзаце целых две важных установки. Первая: «Не стремитесь к виртуозному исполнению материнской роли. Позвольте себе быть несовершенной». И вторая: «В общении с ребенком нет и не может быть запрещенных эмоций».
Сейчас очень часто можно услышать призывы не стремиться к совершенству. Дескать, это вредно и чуть ли не безнравственно. Человек должен быть естественным, таким, какой он есть. В журналах для родителей публикуются довольно однотипные, но непременно душещипательные истории про женщин, которые старались быть образцовыми матерями, терпели в этом неудачу и в результате начинали ненавидеть своих детей. Психологи, пишущие эти статьи, считают своим, может быть, самым главным достижением то, что в результате длительной работы их пациентки отказались от стремления к идеалу, «позволили себе быть несовершенными». Конечно, бывают случаи, когда полезно успокоить вылезающую из кожи вон молодую маму, чтобы она не надорвалась от излишнего усердия. Но это другое. Это, что называется, «ревность не по разуму» — когда человек берет на себя слишком тяжелую ношу, не соизмеряя ее со своими физическими и душевными силами. А тут-то речь совсем не о том! По существу, нас призывают белое считать черным, добродетель переводят в разряд пороков. Стремление к идеалу во все времена не только считалось добродетелью, но и вменялось человеку в обязанность. Без него немыслимо ни воспитание, ни выполнение той или иной работы, ни взаимоотношения с людьми. В христианстве это выражено абсолютно недвусмысленно. «Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный», — говорит Христос. Получается, что этот фрагмент брошюры имеет антихристианскую подоплеку.
Теперь насчет того, что в общении с ребенком нет и не может быть запрещенных эмоций. Далее, правда, следует оговорка, не отличающаяся стилистическим совершенством: «… но при одном условии: он не должен сомневаться в безусловности вашей любви». То есть читателям фактически приказывают проявлять в общении с детьми массу отрицательных эмоций, дурных чувств: раздражение, злобу, гнев, ненависть, ярость. Что же это получается? Чувство вины испытывать очень плохо, а те пороки, в которых люди каются на исповеди, признаются нормой отношений с ребенком! Почему он при этом не должен сомневаться в безусловности родительской любви, остается непроясненным. Вероятно, по логике «бьет, значит, любит». Но это дело десятое. Это типичная лапша, которую вешают на уши доверчивым читателям. А вот призыв не смирять, не укрощать страсти, а выплескивать их на окружающих, причем на слабых и беззащитных, коими являются дети, это один из краеугольных камней предлагаемой антихристианской педагогики.
И не стоит обманываться приведенными в конце главки слащавыми советами петь ребенку колыбельные и гладить по волосам. Яд опасен не тогда, когда он хранится в бутылке с соответствующей надписью, а тогда, когда его подмешивают во вкусную и здоровую пищу.
Вторая глава — «Самое верное средство от детского пьянства» — ошарашивает уже своим началом. «Взрослым вообще-то нечем поделиться со своим ребенком, и они не должны особенно настаивать на том, чтобы дети брали с них пример, потому что такового они как раз и не подают». Как любили шутить провинциальные конферансье: «Вот так номер! Я чуть не помер!» Стало быть, родители теперь не должны настаивать на том, чтобы дети брали с них пример! Одной корявой, судя по всему, неумело переведенной фразой сокрушается основа основ воспитания. Во все времена все народы независимо от верований, культур и национальной принадлежности учили детей брать пример с родителей. Да иначе и быть не может! Отец и мать для ребенка — это первые люди, которых он видит, первообразы людей. Так что родители все равно будут для ребенка примером, никуда от этого не денешься. Но восприняв новую воспитательную установку и отказавшись от роли идеала, родители утрачивают рычаги влияния на ребенка, толкают его к неуправляемости, к патологическим страхам (когда взрослый не авторитет, он и не защита!).
Что же касается родительского несовершенства, то несовершенство свойственно природе человека. Как, впрочем, свойственно и стремление к совершенству, о чем мы уже написали. И этому стремлению, кстати, очень способствовали дети: отец и мать старались в их глазах выглядеть умнее, добрее, благороднее — словом, совершеннее, чем они есть на самом деле. Ребенок, сам того не подозревая, вынуждал их подтягиваться до идеального образа. Ну, а уж если родители были совсем пропащими, детей старались от них оградить, а родителей в таких случаях подвергали позору, остракизму.
Ориентация родителей на «беспримерность» провоцирует социальное сиротство. Ребенок, лишенный идеала в семье, начинает искать его на стороне. А в сегодняшней жизни вместо идеала ему скорее встретится антиидеал: наркоторговец, ласковый педофил, глава тоталитарной или сатанинской секты или просто «крутой», «отвязанный» сверстник.
Легализация пороков
Приведя кошмарные статистические данные касательно детского пьянства (которое якобы повально), авторы учат взрослых правильному реагированию: «Что же делать? Поддаваться порывам. Да, порыву любви и порыву гнева. Как же так, скажете вы, кричать в гневе? Ругаться, драться? Но разве в порыве любви мы не хватаем ребенка и не целуем его? Сердечный порыв, если дать ему настоящую волю, человечен по существу и форме. Он благороден».
Итак, соединенными союзом «и» в одном ряду оказались любовь (высшая христианская добродетель) и гнев (один из семи смертных грехов). Иными словами, между добром и злом поставлен знак равенства. Можно обматерить ребенка, можно заехать в зубы, ведь «сердечный порыв, если дать ему настоящую волю, человечен по существу и форме». А убийство, если разобраться, разве не человечно? Бывает, конечно, запланированное, преднамеренное, а бывает спонтанное — «искренний сердечный порыв». Рискуя вызвать по отношению к себе сходный «сердечный порыв» со стороны авторов брошюры, все же процитируем поучение православного подвижника старца Иосифа с горы Афон: «Пусть слюна твоя во рту станет кровью, ты все равно не произноси ни одного слова в гневе». Вот вектор традиционной русской педагогики, а брошюра предлагает нам какую-то иную педагогику, не имеющую ровно ничего общего с русской традицией.
Поражают в этой педагогической системе и, как говорили в старину, «противуречия». Только родитель настроился на то, чтобы в порыве благородного негодования вложить ума своему пьяному недорослю, как его спешат осадить: «Не набрасывайтесь на него с нотациями; вы уже опоздали, а после драки кулаками не машут. Даже если он чуть навеселе, его реакция может быть неадекватной». (То есть мальчонка, чего доброго, врежет зарвавшимся папаше с мамашей.)
И собутыльников его не смейте трогать! «Даже если вам не нравятся друзья вашего ребенка, нельзя держать свой дом от них на замке, своего же ребенка ради». Хотя любой человек, не только с
высшим педагогическим образованием, но и с незаконченным средним понимает, что борьба с пьянством начинается с отрыва пьяницы от его привычного окружения. Иначе любые усилия бессмысленны. Когда же речь идет о детях, оградить их от дурного влияния всегда считалось — и продолжает считаться в обществе, еще не утратившем коллективный разум! — первейшим делом родителей.
Ясно, что далеко не все папы и мамы придут в восторг от подобных педагогических инноваций, поэтому, стараясь смягчить впечатление, авторы добавляют: «Зато никто не запрещает вам обговорить допустимые нормы поведения и правила общежития».
Эту матрицу сейчас внедряют повсеместно. Смысл ее сводится к следующему: давайте легализуем пороки, но попробуем установить для них некоторые ограничения. Легализуем проституцию, но будет требовать от «секс-работниц» периодической диспансеризации. Легализуем порнографию, но ларьки, в которых она будет продаваться, удалим от детских учреждений на расстояние не менее 300 метров. Легализуем педерастию (уже легализовали, отменив статью, наказывающую за мужеложество!), но будем порицать педофилов. Легализуем наркоманию, но будем призывать наркоманов пользоваться одноразовыми шприцами. Одобрим подростковый разврат, но расскажем об опасности венерических заболеваний и раздадим презервативы.
Аналогичные установки даются взрослым и по проблеме детской наркомании. Хотите узнать, как правильно себя вести, если вы подозреваете, что ваш ребенок употребляет наркотики? Надо «не демонстрировать чрезмерного волнения, установленные необычные факты обсудить с ребенком, не читать мораль и ни в коем случае не угрожать, не наказывать…»«Если он все отрицает — расскажите о своих подозрениях, если спорит — опровергайте, но не берите с него слово, не заставляйте подчиняться. Лучше спросите, что он сам думает делать дальше, и предупредите, что отныне вы будете строже следить за тем, как и на что он тратит деньги. (Пускай рассказывает, что задержался в библиотеке, а на полученную от вас субсидию якобы накупил булочек с маком.) Но главное, «самое время дать ему понять, что вы на его стороне, что не осуждаете…»
Короче, предлагается на юного наркомана не давить, ничего ему не запрещать и даже продолжать выдачу денег! Да, очень нетрадиционная педагогика… Испокон веку нормальные родители реагировали на опасное поведение детей немедленной изоляцией их от источника зла, от пагубной обстановки. Вспомните хотя бы Наташу Ростову, которую отец запер, чтобы она не сбежала с Анатолем. Конечно, придется понервничать, проявить твердость, выдержать детские истерики и грубость, побыть в глазах своего ребенка злодеем, но зато уберечь его от беды. Ведь и мы, став взрослыми, столько раз мысленно благодарили родителей за их строгость, хотя в подростковом возрасте за нее же готовы были излить весь свой гнев на родителей.
В духе попустительства предложено относиться и к детскому разврату. «Старшее поколение не может и не должно контролировать подростковую сексуальность». (Интересно все-таки, почему у поклонников либеральных ценностей столь часто проскальзывают тоталитарные нотки? Напоминает то ли гипнотизера, подчиняющего пациента своей воле, то ли юриста, который зачитывает потенциальным преступникам статью уголовного кодекса.) Оказывается, «признавая, что ранняя сексуальная жизнь подростков и столь же ранние эксперименты с наркотиками не экстремальные, а скорее обыденные искушения нового поколения, невозможно ни запретить, ни контролировать эти опыты».
Как заставить людей смириться с вопиющим безобразием, с которым ни один нормальный человек смириться не может? Способов немного. А точнее, всего два. Можно принудить силой, а можно, соблюдая права человека, добиться желаемого изощренным способом: убедить, что безобразие, во-первых, не такое уж и вопиющее; во-вторых, оно распространено повсеместно, а в-третьих — что, пожалуй, главное! — все равно оно неустранимо. Это вы сегодня услышите как от крупного политолога, так и от соседа-пенсионера.
В разбираемой нами брошюре практически все подчинено данной логике. Но особенно ярко она проявлена в «мифах о сексуальном насилии». Споря с общепринятым мнением о педофилах как об извращенцах, авторы утверждают, что «большинство педофилов — самые обычные мужчины, с нормальной психикой». Развенчивается и «миф» о том, что «сексуальные покушения на детей редки и являются признаком морального распада и деградации общества». Какой распад? Какая деградация? И что значит «редки»?! На самом деле, утверждают авторы, все это было всегда и «статистически часто».»… В четырех случаях из пяти это делают те, кого ребенок знает… очень часто — кто-то из старших членов семьи». Жизнь доказала: «это случается во всех слоях общества, с любыми уровнями образования и дохода, во всех этнических и религиозных группах». В общем, вполне банальная история. С каждым может случиться.
И насчет ребенка не следует заблуждаться. «Шестой миф: ребенок — пассивный объект сексуальных посягательств. Приходится признать: он может быть инициатором». Словом, нас хотят уверить, что нет четкой границы между ребенком и взрослым, жертвой и преступником, добром и злом. Все относительно, зыбко, «неоднозначно».
Поделиться книгой: