Помоги проекту - поделись книгой:
Юрий Максимов
Вызов ислама и Православная церковь
© Ю. Максимов, 2010
© Московское Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2010
От автора
Статьи, представленные в настоящем сборнике, увидели свет в разное время: первая из них – в 1998-м, а последняя – в 2008 году.
За это десятилетие многое изменилось в отношении российского общества к вопросам, связанным с исламом. Если в конце прошлого века такие вопросы находились на периферии общественного внимания и представляли интерес разве что этнографического плана, то позднее произошло много событий, которые сделали такое отношение уже невозможным.
Трагедия Косова, Вторая Чеченская, взрывы домов в российских городах, метро, самолетах, «Норд-Ост», Беслан… – это лишь малый перечень того, что заставило общество обратить внимание на ислам, попытаться осмыслить происходящее и найти ответ.
А, кроме перечисленных, были и другие события, больше касающиеся сферы собственно межрелигиозных отношений и потому запомнившиеся именно православным христианам.
Все статьи этого сборника так или иначе освещают различные стороны взаимоотношений Православия и ислама в России в новейшее время, предлагая ответы на возникшие вопросы.
Два интервью: «Крест и полумесяц» и «Не бояться трезво глядеть на мир» – дают, так сказать, общую ориентацию, отвечая на те вопросы, которые возникают первыми касательно сферы православно-мусульманских отношений.
В ответах представлен взгляд православного человека, который, впрочем, может иметь ценность не только для церковных людей, но и для светских: они иногда тоже уделяют внимание тому, как христиане осмысляют вызов ислама. Как проявление такого внимания я расцениваю и тот факт, что материал «Крест и полумесяц» без моего ведома перепубликовало на своих страницах такое массовое светское издание, как «Аргументы и факты».
Указанное десятилетие также характеризовалось усилением и демократизацией межрелигиозных диспутов, чему во многом способствовало распространение Интернета и мусульманской проповеднической деятельности. Уже не только члены официальных делегаций на межрелигиозных встречах, но многие простые христиане встали перед необходимостью в повседневной жизни давать ответ своим мусульманским соседям, друзьям, коллегам и знакомым, почему они веруют именно так, как заповедал Бог Православной Церкви, и не соглашаются верить так, как учит ислам.
Пособием для ответов на такого рода вопросы являются представленные в данном сборнике статьи «Коранические сказания о Христе в свете реальных исторических свидетельств», «Почему христиане не считают Мухаммеда пророком?» и «О “чудесных числах” Корана».
Отчасти к этому направлению примыкает статья «Анатомия измены», в которой даются ответы на наиболее типичные выпады современных мусульман против христианской веры. Но вместе с тем она затрагивает другую важную тему православно-мусульманских отношений – агрессивную прозелитическую кампанию мусульман в России, знаменем которой они попытались сделать нескольких священников-отступников, принявших ислам.
Эта тема находит продолжение в статьях «Судьба священника, перешедшего в ислам» и несколько в ином ракурсе – «Переходят ли имамы в христианство?». К слову, именно в те дни, когда писалось это предисловие, в начале 2009 года, в Москве принял крещение один татарский мулла.
Значительным событием, затронувшим вообще христиано-мусульманские отношения, в том числе и православных христиан, стал скандал, вызванный речью об исламе папы Римского Бенедикта XVI. Обзору и анализу этого события и мусульманской реакции на него посвящена статья «Зачем папа Римский вспомнил православного императора?».
Особое внимание уделено осмыслению мусульманских атак на Православие в общественной, политической и информационной сфере. Общая картина с выявлением главных проблем дана в материале «Некоторые тенденции в отношении российских мусульман к Русской Православной Церкви», более частным аспектам посвящены работы «О неконституционных высказываниях муфтиев», «О героях мусульман и христиан», «О том, как один муфтий решил обвинить православного священника» и «Безграмотность или провокация?». Во всех этих статьях отстаивается православная позиция, то есть истина.
Важнейшим событием в контексте современных отношений православных и мусульман в России стало убийство священника Даниила Сысоева. Известный апологет и миссионер был расстрелян поздно вечером 19 ноября 2009 года в храме Апостола Фомы на юге Москвы, настоятелем которого он являлся.
Отец Даниил писал статьи и книги о православной оценке ислама, принимал участие в публичных диспутах с мусульманами, ходил с проповедью на народный татарский праздник Сабантуй, открыто выражал свою позицию в телевыступлениях. По его словам, он крестил более 80 мусульман. От мусульман ему поступали письма и звонки с угрозами – как он сам говорил, четырнадцать раз. За полтора года до убийства мусульманская журналистка Х. Хамидуллина подала в прокуратуру жалобу против него с требованием возбудить иск за разжигание межрелигиозной и межнациональной ненависти. К тому периоду относится одна из статей, представленных в данной книге, она хорошо показывает, в чем состояла суть конфликта. Прокуратура отказала в возбуждении дела, но в мусульманских СМИ была раскручена настоящая кампания по очернению отца Даниила.
В тот вечер отец Даниил провел, как обычно, библейские беседы, после которых разговаривал допоздна со всеми желающими. Наконец, когда в храме почти никого не осталось, пошел в алтарь исповедовать свое духовное чадо. В это время в храм ворвался убийца, который начал стрелять и выкрикивать: «Где Сысоев?». Отец Даниил бесстрашно вышел из алтаря ему навстречу и принял мученическую кончину за Христа. Как сказал Предстоятель Русской Православной Церкви, «Господь призвал к Себе Своего верного служителя, даровав ему возможность явиться исповедником веры и мучеником за дело Евангельского Благовестия».
Хотя некоторые официальные лица в мусульманской общине России выступили с осуждением этого преступления, некоторое время спустя в СМИ было опубликовано заявление «Информационно-аналитического отдела штаба Вооруженных сил вилайята Ингушетия имарата Кавказ» о том, что именно один из представителей этой организации совершил убийство православного священника. В этом тексте также говорилось, что «любой, кто осмелится… порочить ислам и мусульман, может разделить участь Сысоева». Смерть отца Даниила и общественная реакция на нее показывает всю сложность реальных отношений Православия и ислама в России в настоящее время.
Многие статьи для этого издания были существенно переработаны. Смею надеяться, что они дают достаточно адекватное представление о специфике православно-мусульманских отношений в современной России и способны передать взгляд верующего христианина на весь спектр непростых вопросов, связанных с вызовом ислама.
Благодарение Церкви Божией, которая воспитала меня и позволила послужить ей этими статьями. Слава Господу Иисусу Христу, милующему, хранящему и спасающему нас от проклятия, греха и смерти.
Реальные свидетельства об Иисусе Христе и Мухаммеде
Коранические сказания о Христе в свете реальных исторических свидетельств
Вступление
Вероятно, многие знают о довольно непростом отношении ислама к христианству. В Коране есть несколько положений, сходных в какой-то мере с христианским учением, например:
«И ангелы сказали: „О Мария! Поистине Господь тебя избрал, очистил и возвысил пред женщинами миров“» (3.42); «Вот, Бог радует тебя вестью о Слове от Него, имя которого Иисус Мессия, сын Марии» (3.45); «Она сказала: „Господи! Откуда будет у меня ребенок, когда меня не касался человек?“. Сказал он (Гавриил): „Так! Бог творит, что пожелает. Когда Он решит какое-нибудь дело, то только скажет ему: „Будь!“ – и оно бывает“» (3.47); «И Мария, дочь Имрана, которая сберегла свои члены, и Мы вдунули в нее от Нашего Духа» (66.12); (Иисус говорит:) «Я исцелю слепого, прокаженного и оживлю мертвых» (3.49); «Мессия Иисус, сын Марии, – пророк Господний и Божие Слово, которое к Марии извел Он, и Дух Его» (4.171); «Мы дали Иисусу, сыну Марии, знаменья ясные и подкрепили его Духом Святым» (2.87); «…и даровали Мы ему Евангелие, в котором – руководство и свет (5.46)»{1}[1].
Но вместе с тем Коран довольно недвусмысленно отвергает ряд основополагающих аспектов христианского учения, а именно:
разумеется, отвергает
Коран также дает понять,
Мусульмане, пытаясь, с одной, объяснить это очевидное противоречие Корана и Евангелия, а с другой – доказать несомненную для них истинность Корана, говорят, что Христос и христиане первых веков не исповедовали Троицы, не почитали Христа ни Богом, ни Сыном Божиим (а только пророком), что Он не был распят и соответственно не был ни Искупителем, ни Спасителем человечества, но все эти учения появились уже намного позднее – в III и IV веках, как искажение Его первоначального учения. По их словам, под влиянием этих вот искажений и был впоследствии испорчен первоначальный текст Евангелия.
Вот только некоторые, самые типичные, примеры такого рода заявлений:
«Христос пришел с истинной религией, но те, кто были после него, обожествили его и смешали его чистое учение с тем ложным, что шло от них самих, и придумали новую религию, которую назвали “христианством”… Тора, Псалмы и Евангелие сохранились у иудеев и христиан, но они во многом исказили их, заменили слова и выражения, отбросили многие части, добавили свои собственные идеи, в чем сегодня признаются»{3};
«Иисус передал своему народу устно ниспосланное ему Евангелие в его изначальном виде. Апостолы также проповедовали его устно. Затем они смешали в нем изложение жития своего пророка с ниспосланными псалмами Евангелия. Ни строчки Евангелия не было записано при жизни Иисуса или сразу же после его смерти… Среди тысяч греческих манускриптов нет ни одного, написанного ранее IV века»{4};
«Иудеи и христиане исказили некоторые части Торы и Евангелия, так что если ты встретишь в Священных Писаниях нечто противоречащее Корану, то знай, что это место либо искажено, либо переписано неверно»{5};
«Среди последователей Иисуса есть люди, которые извращают его личность и миссию. Его послание было написано не при жизни, а через 100 лет после его смерти. Это является основным мотивом для деформаций… Евреи устроили заговор против него и, по их мнению, распяли его на кресте. Но Коран отвергает это мнение и утверждает, что он не был ни убит, ни распят, а Бог вознес его на небо»{6};
«Во всех Писаниях воплотилась самая ранняя традиция иудеохристиан об Иисусе как праведном человеке, воспринявшем при крещении божественную Силу – Дух Святой. В дальнейшем происходит переосмысление этой древней традиции… Образ Иисуса для христиан из язычников все больше терял человеческие черты, затем истинное христианство было заменено греческим»{7}.
И вот целью данной работы будет попытка объективно понять, насколько истинна «версия Корана» в свете реальных исторических и археологических документов. При этом мы оставим в стороне свидетельства Нового Завета, многочисленные и ясные свидетельства святых отцов первых веков и даже ветхозаветные пророчества о Сыновстве и Божестве Христа. Оставим в стороне и новозаветные апокрифы (еретические евангелия) из-за их необъективности и спорности.
И будем рассматривать языческих и иудейских писателей первых двух веков по Р. Х., ненавидевших и презиравших христианство (и потому свободных от подозрения в намеренном искажении фактов в выгодном для христиан свете), а также бесспорные археологические данные и древние юридические документы и попытаемся честно взглянуть на христианство так, как оно отражено в них.
Распятие
Относительно смерти Христа мы увидим следующие свидетельства.
• Лукиан Самосатский (160 г.) пишет, что Иисус Христос «был распят в Палестине за то, что основал этот новый культ (христианство)» («О смерти Перегрина»){8}.
• Цельс (150 г.), полагая распятие Иисуса Христа позором христианства, настаивает, обращаясь к христианам: «Вы, конечно, не должны говорить того, что Он только нечестивым людям казался переносящим все эти страдания, на самом деле Он и не страдал; нет, вы уж прямо сознайтесь, что Он страдал». И в другом месте он говорит «о голосе с Креста при последнем вздохе, и о землетрясении, и о мраке»{9}.
• Марк Корнелий Фронтон (140 г.) пишет: «Говорят также, что они (христиане) почитают человека, наказанного за преступление страшным наказанием, и бесславное древо креста»{10}.
• Вавилонский Талмуд, раздел Санхедрин (II в.), свидетельствует: «Вечером накануне Пасхи они повесили Иисуса из Назарета»{11}, и в другом месте: «Валаам Хромой (то есть Иисус) был тридцати трех лет, когда Пинтий Грабитель (то есть Понтий Пилат) убил его… Говорят, его мать была из рода царей, но стала женой плотника»{12}.
• «Книги Сивилл», где в 5-й песне говорится:
При внимательном рассмотрении становится очевидным, что это место относится к Иисусу. Причем в данном случае первая фраза, по-видимому, не означает Его Божественного происхождения – скорее всего, это лишь оборот, подчеркивающий особую праведность Иисуса, так как чуть ниже уже о другом человеке говорится:
и так далее.
«Руки раскинет… на древе» – распятие. Кресты делались, как правило, из масличных деревьев, которые, как известно, плодоносящи. Под остановкой солнца имеется в виду, судя по всему, необычная тьма, случившаяся во время распятия. Под прекрасной речью подразумеваются либо проповеди Иисуса, либо, что вероятнее, слова, произнесенные Им во время казни (см.: Лк. 23, 34).
Необходимо признать, что это свидетельство, как и вся 5-я песнь в целом, принадлежит нехристианину, так как автор, по-видимому, хотя и относился очень уважительно к Иисусу, но не признавал Его Мессией; чуть дальше он описывает приход «настоящего» Мессии, который огнем и мечом истребит язычников, подчинит Иудее весь мир и восстановит храм – в лучших традициях общеиудейских чаяний времен римской оккупации{14}. И вообще общая направленность 5-й песни (в отличие, например, от 6-й) чисто иудейская, в ней нет ни малейших следов христианского мировоззрения. Таким образом, автор – эллинистический иудей, и некоторая туманность свидетельства объясняется либо опасением быть отнесенным к христианам, либо общей стилистикой изречений оракулов, отличавшихся, как известно, неясностью.
Почтительное отношение к Иисусу показывает, что ко времени написания 5-й песни не у всех иудеев было однозначно негативное отношение к Его личности (ср., например, Иосифа Флавия). В начале песни подряд описываются римские императоры, вплоть до Адриана (117-138 гг.), что позволяет отнести произведение к 40-м годам II века.
• Рабби Акиба бен Иосиф (125 г.) также писал о Христе, относя Его смерть к кануну Пасхи{15}.
• Публий Корнелий Тацит (115 г.): «Виновник этого имени (христианского), Христос, был подвергнут смертной казни при управлении Тиверия прокуратором Понтием Пилатом»{16}.
• Рабби Салман Цеви (конец I в.) писал, что Иисус Назарянин родился в Вифлееме Иудейском в царствование Ирода и был умерщвлен в Иерусалиме при Понтийском Пилате{17}.
• Иосиф Флавий (93 г.): «В то время был мудрый человек, называвшийся Иисусом. Был Он праведен и известен добродетелью. И многие из числа евреев и других народов стали Его учениками. Пилат приговорил Его к смерти на кресте. И те, кто стали Его учениками, не отвергли Его учения. По их словам, Он явился к ним живым через три дня после распятия, потому и был Он, возможно, тем Мессией, о Котором говорили пророки, описывая чудеса. Племя же христиан, получивших от Него свое имя, живо и до сего дня»{18}.
• Сириец Мара Бар Серапион (73 г.) в своем «Письме к сыну» пишет: «Что выиграли евреи, казнив своего мудрого Царя? Не вскоре ли после этого погибло их царство? Ибо по правде отмстило Божество… иудеи, покинутые и прогнанные из царства своего, рассеяны по всякой стране. Не навеки погиб мудрый Царь – Он продолжает жить в Своем учении»{19}.
Любопытно отметить, что первый известный автор – не еврей, упомянувший о Христе, говорит о Нем именно в связи с распятием. Им является Талл Самаритянин (52 г.), написавший полную историю Ближнего Востока со времен Троянской войны до своего времени. В третьем томе своей «Истории» он утверждает, что тьма, объявшая место распятия Христа, была результатом затмения солнца{20}.
Интересно также рассмотреть одно изречение оракула. Оно записано у Порфирия (270 г.), но, вполне вероятно, само по себе относится к более раннему времени (впрочем, вряд ли ранее середины II века){21}. Порфирий передает: «На вопрос, какого бога надо молить, чтоб отвлечь жену от христианства, Аполлон ответил в стихах следующее:
Под железом, по-видимому, подразумеваются гвозди и копье, которыми пронзили тело Иисуса. В Древнем мире распятие считалось самой позорной казнью.
В качестве археологического свидетельства мы можем обратить внимание на недавно обнаруженный в Крыму крест, высеченный на стене христианами I века{23}, чего они, разумеется, не стали бы делать, если бы Христос не был распят и если бы Его распятию не придавали особого, священного значения.
Подобным же свидетельством является и одно из важнейших археологических открытий 2007 года. В Израиле, на Елеонской горе, международная группа археологов обнаружила христианскую могилу с крестом, датируемую I веком от Р. Х. Реликвия оставалась незамеченной на протяжении многих веков. На надгробном камне изображен крест с надписью на греческом языке: «В память Господа Иисуса Христа». По мнению ученых, могила принадлежит одному из учеников Христа. Археологическая находка свидетельствует, что в I веке было известно об Иисусе Христе, о Его Крестном подвиге, Он почитался как Господь и была Церковь, объединяющая Его учеников, ибо подобная находка не единична: точно такую же надпись на греческом языке нашли ранее в развалинах израильской тюрьмы Мегидда, на выложенном мозаикой полу{24}.
Также нелишним будет упомянуть еще несколько косвенных свидетельств, хотя они и не относятся впрямую к предмету нашего исследования. Это найденная в 1969 году при раскопках Кесарии латинская надпись размером 70 на 100 см, которая гласит: «Понтий Пилат, префект Иудеи, представлял Тиверия кесарийцам»{25}, и свидетельство историка Флегона (I в.), который писал в своих «Хрониках»: «Во время правления императора Тиверия солнечное затмение совпало с полнолунием»{26}, а также упоминал о тогдашнем же землетрясении. Как известно, Христос был распят при Тиверии во время пасхального полнолуния и во время распятия
Троица
Разбираясь дальше, мы увидим, что относительно древности учения о Троице убедительно свидетельствуют мученические акты (официальные римские протоколы допросов христиан во время гонений). Например, мученик Епиподий, пострадавший в 178 году, так исповедовал свою веру перед судом: «Верую, что Христос купно со Отцом и Святым Духом есть Бог, и с радостью полагаю душу мою за Того, Кто и Творец мой и Искупитель»{28}, а священномученик Поликарп Смирнский, ученик апостола Иоанна Богослова, перед тем как взойти на костер в 156 году, молился такими словами: «Господи Боже Вседержителю… за это и за все я Тебя восхваляю, Тебя благословляю, Тебя прославляю через вечного и Небесного Священника Твоего Иисуса Христа, Твоего возлюбленного Сына, через Которого да будет слава Тебе с Ним и со Святым Духом – теперь и в грядущие времена. Аминь»{29}.
А также свидетельствуют об этом уже знакомые нам Лукиан (160 г.), который в своем сочинении против христиан («Филопатрис») словами одного из персонажей так излагает христианское учение о Боге: «Клянись Богом великим, бессмертным, Сыном Отца, Духом, от Отца исходящим, Единым из Трех, Тремя из Единого, Их-то… и почитай за Бога»{30}, и Цельс (150 г.), замечая в одном месте, что христиане «допускают многие Лица в Боге»{31}; цитирует в другом христианских проповедников: «Я Бог, Я Сын Божий, Я Божественный Дух…»{32} Интересно то, что, по свидетельству Цельса, в его время это было вполне обыкновенным и общепринятым изложением христианской веры у современных ему проповедников.
Стоит упомянуть еще один документ. В 1918 году в египетском городе Оксиринхе наряду с огромным количеством других документов была найдена полоска папируса, датируемая началом III века. На одной ее стороне находились записи, посвященные подсчету зерна, а на другой – какой-то греческий текст. При его анализе удалось установить, что это отрывок стихотворения. В переводе он выглядит так:
То, что текст снабжен знаками древнегреческой нотации (что свидетельствует о закреплении некоей традиции), а также то, что он был вырван из листа и соответственно является более древним, чем хозяйственные расчеты, произведенные на обратной стороне, позволяет отнести само произведение со всей определенностью ко второй половине II века (а возможно, и к более раннему сроку).
Бог?
Относительно же древности исповедания и почитания христианами Божества во Иисусе Христе мы обнаружим следующие свидетельства.
• Талмуд (II в.): «Рабби Елизар сказал: “Смотря в будущее, Валаам видел, что будет сын женщины, который возвысится и постарается сделать себя Богом и совратит весь мир… и обманно скажет, что уйдет, но снова вернется в конце”»{34}. Исследователи относят это место ко Христу.
• Лукиан (160 г.): «Они (христиане) обожают своего распятого мудреца и живут по Его закону»{35}.
• Цельс (150 г.): «Иисус, возвратившись из Египта, объявил Себя Богом», и в другом месте: «Христиане ставят евреям в вину то, что они не веруют в Иисуса как в Бога»{36}.
• Мученик Марциал в 150 году так говорил своим мучителям: «Все, кто не исповедует, что Христос есть истинный Бог, посланы будут в огнь вечный»{37}.
• Император Адриан (130 г.) в своем письме к Сервиану кратко замечал об александрийцах, что некоторые из них «боготворят Христа»{38}.
• Мученица Симфоросса в 120 году, когда император угрожал принести ее в жертву своим богам, если она не воскурит перед ними фимиама, так отвечала ему: «Боги твои не могут принять меня в жертву, но если я буду сожжена за имя Христа, Бога моего, то тем более потреблю твоих демонов»{39}.
• Плиний Младший, будучи проконсулом Вифинии, производил довольно обстоятельное исследование христианства, и вот что он в итоге пишет императору Траяну в 111 году: «Вся вина их (христиан) состояла в том, что они сходились в известные дни и пели песнь Христу как Богу» (письмо № 96){40}. Интересно, что, по данным, имевшимся в распоряжении Плиния, некоторые из допрошенных христиан заявляли, что свою веру исповедуют около двадцати лет и более, то есть что они стали христианами примерно через 60 лет после конца земной жизни Иисуса Христа, причем, по их убеждению, Ему следовало воздавать поклонение как Богу.
• Священномученик Игнатий Богоносец, пострадавший в 107 году, лично знавший апостолов Петра и Иоанна и, по преданию, видевший в детстве Самого Спасителя, так свидетельствует перед казнью: «Един есть врач, плотский и духовный, рожденный и безначальный, во плоти явившийся Бог Иисус Христос, Господь наш»{41}.
В качестве археологического свидетельства мы можем рассмотреть два обнаруженных в 1945 году оссуария (хранилища для костей), относящиеся к 50 году по Р. Х. На них начертаны четыре креста и две греческие надписи, из которых первая – это молитва Христу о помощи, а вторая – о воскресении человека, чьи кости покоятся в оссуарии{42}. Из этого следует, что в 50 году Христа, несомненно, признавали Богом (так как молились Ему).
Свидетельством подобного же рода, но немного более поздним, является одна восточная гемма с рисунком рыбы[2] и надписью: «Иисус Христос, защити!»{43}.
На древних памятниках часто встречаются буквы α (альфа) и ω (омега). Будучи заимствованы из Апокалипсиса (см.: Откр. 1, 8), начальная и конечная буквы греческого алфавита являют, таким образом, Божественное достоинство Иисуса Христа, а нередкое соединение их с Его именем подчеркивает Его собезначальное бытие с Отцом, Его отношение к миру как первоисточника всего и конечной цели всякого бытия{44}.
Необходимо также упомянуть и такое своеобразное подтверждение того, что Христа признавали Богом, как карикатурное изображение распятия, найденное в 1856 году на развалинах Палатинского дворца в Риме. На стене здания грубыми штрихами начерчен крест с прикрепленной к нему человеческой фигурой с ослиной головой. Около креста, по левую сторону, стоит человек с поднятой рукой, как бы собираясь положить на себя крестное знамение. Внизу стоит подпись: «Алексамен поклоняется Богу». Судя по небрежности рисунка и неправильности подписи (она сделана с ошибкой), можно думать, что изображение было начертано неумелой рукой и первым попавшимся под руку острым орудием – может быть, гвоздем. Так как эта стена принадлежала не главному зданию, а черным людским комнатам, то очень вероятно, что какой-нибудь римский служитель, один из пажей дворца, хотел в этой карикатуре осмеять своего товарища, христианина Алексамена, и представил его при отправлении религиозного культа{45}.
Подобным же, но намного более ранним свидетельством является найденный в Помпеях (разрушены в 79 году) остракон[3] с изображением креста и словами: «Надежда в Боге»{46}. Здесь, хотя и не так ярко, но вполне очевидно выражена мысль, что для ранних христиан с самого начала неразрывно мировоззренчески связывались Крест, спасение и Бог. В этом нет ничего удивительного, ибо та же самая связь отражена и в Новом Завете (см., например: 1 Кор. 1, 18; Рим. 1, 16; Флп. 2, 6-11; Ин. 12, 32-33; Еф. 2, 16; Кол. 2, 13-15).
Также нелишним будет привести еще одно косвенное свидетельство, хотя оно и не относится напрямую к предмету нашего исследования.
В 1997 году при раскопках Акрополя на горе Митридат было обнаружено подземное оборонительное сооружение, где в случае опасности могли укрыться защитники крепости. При расчистке стен перед археологами предстал лик Христа, высеченный на камне. Историки полагают, что эта своеобразная икона была изготовлена в середине I или в начале II века по Р. Х.{47}
Сын Божиий?
Поделиться книгой: