— Я не причиню им вреда, — добавил Ренальд с доброй усмешкой.

— Но вы же собираетесь оставить их здесь со своими людьми!

— Думаете, мои люди с ними дурно обойдутся?

Нильс промолчал, впрочем, Ренальд и не ждал ответа. Ядро его войска составляли вассалы Фитцроджера из Клива. Поскольку Ренальд долгое время состоял помощником при лорде Кливе, он хорошо знал его людей. Остальные, как, например, Нильс, были новенькими. Ренальда интересовало, как поведут себя те и другие во время долгого, утомительного похода под проливным дождем к воротам Саммербурна.

Оказалось, все они выносливы, дисциплинированны и готовы выполнить любое приказание своего господина, хотя и по разным причинам.

Нильс видел, как слуги переносят девушек на руках через огромную лужу, образовавшуюся в конце моста. Да, дренажные работы здесь действительно необходимы. Странно, что прежний хозяин оставил такое важное дело без внимания. О лорде Кларенсе отзывались как о приятном человеке, прекрасном рассказчике и любителе загадок. Очевидно, что землевладельцем он при этом был неважным.

— Как вы думаете, кого они дают в заложники? — спросил у лорда Ренальда Джош, его верный оруженосец. Тоже новичок. — Вернее, кто, по вашему мнению, остался в замке?

Джош из Гиллингфорда относился к предстоящему браку господина с благородной девицей как к романтическому приключению. Нильс сначала тоже так думал, но теперь, когда все они ждали известия о том, кто же станет невестой Ренальда, он изменил свое мнение. Как лорд Ренальд может оставаться равнодушным в такой момент? Ведь брак заключается на всю жизнь! Ему следовало бы самому выбрать себе невесту.

Не дождавшись ответа, оруженосец продолжил:

— Готов поспорить, что это тетушки. Наверняка они захотели держаться вместе.

— Леди Фелиция и Эмис, — пояснил Нильс, в обязанности которого входило помнить такие детали. — Дочь Кларенса зовут Клэр.

— Счастье, Любовь и Свет, — хрипло рассмеялся лорд Ренальд. — В сложившихся обстоятельствах ни одно из этих имен не подходит для невесты. Ну что ж, посмотрим.

Слуга ступили на каменистую площадку, где располагался лагерь, и опустили девушек на землю. Подобрав юбки и кутаясь в плащи, они направились к самой большой палатке чуть в стороне от остальных, возле которой их уже ждали.

— Миледи, — обратился к ним лорд Ренальд. — Милости прошу в мой шатер. Надеюсь, он покажется вам достаточно удобным.

По его знаку два солдата приподняли края полотна, служившего дверью, и сестры, войдя, поспешно откинули капюшоны. Перед взором Ренальда предстали две светловолосые красавицы, похожие друг на друга как две капли воды.

— М-м-м… — Джош ткнул Нильса в бок кулаком. — Совсем неплохо.

— Не забывай, приятель, что ни одна из них не станет невестой лорда Ренальда.

Девушки были на одно лицо, но одна из них тряслась от холода и страха, другая держалась надменно и неприступно.

— Меня зовут Ренальд де Лисл, миледи. Позвольте узнать ваши имена.

— Леди Фелиция и Эмис Саммербурн, — ответила та, что лучше владела собой. — Мы возмущены тем, что вы вынудили нас покинуть дом и собираетесь держать в этом хлеву, как свиней.

— Постараемся, чтобы вам было уютно…

— Уютно! Уютно здесь может быть только грязным животным.

— Это…

— Это говорит о вашем низком происхождении, сэр!

Нильс бросил на нее выразительный взгляд. Девушка тем не менее попала в точку. Лорд Ренальд происходил из мелкого французского дворянского рода, к тому же обедневшего. Своим неожиданным взлетом он был обязан счастливому повороту колеса фортуны.

— Как вы посмели возомнить себя достойным породниться с нашей семьей? — Девушка продолжала осыпать Ренальда оскорблениями.

Лорд Ренальд молча повернулся и пошел прочь, подав знак Нильсу и Джошу следовать за собой. Они направились к лошадям, за их спинами раздавались возмущенные крики Фелиции.

— Если таковы Счастье и Любовь, — заметил Ренальд, вскакивая в седло, — то та, что зовется Светом, наверняка окажется скучной и тусклой особой.

Клэр решила, что будет держаться храбро и даже вызывающе, однако в последний момент у нее сдали нервы.

Если бы она хоть чуть-чуть представляла себе, кого ей суждено встретить!

В пелене дождя Клэр видела с крыльца, как слуги перенесли Фелицию и Эмис через лужи, как девушки направились к палатке, у которой их встретил мужчина в плаще с низко опущенным капюшоном. Следом за ними он вошел внутрь. Наверное, это и есть лорд Ренальд.

Клэр всмотрелась повнимательнее, но не смогла различить его лица. Однако было видно, что он высок и строен.

Конечно, он должен быть силен. Все мужчины, которые мечом прокладывают себе жизненный путь, таковы. Отец называл их «кровавыми мечами». Кровожадные волки войны! Среди друзей отца таких не было. Впрочем, Фелиции это не нравилось: где еще, как не среди столь амбициозных, рвущихся к победе воинов, могла она найти себе достойного жениха?

Так что если лорд Ренальд действительно таков, то он понравится Фелиции.

А если нет? Вдруг он покажется ей чересчур огромным? Может быть, он как-нибудь искалечен. Или на лице у него отвратительный шрам. Или от него дурно пахнет. Или он груб и невоспитан.

Тогда выйти за него замуж придется Клэр.

Она постаралась убедить себя в том, что ничего страшного в этом нет. Ее бабушка вышла замуж при более трагических обстоятельствах и прожила с дедушкой долгую счастливую жизнь.

Клэр вспомнила слова матери, обращенные к Фелиции, и попыталась применить их к себе. Если она будет покорна, он не станет обращаться с ней жестоко. Он чаще будет при дворе, а значит, она сможет вести дела в Саммербурне, как захочет. Клэр оставит здесь все так, как было при отце: занятия наукой и искусствами продолжатся, в доме всегда будут звучать смех и музыка.

Но когда муж будет здесь, ей придется делить с ним ложе, отдаваться ему.

Среди знакомых Клэр мужчин, были такие, с которыми она не легла бы в постель ни за что. Уж лучше умереть! Например, Болдуин из Биггина. Он гостил у них несколько месяцев назад и внушил Клэр стойкое отвращение.

Огромный и здоровый, как бык, Болдуин весь заплыл жиром. Живот вываливался у него из-за пояса, а толстые щеки тряслись при ходьбе. Узкие щелочки вместо глаз придавали ему сходство со свиньей. Он и ел, как свинья, пачкая камзол. У него были огромные руки, заросшие темными волосами, и толстые, как сардельки, пальцы. Эти руки не пропускали ни одну служанку, все так и норовили ущипнуть за ягодицы.

Когда он с тем же подступился к Клэр, она опрокинула на него миску горячего супа. Он лишь рассмеялся и сказал, что ему нравятся женщины с характером. Причем смотрел на нее, как на жареную телячью ногу, что лежала на блюде посреди стола. После того случая отец быстро выпроводил гостя, но у Клэр все же остался неприятный осадок в душе. А теперь ее и вовсе некому защитить.

Клэр задумчиво посмотрела на мать, когда та дала ей в руки кубок с медовым напитком:

— Выпей, дочка, это придаст тебе силы и успокоит.

Теплая густая жидкость приятно согрела ее изнутри, но не помогла избавиться от горького комка, застрявшего у нее в горле. Мать не может спасти ее, да, впрочем, и не пытается. Она хочет, чтобы Клэр стойко перенесла необходимость принести себя в жертву. Кажется, осужденным на смертную казнь тоже дают выпить, перед тем как отрубить голову.

Клэр вдруг ощутила себя совершенно одинокой, как преступник, выставленный на базарной площади. Каждую клеточку ее тела пронизывали страх, отчаяние, безысходность, и никто не пытался уберечь ее от жестокой судьбы.

Обратив взгляд вдаль, Клэр увидела, что человек в плаще садится на коня. Она разом осушила кубок.

Вскоре четверо всадников подъехали к мосту, спешились и повели коней к замку. Гулко стучали по бревнам копыта, словно молотки, забивающие гвозди в крышку гроба.

К сестре подошел Томас. Она не могла обнять его, впрочем, он и не нуждался в этом. Брат уже не ребенок, трагедия заставила его повзрослеть. Но Клэр все же положила ему руку на плечо: пусть не думает, что ей страшно. Мать была права. Абсолютно права. Томас мог пострадать сильнее, чем все прочие. И если брак — цена его безопасности, Клэр готова на это. И не важно, каким окажется ее будущий муж.

Как только четверо незнакомцев вступили во двор, один из них взялся за поводья сразу всех коней и повел их к стойлам. Клэр с замиранием сердца разглядывала оставшихся. Кто из них новый хозяин? Мужчины были одинаково высокими и широкоплечими и все как один в плащах.

Они приближались твердыми и решительными шагами. Клэр не удержалась и тихонько хихикнула при виде такой нелепой картины. Победители шагали по щиколотку в грязи, с трудом поднимая ноги. Вид у всех был довольно жалкий. Разумеется, захватчикам хотелось бы иначе вступить на покоренную землю.

Одинаковые длинные плащи с капюшонами делали мужчин похожими друг на друга. Клэр разглядела металлические пластины, защищающие лица, и догадалась, что они в шлемах. Войти в замок в полном вооружении?! Неужели не понятно, что они оказались волками среди овец?

Без сомнения, тот, что в центре, и есть лорд Ренальд.

Невероятно широк в плечах. Наверняка растолстевший щеголь с толстыми волосатыми руками. Невыносимо больно будет видеть такого человека в любимом отцовском кресле, но, может быть, он понравится Фелиции?

Клэр стала молиться о том, чтобы на лице у него не оказалось шрама или бородавки и чтобы зубы были здоровыми. Фелиция терпеть не может уродства.

Чем ближе подходили они к крыльцу, тем больший страх внушала Клэр мощная фигура де Лисла. Она убеждала себя в том, что он обычный мужчина, но не в силах была избавиться от ужаса, осознавая, что сдает свои позиции и не может бороться с собой. Невольно отступив назад, Клэр оказалась возле пылающего камина.

Ее охватила предательская дрожь, ладони стали влажными от напряжения. Клэр крепко стиснула зубы.

— Отойди от очага, девочка, — произнесла леди Агнес. — А не то у тебя, не дай Бог, вспыхнет платье.

Клэр вздрогнула и обернулась, после чего сделала шаг вперед, отступая от огня на безопасное расстояние.

Подняв глаза, она увидела, что де Лисл уже стоит около камина. Клэр едва доходила ему до груди, а в плечах он и вовсе был вдвое шире ее. Он поднял руки, чтобы отбросить назад капюшон.

Большие, сильные руки.

И совсем непохожи на сардельки.

Клэр взглянула ему в лицо. Ренальд был в шлеме, но она прекрасно разглядела квадратный подбородок и прямую линию губ. Они совсем не полные. И не безвольные.

Красивая форма рта поразила Клэр и заставила ее сердце учащенно забиться.

Ренальд обвел зал оценивающим взглядом: семью лорда Кларенса, собравшуюся у очага, слуг, жавшихся в страхе по углам. Клэр видела, что он ждал возможного нападения и готов был отразить его, выхватив меч из ножен. Готовность убить любого, кто встанет на его пути, была столь очевидна, что ее почувствовали все без исключения.

Клэр, привыкшая к спокойной, мирной жизни, никогда прежде не сталкивалась с подобными людьми.

Наконец Ренальд успокоился и, расстегнув шлем, снял его и передал одному из своих спутников. Тот последовал примеру господина и, сняв шлем, устало провел ладонью по лицу с видом явного облегчения. Молодой, рыжеволосый и веснушчатый, он был также крепок и широк в плечах. Видимо, это оруженосец де Лисла.

Клэр снова обратила свое внимание на Ренальда, понимая, что ей необходимо как следует разглядеть и изучить его, чтобы выжить самой и не навлечь беду на свою семью.

Голову де Лисла покрывала металлическая сетка подшлемника, но лицо теперь было полностью открыто. Черты его оказались прямыми и крупными, темная линия бровей подчеркивала выпуклость лба. Клэр нравились мужчины с более аристократической внешностью, но она признала, что в своем роде Ренальд красив. Во всяком случае, никаких видимых недостатков она в нем не обнаружила.

Искра надежды вспыхнула в ее сердце. Скорее всего он понравится Фелиции.

В его темных глазах таилась усталость. Похоже, они слегка воспалены, вон как покраснели. Наверное, от бесконечных попоек и дебошей.

Ренальд тем временем расстегнул пряжку, снял плащ и передал оруженосцу. Он сделал это легко и непринужденно, что говорило о его недюжинной силе, поскольку мокрый плащ был невероятно тяжел.

«Конечно, он силен, Клэр! Он завоеватель, воин до мозга костей».

Теперь на нем была одна лишь кольчуга, которая доходила ему почти до колен и была перетянута широким поясом. Толстого живота у него не было и в помине. Клэр предположила, что и без кольчуги он столь же строен, как и в ней.

Неужели и такой же холодный?

Она тотчас отбросила эту странную мысль. Ренальд обычный мужчина из плоти и крови, такой же, как другие. Как любое животное. Но на быка он не похож, несмотря на массивный торс. Скорее, он напоминал боевого коня, стремительного и неудержимого в битве.

Господи, бедный отец! Неужели ему пришлось сражаться с таким человеком?

Ренальд еще раз огляделся, затем устремил свой взор на нее. Клэр догадалась, что он ищет третью юную леди, а ее принимает за служанку из-за того, что на ней надето скромное платье. Поскольку ни бабушка, ни мать не подходили по возрасту на роль невесты, Ренальд догадался наконец, кто его суженая.

Бабушка была права.

Он не глуп.

Ренальд нахмурился, снимая подшлемник. Густые темные волосы упали ему на плечи и на лоб. Он отряхнулся, словно промокшая собака, и подошел к камину, чтобы согреться.

Та непринужденность и хозяйское спокойствие, с которыми держался Ренальд, оскорбили Клэр до глубины души. Он считает их робкими кроликами и чувствует себя в полной безопасности!

Де Лисла следует убить хотя бы для того, чтобы навсегда стереть с его лица это самодовольное выражение!

— Леди Мюриэль, — обратился он к матери с учтивым поклоном, — я искренне сожалею о тех печальных событиях, которые предшествовали нашей встрече.

Мать ответила что-то невпопад и поспешила представить его леди Агнес. Он, возможно, сначала тоже принял ее за служанку, однако быстро исправился и, поклонившись, принес ей соболезнования в связи с утратой сына.

Леди Агнес с достоинством отозвалась:

— Полегче, юноша. Я не хочу с вами ссориться. Но если вы тронете моих детей, пеняйте на себя. Ни вы, ни сам король не сможет сделать мою жизнь более несчастной.

— Я не собираюсь кому-либо вредить, леди Агнес. Но если попытаются причинить вред мне или моим людям, пострадают не только заложники. Король, без сомнения, захочет сам навести здесь порядок. Хорошо, что мы выяснили наши отношения сразу же. — И вдруг он обернулся к Клэр со словами: — Вы со мной согласны, миледи?

От неожиданности у Клэр даже перехватило дыхание. Но она заставила себя взглянуть ему прямо в глаза.

— Разумеется, сэр Ренальд, — ответила девушка, сознательно не называя его лордом, хотя теперь он носил этот титул по праву. — Надеюсь, вы выяснили также, что вам здесь не рады?

Ренальд не удостоил ее ответа. Подняв руку, он лишь прищелкнул пальцами.

Клэр возмутилась таким явно пренебрежительным отношением. В руке у Ренальда тем временем появилась высокая пивная кружка. Девушка не отрываясь смотрела на сильную руку завоевателя… И вдруг поймала себя на том, что ее пристальный взгляд неприличен.

— Коль скоро леди Фелиция и леди Эмис находятся в моем лагере в качестве заложниц, вы, надо полагать, леди Клэр?

В ответ она сделала книксен.

— Бойкая речь. Достоинство в сочетании с миловидностью, — сказал он, прихлебывая эль из кружки. — Уверен, так оно и окажется, когда вы смоете с лица сажу.

Он приказал подать еще кружку и хмуро добавил, глядя на ее прическу.

— Миледи, ни вы, ни я не вправе выбирать. Для меня этот брак так же вынужден, как и для вас. Зачем же было так себя обезображивать?

— Сэр Ренальд, поскольку я выгляжу именно так, как выгляжу, что толку в бессмысленных вопросах? Кроме того, вся наша семья пребывает в глубоком трауре по отцу, которого я очень любила.

На мгновение Ренальд прикрыл глаза, и Клэр это очень порадовало. По крайней мере ей удалось хоть как-то осадить его.