Помоги проекту - поделись книгой:
-- Наш Старейшина, Айэльхар, рассказывал, что среди Темных есть те, кто отказался от поклонения паукам, и стремится воссоединить наши народы в единое целое под сенью света. Но даже он давно не встречал и не слышал ничего о подобных темных.
Отношение к вам жителей деревни «Луч света, играющий под сенью дубов» повысилось и составляет -18.
-- Все это слышали? – вопрос риторический, парни с любопытством меня разглядывают, словно диковинную зверушку. А вот девушка свой лук не отложила, только тетиву слегка ослабила. – Луна свидетельница – я никогда за свою жизнь пальцем не тронула ни одного эльфа, светлого или темного, если только он сам не нападал на меня. И этому правилу я изменять не собираюсь.
Отстань, не до тебя…
Ой! Прошу меня простить, Луноликая. Но сейчас и в самом деле сложный момент, чтобы отвлекаться.
-- Мое имя – Сешат. Еще меня прозвали Гекатой в честь очень старой человеческой богини Луны и Магии. И мне очень не по нраву, когда кто-то обижает эльфов. Так что клянусь Луной, что ваши враги, это и мои враги. Я не прошу от вас доверия, но вы сами не в той ситуации, чтобы отказываться от любой помощи.
-- Доверять Темной – это уж слишком! – зло процедила эльфийка. – Мы не настолько беспомощны, чтобы утолять жажду из такого источника.
-- Каэлитара, я думаю, Сешат не составит большого труда даже не убить, а обезоружить нас всех троих, - заметил один из парней. – Я, Таэлирвон, принимаю твою помощь, Темная. Но я не собираюсь подчиняться тебе.
-- Мудрое решение, Таэлирвон. Твой ум подобен имени твоему. Мне и в самом деле не составит сложности уничтожить всю вашу группу, и я не сделала еще ничего, что могло бы укрепить ваше доверие. Баэльквейт выглядит сильным воином, он имеет шансы со мною справиться. Однако сейчас он слабее любого из вас. В том числе и тебя – я посмотрела на последнего неизвестного мне молодого эльфа.
-- Мое имя – Ириаэн, - откликнулся тот. – Я мог бы попытаться успешно сразиться с вами, однако, не здесь и не сейчас.
-- И что же заставляет тебя так думать? – уточнила я подобную наглость. Имя эльфа, впрочем, было вполне говорящим: «Сумрак Леса». Такое могли дать тому, кто является большим мастером маскировки в лесной местности. Но тут не совсем лес, да и я должна превосходить по параметрам подростка. – Радинэль подтвердит тебе, Крысолюдам нечто подобное не удалось.
-- Я никогда не сталкивался в лесу с Крысолюдами, - ответил Ириаэн с вызовом. – Этих тварей здесь до последнего времени не встречали. Но если меня не может обнаружить даже лесная кошка, сидящая на соседней ветке, значит, что и Черной Кошке это будет непросто сделать.
-- Обещаю предоставить тебе такую возможность, Ириаэн, - я не удержалась, и довольно мурлыкнула. - Всегда приятно состязаться с тем, кто так уверен в своих способностях.
Вам выдано задание: Охота Белого Кота На Черную Кошку. Докажите лесному эльфу Ириаэну, что вы являетесь намного более опасной дичью, чем та, с которой он имел дело раньше.
Награда: +200 опыта, улучшение отношения с персонажем Ириаэн. Улучшение отношений жителей деревни «Луч света, играющий под сенью дубов».
Штраф за неисполнение: Жители деревни «Луч света, играющий под сенью дубов» откажутся от любых контактов с вами.
А вот это плохо. Остается надеяться на подростковый максимализм Ириаэна. Одно дело крысюки в лесу и совсем другое лесные эльфы, пусть даже недоученые. Но это будет потом. Надеюсь, повышу свои умения.
-- А сейчас мне надо привести в порядок вашего учителя. Потому, что без его помощи вам всем просто не выжить. Вы знаете, кто на вас напал?
-- Мы патрулировали вокруг города, - ответила Каэлитара, как мне кажется, старшая в этой патрульной тройке. – Когда вернулись сюда, все уже закончилось.
Мне очень захотелось прямо сейчас казнить Баэльквейта, применив что-нибудь из арсенала Паучих, причем самими Паучихами запрещенному за излишнюю жестокость. Я существо мирное. В военном деле не разбираюсь. Но мне совершенно не понятно как, ну как можно организовать патрули таким образом, чтобы они НЕ УСЛЫШАЛИ и НЕ ПОЧУЯЛИ того, что происходило в деревне? И при этом отправить в него, по сути, ДЕТЕЙ!?
-- Еще патрули были? – эльфы переглянулись, Каэлитара недоверчиво и зло смотрела на меня и молчала. Ну да, секретные сведения. Баэльквейт хотя бы чему-то их обучил. Выручила Радинэль.
-- Вокруг деревни постоянно ходило три патруля, - ответила она. – Это один из них.
-- Я видел среди мертвых Латенуина из второго патруля, – добавил Ириаэн. – Скорее всего, они уже вернулись в деревню, когда все случилось. Третий патруль еще не вернулся.
-- Понятно, – кажется, я процедила это слово сквозь зубы. – Тогда сейчас сделаем так. Скрытный Ириаэн, ты считаешь себя лучшим следопытом в лесу. Будет правильно, если именно ты найдешь оставшийся патруль, и приведешь его на это место, - а заодно одним потенциальным самоубийцей будет меньше. Если кто-то из них сорвется, и нападет на меня, придется его любым способом обезвреживать. И совсем не факт, что он при этом останется в живых. Эльф на мое распоряжение не отреагировал, молодец. Только после кивка Каэлитары, он быстрым шагом исчез в лесу. – Постарайтесь по пути ни с кем не воевать, - крикнула я уходящему в лес эльфу, и повернулась к остальным.
-- Я же сейчас приведу в порядок вашего командира. Это будет жестоко. Я – Темная. И сейчас я очень сердита. Вам будет это сложно понять, но именно те, кого вы уважали и любили, как раз и виновны во всем случившемся. Баэльквейт прав в своем желании умереть от чувства вины, но сейчас это тоже преступление, уже перед вами. И чтобы этого не случилось, чтобы он не продолжил по собственному эгоизму и беспечности дальше предавать вас, я выпущу лишь малую толику той тьмы, что живет во мне. И очень важно, чтобы никто из вас даже не попытался помешать мне. Радинель, искренне любящей своего отца, это касается в первую очередь. Если попытаетесь… Не умрете, я поклялась не причинять вам вреда. Но слишком все усложните. Для вашего командира, а значит, и себя, в первую очередь. Вы это поняли? Если поняли, то просто отойдите в сторону, и ни во что не вмешивайтесь! Клянусь, что все возникшие у вас вопросы в свое время найдут свои ответы.
Светлая Богиня внимательно наблюдает за вами
Младшая богиня Эйлистри с печалью наблюдает за вами.
Богиня Ллос с любопытством наблюдает за вами!
О как! Целый табун зрительниц на спектакле. А Паучиха и Эйлистри, похоже, даже знают, что я собираюсь сейчас сделать, причем моя богиня это не одобряет, но понимает всю необходимость задуманного. Она права, выбора нет. Баэльквейта надо приводить в чувство максимально быстро, а значит, жестко.
Под моим взглядом, молодые эльфы попятились. Я продолжала давить, пока между ними и нами с Баэльквейтом не оказалось шагов пятнадцать. Быстро не подбегут, а начнут стрелять – успею среагировать… Надеюсь... Это род Дуба – мечники. Лучница только Каэлитара, и как раз она опасна. Однако, эта девочка, похоже, от природы лидер, и кое-что понимает. На то и расчет.
Когда же я и Баэльквейт, так и лежавший кулем все время разговора, оказались наедине, я дала волю своей озлобленности. Била со всей силы. Ногами. Не обращая внимания ни на крики Радинэль, ни на массу появлявшихся сообщений. Старалась только бить по ребрам, и не сломать их, да отслеживала полоску жизни. Где-то ударов через десять, Баэльквейт попытался подняться. Я дала ему это сделать, только чтобы пустить в ход свои руки. Хотелось качественно изукрасить его смазливую физиономию, но этого тоже нельзя было делать – последствия быстро вылечить не удастся. Наконец, когда индикатор жизни Баэльквейта замигал в красном секторе, я прекратила экзекуцию. Теперь пришло время вправлять мозги. Стоило отдать должное всем присутствующим, включая и Баэльквейта – врагом меня они так и не посчитали, оставаясь на карте серыми точками.
-- Сейчас я буду тебе рассказывать одну историю, - начала я, присев перед стоящим на коленях воином. Тот каким-то полупьяным взглядом смотрел на меня, но там хотя бы виделся разум. Боль физическая привела его в чувство, оставив боль душевную за рамками стратегий выживания. Краем глаза я заметила, что подростки подались вперед, подходя ближе. Это хорошо, им тоже будет полезно послушать сказанное, – А ты меня поправишь, если где-то что-то будет не совсем верно. Итак, началось все давным-давно, когда несколько старейшин из рода дуба решили, что они сами и все их поселение слишком устали от постоянной вражды и нападок со стороны окружающих их низших рас, и решили найти такое место, где они смогут жить в мире и гармонии с окружающим миром. Одного из них звали, я так понимаю, Айэльхар? – последовал кивок. – С этой группой ушло какое-то количество эльфов, включая и тебя. Воинское искусство, все-таки надо было передавать другим поколениям. Долго ли, коротко, но нашли старейшины такое место в заброшенном уголке мира. Когда-то давно тут была великая страна, стертая с лица мира богами, и лишь леса теперь высятся там, где раньше бурлила общественная жизнь. Сейчас все это забыто, место глухое, и ваши старейшины успешно его обжили. И вот уже лет триста, а может, и больше, ничего опаснее стаи волков не попадалось жителям этого райского местечка. И возликовали старейшины, сочтя, что нашли свой рай. И молились они Светлой Богине, растили свои сады и воспитывали молодежь. Между тем, воин, взятый, чтобы растить молодежь такими же славными воинами, как и он сам, занимался тем, чем и должен был – учил молодежь, как правильно танцевать с мечами и выпускать стрелы, а так же делал все положенное, чтобы защитить поселение в случае нападения врагов. Но решили старейшины, что воин слишком много сил деревни тратит на то, чтобы защищаться от собственных фантазий. Зачем нам стены из колючего кустарника, сказали они? Зачем нам топкие, полные комаров болота вокруг поселения? Они же оскорбляют наше чувство прекрасного. Да и слишком много наши дети и взрослые проводят в тренировках с луком и мечом вместо того, чтобы выращивать чудесные сады и творить чудеса красоты во имя Светлой Богини. Было такое, Баэльквейт? – последовал вымученный кивок, в глазах эльфа появились слезы. – Воин, конечно возмутился. Он продолжал делать то, для чего его и призвали в этот лес. Но шло время. Все его приготовления оказывались никому не нужны. Леса были безопасны настолько, что юная дева, одна, могла без всякого оружия подолгу гулять в них. И возмущение воина тоже начало затихать под воздействием окружающей деревню идиллии, а так же шепотков жителей и голосов старейшин. Он продолжал учить молодежь, воспитывать из них мечников и лучников, однако и сам постепенно перестал воспринимать свои обязанности серьезно. Колючая стена вокруг деревни была убрана, пропали постепенно все оборонительные сооружения, которые он возвел, и о которых заботился. Патрули не встречали никаких враждебных существ на целый час пути от деревни, и постепенно отходили все дальше и дальше от нее, а самих патрулей становилось все меньше и меньше. Да и ходили туда самые молодые жители, дабы хоть немного научиться применять те знания, что давал им их учитель. Так все было, Баэльквейт? – тот даже не кивнул, только закрыл глаза и прикусил губу. - И этого очень долгое время хватало. Настолько долгое, что и сам воин поверил в безопасность этого места. И потому, когда его дочь неожиданно не вернулась из леса в положенный срок, он не послал за ней патрульную группу. Не было запасной? – Баэльквейт тихо прошептал «Была. Они помогали в садах, и я решил их не трогать». – Он опять беспечно нарушил свои же принципы, и, будучи ответственным за оборону жителей деревни, не поднял тревогу, не собрал своих соседей на поиски… - вот тут Баэльквейт меня весьма грубо и зло перебил: «Они просто отказались! Все!» Я к этому момент уже отошла от переполнявшей меня злости на всех этих беспечных идиотов, и этого конкретного беспечного идиота, в частности, так что постаралась ободряюще ему улыбнуться, и поправила свое повествование, - Прошу прощения. Воин попытался поднять тревогу, попытался организовать поиски пропавшей дочери, но его беспечно никто не поддержал. Но и тогда воин не воспользовался своей властью, чтобы поднять по тревоге резервный патруль, а пошел на поиски сам. Не буду останавливаться на том, как долго воин и его дочь отражали попытки крысюков до них добраться. Хотя то, что дочь воина почти не умеет стрелять из лука и не носит с собой даже детского меча стоит так же зачесть тому в вину. Не умеешь! – перебила я Радинэль, которая попыталась что-то сказать в свою защиту. Она вместе с остальными подошла совсем близко, и слушала мой монолог. – Не думаю, что Таэлирвон и Ириаэн окажутся в стрельбе из лука хуже меня, но конкуренцию я им точно составлю и лишь Каэлитаре проиграю без шансов. Но на мечах я превзойду вас всех, причем вместе взятых! Ты же, девочка, будучи дочерью воина, стрелять из лука не умеешь совсем, и не носишь меча, лишь кинжал! Род Дуба, тоже мне! Это же насколько надо было забыть наставления предков, насколько опуститься в своей беспечности, чтобы собственную дочь не научить, ни без промаха выпускать стрелы в цель, ни танцевать с мечом в руках, как подобает вашему роду? Что? Не училась, потому что желала быть друидом? – именно это прошептала Радинэль, – Что же, в чем-то ты тоже виновата. Но твоей вины, Радинэль, в том меньше всего! Тебе просто не объяснили всю честь этого те, кто сами забыли, что такое честь быть перворожденным из рода Дуба! А кто это должен был сделать, если не твои отец и мать?
Системные сообщения валились потоком, я закрывала их, не читая. Не до того. Все слушатели стояли едва ли не в большем ступоре, чем тогда, когда я их увидела впервые на развалинах деревни.
-- Но и это еще не все, - продолжила я, вернувшись полным гнева взглядом на Баэльквейта. – Что делает наш воин, когда видит крах всего, чем он посвятил почти всю свою жизнь? Что он пытается сделать, стоя на родном пепелище, рядом с уцелевшими детьми, включая собственную дочь? Пытается ли он помочь им пережить произошедшее бедствие? Пытается ли подбодрить? Может, он пытается найти свою супругу, мать своих детей? – Я по состоянию Радинэль предположила, что она не видела свою мать среди убитых, и на что-то надеется. Нашел ли ее Баэльквейт? Не уверена, иначе бы он метался в истерике у тела, а такого я не видела. – О, нет, он полностью принимает всю вину за случившееся на себя! И он прав, его вина в случившемся колоссальна. Больше него виноваты только ваши старейшины, беспечно забывшие про все опасности нашего мира. Но что же делает воин? Вместо того чтобы искупать свою вину перед собственными детьми и Светлой Богиней, он желает уйти к ней, дабы ТАК заслужить прощения! Бросить всех вас, незрелых и недоученых, по сути, медленно умирать в попытках выжить рядом с врагом, не слишком напрягшимся, уничтожая вашу деревню! Да еще крысюки пожаловали. Ты понимаешь, что ждет эти зеленые ростки, если тебя сейчас не станет, Баэльквейт? – последовал уверенный кивок. Уже хорошо, осталось немного, а я начинаю выдыхаться. Темная эльфийка учит светлых эльфов быть светлыми эльфами – уникальное зрелище! Но слишком нервозное для обучающего.
-- И последнее, что я хочу тебе лично рассказать, Баэльквейт. Про чувство вины перед кем бы то ни было. Когда Паучиха была изгнана, и дети ее стали творить зло под землями и на землях, те из нас, кто не согласился принять безоговорочную власть своей Матери, оказались на перепутье. Дети Луны не могли отказаться от той Тьмы, что в нас вложила Мать. Но мы не могли и безропотно принять все то Зло, что Мать принесла в этот мир. С большим трудом Детям Луны удалось занять место между Тьмой в своей душе и Светом, который испускает Богиня, и с тех пор, каждый из нас, чувствует вину за все то, что творят наши опутанные паутиной собственной лжи братья и сестры. Мы проживаем с этим чувством каждый миг своей жизни. Но все мы верим – наступит время, когда обе ветви наших народов будут жить под светом солнца и луны в мире и согласии, а те из нас, кто выбрал Зло, исчезнут, как безумное наваждение. И мы, Дочери Луны, боремся со Злом по мере своих сил, используя ту же Тьму, что породила и нас, и их. А теперь сравни, Баэльквейт, свою вину перед теми, кто доверился тебе, и ту вину, что ежесекундно давит на плече мне, Дочери Луны и ее Младшей Жрице Сешат, и всем другим, таким же, как я. И реши, как тебя назвать за то, что ты попытался от этой своей вины сбежать?
-- Трусом! – буквально прорычал мне в лицо опытный воин. – Трусом и ничтожеством, не достойным даже мимолетного взгляда ни Светлой Богини, ни кого бы то ни было еще.
Вот теперь точно все. Я встала на ноги, и положила руку на плечо стоящему на коленях Баэлквету.
-- Тогда прими свою вину, и делай то, что ты должен был делать всю свою жизнь, старейшина Баэльквейт. Кроме тебя некому отвечать за неоперившихся птенцов и некому вдохнуть новые силы в ваше поселение.
-- Я принимаю ответственность за тех, кто доверил мне свои жизни, Дочь Луны Сешат, - твердо смотря мне в глаза, ответил Баэльквейт. – Но совершенные проступки не дают мне права именоваться Старейшиной. Я виновен в произошедшем, и прежде чем Богиня сочтет достойным осенить меня своим благословением, я обязан искупить свою вину. Прими же мою службу, Неумирающая, дабы я мог этому научиться у тех, кто знает, что такое Вина, и как ее искупать своей жизнью!
Персонаж Баэльквейт и группа его подопечных желают присоединиться к вам (Да/Нет).
Внимание! При присоединении персонажа Баэльквейт к вам так же произойдет присоединение поселения «Луч света, играющий под сенью дубов».
Внимание! В случае отказа от присоединения персонажа Баэквейт к вам поселение «Луч света, играющий под сенью дубов» будет разрушено.
Вот тут ступор посетил уже меня. Инстинктивно, я нашла в интерфейсе кнопку "Выход", и ее активированный вид меня немного успокоил. Заигралась! В самом начале игры начала относиться ко всему происходящему в ней, как к реальности! Между тем, ИИ подкинул мне задачу в соответствии с выбранной сложностью, и я, похоже, с ней справилась. А значит, мне предложен пирожок с полки. Но что же изменилось в этом мире, если ко мне пожелали присоединиться персонажи с отрицательным отношением? Разницы нет, Баэльквейта надо брать. Не верю я, что такой персонаж окажется пустышкой первого уровня.
-- Ты сам не знаешь, на что соглашаешься, Храбрый Баэльквейт. – шепчу я, изображая легкий шок. Впрочем, не так уж и изображая. – Но я принимаю твою службу.
Персонаж Баэльквейт и группа его подопечных присоединяется к вам.
Поселение «Луч света, играющий под сенью дубов» присоединяется к вам.
Внимание! В поселении «Луч света, играющий под сенью дубов» отсутствуют мирные жители. Вы должны заселить его, чтобы получать налоги.
Внимание! Задание Охота Белого Кота На Черную Кошку не может быть выполнено или провалено, и признается недействительным.
То есть, дети рассматриваются системой, как подопечные Баэльквейта и, соответственно, как мои подданные. Однако система отношений на них распространяется. Как-то заумно. Но что имеем, то и имеем. А что имеем? Под контролем одна деревня. Со мною, любимой, девять персоналий, если с Ириаэном и последним патрулем ничего не случится. Если бы не тот факт, что из этих девятерых только двое считаются системой взрослыми личностями, бойцами, то было бы не так уж и плохо для начала. В ближайших противниках крысолюды, что не так уж и плохо для Лунных. В пассиве: отвратительная карта, непонятный враг, разграбивший эльфийское поселение, куча потраченного времени и где будет мой Храм пока не ясно даже примерно.
Я протянула Баэльквейту руку, помогая встать на ноги. Вид у него был плохой. Радинэль, наконец, позволила себе броситься к своему отцу, и со слезами повисла на его шее. Каэлитара смотрела на меня с легкой задумчивостью, а Таэлервон выглядел так, словно прямо сейчас начнет аплодировать. Надо разобрать логи, ой надо – там точно будет много чего интересного.
-- Радинэль, не думаю, что у тебя найдется, чем подлечить твоего отца, - уточнила я на всякий случай. – Если нет, то я это сделаю сама. Он проспит десять минут, потом будет очень голодный, так что вам всем надо поискать, чем ему подкрепиться. А заодно все, что поможет выяснить, кто же наши враги.
Ушли. Радинэль чуть задержалась, проконтролировав процесс наложения на Баэльквейта
Кстати, а где Искра?
Искорка нашлась рядом с нашей компанией, сидящей на каких-то древесных обломках. Заметив, что и на нее, наконец, обратили внимание, моя питомица довольно потянула крылышки, и пыхнула десятисантиметровым язычком пламени. Около нее лежали мои метательные ножи, а так же какие-то непонятные вещички – видимо, те самые трофеи, которые она хотела прикопать на месте боя с крысами.
«Как ты здорово умеешь говорить, - протелепатировала она, - я не могла оторваться. А там еще два пузырька со снадобьями остались. Принести?»
«Тебе долго туда лететь?»
«Нет, совсем не долго. Только назад тащить тяжело. Но я быстро обернусь»
«Будь осторожнее там, работящая ты моя, - последние слова относились к уже взлетевшей над деревьями Искорке. – Я не хочу тебя потерять»
В ответ донеслось мысленное фырканье: «Чего обо мне волноваться!» Дитё! Передала ей: «Слопают – назад не прилетай!», - на ее ответном смешке диалог завершился, и Искра пропала среди деревьев. Ну а мне предстояло еще достаточно дел с моими новыми союзниками, а так же с трофеями, логами и невеселыми мыслями насчет будущего.
Сначала логи. К сожалению, их оказалось слишком много, и внимательно просматривать всю «простыню» не было ни времени, ни желания. Но конечный результат впечатлял.
Это с -18! На тридцать единиц.
Стоит ли удивляться тому, что Баэльквейт так спокойно принес мне присягу?
Не простила мне девочка избиение своего отца. Или имеет какие-то вопросы.
Секунд пять думаю над столь сильным повышением отношения ко мне со стороны этого эльфа. Решаю, что он своим умом дошел до всего, мною сказанного, но ему не хватило авторитета реализовать свои планы. Во мне он увидел поддержку своим несбывшимся желаниям, и усилил уверенность в себе.
Спелись, коллеги. И я спелась с ними за компанию. Будь у меня другой вывод, я бы и пальцем Баэльквейта не тронула.
А этот тонкий ценитель грубой брутальности что тут вознаградил по заслугам? Не сказать, что я так уж сильно избила Баэльквейта, больше старалась причинить ему боль без травм.
Мамочка, а не пойти ли тебе в ту яму, где и обитаешь?
Вы самим своим присутствием воодушевляете или раздражаете наблюдающие за вами сущности и персонажи. Вами получено достижение «Влиятельная Персона». Не прогрессирует. Ваш минимальный прогресс отношений с персонажами теперь составляет три единицы.
То есть, единичку к отношениям мне теперь не получить – минимум тройку как со знаком плюс, так и со знаком минус.
Это как понимать? То есть, теперь, подобрав какие-то подходящие слова, я смогу наложить на собеседника заклинание магии разума? Это так? Или как? И это будет известное мне заклинание или любое? Вопросов масса, ответов ноль. К тому же, судя по повышению отношений, это случилось еще до окончания речи. Быстрый просмотр форума дал ответы: это достижение влияет только на заклинания из книги магии, только по своему желанию, речь придется подбирать по ситуации и объекту воздействия. Самым приятным был тот факт, что это воздействие не являлось магическим, а значит, всевозможные иммунитеты и защиты на него не действовали. Правда, определить его факт и противостоять ему объект воздействия способен, а значит, способен при этом сильно обидеться.
Интересно, смогу я кому-нибудь доказать, что черное это белое?
Не такая уж и малоценная способность, если клан активно общается с государствами НИПов. Мне это точно в плюс, если после открытия границ придется иметь дело с кланами игроков.
То есть, навык, упрощающий переговоры. Не уверена, что он мне так уж и нужен, но пускай будет. Хотя нет, точно пусть будет! Сочетание
Последняя запись гласила о завершении скрытого задания
Трофеи оказались на текущий момент бесполезными. Это были три амулета в виде мумифицированной заячьей лапки, дававших пятипроцентное повышение скорости передвижения в лесу, Простейшая Перевязь Охотника, в которой было два дополнительных слота быстрого доступа и отравленный кинжал. Амулеты и перевязь оказались рассчитаны исключительно на крысолюдов. А за использование отравленного кинжала Эйлистри меня если и погладит по головке, то исключительно горячим утюгом. И не спрашивайте, где она его возьмет! Карманы на перевязи были пусты. Искра уже сообщила, что как раз из него и вытащила те зелья, которые сейчас тащила ко мне. С зельями перевязь была тяжеловата, и дракона не смогла с ней лететь.
Кое-что в трофеях показалось мне странным. Во-первых, три амулета – а я видела только пару крысобоссов. Вероятно, одного убил Баэльквейт до встречи со мной. А вот вторую странность так просто не объяснить. Я вызвала описание крысолюда-охотника, потом принесенного мне Искрой амулета, дала системе задание найти между ними связь, используя свой навык Следователя. И получила ответ: «Подобные амулеты слишком дороги и сложны, чтобы являться стандартной экипировкой крысолюдов-охотников» Вот так-то! Что это может означать? Предположительно, три охотничьих группы были отправлены в дальнюю разведку, и их, ради более быстрого получения информации, ускорили, выдав дорогие амулеты. Но так же, это означает, что кто-то в гнезде крысолюдов должен был такие амулеты изготовить, причем сделать это профессионально. То есть, у моих противников имеется неплохой шаман-артефактор. Для крыс – факт исключительный. А для меня он еще больше усложняет противостояние с крысолюдами.
Баэльквейт зашевелился, и грузно сел на землю, встряхиваясь после сна. Полоска его жизни еще была в желтой зоне, но до зеленой зоны оставалось совсем чуть-чуть.
-- Как чувствуешь себя, воин? – спросила я у него, не слишком разводя пространности обычного эльфийского обращения. Если в процессе рассказа это не повлияло отрицательно, то и сейчас хуже не будет.
-- Дева Ночи, я чувствую себя так, словно меня прожевал и выплюнул дракон. Неужели вы не озаботились никаким действительно действенным средством лечения, когда отправлялась в эту глушь?
Поделиться книгой: