Помоги проекту - поделись книгой:
55-е ОС — корабли обеспечения, танкеры, рефрижератор, плавмастерские и плавбазы с оружием.
В несении боевой службы участвовали корабли и суда ЧФ, составлявшие основу эскадры, а также корабли БФ и СФ. На флоте была создана группа усиления, а также назначалась группа кораблей поддержки сил боевой службы.
Постоянно на Средиземном море находились 1–2 атомные подводные лодки СФ (с торпедами или крылатыми ракетами), управление которыми осуществлял Главный штаб ВМФ, а на время учений управление передавалось на КП эскадры. Наша задача состояла в выдаче целеуказания на пла пр. 670 или 675 и назначение времени удара по авианосцу. Атомные подводные лодки пр. 627, 671 осуществляли поиск пларб в западной и центральной частях Средиземного моря.
В отдельные периоды количество кораблей, находящихся в зоне ответственности эскадры, доходило до 80 единиц. Кроме того, на аэродроме Каир-Западный базировалась авиаэскадрилья самолетов разведчиков (до 12 самолетов Ту-16р) и в районе Мерса-Матрух — отряд противолодочных самолетов (4 Ил-38) Северного флота.
Согласно договору о дружбе и взаимопомощи между СССР и Объединенной Арабской Республикой 1970–1972 гг., для усиления противовоздушной обороны войск и важных объектов Египта были развернуты зенитно-ракетные и истребительные части Вооруженных Сил СССР.
В начале сентября 1970 г. главным военным советником и командующим советскими войсками в Египте был назначен генерал-полковник В. Окунев, а начальником штаба советских войск в Египте — генерал-майор М. Гареев.
Советские войска были представлены: зенитно-ракетной дивизией, четырьмя зенитно-ракетными бригадами и отдельными полками; одиннадцатью частями РЭБ и несколькими частями радиотехнических войск; боевая авиация имела два истребительных авиационных полка и транспортную авиацию, а также части связи и разведки.
На случай чрезвычайной ситуации в районе Средиземного моря и Ближнего Востока 5-я эскадра входила в подчинение командующему советскими войсками в Египте.
Надо сказать, что эти мероприятия значительно улучшили боевую устойчивость кораблей эскадры в прибрежной зоне Египта. Мы встретились с командирами частей ПВО и организовали с ними взаимодействие по прикрытию эскадры в прибрежной зоне, которое было одобрено штабом советских войск.
Согласно оперативным планам, в случае военных действий для ударов по авианосцам в центральной и восточной частях Средиземного моря привлекались дивизия морской ракетной авиации ВВС ЧФ и дивизия дальней авиации ВВС пролетом через Югославию. Задачи штаба 5-й эскадры — обеспечить выдачу целеуказания и наведения при ударе по авианосцу.
Вот в таких условиях штаб эскадры должен был организовать выполнение поставленных задач по борьбе с авианосцами и атомными ракетными подводными лодками. Безусловно, решение этих задач в зоне превосходства 6-го флота над 5-й эскадрой требовало большого искусства. Мы искали тактические приемы, как сохранить боеспособность кораблей эскадры и сорвать массовый взлет палубной авиации на удар. Флагманский специалист по ракетному оружию капитан 2 ранга Д. Фоменко и его помощник капитан 2 ранга В. Заборский талантливо разработали боевые порядки, их эффективность и организацию ракетно-артиллерийского удара из положения слежения на расстоянии 50–70 каб отрядом боевых кораблей за авианосцем. Это наиболее выгодное положение корабельно-ударных групп для срыва или нанесения максимального ущерба авианосцу.
Что касается борьбы с пларб, то это направление возглавлял флагманский противолодочник капитан 1 ранга Малкин, а его помощником был капитан 2 ранга Кузнецов. Разработка способов борьбы с атомными ракетными подводными лодками являлась одной из важных задач, она строилась на установлении районов патрулирования, осуществлении поиска на маршрутах переходов, в проливных зонах и узкостях и на выходе из ВМБ Рота.
Повседневная тяжелая нагрузка лежала на связистах, которым в трудных условиях приходилось постоянно поддерживать связь с Главным штабом ВМФ и со всеми кораблями в зоне ответственности эскадры. Флагманский связной эскадры капитан 2 ранга В. Попов ежесуточно, день и ночь "пробивал" каналы, поскольку прогнозирование проходимости волн еще было мало изучено, а поддерживать связь требовалось постоянно. Потеря связи — это потеря управления, что недопустимо на боевой службе.
Флагманский штурман капитан 2 ранга Валюнин и его помощник капитан 2 ранга Трубачев контролировали безопасность плавания кораблей, деловые заходы и порядок развертывания сил эскадры. Контроль за техническим обеспечением кораблей был возложен на капитана 1 ранга Болдырева. Тыловое и медицинское обеспечение осуществляли капитаны 2 ранга Булах, Шкадов и полковник А. Денисенко.
Главным вопросом было поддержание установленной боевой готовности на кораблях эскадры, поэтому пришлось разработать плановую таблицу работы штаба эскадры при переводе сил в различные степени боевой готовности. Основным содержанием являлось принятие решения на выполнение поставленных задач, его оформление и доклад ГК ВМФ, выдача силам предварительных боевых распоряжений, выход кораблей из иностранных портов.
После утверждения решения Главнокомандующим ВМФ силы эскадры приступали к действиям в составе оперативных соединений по слежению за авианосцами и поиску пларб; часть сил выделялась для защиты судоходства. В зависимости от времени года и действий 6-го флота США, корабль управления эскадры находился в одной из точек в заливе Эс-Саллум, Александрии, у о. Китира и в Тунисском проливе.
Таким образом, постоянная деятельность штаба эскадры состояла из двух частей: первая — это повседневное управление, анализ, материально-техническое обеспечение сил эскадры и контроль за противником; вторая — оперативная, которая заключалась в готовности штаба в кратчайший срок спланировать и организовать выполнение стоящих перед эскадрой боевых задач.
Для системной работы штаба был разработан недельный распорядок дня эскадры, в котором определялись временные и организационные формы деятельности.
В целях обеспечения работы КП эскадры для офицеров штаба и политотдела эскадры установили три цикла работы: первый (3 месяца) — 50 % флагманских специалистов и 50 % помощников постоянно обеспечивали работу КП; второй (около 1 месяца) — совместная работа всего штаба эскадры по выполнению поставленных задач; третий (1,5–2 месяца) — отдых и работа в Главном штабе и центральных органах ВМФ. Для командования эскадры существовал разрешительный порядок ГК ВМФ.
В оперативном управлении ГШ ВМФ для организации управления эскадрой была создана группа во главе с контр-адмиралом П. Корецким, его заместителем капитаном 2 ранга О. Дунаевым. Она готовила и согласовывала с нами все боевые распоряжения по управлению эскадрой.
10 сентября на плавбазе зашли в Александрию, где находилась плавмастерская и на одной подводной лодке пр. 641 (СФ) проводился межпоходный ремонт.
Меня, и не только меня, удивляло поражение ОАР и Сирии в войне 1967 г. с Израилем. Мы знали, что в ОАР и Сирии находились наши военные советники, на вооружении была наша техника. Наше присутствие должно было обеспечить успех, а все произошло наоборот. Израиль при помощи США нанес поражение той системе, которую мы поддерживали на Ближнем Востоке. Это стало громом среди ясного неба. У нас, офицеров флота, такой поворот событий не укладывался в сознании. И вот, оказавшись в Александрии, я хотел в этом разобраться. Участники семидневной войны, советники, объясняли все нерешительностью арабов и невыполнением ими советов и рекомендаций.
В 1970 г. вооруженные силы ОАР имели 190 тыс. человек в строю и 120 тыс. в резерве, 1400 танков, 100 ракет (с дальностью стрельбы 350–700 км), 600 самолетов, 80 боевых кораблей и катеров (эм — 6, скр — 6, пл — 12, рке — 14, тка, ска — 44). Флотом командовал контр-адмирал Фагми, а старшим военным советником командующего флотом был вице-адмирал Г. Чернобай.
При помощи вице-адмирала Г. Чернобая состоялась моя встреча с командующими египетских ВМС Фагми. Впервые я ехал по улицам Александрии. Скорби и уныния по поводу поражения в семидневной войне нигде не чувствовалось, царило веселье, шла бойкая рыночная торговля, пляжи заполняли отдыхающие, хотя в то время Египет находился в состоянии войны с Израилем.
Встреча с контр-адмиралом Фагми оказалась интересной. Он был сторонником английской морской школы, но с большой теплотой отзывался о советских военных советниках, которые работали в ВМС Египта. В то время в Каире были организованы академические курсы, где преподаватели Академии Генерального штаба ВС СССР читали лекции и руководили дипломными работами. Удивительное совпадение: оканчивая эти курсы, Фагми писал дипломную работу по десантным действиям, а руководителем у него был контр-адмирал Денисов. Я ему сказал, что работал в академии над той же темой и руководителем у меня был тот же Денисов. Нас как-то сразу сблизило единство взглядов по десантам — наиболее сложной формой действий сил флота, требующей высокой подготовки исполнителя. Тогда я не мог предположить, что и в дальнейшем моя служба на Балтийском флоте будет связана с морскими десантами. При первой встрече ставить вопрос об итогах семидневной войны прямо я посчитал некорректным. Тем не менее в ходе беседы Фагми сказал, что главными причинами поражения были низкое качество вооружения и техники египетской армии и внезапность нападения, позволившая израильтянам уничтожить первыми же ударами систему ПВО и завоевать господство в воздухе.
Что касается обстановки на море, то ВМС Израиля имели в своем составе 54 боевых корабля: эсминец — 1, сторожевых кораблей — 2, подводных лодок 4, ракетных катеров — 12, торпедных катеров — 9, остальные — сторожевые и десантные катера. Главной ударной силой фактически были катера, но в ходе семидневной войны они себя не проявили.
Главная цель Израиля в той войне — заставить мировую общественность считаться с ним как с полноправным самостоятельным государством. Израиль был образован в 1948 г. по решению Организации Объединенных Наций в результате раздела бывшей подмандатной английской территории Палестины на два государства — арабское и еврейское. В 1948 г. Израиль занял часть территории арабов и г. Иерусалим, что вызвало протест в арабском мире и бойкот Израилю, где при помощи сионистских организаций, и особенно США, возрождалось милитаристское государство. Сильной его стороной были сухопутные войска — 25 танковых бригад (800 танков типа "Центурион", "Паттон", "Шерман" и АМХ-13) и ВВС — 350 ударных самолетов (типа "Мираж", "Скайхок", "Фантом", "Мистер", "Уратан", "Супермистер" и "Мажистер").
Нетрудно заключить, что в короткие сроки западные страны поставили Израилю новейшую военную технику и спровоцировали таким образом вторую войну против арабских стран.
В ходе нашей встречи командующий ВМС АРЕ попросил оказать помощь в проведении в конце сентября совместного учения по высадке десанта в районе Седи-Крейра, на котором будет присутствовать министр обороны генерал-полковник Мухамет Фавзи.
Со стороны эскадры для участия в совместных учениях по высадке десанта привлекали 54-е ОС, которое в составе ДЕСО имело бдк пр. 1171, два сдк пр. 775 и скр пр. 50. Командовал ДЕСО капитан 2 ранга Малаховский, который неоднократно бывал на боевой службе и, находясь в Порт-Саиде, тщательно готовился к учению.
Так как египетская сторона придавала важное значение совместному учению, то в Александрию прибыл генерал-полковник В. Окунев. Я ему доложил ход подготовки и организацию учения, затем в штабе ВМС Египта было заслушано командование базы по подготовке к учению. В целом В. Окунев был удовлетворен.
В штабе эскадры была создана группа для подготовки участия в высадке десанта и взаимодействия с кораблями ВМС АРЕ. Президент Египта Насер хорошо относился к эскадре и разрешил предоставить для захода кораблей порты и базы страны. Фактически штаб эскадры имел уведомительное право заходов, а не разрешительное. Он также принимал меры по оборудованию английских казарм в Мерса-Матрух для отдыха личного состава подводных лодок и созданию в нем пункта временного базирования.
Однако 20 сентября 1970 г. мы узнали печальную весть: скоропостижно скончался президент Египта Гамаль Абдель Насер. Это была тяжелая утрата не только для Египта, но для всего Ближнего Востока и для России. Преемником Насера стал его соратник Анвар Садат. Внешне вначале ничего не менялось, и отношения сохранялись прежние.
В конце сентября проводилось запланированное совместное учение по высадке десанта на двух участках, где действовали соответственно ДЕСО эскадры и ДЕСО ВМС Египта. На берегу в районе Седи-Крейра был оборудован пункт наблюдения за высадкой десанта.
За час до высадки прибыли министр обороны АРЕ генерал-полковник М. Фавзи, генерал-полковник В. Окунев, контр-адмирал Фагми и сопровождающие их лица. Я доложил о действии сил. В это время шло тактическое развертывание ДЕСО.
Стояла хорошая погода, светило яркое африканское солнце, было обилие фруктов и тепла. Все это невольно возвращало мои мысли к тем, кто служит в Заполярье.
После высадки десанта и действий на берегу я предложил министру обороны Египта осмотреть большой десантный корабль. Он согласился и вместе с сопровождающими лицами был доставлен на корабль. В течение часа Фавзи осматривал его, а затем командир корабля пригласил гостей в кают-компанию на обед.
Во время пребывания министра на корабле пришло сообщение о попытке переворота в Каире, что заставило его срочно покинуть Александрию. Позже стало известно, что генерал-полковник Фавзи был арестован.
Взаимоотношения с командованием ВМС Египта оставались хорошими, и все вопросы обеспечения нашей стоянки у стенки завода решались положительно. Рассматривался и вопрос о выполнении береговых артиллерийских стрельб в пустынных районах западнее Абукира с крейсеров и эскадренных миноносцев.
Первый месяц службы на эскадре прошел быстро — требовалось все в темпе охватить и обеспечить управление силами. Главной заботой было слежение за авианосцами в центральной и восточной частях Средиземного моря и создание группировки сил для слежения и противодействия, так как палубная авиация была способна решать следующие задачи:
1. Нанесение ударов с воздуха по военно-промышленным объектам, расположенным на побережье и в глубине территории Советского Союза.
2. Прикрытие с воздуха и оказание поддержки десантным силам на переходе морем, в бою за высадку и при действиях сухопутных войск на берегу.
3. Завоевание и удержание превосходства в воздухе в районе боевых действий.
4. Обеспечение противовоздушной обороны авианосцев и кораблей охранения.
5. Осуществление блокады морских районов.
6. Ведение воздушной тактической разведки.
7. Борьба с корабельными группировками.
К сожалению, для противостояния в море палубной авиации у нас не было сил.
Совершенствование материальной базы войны на море, опыт войны во Вьетнаме, а также действия авианосцев 6-го флота США в Средиземном море в условиях противодействия кораблей 5-й эскадры вызвали появление новых характерных черт современных морских операций:
1. Скрытность подготовки операций, внезапность их начала и постоянное стремление к неожиданным способам действий.
2. Огромный пространственный размах.
3. Массовое использование самого разнообразного новейшего и так называемого классического оружия.
4. Насыщенность операций активными боевыми действиями и их высокая динамичность.
5. Непрерывность боевых действий в ходе операции за счет авиации.
6. Резко выраженное наступательное стремление противостоящих сил.
7. Широкое применение средств РЭБ.
8. Сложность организации взаимодействия.
Надо отметить еще одну особенность в военном искусстве: с наступлением равновесия в области ядерного вооружения силы общего назначения приобретают большое значение в качестве фактора устрашения на случай обострения обстановки. Критерий эффективности таких сил — мобильность и готовность к гибкому реагированию. Главная задача ВМС США — обеспечить господство на море, что потребовало использования авианосцев в качестве многоцелевых. В состав авиакрыла авианосца стали включать, кроме штурмовиков и истребителей, отряд противолодочных самолетов.
На аву "Саратога" впервые проведен на Средиземном море эксперимент по использованию авианосцев в многоцелевом варианте.
Состав палубной авиации США включал 11 авиакрыльев (1300 самолетов различных типов) и 2 летно-учебных авиационных крыла.
Из истории известно, что первый взлет палубного самолета осуществлен 14 ноября 1910 г. с крейсера "Бирмингем" (США). В 1922 г. в США появился первый авианосец, переоборудованный из угольного транспорта "Юпитер". К началу Второй мировой войны (1 сентября 1939 г.) настоящие авианосцы имелись: у Англии — 7, США — 7, Японии — 10, Франции — 1.
Эффективность авианосцев проявилась в ударах английской палубной авиации по итальянским кораблям в Торонто (1940 г.) и особенно в ударе 7 декабря 1941 г. шести японских авианосцев по военно-морской базе Пёрл-Харбор (США), где было потоплено и повреждено 10 американских линкоров и крейсеров и уничтожено 250 самолетов на аэродромах. Это заставило изменить взгляды на использование авианосцев.
В 1945 г. специалисты США сделали вывод: авианосцы и базирующаяся на них авиация представляют собой "наиболее мощное и разрушительное оружие в истории войн на море". В ходе Второй мировой войны США имели 6500 палубных самолетов (к ее началу — только 1600).
В 1961 г. в США вступил в строй первый атомный авианосец "Энтерпрайз", в 1968 г. — "Кеннеди", в 1972 г. — "Нимитц". В 1975–1977 гг. ожидалось еще два атомных авианосца, всего планировалось иметь девять атомных авианосцев из находящихся в составе ВМС двенадцати.
Авианосцы являются основой сил общего назначения, поэтому США планировали иметь 2–3 авианосца на заокеанских ТВД с базированием на иностранные базы. На каждом океане предполагалось иметь боевые оперативные группы во главе с авианосцем, которые можно было бы срочно направить без пополнения запасов туда, где возникала напряженная обстановка.
Авианосцы использовали различные тактические приемы при развертывании — радиомолчание и одиночное плавание, при необходимости для сопровождения аву могли привлекаться многоцелевые атомные подводные лодки.
В целом в нанесении стратегических ядерных ударов на глубину 800 -1500 км повышалась роль авианосцев, имевших на борту до 144 ядерных боеприпасов Мк-57, 61, 43, 28, и, кроме того, 50–60 % ядерных бомб находилось на транспортах спецбоеприпасов. В первом ядерном ударе могло использоваться до 80 % штурмовиков, из них с ядерным оружием 10–12 самолетов. В повседневных условиях в готовности применить ядерное оружие находятся 4 штурмовика.
Для нанесения ударов в составе авиакрыла на новейшем авианосце "Нимитц" предназначалось до 100 самолетов: 24 истребителя F-14 "Томкет", 24–36 штурмовиков А-7 "Корсар", 12 штурмовиков А-6 "Интрудер", 4 самолета ЕА-6, 4 самолета ДРЛО
Е-2 "Хокай", 4 тяжелых штурмовика кА-50 "Виджилент", 10 противолодочных самолетов "Викинг" и 8 противолодочных вертолетов А-3 "Си Кинг".
Таким образом, на ударном авианосце базировалось 5–6 эскадрилий палубных самолетов: 2 эскадрильи истребителей; 2–3 эскадрильи штурмовиков и 1 эскадрилья самолетов обеспечения. Ожидалось, что на замену истребителей типа "Фантом" поступят истребители F-14 "Томкет", а вместо противолодочных самолетов "Треккер" — новый самолет ПЛО "Викинг".
Противолодочный авианосец типа "Эссекс" имел авиагруппу в составе трех эскадрилий самолетов противолодочной обороны (21 самолет "Треккер"), двух эскадрилий вертолетов (16 вертолетов "Си Кинг"), подразделения РЛД (4 самолета "Трейсер") и четырех истребителей Р-16.
Надо отметить, что главные усилия палубная авиация направляла против сухопутных войск, поэтому 75 % ресурса боеприпасов, в том числе и ядерных, предназначалось для действия против береговых объектов, а 25 % — против сил флота в море.
Ежесуточно при применении обычного оружия с авианосца может быть совершено от 80 до 120 самолето-вылетов на удар, всего за сутки можно нанести до трех ударов, при максимальном напряжении в сутки штурмовиков 1,5–2 самолето-вылета и истребителей — 2–3 самолето-вылета. АУГ способна вести боевые действия без пополнения запасов до 8 суток, при ветре до 8 баллов, море 5–6 баллов, видимости до 2 км, облачности 300 м. Время подъема в воздух группы из 30 самолетов — до 20 минут.
Ударные и оборонительные возможности авианосца характеризуются следующим:
1. При ударе по кораблям для уничтожения КУГ в составе бпк пр. 1134Б и двух ракетных кораблей пр. 56А выделяется группа до 6 штурмовиков. Продолжительность удара 60–70 минут.
2. При ударе по береговым объектам выделяется группа до 40 самолетов, из них 14–16 обеспечения (ДРЛО, РЭБ, разведки). Безусловно, успех действия будет зависеть от системы береговой ПВО.
3. Противовоздушная оборона АУГ включает зону действия истребительной авиации до 300 км и зону ответственности ЗУРО до 90 км (она нацелена против самолетов и выпущенных ракет). Построение ПВО зависит от ожидаемой угрозы, а это морская ракетоносная и дальняя авиация, которая имеет дальность пуска авиационных крылатых ракет от 150 до 450 км. Поэтому боевой порядок авианосно-ударной группы опирается и на береговую зону ПВО, где главную роль играла истребительная авиация оперативно-тактических авиационных командований (5 и 6 атак), особенно при пролете в районах удара дальней и морской ракетоносной авиации. Непосредственно в зоне ПВО АУГ может постоянно находиться до 8- 16 истребителей. Потребный наряд сил для уничтожения авианосца по нашим расчетам — не менее двух полков морской ракетной авиации и 60–70 выпущенных ракет.
4. Противолодочная оборона АУГ строится для борьбы с подводными лодками с носителями ракетного и торпедного оружия на угрожаемых направлениях по зонам: ближняя — из надводных кораблей в носовых секторах на расстоянии 20–50 каб и 1–2 вертолета на удалении 40–60 каб по курсу и корме от авианосца; дальняя — 1–2 КПУГ (75-150 каб) на траверзных курсовых углах; самолеты "Треккер" и "Орион" на глубину до 200 миль. В целях ПЛО АУГ на угрожаемых направлениях могут использоваться многоцелевые атомные подводные лодки. Для усиления противолодочной обороны ударные авианосцы проходят модернизацию под многоцелевой вариант, имея на борту 16 самолетов типа "Треккер" и 10 вертолетов "Си Кинг"; общий состав авиакрыла — 96 самолетов, из них боевых — 54, противолодочных — 26, обслуживания — 16.
В ходе войны во Вьетнаме и на Ближнем Востоке палубной авиацией широко применялись средства радиоэлектронной борьбы. Появилось такое понятие, как радиоэлектронная война, которая включала: радиоэлектронную разведку, радиоэлектронное подавление, защиту радиоэлектронных средств, организационно-технические мероприятия по снижению эффективности радиоэлектронных средств, уничтожение радиоэлектронных средств самонаводящимся на излучение оружием.
С 1966 г. все палубные самолеты оборудуются средствами радиоэлектронной разведки и радиоэлектронного подавления:
— станциями маскирующих заградительных помех;
— автоматами сбрасывания дипольных отражателей;
— инфракрасными ловушками;
— передатчиками помех одноразового применения;
— бортовыми станциями инфракрасных помех ракетам "воздух-воздух" с инфракрасной головкой самонаведения;
— приемниками предупреждения об облучении;
— пеленгаторными радиолокационными станциями.
Самолеты радиотехнической разведки и радиоэлектронных помех дополнительно оборудуются:
— передатчиками прицельных дезинформирующих помех;
— средствами создания помех радиолинии наведения истребительной авиации;
— анализаторами радиолокационных сигналов;
— приемниками предупреждения о пусках управляемых ракетных систем.
Надо отметить, что применение средств РЭБ значительно снизило эффективность боевых действий средств ПВО и потери в истребительной авиации. США и страны НАТО активно внедряли силы и средства РЭБ в основном в тактическую и палубную авиацию. Так, например, палубные истребители и штурмовики использовали средства РЭБ для индивидуальной защиты от поражения огнем ЗУР, зенитной артиллерии и огня истребителей, а также для силового подавления радиолокации противника путем постановки заградительных помех и создания ложных целей.
В конце 60-х годов на базе штурмовика "Интрудер" был создан палубный самолет РЭБ ЕА-6В "Проулер", на борту которого размещалось 8 различных станций РЭБ, предназначенных для прикрытия боевых порядков палубной авиации путем создания массированных шумовых помех радиолокации, создания имитационных помех и срыва автосопровождения стрельбовых станций. На борту авианосца базировалось четыре таких самолета.
Все это показывает, что радиоэлектронная война с каждым годом нарастала, занимая важное место в повседневной деятельности и морских операциях.
Так, анализируя развертывание атомных ракетных лодок через Тунисский пролив, нам удалось при помощи опускаемых гидроакустических станций и стационарных гидроакустических буев в наиболее узком месте обнаружить подводную лодку, на что последовала немедленная реакция со стороны 6-го флота США. При занятии в очередной раз позиции в Тунисском проливе нашему кораблю противодействовали уже 2 американских фрегата, которые активными помехами затрудняли обнаружение атомных ракетных лодок и обеспечивали их развертывание.
Анализ на КП эскадры показал, что на кораблях США радиоразведка вела активное прослушивание всех открытых каналов и каналов БПЧ ЗАС, поэтому место размещения КП эскадры было трудно скрыть. Вместе с тем нам удавалось скрытно выводить самолеты-разведчики Ту-16р на авианосцы. Если мы по телефону передавали координаты и они взлетали из Каира-Западного без работы УКВ, то английские истребители "Лайтинг" с о. Кипр их не перехватывали, и когда Ту-16р проносился над палубой авианосца, возникал переполох: почему "проспали". Так что не все было идеально и в организации ПВО АУГ.
Сложности слежения возникали в Эгейском море, когда авианосец ночью мог входить в территориальные воды Греции и Турции и, выключив освещение, маневрировал вблизи островов. Корабли охранения поднимали уголковые отражатели, имитируя крупные надводные цели, да еще и сближаясь вплотную, а затем расходились, и бывали случаи, когда с рассветом оказывалось, что корабль следит за крупным транспортом из состава сил обеспечения. После некоторых таких неудач КП эскадры особо следил за авианосцами при плавании их в островных и шхерных районах.
При волнении моря 4–5 баллов авианосец увеличивал скорость до 20 узлов, наши бпк и эсминцы в таких случаях, как правило, отставали и теряли контакт. Были случаи отрыва АУГ от корабля слежения путем плавания в течение 12 часов и более на скорости 24 узла. В этих случаях корабль слежения обычно оставался без топлива, и, зная такую тактику отрыва, мы держали танкер поблизости в одной из точек, а слежение за авианосцем осуществлялось по радиоданным.
Авианосцы в восточной части моря после отработки в течение 10–12 дней палубной авиации заходили в порты и базы стран НАТО (Греции и Турции) Пирей, Измир, Суда, Стамбул, Фамагуста. Время их нахождения там было неизвестно, а держать корабль слежения в дрейфе сутками неэкономично. Не могу сказать, кто первый это придумал, но наш корабль слежения утром и вечером, когда шла приборка на авианосце, следовал ему в кильватер и незаметно подбирал выбрасываемые за борт мешочки с бумагой — в них иногда оказывались месячные планы действий авианосца в море и дни стоянки в базах. Сначала мы не поверили этому, считая это какой-то провокацией, но в дальнейшем все подтвердилось, что облегчило нам выполнение задачи.
Поделиться книгой: