Помоги проекту - поделись книгой:
Он вышел из меня, и его широкая головка была у моего входа. Через секунду он медленно и приятно толкнулся в меня, наполняя настолько, что я почувствовала слезы удовольствия в уголках глаз.
— Скажи, что ты моя, — мягко сказал он, сосредоточившись на моих глазах.
С каждым дюймом, которым он погружался в меня, я чувствовала себя наполненной, востребованной. Я чувствовала себя собственницей во всех мыслимых отношениях. Я не колебалась ни секунды.
— Я твоя, Куинн.
Он слегка откинулся назад и наблюдал, как он толкается в меня и выходит обратно.
— Смотри на меня, Изабель. — Он слегка наклонил голову, чтобы посмотреть на меня. — Смотри, как ты лишаешь меня девственности, а я забираю твою.
Я поднялась на локтях, моя грудь поднималась и опускалась, когда возбуждение и нервы переполняли меня. Я посмотрела на свое тело и наблюдала в эротическом удивлении за тем, что происходит.
Огромная, толстая длина скользила внутрь и обратно из моего тела, и, хотя не было никакого освещения, кроме луны, та была полной и яркой, чтобы я могла увидеть все.
— Черт, посмотри на это, малышка.
Он вышел на несколько дюймов, и я увидела кровавые полосы на его члене. Куинн протянул руку и потер пальцем по всей длине, размазывая кровь и влагу. Когда он поднял руку, мое сердце остановилось. Боже, неужели он это сделает?
Устремив свой взор на меня, я наблюдала за тем, как он поднес палец к губам и всосал его в рот. Я чувствовала, как мой рот раскрывается во время этого невероятно интимного акта.
— Я знаю, что уже говорил это, но ты такая охуенно сладкая. — Он начал снова входить в меня. — Это значит, мое. — Он вонзился поглубже в меня, и я ахнула. — Это необратимо, Изабель. Ты привязана ко мне. Ты моя, несмотря ни на что. — Он вонзился еще раз глубоко внутрь, и я закрыла глаза, застонав. — Эта сладкая, блять, девственная киска будет только моей.
— Боже, да.
— Я принадлежу тебе так же, как и ты мне. — Он зарычал и вонзился обратно в меня. — Открой глаза. Смотри, как я трахаю тебя.
Я открыла свои глаза. Перекатывающиеся мускулы на его плечах и бицепсах говорили о его силе, и поток влаги выскользнул из меня, еще больше помогая в его проникновении. Он медленно отстранился и толкнулся назад. Снова и снова, он делал это, медленные и легкие толчки, которые заставляли меня поднимать бедра в надежде, что он проникнет глубже, быстрее.
Мы оба потели и задыхались. Я хотела, чтобы его пот капал на меня, когда он овладевал мной, и это именно то, что он делал… овладевал мной.
— Я люблю тебя, — прошептал он.
Я подняла свой взгляд к его лицу, чтобы увидеть, что он уже смотрит на меня. Я приложила ладонь к его щеке.
— Я тоже люблю тебя.
Его движения усиливались. Его член скользил внутрь и из меня все быстрее и быстрее, в то время как его бедра хлопали по моим. Звук хлопков наших тел заполнил мою голову.
— Господи, — резко сказал Куинн и запрокинул голову назад, напрягая мышцы шеи. Он издавал эти гортанные звуки, и, когда снова посмотрел на меня, это было только на секунду. Он прошелся взглядом по всему моему телу, чтобы остановиться на том месте, где мы соединялись.
Чертовски. Хорошо. Боже. Это было чертовски сексуально. И, когда он положил большой палец на мой клитор и начал тереть его, я взорвалась для него.
— Блять. Да.
Куинн не сдавался, когда входил и выходил из меня, доводя мой оргазм до пика, и удерживал его там, пока я не смогла дышать. Я кончала раньше, когда прикасалась к себе, но это было непохоже ни на что, что я когда-либо чувствовала.
Когда я вернулась к реальности и открыла глаза, то увидела необузданное выражение лица Куинна. Пот скользил по его груди, и я наблюдала за каплями, желая подняться и слизать их.
— Я так близко, но я хочу, чтобы это продолжалось.
Я снова оперлась на спину, скользнула руками по его бицепсам и подставила шею.
— Просто отпусти.
Он снова резко застонал.
— О, Боже, Изабель. — Он выглядел таким сосредоточенным, его тело напряглось, а выражение лица было почти болезненным. — Я люблю тебя так чертовски сильно. Я не могу отпустить тебя, — задыхался он. — Я не могу позволить тебе уйти от меня. — Он вонзился глубоко и тихо хмыкнул. — Мы с тобой должны быть вместе.
Я собиралась снова кончить. И когда я увидела, как его удовольствие начинает зашкаливать, а контроль ускользает, снова позволила себе кончить. Взрыв внутри меня сравнялся с предыдущим. Моя киска крепко сжалась вокруг него. Он зарылся в меня по самое основание и застонал, когда кончил. Он задрожал надо мной, его глаза сжались, когда он наполнил меня.
Когда он расслабился на мне, наша потная кожа потерлась друг о друга. Прежде чем я успела сказать ему, что он душит меня своим весом, он слез с меня и притянул к себе. Меня даже не волновала жесткость машины, впивающейся в мои кости. Закрыв глаза и положив лоб на его влажную грудь, я слушала, как бьется его сердце.
Я чувствовала, как Куинн гладит пальцами вверх и вниз по моей спине, и, как бы приятно это ни было, я хотела убедиться, что он в порядке из-за того, что мы сделали. Я приподнялась и, опершись на локоть, уставилась на него. На секунду он просто посмотрел на меня, а затем поднял руку, чтобы прижать ладонь к моей щеке, и уголки его рта слегка приподнялись в улыбке.
— Эй, — сказал он, его голос стал более хриплым.
— Привет, — прошептала я и наклонилась, чтобы поцеловать его. По мере того, как удовольствие и нервы шли на спад, реальность всего начала просачиваться обратно. Я знала, что Куинн тоже почувствовал это, потому что он замер.
— Все обязательно получится.
Я посмотрела прямо ему в глаза.
— Я позабочусь о том, чтобы все получилось, потому что жизнь без тебя немыслима. — Он наклонился и поцеловал меня в лоб. — Если я не могу бороться за свою любовь к тебе, тогда в чем смысл? — Когда он отступил, я снова увидел эту уязвимость. — Я никогда никого не любил так, как люблю тебя, и я не собираюсь отпускать это. Может быть, это не так, пока мы не закончим школу в этом году, и, возможно, ты будешь за тысячи миль, но ты моя, и ничто не может это изменить. Я имел это в виду, когда говорил, что не позволю никому и ничему забрать тебя у меня.
Услышав, что сказал Куинн, я почувствовала, что все будет хорошо. Должно быть все хорошо, верно? Он немного сместился, его внимание было приковано ко мне.
— Нет ничего, что я не сделал бы для тебя, Изабель. — Его тон был таким уверенным, таким сдержанным. Он приблизился к моему лицу и наклонился, чтобы мы смотрели друг другу в глаза. — Ты для меня. Ты всегда была только для меня.
Боже, все получится. Просто обязано получиться.
ГЛАВА 8
Просто безумие, как быстро прошли последние две недели, и теперь я стою рядом с подъехавшим грузовиком, мое сердце разрывается, но моя стойкость удваивается. Я бы не посмела плакать перед родителями и особенно перед Куинном.
Последние четырнадцать дней были напряженными, когда мы упаковывались, и грузчики ходили по дому, чтобы помочь загрузить все в грузовик. Все в течение этих недель было как в тумане.
Что я запомнила, так это время, проведенное с Куинном. Те украденные моменты в школе, когда он затаскивал меня в темный угол и целовал, пока я не начинала задыхаться. Эти воспоминания были о том, как он держал меня за руку, водя пальцем, пока мы лежали на диване, и о фильме на заднем плане, на котором никто из нас не мог сосредоточиться. В школе не потребовалось много времени, чтобы узнать, что мы больше не просто друзья, хотя я была удивлена тем, как отреагировали многие из наших друзей.
А потом мы сказали моим родителям, что любим друг друга и что после школы нас ничто не разлучит. Они не казались шокированными. Как и родители Куинна.
Я закрыла глаза и снова и снова проигрывала слова в голове, которые Куинн говорил мне прошлой ночью.
Боже, он казался… нереальным.
Я могла бы посмеяться над своими мыслями, но это была правда. Мне повезло, это было точно, потому что наши отношения были навеки.
— Эй, — сказал он, когда подошел, чтобы встать рядом со мной.
Я повернула голову и посмотрела на него.
— Привет.
Мое горло было напряженным, а эмоции угрожали проявиться. Он обнял меня и притянул к себе. С тех пор, как признались друг другу в любви, мы проводили вместе каждый день.
Сначала он виделся со мной утром, потом весь день в школе и проводил со мной вечер, уходя только тогда, когда мой отец заставлял, потому что было поздно. А потом наставало время, когда мы ускользали и оставались одни, и я снова и снова отдавала себя ему, просто держала его и желала, чтобы эти моменты длились вечно.
— Все будет в порядке.
Я кивнула, потому что, хотя это казалось невозможным прямо сейчас, знала, что все получится. Но меня тревожил тот факт, что я уезжаю так далеко, и что ни у нас, ни даже у наших семей не было средств, чтобы летать кому-то из нас каждые выходные, особенно в течение учебного года.
Поверьте мне, мы пытались разобраться с этим. Но, в конце концов, мы оба понимали, что так не получится. Нам нужно было закончить школу, если мы хотели иметь какую-либо продуктивную жизнь вместе. Если Куинн бросит школу, чтобы переехать на запад со мной, где мы окажемся в конце концов?
Любовь была всем, но я не могла позволить ему разрушить его будущее, потому что он ненавидел видеть меня расстроенной.
— Не плачь, хорошо? — сказал он и повернулся ко мне, обхватил меня за щеку и наклонился, чтобы поцеловать. Я растворилась в нем, не заботясь о том, видели ли нас грузчики, соседи или даже мои родители. Пусть они глазеют на нас, пусть им будет неловко, что Куинн прижал меня к себе, что он целовал меня, будто голоден, и я была единственным человеком, который мог насытить его аппетит.
Я услышала, как захлопнулась дверь грузовика; громкий свист и щелчок заставили меня вернуться в реальность. Я неохотно отступила, понимая, что не могу вечно держаться за этот момент.
— Пора идти, Изабель, — сказал отец, но я не смотрела на него.
Куинн улыбнулся мне, погладил большим пальцем мою щеку, и я наклонилась к его прикосновению.
— Все получится, — повторил Куинн.
Я очень на это надеялась.
Как только перестал видеть грузовик, я сел в машину и направился в мастерскую, где работал. Последнюю пару недель с тех пор, как узнал, что Изабель уезжает, я наводил там порядок и пытался во всем разобраться между встречами. Я хотел провести с ней как можно больше времени, но у меня также накопилось много дерьма за короткий промежуток времени.
Я сказал Изабель, что мы можем работать над отношениями на расстоянии, но, если бы я смог что-то сделать, чтобы это сработало, будучи с ней и уменьшив временные рамки этого года, я бы попытался.
Я заехал в мастерскую, заглушил двигатель, вышел и направился в офис Брэя. Я постучал три раза, прежде чем услышал крик менеджера.
— Если у тебя нет еды, проваливай.
Я все равно толкнул дверь и увидел, что Брэй сгорбился над своим столом, где были повсюду разбросаны бумаги. Он поднял голову, его хмурый взгляд был направлен на меня. Но когда он узнал меня, то выпрямился и откинулся назад.
— У тебя есть еда?
Я покачал головой:
— Разве это похоже на еду?
Брэй сильнее нахмурился, а затем хихикнул:
— Тогда какого хрена тебе надо, парень?
— Слышали ли вы что-нибудь новое от вашего друга на западе? — Я задержал дыхание. Для меня это упростит более ранний уход, и тогда я смогу быть с Изабель.
Но не было ничего, что удержало бы меня от нее, даже дерьмо, которое не пошло по-моему.
Я не собирался ждать гребаный год, чтобы быть с моей девушкой.
— Да, я получил от него известие.
Я ждал, и тишина растягивалась. Наконец я поднял бровь от нетерпения:
— И что? У него есть что-нибудь для меня?
— Ты уверен, что хочешь это сделать?
— Да, я действительно чертовски уверен.
В моем сознании не было сомнений, чего я хочу, и это была Изабель.
— А что насчет школы? — спросил Брэй. — Ты уезжаешь, не закончив школу, и это чертовски глупо, Куинн.
Я покачал головой:
— Я поговорил со школой, договорился с зачетами и могу закончить школу раньше.
У меня были довольно хорошие оценки, и я не беспокоился о том, чтобы попытаться закончить школу раньше, потому что в чем тогда был смысл? Девушка, которую я любил, все равно уехала, и я хотел быть с ней.
Слава богу, я мог закончить школу раньше, но мне требовалось пару месяцев, чтобы все заиграло и упало там, где нужно. И пара месяцев было чертовски лучше, чем год.
А еще мне было насрать на выпускной вместе с классом.
Я имел это в виду, когда говорил, что Изабель — моя жизнь, и я сделаю все, чтобы быть с ней.
Брэй молчал в течение нескольких долгих секунд. Наконец он выдохнул, протянул руку и открыл один из ящиков своего стола. Он вытащил листок бумаги и передал мне.
Я схватил его и посмотрел на записанное имя, адрес и номер.
— Митчелл может предоставить тебе постоянную работу, комнату и питание.
Поделиться книгой: