Помоги проекту - поделись книгой:
Потом медленно и как-то особенно тяжело вздохнул, на мгновение прикрыл глаза… а когда обернулся к мнущемуся за его спиной стражнику, уже снова выглядел как всегда спокойным и невозмутимым.
— Немедленно подготовить портальную комнату, — ледяным тоном приказал он. — Освободить коридоры. Я выйду отсюда через две минуты, и если по пути встречу хоть кого-то, плохо будет всем. Выполнять!
Но тот почему-то не спешил уходить. Странно растерявшись, он крепче сжал в руке ключ от камеры и вдруг выдал:
— Ваша Светлость, а как же вы тут с ними… они же преступники… да и…
Литар одарил его холодным угрожающим взглядом и, протянув руку, забрал у нерадивого подчинённого ключ.
— А с каких пор вы считаете себя вольным обсуждать мои приказы? — с устрашающим спокойствием поинтересовался глава департамента правопорядка. — Выполнять.
Последнее слово было сказано совсем негромко, но беднягу рядового всё равно заметно передёрнуло. Из камеры он не вышел — вылетел. Оно и понятно, ведь гнев Его Светлости мог стоить ему не только должности, но и свободы.
— А ты всё так же суров с подчинёнными, дядя, — с привычной ухмылкой бросил Эркрит. — Да и внешне почти не изменился…
Несмотря на расслабленный тон, вставать Эрки всё равно не спешил. Всё же он понятия не имел, как поведёт себя его вечно собранный и правильный дядюшка. Да, раньше они прекрасно ладили, можно даже сказать — дружили. Но ведь минуло столько времени. Кто знает, как успела измениться жизнь? Кто знает, как эти изменения сказались на их отношениях?
— А ты, твою флотилию, до сих пор мастерски ввязываешься в неприятности! — С неожиданной злостью прорычал Литар. А потом вдруг быстро пересёк камеру и, остановившись рядом с племянником, опустил ладонь ему на плечо. — Эрки… гад ты мелкий, где тебя носило десять лет?!
Но его племянник чувствовал, что дядюшка злится и бесится исключительно из-за собственных переживаний. Да и глаза Литара, в которых обычно нельзя было прочесть абсолютно ничего, сейчас оказались наполнены такими разнообразными эмоциями, что оставаться на месте Эркрит просто не смог. Он медленно поднялся и, выпрямившись, накрыл руку герцога своей.
— Я бы вернулся раньше… в тот же день. Если бы только знал, как, — с искренним надрывом проговорил парень. — Дядя…
Но Литар сейчас был просто не в состоянии его слушать. Послав в демонам все правила приличий, он вдруг крепко обнял своего любимого неугомонного племянника. Сжал в объятиях так сильно, что тот скривился от боли в повреждённых рёбрах.
— Что такое? — не понял Лит.
Правда, довольно быстро сложил одно к одному и больше вопросов на эту тему не задавал. Но вот по промелькнувшим в его глазах огненным всполохам стало понятно, что в ближайшее время всё местное ведомство ждут очень крупные неприятности.
— Мика, — протянул герцог, отпуская Эрки и поворачиваясь к племяннице. — Ты так выросла… и поразительно похожа на свою бабушку.
Он не подходил к ней… так и остался стоять рядом с Эркритом. Всё же перед ним была девушка, пусть и родственница, а позволить себя вольности с леди Литар не мог. Поэтому он просто смотрел на неё, поражаясь тому, как в Микаэлье возродились черты Великой Эриол. А ведь малышке уже девятнадцать…
— Дядя, это мой жених, Максимилиан, — проговорила Микаэлья, всё же несмело поднимаясь с места. — Им с Эрки нужна помощь целителей, — добавила она чуть тише.
Глава ведомства правопорядка перевёл взгляд на сидящего на лежанке хмурого парня, встретил его прямой уверенный взгляд и вдруг ухмыльнулся.
— Моё имя Литар Карильский-Мадели, — представился он, учтиво кивнув Максу. — Я герцог Дриарский и дядя Эркрита и Микаэльи.
— Очень приятно с вами познакомиться, — вежливо ответил тот, тоже медленно поднимаясь на ноги. И пусть ему было чертовски больно, но он не смел сейчас этого показать. — Моё имя — Максимилиан Штормовой. И в том месте, где я родился и жил до вчерашнего дня, титулов нет. Всё чем я могу похвастаться, это имя моего рода. Да только здесь и оно не имеет никакого значения.
— Всё имеет значение, — спокойно заверил его Литар. Но заметив, как тяжело дышит его собеседник, как скованы его движения, вдруг спросил: — Идти можете?
— Вполне, — бросил Макс. — Но только если не далеко и не по снегу.
— Два этажа вверх, — ответил герцог, не обратив ни малейшего внимания на его иронию. Затем повернулся к племяннику и добавил: — И, думаю, нам стоит поспешить, пока коридоры ещё пусты. А говорить мы будем уже после того, как вам окажут помощь.
Да, Макс оказался в состоянии передвигаться сам, хотя каждый новый шаг давался ему с огромным трудом. Конечно, он бы мог попросить о помощи, и господин герцог смог бы ему её оказать, но… что-то подсказывало Максиму, что это будет расценено не иначе, как проявление слабости, а слабым он выглядеть не желал. Поэтому по ступенькам поднимался хоть и медленно, но с гордым видом, да ещё и Микаэлью умудрялся за локоть поддерживать. Но стоило им миновать лестницу, пройти по длинному коридору и оказаться в просторной пустой комнате, на полу которой имелся большой круг из чёрного мрамора, исчерченный странными символами, и Макс попросту опешил. Всё это выглядело странно и на энергетическом уровне воспринималось не иначе, как какой-то алтарь.
— Что это за место? — спросил он, поворачиваясь к Эркриту.
— Портальная комната, — спокойно ответил тот, останавливаясь у стены, в то время как его дядя прошёл к центру круга и, опустившись на корточки, принялся вписывать в схему координаты места назначения.
Макс кивнул, тоже внимательно наблюдая за действиями герцога и попутно его рассматривая. Увы, сделать это в камере не получилось из-за недостатка освещения, зато теперь такая возможность у него появилась.
Вообще в чертах Эркрита и Литара было много общего. Тут бы и дурак понял, что они явно близкие родственники. Правда, в отличие от белой шевелюры племянника, волосы герцога имели обычный светло-русый оттенок. Они вились точно так же как у Эрки, только оказались немного длиннее и были стянуты в низкий хвост. Одежда главы департамента правопорядка показалась Максу несколько странной. На нём был надет строгий серый костюм, брюки «стрелок» не имели, а пиджак с большим количеством пуговиц доставал до середины бедра. Не увидел Максим и привычного воротника на рубашке. Его заменял довольно странный галстук. Широкий, насыщенного синего цвета, — он куда больше напоминал женский шарфик, вот только был завязан каким-то непонятным образом, отчего смотрелся не кокетливо, а очень строго.
Когда Литар поднялся на ноги, а перед ним начала разгораться красноватая арка портала, Макс чуть крепче стиснул руку Микаэльи и снова повернулся к Эркриту. Всё ж по всему получалось, что сейчас они все переместятся… во дворец? Наверно только сейчас он в полной мере начал понимать, что всё происходящее не сказки и не шуточки, а его девушка, его невеста, на самом деле — самая настоящая принцесса.
— Идёмте, — скомандовал брат короля, глядя почему-то именно на Макса. Потом перевёл взгляд на явно напряжённого племянника, ободряюще ему улыбнулся и пояснил: — Сейчас мы переместимся в мой дом. Там вы приведёте себя в порядок и всё мне расскажите. А уже дальше мы вместе будем решать остальные вопросы.
И с этими словами красноречиво указал на мерцающее марево в арке, приглашая шагнуть в неё. Первой к ней направилась Мика, утягивая за собой и Макса. А вот Эрки перед тем, как пройти через портал почему-то остановился, обернулся к Литару и, посмотрев ему в глаза, вдруг неожиданно даже для себя, выдал:
— Дядя… я до сих пор не верю, что вернулся. Что снова в Карилии…
В его голосе слышался едва заметный надрыв, от которого сердце вечно невозмутимого Белого Сокола сжалось так, что в груди почувствовалась тягучая глухая боль.
— Ты даже не представляешь, как я счастлив, что вы живы, — ответил он, подходя ближе и кладя руку на плечо племяннику. И в этот момент в глазах герцога промелькнуло нечто такое, что окончательно убедило Эркрита в том, что его здесь очень ждали. Но в следующее мгновение лицо Литара снова стало серьёзным, и он добавил куда более спокойным ровным тоном: — Идём. Портал скоро погаснет.
В арку они шагнули вместе, но вот когда оказались в просторном холле, залитом ярким солнечным светом, оба на несколько мгновений опешили, удивлённые открывшейся картиной.
Бледный и заметно напряжённый Макс, прятал за своей спиной искренне растерянную Мику, а перед ними в воинственной позе с клинком наготове стоял светловолосый кучерявый подросток. Он взирал на незнакомых ему людей с явным опасением, но всё равно старался держаться гордо и пропускать их в дом явно не спешил.
— Эрикнар! — позвал его герцог и тут же добавил холодным уверенным тоном. — Немедленно убери шпагу. Это наши гости.
— Папа, — чуть дёрнувшись, бросил мальчик, но взгляда от Максима всё равно не отвёл. — Ты не видишь, но он не человек! Она — маг, да… но он — нет. Он точно один из них…
— Да я не маг. Но ведь и ты тоже, — ответил Максим, встречая гневный взгляд его серебристо-серых глаз, пересечённых тонкими линиями вертикальных зрачков. — Более того, я вижу, что ты неправильно держишь своё оружие, а значит, не умеешь с ним обращаться. А ещё… ведёшь себя слишком импульсивно, отчего твоя энергия периодически вырывается на свободу, нанося окружающим ущерб…
— Кто ты такой?! — чуть громче выпалил мальчик и, несмотря на приказ отца, свой клинок прятать не спешил. — Откуда ты это знаешь?
— Прежде всего, Эрикнар, этот человек — мой гость, а ты ведёшь себя возмутительно, — осадил сына Литар, после чего подошёл к нему и демонстративно выбил шпагу из его рук.
Он уже повернулся к Максу и явно собирался что-то сказать, возможно даже извиниться за сына, но в этот самый момент послышались быстрые шаги, и в холл влетела довольно молодая на вид женщина. Её кожа была светлой, а вот заплетённые в косу длинные волосы имели яркий тёмно-красный оттенок. Но едва войдя, она уставилась сначала на обезоруженного юношу, потом с упрёком посмотрела на его отца, и только после этого обратилась к гостям.
— Господа, прошу простить неподобающее поведение моего сына, — высказала она, глядя на Макса и вышедшую из-за его спины Микаэлью. — Эрикнару показалось, что кто-то нападает на дом, вот он и схватился за оружие. Прошу, проходите.
Она уже отвернулась, жестом приглашая всех проследовать дальше в гостиную, когда до её слуха долетел такой знакомый, но вместе с тем чужой голос:
— Ориен…
И было в этом обращении что-то такое… заставляющее её вздрогнуть и растерянно сжать кулачки. Она даже подумала, что ей показалось, но всё равно обернулась на этот зов… и просто застыла, уставившись на стоящего чуть в стороне мужчину. Очень красивого мужчину… с такими знакомыми белоснежными чуть вьющимися волосами, и яркими светло-зелёными глазами… да ещё и улыбающегося точно так же, как…
— Эрки… — это слово сорвалось с её губ с таким надрывом, что само показалось ей каким-то странно чужим.
— Да, Ори, это я, — отозвался он, всё ещё не решаясь сдвинуться с места. — А ты почти не изменилась. Всё такая же очаровательная и яркая.
— Эрки. — Ориен медленно развернулась и направилась к нему. Но, не дойдя двух шагов, остановилась, вглядываясь в его лицо. — Это действительно ты… — она осторожно приложила ладонь к его груди, будто стараясь убедиться, что это не иллюзия и не мираж. И только почувствовав, как под её пальцами резко и сильно колотится его сердце, вдруг всхлипнула и крепко обняла своего любимого неугомонного Огонька.
Он же прижал её к себе так сильно, как только позволили покалеченные рёбра, а Ори вдруг всхлипнула ещё раз и с силой зажмурилась, стараясь остановить поток рвущихся на волю слёз.
— Боги, Эрки, где тебя носило столько времени? — протянула она тихо. И тут, будто что-то вспомнив, отстранилась и резко обернулась в сторону девушки, стоящей рядом с пришедшим с ними парнем. — Микаэлья… — выдохнула Ориен, чуть отстраняясь от Эркрита и протягивая к ней руку.
Вот Мика ждать ничего не стала. Она быстро пересекла комнату и с чувством невероятного облегчения прижалась к своей любимой тётушке. И пусть они не были кровными родственниками, но до своего перемещения на Землю юная принцесса очень много времени проводила с Ори, а когда у той появился маленький сын, частенько играла с ним и своей сестрёнкой Миркрит. А вот дядя Литар тогда относился к ней как к несмышленому ребёнку и старался всегда держаться на расстоянии, хотя Эрки считал чуть ли ни родным сыном и любимым учеником.
Чуть позже, когда вызванный целитель осмотрел пострадавших парней, залечил особенно сильные повреждения на их телах и напоил всех троих ребят довольно приятно пахнущей настойкой для восстановления энергетического баланса, они снова собрались в небольшой уютной гостиной, куда было решено подать поздний завтрак.
Эрки хоть и был голодным, но ел не спеша. Он с откровенным наслаждением вкушал такие знакомые с детства угощения и говорить пока просто не мог. А вот Максу наоборот кусок в горло не лез. Потому именно он и решил начать разговор, тем более что и Эрикнар, и его отец до сих пор смотрели на странного гостя с откровенным недоверием.
— Моего деда зовут точно так же как тебя, — начал он, обращаясь к мальчику. — А у моей бабушки… да и у отца, точно такие глаза. Причём они в один голос утверждают, что их оттенок является родовой наследственной чертой.
— Откуда вы, Максимилиан, — спросила Ориен, глядя на него с любопытством. — Вы странно одеты, да и говорите, будто с каким-то акцентом. Нет, я прекрасно понимаю все слова, но вы их произносите как-то иначе. А ещё… вы ведь не маг.
— Я родился в городе Нью-Йорк, правда, большую часть своей жизни прожил в России, — учтивым тоном ответил Максим. — Но если говорить глобально, — он вздохнул и всё-таки озвучил то, что пока не было произнесено здесь никем: — Мой мир называется Земля. И именно там мы познакомились с Микаэльей и Эркритом. Именно там они жили все последние десять лет.
Эрки всё же перестал есть… хоть и вполовину не утолил того голода, что сейчас испытывал. Он поднял глаза на Максима, потом перевёл взгляд на явно опешившего дядю и всё же решил, что лучше рассказать сразу всё. Ну, или почти всё.
— Да… — подтвердил Эркрит с тяжёлым вздохом. — Все эти годы мы с Микаэльей прожили в другом мире. И что хуже, дядя, к магам там относятся особенно…
— Как? — с волнением уточнила Ориен, ощущая, что для Эрки данная тема далеко не самая приятная.
— Это не столь важно, Ори, — отмахнулся парень. — Магов там просто нет. Из разумных существ — только люди. Других я не встречал… долгое время. Их мир можно назвать техническим. То, что у нас работает на направленной энергии стихий, они заставляют работать на так называемом электричестве. Но суть не в этом. Цивилизация там довольно развита, население мира — пугающе огромно. Больше семи миллиардов…
— О Боги, — выдохнула Ориен, чувствуя отголоски всех тех противоречивых эмоций, что сейчас испытывал тот, кого она считала родным племянником.
— Но даже при таком количестве жителей, затеряться там нам с Микой было очень сложно. Нас раз за разом находили, — продолжил Эркрит, снова поворачиваясь к дяде. — Но однажды нас нашли другие… не люди. Они… называют себя эргонцами.
— То есть? — На серьёзном лице Литара отразилось искреннее смятение. — Они имеют отношение к нашему Эргону или это совпадение.
Но в ответ Эрки только отрицательно помотал головой, давая герцогу возможность самому сложить все имеющие сведения в одну картину. И пусть тот пока молчал, но племянник понял, что его мысли текут в правильно направлении.
— Мне очень помог глава одного из их городов, которые они, кстати, мастерски скрывают от людей, — добавил Эркрит. — Его имя Тамир Солнечный. И он, как выяснилось, является внуком Яромира Карильского.
— Того самого короля, которого изгнали с Аргаллы? — выдохнула Ориен, от волнения прикрывая рот ладонью. — Боги…
Но вот реакция Литара оказалась совсем другой. Черты его лица в мгновение заострились, а в глазах появился устрашающий решительный блеск.
— Так значит это гадкие недомаги виноваты в твоём исчезновении?! — выпалил он, резко поднимаясь на ноги. — И зря я уверял Бриса в обратном!
— Дядя, — строго осадил его Эрки. — В нашем перемещение виноват только я! А точнее я и моя невезучесть. Хотя… некоторые прорицательницы склонны считать, что это судьба, — добавил он без капли иронии. — Я уже понял, что за прошедшие десять лет здесь произошло немало событий, в том числе и не самых приятных. Я видел портрет той, кого назвали предводителем диверсантов, и она явно одна из недомагов. Более того, дядя, я почти уверен, что она и к незабвенному Яромиру тоже имеет отношение, потому что уж больно похожа и на Тамира и на его сестру Леонию. Но сейчас мы не будем делать никаких выводов, потому что они могут оказаться ошибочными.
Литар смотрел на него удивлённо и даже не пытался скрыть свои эмоции. Он помнил Эрки хоть и сообразительным не по годам, но всё же ребёнком. Мальчишкой, избалованным вседозволенностью и всеобщим обожанием. И вот теперь перед ним сидел совсем другой человек… который спокойно и уверенно доносил до него свою точку зрения, свои мысли, к которым невольно прислушиваешься. И, честно говоря, глядя на него сейчас, Литар чувствовал что-то похожее на гордость за такого племянника.
— Когда вы пропали, мы перевернули всё королевство, пытаясь вас найти, — сдержано сообщил герцог, переводя взгляд с Эркрита на Мику. — Так как вместе с вами исчезла и книга, когда-то принадлежавшая первому советнику гаусского князя, мы посчитали, что именно гаусцы причастны к вашему похищению, — он неспешно прошёл по комнате и, остановившись, со вздохом, добавил: — Войны тогда удалось избежать только чудом. Но не успели мы обрадоваться, как активизировались знакомые тебе недомаги. В одно утро один из них заявился во дворец и потребовал аудиенции у твоего отца. И никто бы его не пустил, но он заявил, что знает о вашем местонахождении.
Эрки задумчиво покосился на Макса, который слушал Литара очень внимательно, и снова повернулся к дяде.
— Что он сказал? — спросил парень.
— Заявил, что Вы пошли по стопам изгнанных. Что страной незаслуженно правят потомки предателя, и лишь искупление ошибок предков сможет вернуть королю его наследников. Он сказал, что только если Эмбрис отречётся от трона, то его сын и дочь найдут дорогу домой, — закончил Литар. Затем все же вернулся в своё кресло, задумчиво постучал пальцами по подлокотнику и снова посмотрел на Эрки.
— Что стало с этим недомагом? — с плохо скрытым оцепенением спросил принц.
— Умер, — ответил ему герцог. — Под пытками. Но больше не сказал ни слова. А после этого начались диверсии, которые и продолжаются до сих пор. Требование, как ты понимаешь, одно и тоже… вернуть трон Карилии потомкам Яромира, коих среди недомагов двое. Селеста Картилли и её сын Теор. И если раньше их действия можно было назвать просто неприятными недоразумениями, то теперь всё рискует обернуться полноценной гражданской войной. — Литар странно усмехнулся и добавил: — Поэтому Эрки, сейчас в Карилии все недомаги вне закона. Именно поэтому и запрещены несанкционированные портальные перемещения… Именно поэтому вас и отправили в изолятор, подозревая в отношении к диверсантам.
— Думаю, Эрки, твою великую миссию можно заранее считать проваленной, — с холодной иронией бросил Максим.
Тот одарил его недовольным взглядом, напряжённо стиснул пальцы в кулак, а потом вдруг вскинул голову и добавил.
— Чёрта с два, Макс, я откажусь от того, что решил, — заявил он раздражённым тоном. — Да и Тамиру я обещание дал, что сделаю всё от меня зависящее… и Лазурная Осень возлагает на меня огромные надежды.
— И что же ты имеешь в виду? — напряжённо поинтересовался его дядя, уже догадавшись, что ничего хорошего не услышит.
И тогда Эркрит выпрямился, откинул со лба мешающую отросшую чёлку и ответил гордым ровным тоном:
— Я пообещал эргонацам организовать их возвращение на Аргаллу.
Вот после этого заявления повисла такая тишина, что стало жутко. Литар смотрел на племянника и не мог поверить своим ушам. Ведь по всему получалось, что в той войне, что они уже не первый год вели с недомагами-диверсантами, Эрки решил занять позицию врагов?
— Ты соображаешь, что говоришь?! — выпалил его дядя.
— Более чем, — невозмутимо бросил Эркрит.
— То есть ты собираешься сам привести недомагам пополнение? Чтобы они попросту уничтожили наше сопротивление и спокойно получили трон?!
Герцог явно был на взводе, а на племянника смотрел с откровенным непониманием. Казалось, ещё мгновение и он просто не выдержит и попросту сорвётся.
— Дядя, спокойно, — вдруг улыбнулся Эркрит. — Не смотри на меня как на врага. Всё не так ужасно, как тебе сейчас кажется. И никто никому престол Карилии отдавать не собирается. Более того, мне кажется, я знаю, как прекратить то противостояние, что сейчас ведётся между вами недомагами. Но об этом мы поговорим позже, и я расскажу тебе всё, что о них узнал, а Макс дополнит.
— Макс… Максимилиан, — обратился к нему Литар.
— Можно просто Макс, и на «ты», — заметил тот, прямо встречая мечущий молнии взгляд герцога. — И да, коль Эрки настроен так решительно, то я полностью его поддержу и расскажу всё, что знаю.
— А вы-то сами кто? Мы выяснили, что ни к магам, ни к людям отнести вас нельзя, — не желал успокаиваться порядком раздражённый Лит, для которого вся эта ситуация с недомагами была ещё и личным вопросом. Этакой больной темой.
Макс же снова посмотрел на притихшего в сторонке подростка, который даже молчал очень выразительно, и вдруг хмыкнул.
— Моя мать — человек, а вот отец — чистокровный эргонец, ну или по вашему недомаг. Среди своих я считаюсь полукровкой.
— Ложь! — холодно выдал Литар. — Они не совместимы с людьми. В подобных союзах даже если и рождаются дети, то долго не живут. Их сжигает собственная энергия, к которой хрупкий человеческий организм оказывается неприспособлен. Выживают единицы, но и они с наступлением зрелости просто сходят с ума. Эта энергия, что живёт в них… становится их же убийцей.
Но Макс не собирался отступать.
— Всё так, — кивнул он, не отводя взгляда. — Вы правы, почти во всём… и мне, можно сказать, повезло, что моя энергия начала раскрываться позже. Где-то лет в шесть. Именно это сохранило жизнь моей матери. А в шестнадцать, когда я начал тихо чахнуть от непонятной хандры, и ни один врач не мог определить мой диагноз, мать поставила в известность отца. Тогда-то я и понял, что не совсем человек.
Поделиться книгой: