Ох, уж эти сказки…

Катерина Банши

Ох, уж эти сказки…

Поиск работы

— Выпуск газеты «Правда жизни». Только сегодня! Только сейчас! Скандальный выпуск на вершине мира: Василису Прекрасную украл дракон — Змей Горыныч IV! Покупайте газету! Узнавайте новости первыми! — громким голосом рекламировал мальчишка товар.

У этого мальчика работа есть, а у меня — нет. Я протянула последнюю монетку, чтобы найти объявления о работе. Села на пороге храма и стала читать.

«Требуется палач в Дом Судей, оплата по головам. Есть возможность договориться!»

Нет, я не настолько умалишенная, чтобы пойти на эту работу, хотя… Ушла же из родительского дома в поисках счастья?

«Приглашается уборщица в дом душевнобольных. Переулок Дергоглазова, поворот на перекрёстке. Вас встретит Одноглазое Лихо».

Я бы сказала, что судьба надо мной издевается, да грех жаловаться.

«Требуется переводчик в страну Грешных — Ад. Оплата по окончанию жизни…»

Морально не готова к таким подвигам.

«Змею Горынычу IV необходима седьмая жена. Аванс шубой».

«Василисам Прекрасным, Алёнушкам и другим красным девицам всегда открыт путь на большую сцену! Оплата Договорная. Село Любвинка, клуб „Три Козлёнка“».

Была в том клубе. Там не ТРИ козлёнка, а все триста тридцать три КОЗЛА, ну или сколько мужчин оно может вместить под своей крышей? Где же найти приличную работу в нашей столице? Тридевятое царство, чтоб его…

«В библиотеку им. Феникса необходим хранитель книг. Обращаться с девяти утра до пяти вечера по адресу…»

Вот оно! Я вскочила так, что прохожие отшатнулись и обозвали кикиморой болотной. Ну да, выгляжу совсем непрезентабельно для красной девицы: в штанах, майке, с множеством маленьких косичек. Так ходят только заморские упыри. Эх, как ушла из родительского дома, так во многих странах побывала: Тридесятом царстве, Пятом государстве, Волшебной стране, Мрачной империи, Гиблых землях, Золотых садах, Царстве Морфеевом, стране Грешных. Не жизнь, а одна сплошная сказка, похожая на триллер!

Бежала по переулкам, как могла — с такой скоростью даже ковры-самолёты не летают! Остановилась у маленького ухоженного домика, обвитого плющом. Как необычно… Маленькая постройка среди высоких гигантов. Дома строят в основном массивные, большие, а этот как будто соткан из легкого материала и вот-вот всплывёт в воздух.

Мой стук среди неестественной тишины, как гром среди ясного неба.

— Да-да, входите! — прокряхтел старческий голос.

— Добрый день, — вежливо поздоровалась я с пожилым мужчиной. — Я по объявлению. В газете увидела.

Послышался храп за столом. Старик уснул.

— Извините! — робкий голос не помог в этой ситуации. — Кхе-кхе. ИЗВИНИТЕ, ПОЖАЛУЙСТА!

Собеседник подпрыгнул на добрые два метра так, что были видны перепончатые лапки. Улыбнулась водяному.

— Я к вам по объявлению. Про библиотеку. Хочу хранителем стать!

— Мня-мня. А что ты умеешь?

— Пыль протирать, писать, читать, в архивах неплохо разбираюсь — у отца всегда смотрела, как книги расставляют.

— Это всё, конечно, хорошо… — с хитринкой посмотрел на меня старичок. — Но, может быть, магией владеешь, боевыми искусствами, умеешь с драконами сражаться, принцев спасать?

Я не поняла, к чему в библиотеке такие навыки, поэтому воодушевлённо сказала правду.

— Ну, на счёт всего этого не знаю, сила моя в импровизации!

— Вы приняты! — так же воодушевлённо ответил старик.

Если описать по-нашему, по-девичьи, то беда пришла, себя ждать беда не заставила, беда сильная, беда на нашу головушку…

А если чисто по-русски: п*здец, он п*здец и есть!

Попала, да не туда

— Так вот… И ты каждую читаешь, судьбы смотришь, главным героям в трудные моменты помогаешь. Поняла меня? И помни! Все герои живые, настоящие, из нашего мира. Одна книга — одна судьба!

Я поняла, какую несу ответственность, попыталась бежать, да только договор уже подписан и печатью закреплен.

А ответственность вот в чём: под домом — хранилище, в хранилище — неисчислимое количество книг, каждая книга — чья-то история, судьба. Все они связаны с будущим. Какая книга тебе на стол упадет, такую и читаешь, следишь за героями, их судьбой, появляешься-помогаешь. А потом, как дочитаешь, эта книга воплощается в жизнь.

— Дар это или проклятье, дедушка Володя? — спросила я, наивно хлопая глазами.

— Хватит из себя невинность строить, — грозно свел брови к переносице водяной.

— А моя книга среди них всех есть? Которая про меня?

— Нет, конечно, как ты сюда пришла, так она и в пыль… Ты чего, детонька? Расстроилась?

— Получается, у меня своей судьбы теперь нет? Чужими жить буду? — всхлипнула я.

— Получается, так… Но ты не расстраивайся, это даже веселее! Первая книга будет сложная, вторая пойдет легче, а на третьей смирится-стерпится. Может, жених появится, который с тобой ходить потом будет.

Тем временем я подшивала платья, которые дед достал из сундуков. Вшила корсеты, укоротила подол, вырезы сделала больше. Неизвестно, где бывать теперь придется.

— А, что? Я смогу жениха найти? Так можно?

— Почему нет? Вот у меня шестьсот пять жен было за всё то время, что я путешествовал!

От такого заявления иголка упала на пол и укатилась. Водяной не заметил.

— Да мне столько и не нужно, — растерянно пробормотала, ища иглу глазами.

Долго искать не пришлось, по визгу было понятно, что дедушка Володя её уже нашел. Я огорченно вытащила из его перепончатой лапы погнутую железку. Жаль, мне всего одно платье осталось дошить. Ладно, потом новую куплю, когда деньги будут.

— … наглая… беспринципная… невежественная девица… да кто тебя такую… полюбит…да на костре сожгут… в первой книге!

Интересно, как живут родители? За много лет я так и не удосужилась отправить им весточку, да братья старшие. Сижу теперь, кукую здесь. Уйдя в свои воспоминания, выпустила из виду бывшего хранителя, который уже собирал свои немногочисленные пожитки, всё так же ругаясь.

— А вы куда? — удивленно спросила я.

— В закат! Так отработал своё, девонька, пора и честь знать!

Честно говоря, после такого заявление оставалось хлопать глазами. Хлоп-хлоп. А кто учить меня будет? А кто объяснит, что да как? А как правильно? А если что не так будет…? Но меня окинули взглядом, кивнули на прощание и ушли.

Я осталась одна, стало как-то пусто, одиноко. С другой стороны, у меня теперь есть скатерть-самобранка, свой домик, а под домиком хранилище. Правда, скудная здесь обстановка: дубовый стол со скатертью, два табурета, кровать и коврик. Даже шкафа нет. Стены голые, везде паутина, пыль. Вздохнула печально, подпёрла рукой голову.

— Скатерть, а, скатерть? А где взять тряпку? Пыль то сама не уберется…

Не ожидая ответа, встала, но резко остановилась: на скатерти стояло небольшое ведерко с чистой водой, тряпка, веник и совок. Моей радости не было предела! Хоть не покупать. Денег же нет. А затем работа по дому закипела. Подпевая себе под нос, вылила в кусты ведро с водой, где лежал ободранный кот.

— МЯ-А-А-А-АУ-У-У-У!

Ободранный… и мокрый. На моё приближение ощетинился, а зубы-то большие. Присмотрелась к нему получше: один глаз заплывший, второй — зеленый, сам грязно-рыжего цвета, в шерсти множество проплешин, худой, да ещё и лапа в капкане.

— Я аккуратно, не шипи, помочь же хочу…

Снова громкое шипение в мой адрес. Ещё минут пятнадцать мы так боролись, пока животинка не сдалась и не позволила себя освободить. Аккуратно взяла кота на руки и понесла в дом. Скатерть, похлопывая краями, любезно согласилась одолжить ещё и небольшой тазик с водой и бинты. А вот нужных лекарств не оказалось в доме. Эх, нищета-нищетинушка моя.

— Лежи здесь, я сейчас вернусь!

После этого кот посмотрел на меня, как на полоумную, выражая одну мысль: «Куда я в таком состоянии денусь?». Обычный зверь не способен мыслить, но конкретно в этой особи что-то такое есть. Может, зачатки магии и разума? Полукровка? Не, ну а что? Кот-Баюн уже восьмисотый выводок со своей женой наплодил! А ещё знаю, что те коты по обыкновению владеют магией, которые чёрный цвет имеют. С такими лучше вообще не связываться — капризные личности.

Нарвав волшебной травы в саду, вымыла кота и обработала рану. Этот гад пытался царапаться и мявкать, но после слов «Яйца оторву!» успокоился. Зачатки разума точно есть, только проявляются с задержкой. Не заметила, как наступил вечер. Я здесь уже второй день, а такое впечатление, что всю жизнь знаю это место.

— Кот, а оставайся со мной? Всё равно одной жить скучно.

Зверь сидел на табуретке, опустил мордочку на стол и моргнул глазом. Да, для того, чтобы восстановился второй глаз, придется делать настойки каждое утро. Ну, ничего, прорвёмся!

А следующее утро началось с того, что из хранилища прилетела книга… Сама. Ко мне. Книга. Прилетела.

Я сдула с неё пыль и прочитала название: «Время забытых чудес». Обложка открылась…

— Однажды чудеса всё-таки случаются…

«Время забытых чудес»

— Однажды чудеса всё-таки случаются…

Прочитав первую строчку, почувствовала, что меня затягивает в книгу. Испытывать настолько непередаваемые ощущения больше не хотелось, поэтому делаем вывод — первый переход неудачен. Но, должна признать, природа здесь красивая: высокие деревья, экзотические цветы, вдали виднелись горы.

Но вдруг послышался детский плач: громкий, надрывистый с хрипотцой. Ползком пробираясь между кустов, решила не выдавать себя. И знаете, правильно сделала!

— Прости меня, сынок, но так надо. Никто не потерпит слабого повелителя, а ты слаб. Твой младший брат родился здоровым и через время займёт трон. Оставить людям на воспитание — нельзя, поймут, чьё ты отродье, а убить сам — не смогу.

Молодой мужчина, в котором я узнала сына короля Елисея, быстро влез на коня и пустился вскачь, даже не оглянувшись на ребенка. Я откровенно растерялась.

В Елисеевом царстве с некоторых пор действительно неспокойно: бунты, покушения на царскую семью, интриги при дворце. Все хотят занять трон умирающего царя. К слову, умирает он уже тридцать второй год, может, его родственникам хотя бы на тридцать третий повезет.

Когда звуков топота копыт не стало слышно, взяла малыша на руки. Маленькое чудо сразу затихло, хлопая большими глазами с фиалковыми глазами. Не Снежная ли королева его мать? Только её род имеет столь необычный цвет глаз, а магии в ребенке ни капельки.

— Слабым тоже есть место под солнцем, — я улыбнулась мальчику. — Будешь Святозаром, что означает «озарённый светом».

— Мя-а-ау!

Я подскочила от неожиданности и увидела своего рыжего кота с перевязанной лапой. А он как здесь оказался?

— А ты что здесь делаешь? Мне самой помощь нужна, так ещё и за тобой следить, чтобы не потерялся!

— Мяв! — обиженно мяукнул кот.

Глубоко вздохнув, решила пойти по заросшей тропинке, которую удалось отыскать. Наш пусть продолжался до самого вечера, ребенок спал, а я откровенно устала. Кот брел то впереди, то за мной. И наконец-то, ближе к вечеру, мы наткнулись на родник, но оказались не одни. Стая волков подняла на нас свои головы, каждый оскалил большие клыки и зарычал. Было страшно до дрожи в коленках. Ребенок заплакал, кот шипел рядом.

Решение пришло быстро. Недалеко от нас темнел обрыв. Самоубийством я не страдаю, это прерогатива Иванушек-дурачков, но умереть в пасти волка ещё хуже. Главное, успеть добежать.

— Три… два… один… — тихий голос тонул в рычании стаи голодных волков. — Вперед!

Я оглушительно свистнула и рванула к обрыву, не задумываясь, прыгнула. Кто мне нравится в Елисеевом царстве, так это василиски. В воздухе мчался змеевидный дракон с головой петуха, на спину которого мы и упали. Было очень больно. Я закашлялась, прижимая сверток с ребенком ближе к себе. Через миг же раздался крик василиска: понятно, когти у кота острые, главное, что приземлился рядом. Жалко его бы было оставлять в этой книге. Но чем дальше, тем сильнее впечатление, что мы не вернёмся обратно.

Солнце закатилось за горизонт, а мы ещё летели в неведомую даль, сопровождаемые эхом волчьего воя. Это отняло последние силы. Подлетая к логову василиска, моей радости не было предела. Я ёрзала на месте, пытаясь справиться со своими эмоциями. И вот-вот, долгожданный момент, скатываюсь со спины…

— Спасибо, Боримир! — едва не заплакала я. — Я уж и не надеялась, что ты меня услышишь.

В ответ молчание.

— Боримир, почему у тебя темно? Всегда костёр горел. Мы сходим, умоемся? Да, и ребенка покормить надо, только нечем.

— Года два отца нет.

— Бранибор?

И тут в логове стало светло. Костёр освещал всю ту же обстановку, которую я видела два месяца назад. Ничего не изменилось, только создавалось мрачное впечатление от того, что нет старого хозяина. Передо мной стоял сын моего друга. Ничего не спрашивая, я пошла к роднику, где привела себя и ребенка в порядок, взглянула с жалостью на рваную сорочку, в которой находилась целый день, но переодеваться всё равно не во что.

А когда вернулась, отметила, что Бранибор стал копией своего отца.

— У тебя даже гребень похож на отцовский. А ты боялся, что не вырастет.

Несколько минут мы молчали, пока василиск кашеварил.

— Вот. Накорми мальчишку, ему ещё добрым молодцем становиться.

Через время, когда кот и малыш уже спали, мы с Бранибором разговаривали обо всем, что происходит сейчас в других царствах-государствах. Выходило, всё по-старому. Только в Елисеевом царстве происходит что-то непонятное.

— Оракул предсказал, что самый сильный внук Елисея подарит царству процветание и силу. С этого и понеслась канитель: кикиморы на болотах взбесились, Баба Яга пропала, Змей Горыныч IV строит воздушный остров, чтобы спастись от погибели. В общем… Мир с ума сошел.

Я покивала головой на слова василиска, да и легла спать. Утро вечера мудренее.

А на утро, одев предложенный Бранибором плащ, отправилась в деревушку. Знала я, что жил там один старик, у которого не было ни жены, ни детей.

— Извините, — подошла я к прохожей. — А не подскажите, где живёт Старик-годовик?