Вторая жизнь (СИ)

— А кто такие эти глобусы? — тут уж Алиат не выдержал и рассмеялся, несмотря на трагичность момента, даже оба мужчины, все еще склоненные над телом, улыбнулись.

— Не глобусы, а гиобусы, — поправил он меня. — Это крупный зверь, с меховой шкурой, острыми клыками, который обитает на материке нагов. Он очень ядовит. Его укус смертелен. Но, как правило, он сам не нападает, только если его затронуть. И именно наличие его крови пугает, — задумчиво закончил он.

— Почему? — в свою очередь удивился я, а посмотрев на дракона и водяного, заметил нахмуренные лица. Ответил мне Даат:

— Потому что, я не удивлюсь, если на своем пути мы встретим и этих зверей, что было ну очень нежелательно, так как магия их не берет, более того, они, поглощая ее, становятся сильнее. А драться с ними…можно конечно попытаться, но это очень сложно, — заметил он, удрученно качая головой.

В эту минуту внутри образовалось предчувствие, что встреча с этими зверьками состоится, причем очень скоро. Говорить своим спутникам я ничего не стал, но твердо решил по дороге узнать побольше о них. А сейчас нам пора было отправляться, о чем и поведал дракон, бережно беря на руки зверя, который все еще был без сознания, и, поблагодарив водяного, мы ушли дальше.

Глава 8

Пройдя равнину, спустившись с высокого холма, мы вышли к горам, шапки которых уходили высоко в небо. Дорога, сначала довольно широкая, но по мере приближения к перевалу, все более сужающаяся, вилась как змея. Изначально мы шли все втроем, зверь пока так и не пришел в сознание, поэтому спокойно спал на руках дракона, который, на мой взгляд, слишком нежно прижимал его к себе. Решив пока не обращать на это внимания, мы продолжали двигаться вперед. Чем ближе к перевалу мы подходили, тем уже становилась тропа. И мы уже шли по одному.

Первым шел вампир, за ним дракон, а замыкал я, не забывая при этом оглядываться по сторонам. По дороге мы заметили пещеру, в ней-то и решили немного передохнуть, перекусить, а заодно и проверить состояние зверя.

В пещере было довольно просторно. Посреди находилось кострище. Видимо, эта пещера служила многим местом отдыха. Дракон разжег костер, откуда-то достал сумку, в которой находились продукты. А что? Очень удобно, таскать на себе ничего не надо, закинул сумку куда-то в воздух, а потом достал.

Чуть позже Алиат мне пояснил, что таким образом они многие вещи переносят в подстпространственном кармане. И сам при этом достал из него же свою поклажу.

Пока вода в котелке нагревалась, мы втроем склонились над зверем. Даат провел над его телом рукой, которая светилась золотистым сиянием. А закончив это своеобразное обследование, довольно улыбнулся.

— Все в порядке. Яда в организме больше нет. И он скоро проснется, — как бы в подтверждение его слов, ресницы оборотня затрепетали, глаза распахнулись. Он недоуменно оглядывал нас, а потом хрипло спросил:

— Я жив? — теперь пришла наша очередь смотреть на него, как на душевнобольного.

— А с чего ты умирать-то собрался? — вырвался у меня вполне закономерный вопрос. На него зверь только слегка повел плечами, и прикрыл глаза.

— Но ведь на клинке был яд гиобуса, — наконец, подал он голос. — А это, как известно, смертельно. После него еще никому не удавалось выжить. Тогда как это удалось мне? — зверь переводил взгляд с одного на другого, пытаясь решить эту дилемму.

— Тебя откачали водяной и дракон, — присаживаясь рядом с ним на колени, проинформировал я. — Они тебя лечили своей кровью.

Оборотень даже закашлял от удивления. А я никак не мог взять в толк, что именно могло его так поразить. Подумаешь, кровь себе пустили. Ведь для пользы же дела. Так что здесь удивительного?

— Кровью делятся только в особых случаях, — любезно решил просветить меня Алиат, присаживаясь на колени рядом со зверем. — И только с родственниками, друзьями или любимыми. Поэтому, нашего оборотня и удивило то, что, не являясь никем из вышеперечисленного, удостоился такой чести.

Странные у них законы. Это что получается? Вот будет идти кто-нибудь, ему станет плохо и на помощь никто не придет, потому что это не принято? Абсурд какой-то. Я этого никак не мог понять. Поэтому, решил оставить эти размышления, пока мой мозг не вскипел окончательно. И так слишком много всего на меня свалилось.

Вода в котелке закипела. Даат бросил туда крупу и мясо, туда же отправились и разного вида травки. По пещере стал распространяться приятный запах, от которого даже слюнки потекли.

К тому моменту, как все было готово, наш зверь окончательно пришел в себя. Вот только вопрос о его спасении все еще не давал ему покоя. Тогда-то дракон и решил его немного успокоить.

— Водяной пришел тебе на помощь в знак благодарности, за спасение от зла, которое захватило его озеро, — произнес Даат, не оборачиваясь, а продолжая помешивать еду в котелке.

— А ты? — пряча глаза, спросил оборотень, от чего дракон резко обернулся и пристально посмотрел на юношу, лицо которого было залито краской смущения.

— А я об этом скажу позже, — изрек тот, отворачиваясь и снова занимаясь готовкой. Согласного кивка зверя он так и не увидел.

Я наблюдал за этими двумя, и внутри зрело чувство, что они скоро будут вместе, очень уж откровенные взгляды оба бросали друг на друга. И как показало дальнейшее, я нисколько не ошибся.

Основательно подкрепившись, стали готовиться ко сну. Алиат, чему-то улыбаясь, направился поближе ко входу в пещеру. Дракон и оборотень, не сговариваясь, отправились вглубь, туда, куда не доходил свет от луны. Я же решил расположиться ближе к костру, там было самое теплое место. А в пещере с наступлением сумерек значительно похолодало.

Вампир выделил мне свой плащ, сказав, что он все равно никогда не мерзнет. Я, укутавшись, немного согревшись, стал проваливаться в сон. И вдруг до меня стали доноситься странные звуки, причем как раз с той стороны пещеры, где находились Даат со зверем.

Резко приняв сидячее положение, стал всматриваться в темноту. Сначала ничего не было ни слышно, ни видно. Затем раздался стон оборотня, а с моим зрением что-то произошло. Оно, вдруг, обрело резкость и четкость. Я стал видеть, как днем.

Снова посмотрев туда, откуда раздавались стоны, я застыл. А моя челюсть едва не встретилась с полом. Я наблюдал за двумя обнаженными телами, понимая, что этот столь интимный момент только для них двоих, но никак не мог себя уговорить оторвать от них взгляд.

Между тем Даат страстно целовал зверя, который обнимал дракона, шаря руками по его телу, пытаясь притянуть ближе к себе. Дракон отстранился от губ юноши, прикусив мочку уха, зализал укус и стал так же неистово целовать-кусать шею парня, а тот изогнулся, откинул голову назад, давая больше простора.

С шеи Даат опустился на ключицы, затем дошел до бусинок сосков, играя с ними: то втягивал в рот, то кусал, затем зализывая. А оборотень стонал все громче, пытаясь зажать рот ладонью, но это мало помогало.

Дракон опускался все ниже, выцеловывая каждый сантиметр тела, пока перед его лицом не оказался налитый кровью член, который он слегка лизнул, потом обвел головку языком, и только после этого заглотил его наполовину.

С губ зверя слетел страстный гортанный стон, а его любовник продолжил свои манипуляции, при этом вставляя один палец в анус парня. Оборотень изгибался, как мог, толкаясь глубже в рот Даата, который, продолжая сосать, разрабатывал юношу.

В какой-то момент дракон отстранился, встал между разведенных ног юноши, закинул их себе на плечи и стал входить. Зверь застонал, судя по всему, от боли. Конечно, кому же будет приятно когда ему член в задницу вставляют? И зачем только соглашался?

Но я продолжал смотреть дальше. Возбуждения у меня не было, все, что происходило перед моими глазами было, как наглядное пособие, от которого я получал эстетическое наслаждение.

Даат, медленно войдя до самого конца, остановился, лаская руками тело зверя, при этом надрачивая слегка опавший член, который от таких манипуляций вновь встал колом, и только потом начал двигаться.

Сперва движения были медленные, но постепенно они набирали темп. И вот уже оборотень стонет от страсти и желания, пытаясь насадиться глубже, что-то шепча при этом. Его припухшие от поцелуев губы блестели от того, что язык то и дело порхал по ним, облизывая. По виску стекала капелька пота. Глаза блестели от страсти и желания, это отлично было видно даже в темноте.

И тут зверь вскрикнул особенно громко и кончил себе на живот, за ним через пару толчков последовал и дракон.

Теперь они лежали, обнявшись, отдыхая. Судя по их лицам, они были довольные и удовлетворенные. А мне вдруг стало не по себе от того, что я за ними подсматривал. Только сейчас во мне проснулось раскаяние, и я поспешил лечь, чтобы меня не заметили.

Стоило мне подумать о том, что только что было перед моими глазами, как я провалился в сон без сновидений. А проснулся от воя какого-то животного, находящегося совсем неподалеку.

Подняв голову, заметил недовольные и удрученные взгляды своих товарищей. Повернув голову ко входу, Даат, снова занявшийся приготовлением теперь уже завтрака, произнес:

— Я очень надеюсь, что мое чутье меня подводит, и это не те, о ком я думаю, — но на это замечание вампир только покивал и ответил:

— Нет, чутье тебя не подводит, это именно они, — после чего, осмотрев всех нас, спросил, — и что делать будем? — ответа никто не знал. Тогда дракон уверенно произнес:

— Прорываться, другого-то ничего не остается, — оборотень и вампир согласно кивнули. Я тоже, глядя на них, закивал головой.

Плотно позавтракав, все собрали остатки пищи, закинули в тот самый карман, а взамен достали оттуда оружие. Да, внушительное, надо сказать. У дракона был огромный меч, у вампира два кривых кинжала, чем-то напоминающих наши ятаганы, а у оборотня клинок, с резной красивой ручкой. Только у меня ничего не было. Это удручало.

— А мне оружие? — на всякий случай попросил я, и к моему удивлению, дракон достал два парных клинка и протянул мне.

— Держи! А пользоваться ими ты умеешь? — отчего-то я стал уверен в том, что умею, потому, согласно кивнул, беря в руки такую красоту. Они легли точно по ладони, как будто для меня сделаны. Сталь засверкала в лучах солнца, светившего в пещеру. Как будто подмигивала мне. Подкинув их вверх, проверяя сбалансированность, словил. Отлично. То, что надо. Вот теперь можно было смело выдвигаться. Так как, даже не спрашивая, я уже понял, что за зверье выло снаружи. Это те самые гиобусы, о которых говорил водяной. Ядовитые звери, которые питаются магией.

— Магию не применять, — словно прочитав мои мысли, предупредил всех Даат, и мы пошли на выход. — Да, и вот еще что, — заметил он, оборачиваясь. — Надо завести их повыше в горы. Там будет удобнее.

В чем должно состоять это самое удобство, я так и не понял, зато поняли мои спутники, ну, а я пока ничего снова спрашивать не стал. Сейчас не до объяснений. Может позже.

Выйдя из пещеры, мы, стараясь передвигаться бесшумно, двинулись вперед, прислушиваясь к доносившемуся откуда-то неподалеку, вою. Создавалось ощущение, что он повсюду, окружает нас со всех сторон.

Даат, шедший впереди всех, постоянно оглядывался и прислушивался, при этом, успевая еще и за зверем следить, готовый в любую минуту подхватить, помочь, защитить.

Мы поднимались все выше в горы. Тропка была настолько узкая, что идти было неудобно, ноги скользили по камням, затрудняя дальнейшее восхождение. Но мы упорно двигались вперед, так как пользоваться левитацией, как сказал вампир, было нельзя. Эти твари сразу почувствуют приток магии и мгновенно окажутся здесь, а так оставалось мизерная надежда на то, что нас не заметят, и мы беспрепятственно обойдем горы.

Надежда рассыпалась прахом, когда мы вышли на относительно ровную площадку, где на нас смотрели две пары разъяренных и гневных глаз огромных, чем-то похожих на медведей, только с огромными клыками, с которых капала слюна, тварей.

Назад идти не было смысла, да и, как оказалось, поздно. Обернувшись, заметили еще одного, подбирающегося к нам и грозно рычащего гиобуса. Меня охватила дрожь. Но не страха, а странного предвкушения.

Краем глаза заметив, что и мои спутники резко сгруппировались, я вскинул вперед руки с клинками. Тот зверь, который подошел сзади, резко бросился на меня, грозно рыча, это послужило своеобразной командой для остальных, которые тоже бросились на парней.

Зазвенела сталь, запели клинки, зарычали звери. Шум стоял невообразимый. Даат, отбиваясь от твари, не давая ей близко приблизиться, чтобы слюна не попала на кожу, резко произнес:

— Двигаемся наверх, быстро! — никто и не думал возражать. Короткими перебежками, уворачиваясь от животных, мы поднимались все выше. Я удивлялся только одному: в моем теле появилась легкость, некая грация, с которой я уворачивался от зверюги, при этом несколько раз и сам умудрился нанести ему ощутимые удары. Я летал так, будто у меня выросли крылья.

С трудом, но нам удалось подняться выше, почти на самую вершину. Там-то и развернулся настоящий бой, так как к троим гиобусам присоединилось еще четверо. Уворачиваться стало все сложнее, эти твари оказались довольно верткие и прыткие. Одному из них удалось оцарапать мне руку когтем, от чего рана сразу стала опухать, а рука терять чувствительность.

Заметив это, Даат, глядя куда-то вверх, громко закричал, ему вторили оборотень и вампир. Да и сами животные рычали так, что уши закладывало. Несколько раз дракон ударил мечом по скале, от чего поднялся такой шум, грохот, что вокруг все содрогнулось.

— Зачем это? — едва успел спросить я у Алиата, который оказался ближе всех ко мне.

— Нам срочно надо вызвать лавину, иначе всем придет конец, — стал пояснять он, отбиваясь от очередной атаки гиобуса.

Я посмотрел наверх, и тут же перед моими глазами предстала огромная снежная масса, которая быстро двигалась вниз. Я только успел удивиться столь явному видению, как вдруг раздался оглушительный грохот и мое видение стало становиться явью.

Мои спутники едва успели окинуть меня изумленным взглядом, после чего, дракон резко подхватил на руки оборотня, крылья которого оказались повреждены, а Алиат схватил меня, и мы, уже не взирая на применение магии, понеслись вниз, в то время, как лавина быстро подгребала под себя гиобусов.

Спустившись на землю, я не выдержал и поинтересовался:

— А почему мы сразу не могли так сбежать? И они что, все погибли? — ответ мне дал дракон, продолжая подозрительно посматривать:

— Сбежать нам бы не удалось, эти звери слишком быстро бегают, а применение магии только придало бы им сил. И нет, они не погибли, выберутся, но мы к тому времени успеем отойти подальше, — ответив на мои вопросы, он, сощурив глаза, спросил: — А теперь скажи мне, как тебе удалось вызвать лавину?

От этого вопроса я впал в ступор, непонимающе смотря на своих спутников.

— А с чего вы взяли, что это сделал я? — попытался увильнуть от ответа. — Там такой грохот стоял, что неудивительно ее быстрое схождение.

— Нет, — возразил дракон, — в тот момент, когда ты смотрел на верхушку горы, твои глаза светились фиолетовым цветом, и сразу после этого сошла лавина.

От слов Даата я впал в прострацию, а на меня с интересом вопросительно смотрели трое спутников.

Глава 9

На несколько минут повисла тишина. Товарищи смотрели выжидающе, а я обдумывал ситуацию, которая пока никак не хотела укладываться в голове. Тогда я решил размышлять вслух, авось чего и соображу.

— Когда сказали про лавину, которая никак не хотела сходить, я всего лишь посмотрел на шапку горы, а перед глазами возникло видение как она сходит, — произнес я, — а потом это видение превратилось в явь. Как это произошло я ума не приложу, — разведя для достоверности руки, высказался я. Спутники только пораженно покачали головами, а дракон задумчиво констатировал:

— Твоя магия начинает просыпаться. И теперь я понимаю из-за чего устроена охота. О таком мы ни разу не слышали, чтобы не применяя магии, как таковой, можно было что-то сотворить.

— Постой-постой! — воскликнул я. — Ты меня окончательно запутал. Что значит, не применяя магии? Ты же сам только что сказал, что с ее помощью я каким-то образом вызвал эту лавину, а сейчас говоришь, что магии не было. Это как? — кажется, в моих мозгах сейчас начнется перегруз, так как я абсолютно запутался и ничего уже не понимаю.

— Все просто, — улыбнулся Даат. — Потоков магии, которые бывают в таких случаях, от тебя не исходило, заклинаний ты никаких не произносил, силы вокруг тебя не ощущалось, но тем не менее, именно с ее помощью тебе и удалось вызвать лавину. Твоя сила оказалась невидимой, скрытой, так как я даже сейчас не ощущаю ни в тебе, ни вокруг тебя вообще никакой магии.

Ну вот! Вместо того, чтобы понятно все объяснить, еще больше запутал. Я теперь вообще ничего не понимаю. Но впридачу ко всему, я заметил, что от раны, оставленной когтями гиобуса, не осталось и следа, но уже на этом внимания заострять не стал, побоялся окончательно запутаться во всем. Лучше я потом как-нибудь спрошу. Да и мои спутники, судя по всему, забыли о ней.

— Ладно, хватит меня грузить, нам, наверное, пора, а то у меня сейчас «винда» зависнет, — махнул я рукой, показывая, что разговор окончен.

— Эээээ…Чего? — в один голос воскликнули все трое. — Кто где висеть будет? И что на тебя грузить? У нас же поклажа в пространственном кармане, — поинтересовался Даат, а я чуть не взвыл. Вот все время забываю, что они меня по определению не могут понять.

— Мозги у меня сейчас закипят от обилия всего неясного и непонятного, — попытался вполне доступно пояснить я, на это они только кивнули, но никто не произнес больше ни слова. А мы, передохнув немного, отправились дальше.

Дорога была ровная, мы двигались по широкому тракту. С одной стороны был лес, с другой раскинулось большое поле, на котором росли высокие стебли растений, от малейшего дуновения ветерка стебли склонялись то в одну, то в другую сторону. Красиво.

Сколько времени мы шли не знаю, но солнце стало клониться к закату, поэтому теперь нам необходимо было найти место для ночлега. Но поблизости, как назло, ничего стоящего не было.

Тогда было решено углубиться в лес, поискать источник и расположиться около него. Искать долго не пришлось. Стоило нам немного пройти вперед, как ноги сами понесли меня в нужную сторону, при этом я вырвался вперед и шел к воде, не разбирая дороги, даже не замечая того, что кусты царапают кожу.

— Тим, ты куда? — окликнул меня Алиат. — Нам же в другую сторону.

— Нет, нам именно сюда, — возразил я, продолжая свой бег. Остальные, решив не возражать, бежали следом, пока мы не выскочили на берег небольшого пруда, который освещался лучами уже заходящего солнца, рисуя на воде причудливые узоры.

Но, подбежав ближе, нас ожидало еще одно потрясение. На песке, подняв голову к небу, стоял обнаженный парень. Его длинные белые волосы отливали серебром, и каскадом падали вниз, чуть ниже попы. Он, не мигая, смотрел в одну точку, словно и не замечая нас.

А стоило нам подойти ближе, как он, продолжая стоять неподвижно, даже не моргнув ни разу, спросил:

— Кто вы такие и что вам здесь понадобилось? — несмотря на то, что тон голоса был ровным, безэмоциональным, в нем ощущалась угроза. Я уже было собрался высказаться в своей привычной манере, отвечая грубостью на грубость, как меня опередил Алиат. Он отодвинул меня слегка в сторону, подошел к этому типу, поклонился.

— Мы просто уставшие путники, просим разрешения отдохнуть у пруда. Утром мы уйдем и больше вас не побеспокоим, — после слов вампира этот уникум обернулся, осмотрел всех нас, задержав взгляд на мне, и только после этого впился глазами в вампира.

— Плату ты знаешь? — Алиат кивнул. — Все согласны? — снова кивок, а мне вдруг захотелось завопить, что я ни на что подписываться не собираюсь, но в эту минуту этот клыкастый резко наступил мне на ногу, еле сдержался от вскрика. Даже зубы пришлось сцепить. Вот же гад. Что он творит?

И тут у блондина на губах мелькнула едва заметная улыбка. Он протянул руку, показывая, где нам располагаться. Так и хотелось сделать все наоборот и специально устроиться метра на три дальше, чем он показал.

Тишину прорезал хохот блондина, который, не отрывая от меня своих синих глаз, произнес:

— Можете располагаться там, где нравится, я даю свое разрешение, — вампир покраснел, как маков цвет, с немым укором посмотрев на меня. А я что? Стоял и довольно улыбался.

Выбрав место, где трава была помягче, упал на нее и, раскинув руки в стороны, уставился в небо. Мои спутники стали тоже готовиться к ночлегу. Пока зверь с вампиром раскладывали плащи, Даат, уже по устоявшейся привычке стал готовить ужин. А блондин в это время стоял поодаль и переводил взгляд на каждого из нас, пока не остановился на вампире, который в этот момент, посмотрев на этого типа, чему-то согласно кивнул.

Когда все было готово, мы плотно поужинали, пригласив к импровизированному столу и блондина, но тот отказался. Во время нашей трапезы он встал и ушел обратно к пруду, снова застыв статуей самому себе.

Поев, убрав за собой, Даат со зверем, подхватив плащи, углубились чуть дальше в лес, я опять устроился около костра, воспользовавшись плащем вампира, а он сам в это время медленно двинулся к блондину. Тот не шелохнулся, пока руки Алиата не обвили его талию. Только тогда он развернулся в кольце рук вампира, при этом пристально посмотрев мне в глаза.

«Не хочешь присоединиться?» — раздался в моей голове его голос, а у меня от такого предложения чуть глаза на лоб не вылезли.

«Нет, уж, увольте, обойдусь без этого», — возмущенно ответил я, укрываясь с головой плащем и отворачиваясь от этих двоих. Вот только нормально уснуть мне так и не дали. Этот гад беловолосый решил отомстить, демонстрируя у меня в голове, от чего перед глазами даже картинки появились, все то, чем они стали заниматься.

Нежные и страстные объятия, поцелуи, переплетение тел. Чтобы не видеть всего этого, я стал в уме горланить песни из кинофильмов, вспоминая и представляя их себе. Получилось. Теперь вместо мужских ласк я спокойно смотрел старые фильмы моего мира, полностью отключившись от реальности.

Засмотрелся так, что не заметил, как уснул. И снова мне приснилась Лиля, только на этот раз я оказался в состоянии ее прогнать. Исчезала она с утробным рыком и стонами. А я проснулся отдохнувшим, в отличном расположении духа.