Помоги проекту - поделись книгой:
На удивление прожечь отверстия станине оказалось просто сложнее было не спалить её к чертям. Сухое дерево не раз пыталось загореться, но вовремя брошенная пригоршня воды, охлаждала его пыл. Труднее было сделать отверстие в лезвии — тонкое оно, чуть ошибёшься и все — прогорит! Только сейчас до меня дошла ошибочность такого порядка действий. Нужно было сначала прожечь лезвие, в стволе отверстие всяко проще делать, заодно узнал бы нужный диаметр оси. Почесал репу, плюнул на все, решил доделывать как есть. В итоге ось более-менее крепко сидящая в лезвии, немилосердно болталась в станине. Диаметр отверстия оказался велик.
Опробовал станок — условно-рабочий! Пабам!
Класс: механизм
Материал: различные сорта мягкого дерева
Износ деталей: 150/160
Прочность: 261/270
Ожидаемо, даже плюсы ничем от оружейника не отличаются. Хорошо хоть не кривая… но в ней гремит, болтается все что только можно, одним словом — на соплях сделано. После испытаний пришёл к выводу что нужна запасная ось, наверняка, преломится из-за нагрузок. Решил заодно и запасное лезвие острогать, работы немного, но вдруг пригодится.
Смотрю на плод трудов своих — стыдно показывать свою поделку людям, но времени мало — штаны вот-вот развалятся на тряпочки.
Изготовить разного рода чесалки после изготовления станка оказалось делом нехитрым. Вырезать зубья было неудобно, толщина лезвия в палец жутко мешала, но тем не менее, что-то похожее на представленные мне образцы у меня получилось. Делал снова в двойном экземпляре, и то, скорее всего, окажется мало! Судя по лицам собравшихся посмотреть на результат Мастериц, оторвать мне руки желала каждая из них, до того красноречивые взгляды бросали они на меня. Стало стыдно, за свои кривые поделки, смягчающим обстоятельством, решил считать — отсутствие нормального инструмента. Поход на гумно назначен на завтра, там мне предстоит обмолотить снопы роксо, и только после сбора семян приступать к получению роксовых волокон.
Сдать задание некому, Девар, как мне сказали, вернётся дня через три. До захода солнца оставалось ещё прилично времени, поздний обед уже улёгся, и я решил немного облагородить мои поделки. Первым делом начал изготавливать широкий каменный клин, хоть какие-то козлы для станины нужно сделать. Быстро вытесал несколько клиньев из сиатса, прочность тут не так важна, они практически одноразовые. Потом был поход в лес, за очередными брёвнами, сделал две ходки. Доживающим последние удары каменным рубилом номер четыре наметил места раскола. В получившиеся углубления вставлялись клинья, за несколько ударов удалось расколоть бревно на почти равные половинки, второе бревно ждёт подобная участь. Мысль об одноразовости клиньев подтвердилась, изготовил ещё парочку. В наступающих сумерках жёг костёр, прожигать не толстые половинки оказалось несложно, делал четыре отверстия зараз. Соединить крест-накрест, сквозь отверстия пропустить ось — вуаля — хлипенькая крестовина готова.
— Все трудишься? — вопрос Эабора застал меня на середине процесса установки станины на козлах.
— Да, облагораживаю, — пропыхтел я.
— Ты только свою поделку мастеру Риору не показывай, — участливо попросил алхимик, — он нам ещё живым нужен. А от твоей работы старичка вполне может удар хватить.
— Да знаю я, что отвратительно получилось…
— Ты даже не представляешь насколько… думаешь отчего мастер Девар уехал. Не смог он больше терпеть твоё издевательство над камнями. Недаром же он "каменных дел мастер", — подколол меня Эабор.
— Будет тебе заливать! К барону он уехал, — я постарался чтобы эта фраза прозвучала уверенно, а самому вспомнился момент с Аглаей. Возможно мне тогда не показалось? Неужели все настолько плохо? Нет! Должна быть причина.
— Завтра с рассветом идём в поле собирать роксо, затем на гумно, — Аглая просила тебе напомнить, что тебе нельзя путать свои и чужие снопы. Иначе все прахом.
— Я уже думал об этом. Может, мне стоит начать работать после мастериц? Так точно не перепутаем.
— Это не ко мне вопрос, тут я тебе не советчик, — развёл руками алхимик.
— В любом случае завтра и спрошу. Если все пойдёт хорошо, мне будут нужны более качественные инструменты, — я махнул на лежащие в стороне поделки, — а чтобы сделать более качественные инструменты, опять же нужны качественные инструменты. Замкнутый круг получается!
— Как у тебя только терпения хватает им работать, — поморщился парень, — глядя на них мне сразу вспоминается моя первая лаборатория, в ней не хватало целой кучи нужных мне вещей, приходилось обходиться кустарными самоделками.
— А что с ней случилось? Ты с такой ностальгией её вспоминаешь…
— Сгорела, — отмахнулся Эабор, — я тогда ещё экспериментировал с горючим порошком. Недоглядел, — он сказал это так небрежно, что у меня появилось чувство что далеко не одну лабораторию он сжёг.
— А эта мастерская какая по счёту?
— Все тебе скажи, — не повёлся он, — ты случаем не из королевских дознавателей. Знакомая, знаешь ли, привычка, задавать важный вопрос как бы между делом.
Рвущийся с языка вопрос удалось задавить. Интересно девки пляшут, знакомая привычка говоришь? Где это тебе довелось пересечься, да ещё и надолго, с дознавателями? Очередная крупица информации об жителях Слободы, оказалась весьма интересной. Жаль, что информации пока мало, но всё равно стоит запомнить!
— Ну нет так нет, интересно было, — небрежно пожимаю плечами я и сразу без перехода, — Эабор, а кто мне может помочь металлический инструмент изготовить, хоть из бронзы!
— Фродегриф — кузнец местный, — не задумываясь ответил он.
— Как думаешь, есть ли смысл попросить его помочь?
— Нет, бесполезно это. Ты-то не знаешь, — он гном. А они сам знаешь как, относятся к неумехам, — ответил он, внимательно смотря на меня.
— Жаль! — Опять проверяет или я стал слишком мнительным? Замнём для ясности. Не глупей меня люди, если бы можно было сразу же к нему бы и пошли.
— Нечего жалеть, чтобы железное оружие ковать нужен как минимум горн, наковальня и пара молотов. У тебя ничего из этого нет.
Кстати, мысль — нужно подготовить глину на кирпичи. Формовать, сушить и обжигать, нужно начинать же сейчас, с моим опытом кирпича потребуется много.
— Спасибо за совет. У кого можно узнать, как делать кирпич?
— У Девара, у кого ж ещё, не у гончаров же, — словно несмышлёнышу ответил он мне.
Незаменимый дедок, ну да ладно время пока терпит.
Устал я что-то от хозяйственных работ. Прошло всего несколько дней, а идея быть мастером, делающим что-то своими руками, не кажется такой уж привлекательной. Как всегда, рассуждать оказалось легко, а делать не очень. Может, проблема в том, что инструмента нормального нет? Хмм…, возможно, и так, до этого у меня всегда был нужный мне инструмент, плюс электричество.
А ещё я устал ходить почти голым. Сегодня, когда шёл к белошвейкам, заметил, как девицы на выданье отводят от меня смущенный взгляд. В одеяние бродяги нижнее белье не входит — видимо слишком роскошно для бродяг. Подумываю о шкурах животных. Ходили же пещерные люди. Останавливает то, что я не умею их выделывать. Допустим, сшить пончо и юбку-килт умения мне хватило бы. Но шкуры надо подготовить: очистить, вымочить, дубить и ещё чего-то, а главное их нужно добыть. Мои лохмотья этого не переживут. Так что этот вариант немногим легче. Технологическая цепочка короче, но ненамного.
— О чём задумался, Михаил?
— О шкурах, — машинально ответил я.
— Даже не думай! — встрепенулся Эабор, — шкуры у нас носят лишь дикари, горные орки, гоблины и прочая нечисть. Люди не поймут.
— Но я же видел кожаные штаны и доспехи?
— Так, то обработанная кожа! Ты так не умеешь, — сказал как отрезал.
— Не умею…
— Воот! — наставительно поднял палец алхимик, — да и нехорошо это, Аглая с девчатами на тебя столько сил потратили.
— Может, у тебя декокт какой есть? — решил я блеснуть эрудицией, — чтобы капнуть на шкуры и все лишнее отвалилось?
— Может и есть, но тебе с этого какой толк? — изготовить ты его всё равно не сможешь, — пожал плечами алхимик никак с виду, не прореагировал на мои знания.
Я лишь удручённо покачал головой! Поучается любой более-менее квалифицированный труд мне практически недоступен. Либо развивать его надо с самого нуля. Хоть я и знал это раньше, но после разговор с Эабором, всё стало выглядеть ещё более безнадёжно.
— Эх, ладно! Утро вечера мудренее!
— Хорошо сказано! Надо бы запомнить, — задумчиво потягивая трубку, пробормотал алхимик.
Утро в поле! Я даже не догадывался, что у белошвеек так много народу: знакомые Ксана и Мара, сама Аглая и ещё десяток женщин. Обговорив порядок действий, меня оставили сидеть в стороне, дожидаться очереди. Не успел я заскучать, как мне пришлось сгребать сухие стебли роксо, труднее всего было доставить его на гумно, где уже молотили свою партию мастерицы. Пыль стояла столбом и опять я был последним очереди. Моя партия роксо была скромнее, но работать пришлось одному. Обмолот затянулся до обеда, девушки уже давно ушли, а я все продолжал, изредка попивая из фляги. От пыли постоянно першило в горле, хотелось чихать и слезились глаза. Но я вытерпел. Однако теперь понимаю — лучше уж камни тесать, не так пыльно!
После обеда, народ собрался на бесплатное представление — работа на кустарной мялке имени меня. От любопытных взглядов, кожа чесалась… хотя, может, это от налипшей пыли. Я не стал огорчать наблюдателей и вслед за мастерицами начал мять роксо. Как вы, надеюсь, помните, мялка — это тупая гильотина, которая разминает твёрдые слои стебля, ломая твёрдую верхнюю корку. Пучок травы постепенно пропускается через неё по всей длине, разминая волокна. И так по кругу, пучок за пучком.
Когда заработала моя дребезжалка, по толпе прошла волна гула. Видимо, многие и не рассчитывали, что она, вообще, будет работать, спустя полчаса энтузиазм собравшихся начал угасать, к концу первого часа зрителей не осталось. Оно и к лучшему! Я уже пятнадцать минут как стараюсь работать аккуратно, как только появилось сообщение что износ деталей достиг 90 %. Дабы не позориться больше необходимого по возможности невозмутимо заменил лезвие и ось. Рука, качающая гильотину, отваливалась, но я продолжал работать. В мечтах я ходил в рубашке… такая банальная и такая желанная! Верно говорят, что ценность вещей познаётся после потери — подтверждаю, проверено на собственном опыте. Как только, у меня появится одежда снова можно будет качаться. Тупой много часовой фарминг сейчас для меня остаётся лишь мечтой.
— Хватит!
— Хватит говорю! — думал, послышалось. С трудом сфокусировал взгляд — Аглая! — чего?
— Совсем себя загнал! — сверкая глазами наседала на меня женщина, — ты бы себя видел со стороны! Голем — натуральный! Движения точь-в-точь, — неживые.
Мда я, действительно увлекая, последние… даже не знаю сколько сознание в работу тела не вмешивалось. Не хило меня так вштырило! Тело работало на автомате, стоило только подумать, как руку пронзила сильнейшая волна боли, словно связки на живую решили вытянуть.
— Ауч!
— Эх ты, дурила! — мягко пожурила меня Аглая, — доработался?
Пришлось удручённо кивнуть. Говорить не хотелось, сам виноват, чего уже тут.
— Придётся тебе к нашей целительнице идти, — тон которым была сказана эта фраза заставил меня насторожиться.
— В деревне я её не видел, — осторожно начал я.
— Ещё бы! Она не абы кто, живёт на источнике! Только характер у неё больно уж… — не нравится мне эта многозначительность, — Дайка посмотрю!
Мою безвольную руку бесцеремонно стали ввертеть и рассматривать, совершенно не интересуясь мои мнением, а мне, между прочим, больно!
— Дня на четыре, ты не работник, — вынесла вердикт мастерица, — знать придётся идти.
— Значит, пойду! Штаны на добром слове держатся! Одежда мне ой как нужна!
На том и расстались, я поспешил домой, Аглая куда-то в сторону мастерской. Думать о своей глупости не хотелось, но парализованная рука нет-нет да наводила на невеселые мысли. Лягу спать и с утречка пораньше — к целительнице!
Глава седьмая
Вы когда-нибудь видели ползающего на коленях козла? Я вижу! Стою скрытый деревьями, через которые я пробирался к хижине целительницы, стараясь не шуметь. Навык тихо передвижения качал, ага. Уж не знаю сколько я корячился, аккуратно преступая с носка на пятку при ходьбе, но, видимо — мало. Навык так и не проявился, может, чего не так делаю? И ведь не спросишь ни у кого… мастера в деревне на меня и так облизываются — хожу таланты, не распределив, вот и подкатывают с предложениями изучить профессию. Даже верный — Эабор, пытался вчера вечером прощупать почву насчёт поучиться! Куда катится мир! НПС сами горят желанием обучить меня всему, а я отбрыкиваюсь… Страшно! Ошибка стоит слишком дорого, — мне множитель опыта увеличивать не хочется. Оттого и медлю, мало ли что подвернётся. Перестраховываюсь капитально.
Вернёмся к нашим баранам, точнее, козлам, если совсем уж точно, то это мой старый знакомый "странный козёл". Вначале думал мне приглючилось… но уже минут пять наблюдаю как козёл униженно ползает на коленях перед девушкой. Сюр! Чем больше я смотрю на это "шоу", тем сильнее крепнут подозрения. Аглая вчера недаром многозначительно замолчала… уж не это ли она имела в виду?
О! Видимо, козлу надоело и он, обречённо понурив голову, печально загребая копытами, поплёлся в мою сторону. Ей-богу обиженный и оскорблённый! Комичности ситуации добавляет то, что он периодически оглядывается и жалобно блеет. Даже стало его жаль. Но сидящая на поваленном дереве девушка непоколебима, с каменным лицом смотрит на его потуги, ничем не выдавая эмоций. Ой неспроста это все! Проблеяв что-то проникновенно-печальное, козёл удалился. А я, устроившись поудобнее, стал ждать не стоит появляться вот так сразу, мало ли… вдруг виденное мной не для посторонних.
— И что же в землях ты моих забыл, — бродяга? — женский голос нараспев задал вопрос, и я примерно догадывался кому он может принадлежать. Белый стих?
Не вздрогнул! Натренированный жителями Слободы, я был готов к подобному. У них, по всей видимости, целый конкурс объявлен на то, кто сумеет застать меня врасплох. Развлекаются они так!
— Ищу я исцеленья в землях этих! — вот так! И мы не лыком шиты!
— Под деревом сиим, ты ищешь исцеления — забавно! — голос девушки стал ещё более певучим.
— Быть может, ты мне врёшь? И стоит у лесных друзей, мне поспрошать? — ах вот так?
— Хозяйка, ты здесь! В воле я твоей! — а мы вот так!
— Ну что ж идём тогда, смотри не потеряйся! — она крутанулась на месте и неслышно заскользила вперёд — бесшумно!
Как она умудрялась в мантии до земли не создавать шума — сие тайна велика есть. Манерой говорить она напоминает одну из любимейших моих героинь — Морриган — дочь Флемет. Поэтому я и решил ей подыграть, но говорить так постоянно — увольте, язык сломаешь! Насколько успел рассмотреть, она симпатичная и явно с примесью крови дивного народа. Пока шли, я все думал, что же за ситуация с козлом? Слишком уж человеческое поведение, в стиле: "- Не пей Иванушка! Козлёночком станешь!" — забавно коли так. Домик у целительницы оказался на загляденье: деревянный терем, сложенный из вековых деревьев, от конька до завалинки покрытый затейливой резьбой, красное крыльцо с навесом, наличники и чёрный кот на лавке перед домом, лениво открывший один глаз при нашем приближении.
— За исцелением пришёл! — не спрашивает, констатирует девушка, певучесть и обворожительность куда-то исчезли.
— Да мне сказали, что вы целительница.
— И что с того?!
Железно! Парниша… И действительно что с того, она же не скорая помощь чтобы всем помогать. Не продумал я этот момент.
— Помогите мне, я расплачусь! — даже самому смешно, голодранец в одних портках, а все туда же!
Насмешливо изогнутая бровь была мне ответом.
Поделиться книгой: