Помоги проекту - поделись книгой:
— Пора, я слышал Веид с Леной уже вернулись, — и снова холод в голосе. Нет, я с ума сойду с ними…
Поднялась, попыталась расправить балахон. Ну да, это же лен, надо же было в этом уснуть, теперь вся мятая! А, с другой стороны, а в чем ещё? Спасибо, что это дали. Вот жизнь, то густо, то пусто! Принцы выглядели не лучше. Рейн взял в руки сканер-анализатор.
— Боишься отравления? — Предположила я.
— Не исключаю, — не добро ухмыльнулся наш недоверчивый, — Да и просто вариант элементарного несварения не желателен, ведь у этих людей давно желудок адаптирован к местной микрофлоре, а мы не готовы. Не хочется слечь по глупости. Этан нас, конечно подлечит, но лучше не рисковать.
— Да, логично…
В дверь постучали. За нами пришла всё та же женщина, за её спиной уже стояли Веид с Ленкой. Все спустились на первый этаж и проследовали в большую комнату. Посредине стоял огромный стол, покрытый расшитой вручную скатертью, кайма была в удивительных цветах, на столе была глиняная посуда и стояло множество плошек с разной едой: мясо, овощи, какая-то рыба, пироги и кулебяки! Стояли кувшины с какими-то напитками. В центре была ваза с цветами. На окнах занавески, в углу висела явно старинная икона в окладе из металла. перед ней горела лампада. Всё это в пол голоса нам объясняла Лена, так как на Русской Общине изучала историю религий и русский быт вообще. Она сказала, что икона не традиционная, так что это не христиане, которые когда-то были основной религиозной группой у русских. За столом нас ожидал сам хозяин, его рыжие братья и ещё двое мужчин. Женщин не было и я поняла, что скорее всего для нас с Ленкой сделали исключение. Мы вежливо поздоровались, слегка поклонившись, хозяин встал, зыркнул на свою женщину и та начала разливать напитки. Варфаломей произнес витиеватую молитву, смысл которой сводился к смеси благодарности создателю за пищу на столе и прославления себя любимых, как этим создателем избранных и бога в себе несущих. Мы учтиво похлопали глазками и вежливо дождались приглашения наконец поесть, а то силы уже были на исходе. Но тут Рейн достал сканер и обратился к Варфоломею с просьбой проверить пищу, дабы наши слабые организмы испорченные грязной цивилизацией не пострадали. Тот подозрительно прищурился, но позволил. Ой, какой не простой дядька, с ним надо ухо в остро держать! Пища оказалась почти вся пригодной для нас, только какую-то рыбу нам есть не стоило, о чем нам Рейн и сообщил и то, лишь из-за повышенного содержания какого-то вредного вещества, не смертельно, но не к чему. Напитки тоже были в норме. Ура, можно кушать. Но тут Рейн предложил тост за наших радушных хозяев, я так на него посмотрела, что он уловив во взгляде голод и желание убить каждого кто ещё встанет на пути между мной и тарелкой, свел речь к минимуму! Ммм, еда, много, вкусно! Я почувствовала себя способной примириться с действительностью. Уже и странные хозяева не казались мне откровенными фриками. Алкоголь оказался самогонкой, крепкой и гадкой, но весьма расслабляющей. А с учетом того, что нормально не ела я ещё с Земли, высокоградусный напиток лег на благодатную почву. Я явно захмелела. Тем временем за столом мужчины вели разговоры и я, почувствовав в себе силы перестать набивать живот, прислушалась.
— Уважаемый Варфоломей, не могли бы вы поведать нам историю вашей общины, — попросил Рейн. Это верно, ведь о чем люди любят говорить? Правильно! О себе, любимых!
— С радостью, уважаемый Рейн, — ответил хозяин.
А далее последовала занимательная история, суть которой была таковой. Жили-были в стране Россия некие сектанты, была у них небольшая община, да только не понимали их, не разделяли взглядов и веры. Скрывались те в Сибири, чтобы не накликать на себя гнев феминисток и прочей нечисти. Промышляли они дарами природы, что в те времена ценилось сильно. Так как самим им ничего особенного было не надо, хозяйство-то у них натуральное, то за годы существования скопился у ребят солидный счет в банке. Но времена меняются, добрались — таки до этих добрых людей представители, так сказать, общественности и пошли на них конкретные наезды, ладно бы у них только женщины, считай в рабстве, так они и к детям, как к собственности относятся. Отец у них может за любую провинность наказать, а за серьезную и убить. Притом, независимо сколько ему лет. Родитель является высшей властью для своего дитя. Да и девочек они отдавали замуж лет в 11–12, как только те входили в фертильный возраст. Короче, расстроились ребята и решили, что делать им на Земле нечего, раз никто их не ценит и не понимает. Так вот, посчитали и прикинули, да и купили они корабль-ковчег. Погрузили в стазис животных, набрали по максимуму орудий производства, семян различных и книг по строительству, земледелию, да и просто по выживанию, что похвально. Планету эту они выбрали сознательно на краю света, летели к ней долго, несколько лет в стазисе. О пункте назначения никому не сообщили и надеялись создать свой идеальный мир. Прибыло на Путь Господень 800 поселенцев, планета оказалась не слишком гостеприимной, отсутствие привычных растений и животных, дикие звери и агрессивная флора. Долгие годы они боролись за существование, занимались терраформированием, истребляли опасных монстров и растения, учились сосуществовать и взаимодействовать с этой планетой. Но за почти тысячелетнюю историю жизни на этой земле, они никого не видели и не слышали о том, что происходит в остальном мире. Да и не хотели, им и так было хорошо. Но вот сотню лет назад залетали пираты и тут порадовались поселенцы прозорливости предков, что вложились в покупку системы обороны и наказали держать её в исправном состоянии и обучать ей пользоваться своих потомков. Вот так и повелось, что в семье главы и хранились знания и о метрополии с её пороками да не верьем и учились именно их дети обращаться с оборудованием и установками для стрельбы. Сто лет назад от пиратов отбились, а вот наш корабль уже оказался им не по зубам. Сейчас община насчитывала около пяти тысяч человек и жили они на всей территории этого острова, занимались земледелием и животноводством, вели натуральный обмен. Глава у них царь и бог, слушаются его все беспрекословно. Вот такое краткое содержание, опуская многочисленные вставки о боге и его воле.
Рейн слушал внимательно, где нужно кивал, задавал при необходимости наводящие вопросы, короче, молодец! При этом ловко уходил от вопросов о нас. Вскоре, изрядно подпив и заверив друг друга в полном понимании и отсутствии претензий, запросился отправить нас всех спать, сославшись на тяжелые предыдущие дни, что вообще-то, было правдой. Нас милостиво отпустили, обещав завтра провести экскурсию.
До комнаты я шла уже слегка пошатываясь, хотя пила совсем немного, по сравнению с другими. На душе были странные чувства, хотелось любви и ласки и устроить разборки одновременно. Короче, классический набор «я сегодня пьяная»! Ленка тоже была хороша и конкретно висела на Веиде, тот страдальчески посматривал на меня. А я что? Он большой мальчик, сам разберется. Пожелав ребятам спокойной ночи, Рейн шепнул что-то Веиду на ухо и мы пошли в свою комнату. Надо было ложится спать, пока моя крыша не отправилась погулять, оставив свою непутевую хозяйку окончательно. Вот тут-то и возникла проблема! А в чем спать-то? В балахоне? Или в кружевном белье рядом с двумя не трезвыми, красивыми, сексуальными, горячими… Блин, молчать! Я же говорю, проблема!!!! Я расстроенно села на край кровати.
— Тай, ты чего не ложишься, — поинтересовался Этан.
— Ты как себе это представляешь? У меня единственная одежда, — огрызнулась я. Принцы переглянулись и неприлично заржали.
— Тай, ты как думаешь, после похода в баню, нас смутит твое белье?
— Ну, про смутит, у меня и мысли не было, — фыркнула я, — а вот если кто покусится на моё коммисарское тело— убью, нафиг!
Эти гады продолжали веселиться за мой счет! Отсмеявшись, Этан уже спокойно мне сказал:
— Таечка, спи солнце, никто тебя и пальцем не тронет, без твоего согласия. Ну ситуация идиотская, так что же теперь маяться в мятых шмотках. Все, раздевайся и прыгай под одеяло. Их кстати два, одно твоё.
Я надулась, как обиженная мышь. А Рейн наклонился ко мне и ехидно выдал:
— Чтобы тебя утешить, представь, какого нам. Два голых мужика под одним одеялом! Если кто узнает…
Я прыснула! Всё, успокоил!
— Ладно, отвернулись, быстро! — Принцы без слов повернулись к окну. Я скинула с себя одежду и сложила вещи на стуле. Рыбкой нырнула под одеялко, закуталась и повернулась с стеночке. Пискнула из своей норки, что ВСЁ! Мужчины ещё пошуршали раздеваясь и укладываясь, по зубоскалили, на тему кто кого не должен трогать и, что за это будет и плюхнулись рядом, предварительно задув лампу.
Думала не усну, но сон подкрался и отключил реальность.
Глава 14
Просыпалась я медленно. Сознание выплывало вяло, постоянно предлагая ещё подремать, ведь так тепло, уютно и эти нежные объятия… ОБЪЯТИЯ? Глаза открылись, как выстрелили. Что происходит? Нет, я помню что во сне мерзла, но потом как-то стало хорошо. Теперь понятно. И что с этим делать? Не спорю, под двумя одеялами и с двумя телами под боками и тепло и уютно. Только я точно засыпала у стеночки, а теперь лежу посередине. Вопрос на миллион: возмутиться и всех разбудить, или сделать вид, что так и надо? Моя вредная натура, просто не могла смолчать. Не скажу, что мне не нравится… Свожу локти на груди и резко развожу в обе стороны.
— Ну и что это было, мальчики? — Включаю ледяную леди я.
— Солнце, ну что ты дерешься? — Звучит обиженный голос Этана, — Ты хоть помнишь, что ночью творила?
— Что? — Предчувствуя гадость спрашиваю я.
— Ты замерзла и поползла к Рейну под бок, он, как истинный джентльмен, стал отодвигаться от обнаженной и неадекватной леди. Но кровать внезапно закончилась, а я оказался на полу! И что было делать? Я лег к стенке и поверь, спал бы вполне целомудренно один, но ты натянула на себя обо одеяла! Прости, милая, но выхода не было! — Этан картинно развел руки. — Теперь мы точно обязаны на тебе жениться!
— Что, сразу оба? — Спросила, слегка деморализованная от таких моих ночных подвигов я.
— А вот тебе плохо? — Спросила эта ехидная зараза.
Ах, так вот? Ну, сейчас получите! Не я это начала! Хотя нет, может и я… Я резко поднялась, что уж теперь стесняться? И столкнулась со стальными глазами Рейна. Он смотрел молча, но спрятаться захотелось сразу. Да не дождешься! Я изящно одела белье и накинула балахон.
— Я, мой дорогой Этан, не делюсь, не изменяю, а ещё у меня только одно сердце и выбор простой, либо отдать его либо заморозить, навсегда! Так что, не хочешь мне рассказать, что же вам от меня надо? Видишь ли, я достаточно консервативна и видимо настолько наивна, что считала раз я честно иду на сделку, то рассчитываю на честность другой стороны! Так что? Расскажешь? Ты же дипломат, объясни красиво девушке как её собираются использовать, вас трое, у каждого свои причины, так поведай, а я подумаю. А то ведь не катит, ну не поведусь я на красивое тело и прекрасные глаза! Уж извините! И да, я не принцесса, я выросла с пацанами из спортклуба, у меня Ленка была первой подругой. Ключевое слово «была»! Я всего лишь жду правду, это так сложно? — Я осознавала, что моё напряжение вылилось в этот монолог, но слово не воробей! Не сегодня я хотела затеять этот разговор, но пробуждение в постели с двумя голыми мужиками, похоже сорвало психику. Я требовательно смотрела на Этана. На Рейна не глядела принципиально. Черт, просто боюсь, что он может сказать.
Повисла напряженная тишина. Этан посмотрел на Рейна, а у меня сердце оборвалось. Видимо, я подсознательно надеялась, что нет никакого подвоха, что просто я и сама могу быть кому-то нужна, пусть и связали нас обязательства. Но секунды текли, а пауза затягивалась. Я ждала и понимала, что отвечать мне никто не будет.
— ТрУсы, — выплюнула я и выскочила из комнаты, нет я не истеричка и не идиотка, чтобы бежать по чужому миру размазывая слезы рискуя влезть в неприятности. Просто сейчас во мне что-то умирало. Болезненно корчась. Я постучала в дверь Веида с Ленкой. Сонный голос спросил: «Кто?». Я ответила. Послышалось шуршание и чертыхание. Мне открыл Веид в одних штанах. Открыл рот, видимо задать вопрос, остановился взглядом на моем лице и замер.
— Проходи, — я вошла, он закрыл дверь. Ленка сонно вылезла из — под одеяла и тоже увидев лохматую и расстроенную меня зависла.
— Тая, что случилось? — спросила, обеспокоенная девушка.
— Жизнь. Просто, моя долбанная жизнь, Лена. — Черт, все-таки слеза скатилась. Нет, нельзя. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь унять щемящую боль в груди.
— Таис, они тебя обидели? — Спросил вполне решительно и серьезно Веид.
— Нет, Веид, не больше чем ты! Хотя нет, пожалуй больше…
— Ты говоришь загадками, объясни!
Я задумалась. Внутри поселился холод и вдруг стало абсолютно всё равно.
— Веид, можно тебя попросить, пойди к братьям. Мне надо побыть одной. Лена мне не помешает. И еще, пока я не услышу ответ на вопрос, говорить нам не о чем. Это не каприз. Не шантаж. Просто я больше вас не знаю, а общаться с чужими людьми сложно, понимаешь. Может когда мне ответят, я пойму с кем имею дело.
— Слушай, да что случилось — то? Какой вопрос?
— Веид, — остановила его я, — пожалуйста! Спроси у братьев. Я отвернулась к окну. Он покачал головой, одел хламиду и вышел. А я опустилась на край кровати и застыла уставившись в одну точку.
— Таис, — позвала Ленка, когда тишина стала не выносимой, — Тая, я знаю, что ты мне больше не веришь и никогда не простишь. Ты мне жизнь подарила, но я не предам тебя больше и не потому что не смогу, а не захочу. Я и тогда не хотела. Прости, пожалуйста Таис! Дай мне шанс, мы нужны друг другу. Ты мне очень.
Я продолжала молчать. А что ей ответить? Что всё понимаю? Да, понимаю. Стала бы я спасать мать ценой жизни других? Нет. Однозначно. Собой жертвовать — это одно, а другими… Хотелось ли мне её простить? Хотелось. А смогу ли? Не знаю. Но попытаюсь. Просто хотя бы ради нее. Ведь нам теперь всю жизнь быть вместе. Это наказание, притом и для меня, я только сейчас это поняла, что привязав её к себе клятвой я несу ответственность за нее. Я ответила честно.
— Лен, я попытаюсь, но не обещаю, не торопи. Это сложно.
Она кивнула.
— Расскажешь?
— Лена, это не тайна. Ты ведь не глупая и понимаешь, что меня используют? — Та, грустно кивнула, — Вот видишь! Я лишь попросила быть честными, — я махнула рукой, — Всё, плевать, сама виновата. Расслабилась, с такими красавцами легко забыть, что вокруг ложь и в этом океане я лишь маленькая рыба-клоун, а они киты и акулы. Проглотят и не заметят. Теперь, ты мой голос. Я не хочу общаться больше чем необходимо. Пусть их император назначает мне мужа— какая разница? Я все равно лишь вещь для них, — голос предательски сорвался и проклятые слезы опять потекли. — Знаешь, я дала слово, что сделка не сорвется по моей вине, я его сдержу. Но потом…, — и тут я засмеялась! — Нет, но каковы, а? Они же специально твою жизнь привязали к моей! Понимаешь? Я же теперь даже умереть не могу, этим тебя убью! Ненавижу!!!!
— Тай, прекрати, — она встряхнула меня, — Слышишь? Ты ерунду несешь! Не накручивай. Нам ещё с этой чертовой планеты надо выбраться! Представь, если мы тут застрянем надолго, то опоздаем к проведению обряда и тогда у тебя в запасе ещё целый год будет.
— Сколько до обряда?
— Месяц, или чуть больше.
— Нет, столько нам здесь не продержаться. У меня плохое предчувствие, на счет этой общины.
— У меня тоже, Тая. Слушай, снимай эту хламиду и ложись спать, еще рано, а утром что-нибудь изменится.
— Оптимистка! Хотя, ты права, — я так и поступила. Сон после слез пришел быстро и мне ничего не снилось.
Второе пробуждение встретило меня головной болью и душевным раздраем. Ленка уже встала. Сказала, что приходила женщина Варфаломея, звать нас завтракать вместе с другими женщинами. И очень недобро посмотрела, что мы одни. Я хотела пить и ещё кое-куда. Да и решить вопрос со стиркой как-то надо. В отхожее место мы сбегали, там же рядом была и умывальня. Слегка приведя себя в порядок, решили сходить на завтрак. Вдвоем не страшно. Мы спустились вниз, нам повезло мы сразу встретили вчерашнюю тетку. Ленка быстро что-то ей начала говорить. Я прибывала в прострации и даже не спрашивала о чем они. Нас куда-то повели по коридору. Мы пришли на кухню. Ну конечно, где ещё кормить женщин? Плевать. Завтрак был вкусный, правда я пихала в рот все подряд не глядя. Потом нас опять куда-то вели. На этот раз это оказалась прачечная. Котел, огромная емкость с водой и много мыла. Рядом с котлом веревки для белья. Мы пошли за вещами. Поднялись в комнату. Мне ужасно не хотелось идти в свою, но я сделала равнодушное лицо и вошла. На меня уставились три пары глаз, я молча взяла все вещи, их тоже. И ушла. Потом пару часов мы убили на стирку. Оказалась, что Ленка стирать не умела. Это я не от мира сего. На Веге у нас было принято уметь девушкам всё. Я при необходимости могла и готовить, и стирать, и шить, чем очень гордилась. В наше время это была большая редкость, мир давно автоматизирован. На Веге такие умения называли «колониальное воспитание». Первопроходцы должны уметь всё, а Вега считала себя молодой колонией. Вот и сейчас я битый час учила эту неумеху нехитрому искусству стирки. Это меня отвлекло от скверных мыслей. Фу, все, отжали, развесили. Ура!
Когда вернулись, нас ждал злой Веид.
— Где вы были? — Зарычал он, — Мы чуть с ума не сошли!
— Не ори, — рявкнула я, — Я не собираюсь более перед вами отчитываться. Если смогу достать еды, то с удовольствием вернусь на катер. Все лучше, чем тут. Кстати, ваши вещи высохнут к вечеру, можешь не благодарить. — Я отвернулась. Веид оторопел от моей тирады. Помолчав, он покачал головой и заговорил, голос его был такой серьезный, что было не ясно куда вдруг исчез ловелас и шалопай.
— Таис, послушай, ты в праве злиться или устраивать нам душ из презрения. Правда, у тебя есть и на кого и за что! Да, ты обижена, да тебя используют в темную, но если я скажу, что для молчания есть веская причина, ты ведь не поверишь?
— Отчего же, поверю, я даже догадываюсь какая! Оставь, Веид! Уж не знаю сколько тебе лет, но что-то подсказывает, что намного больше чем мне! Знаешь, рядом с вами легко забыть, что вы не люди, а зря! Не стоило это делать. И не стоило обращаться со мной, как с равной! Глупо пытаться заигрывать с деталькой от механизма. Вещи бывают незаменимыми, да, их берегут, за ними следят, ухаживают, чистят и смазывают, но не дружат и не любят! Не стоило и пробовать. Я хрупкая деталь, лучше ей и останусь. Не находишь, что так честнее? Я получила жизнь и здоровье моей семьи, вы получаете кровь Фраев, а вот на душу я сделку не заключала, вы в ней и так уже успели наследить так что берите тело и оставьте меня в покое, — Я отвернулась к окну, там светило местное солнце и мальчишка гонял по дворику кожаный мяч. На нем были короткие штанишки и свободная рубаха. «Значит дети хламиды не носят,»-промелькнула отстраненная мысль.
— А ты, Этан, говорил что она возненавидит нас, когда все узнает! Так ты был не прав, она нас уже ненавидит, — сказал Веид.
— Ей просто больно, она ведь права. Сколько тебе лет, а сколько ей?
— Подумаешь, всего на 10 больше, чем тебе. Вон, Рейн намного старше! А Таис, по человеческим меркам, вполне взрослая.
— Взрослая и не глупая, а ещё очень красивая! Ты не находишь?
— Да кто же, спорит! Нам повезло, ведь могла быть тупой уродиной!
— И долго этот цирк будет происходить? Не надоело говорить обо мне в третьем лице? — Я повернулась и увидела всю троицу. Этан с Веидом расслабленно сидели за столом, а Рейн молча подпирал дверь, сложив руки на груди и сверлил меня взглядом.
— Ну ты же с нами не разговариваешь, а я о тебе с удовольствием! — Нет, ну что за гад этот Этан!
— О, я всегда знала, что мужчины, те ещё сплетники, независимо от расы! Может ещё какой повод дать! Развлекайтесь, не стесняйтесь! Какие счеты, почти родня, — мой голос был полон сарказма.
— Нет, ну ты чудо! Тебе не кажется, что мы созданы друг для друга?
— Этан, тебе в твоей долгой жизни в качестве бонуса моего яда не хватает? Да ты мазохист!
— Ну нет, дорогая! Я не поклонник Захер Мазоха! Но если попросишь, сможешь меня иногда связывать, — добавил с самым невинным видом этот гад. А ведь он мне нравился! Сейчас мне просто хотелось стереть кулаком эту ухмылку.
— Ну, уж нет,
Я своего добилась, Этан перестал ухмыляться, Веид побагровел, а Рейн резко метнулся ко мне, я попыталась увернуться, но какое там! Меня положили на плечо и брыкающуюся унесли в другую комнату, хлопнув дверью перед носом у сунувшигося было Этана.
— Отпусти, ненавижу тебя! — Брыкалась я и колотила по спине. Меня бесцеремонно швырнули на кровать.
— Что ты творишь, — зашипели на меня, нависая скалой сверху.
— Что не так-то? Обидно, что приз уходит из под носа? — Меня уже было не остановить. Злость и обида сорвали последний предохранительный клапан. И тут меня резко притянули к себе и накрыли мои губы своими. Я попыталась его укусить за что получила шлепок по мягкому месту! «Нет, ну так не честно! Он ещё и целуется как Бог, а не только так выглядит!»: проползла вялая мысль. В голове стало пусто и вся воинственность куда-то трусливо ретировалась. Руки Рейна перебирали мои волосы, а мои неожиданно для их хозяйки оказались на плечах мужчины. Я чуть не застонала от разочарования, когда он мягко отстранился.
— Успокоилась? — Невозмутимо спросил он. Я мгновенно начала заводится по второму кругу.
— Это что было? Терапия для истерички? Молодец, явно большой опыт!
Рейн вздохнул и закатил глаза.
— Таис, ты невыносима!
— Так и не выноси, — тут же огрызнулась я, — Я не навязываюсь!
— Вот же, язык мой — враг мой! Если бы сам тебе вчера не обещал, что не обижу и буду защищать, то выпорол бы сейчас!
— Размечтался, вот Веид пусть теперь и разбирается с моим воспитанием! — Рейн зарычал и уж не знаю, чем бы это кончилось, но в дверь постучали. Принц прислушался и сказал сквозь зубы:
— Собирайся, мы идем на экскурсию, но мы не закончили!
Я только открыла рот, но на меня так зыркнули, что я не рискнула.
Ладно, на экскурсию, так на экскурсию! Меня схватили за руку и молча потащили в коридор. Там уже стояла вся наша компания. Тут же был и Варфаламей с братьями. Нас пригласили спуститься к выходу. На улице встретили ещё двое вооруженных мужчин. Не нравится мне все это. Я почувствовала, как напрягся Рейн, руку он мою так и не отпустил. Нас повели по поселку, показывая на разные здания и рассказывая их назначение. Тут кроме жилых домов были маслобойня, ремесленные мастерские, хлебопекарня, мыловарня. Дальше показался берег реки, к ней тянулся жилой квартал. По этой дороге шли вереницы лошадок запряженных телегами гружеными мешками. Варфаломей сказал, что везут муку в амбар, на реке стоит мельница. Там же была кожевенная мастерская, красильня и еще кузница. Рудник с железом находится на севере острова. Разрабатывать его стали не так давно, много веков хватало привезенных запасов, но всё заканчивается и изделия из металла стали приходить в негодность. Благо предки позаботились и о таких знаниях. Варфаламей с гордостью провел нас в ткацкую мастерскую и долго рассказывал, как тяжело было сделать станки, ведь деревьев, как на земле тут нет. Они научились варить клей из местных растений и прессовать стебли. Получился прочный составной материал. Ну что сказать— молодцы! Хозяйство и вправду было налажено идеально, но мрачные и какие-то запуганные лица людей, портили всю картину. Через несколько часов нас вернули в дом. Прогулка, вопреки опасениям, прошла спокойно. Но тревога колючей лапой скребла внутри. Нас пригласили обедать, мы с Ленкой на кухне, а мужчин в столовую. Вот тут Рейн схватил меня за руку и глядя в упор на хозяина, вежливо, но настойчиво сказал, что, мол, у них принято не отпускать женщин далеко от себя и потому, ежели хозяевам не приятно моё с Леной общество, то мы будем есть все вместе в комнате, при этом вежливо поклонился. Варфаламей сжал губы, но согласился на наше присутствие за столом. Не хочется признавать, но Рейн, этот невыносимый мужчина снова прав! Как бы я не злилась, но наша самостоятельность в тылу врага, просто непозволительна и может иметь не самые лучшие последствия. Мы вели себя паиньками и тихо кушали под боком у принцев. После обеда хозяин пригласил Рейна поговорить наедине, естественно с переводчицей. А вот интересно, они без Ленки за столом молча бы ели? Ведь, что Этан язык знает, эти партизаны не признались. Рейн с Ленкой и Варфаломеем ушли, а я предложила сходить за высохшими вещами, забрав которые, мы разошлись по комнатам. Я довольная влезла в свой брючный костюм, выгнав Этана чтобы переодеться. Тот тоже явился в рубашке и пожаловался, что сюртук ещё влажный, повесил его досыхать на спинку кровати. Я его принципиально игнорировала. Расчесывала свою гриву и смотрела в окно.
— Тая, ты так и будешь дуться? — Я молчала, — Брось, тебе не идет, — Этан подвинул стул ко мне. — Помнишь, на Земле я тебе сказал, что всё расскажу, как только мы окажемся на территории Империи? — Я продолжала его игнорировать, — Так вот, помнишь Ленкину клятву? — Я кивнула, он вздохнул, — Таис, мы физически не можем разглашать тайны Империи, даже если очень надо! Понимаешь? Я обещаю, что ты всё поймешь, когда узнаешь! Уверен, тебе многое не понравится, но задумайся вот о чем, если бы наш отец хотел тебя только использовать для своих целей, разве он бы предложил тебе выбор?
— Не знаю, может ему без разницы и он хочет посмотреть, какая лошадь придет первой? — Снова съязвила я, — Откуда я зная, как ваш отец к вам относится, может как мой? Почему бы не развлечься за ваш и мой счет? А?
— Нет, если Император и желал посмотреть, что из этого выйдет, то цель развлечься была на последнем месте. Отец мудр и расчетлив. Так что, придется пока поверить на слово, что по отношению к тебе намерения, хоть и не бескорыстные, но честные.
Я не верила… Злилась и хотела верить! Черт, это никогда не кончится. Сомнения грызли мозг, как крысы.
— Почему ты сразу это не сказал? Что помешало? Или соврать с ходу было трудно?
— Таис, — покачал головой Этан, — Мне уже кажется я не доживу до Империи, — страдальческий вздох, — Ты мне правда очень нравишься, — он развернул меня к себе, — Слышишь, чтобы там ни было и какие цели не были изначально, сейчас всё не так! Ни я, ни Рейн тебя не обидим, за Веида не скажу, пусть сам за себя отвечает, но кого бы ты не выбрала, я тебя не дам в обиду. Клянусь. Ты веришь мне? Хочешь клятву крови?
— С ума сошел? — Ошалела я, мне хватило Ленкиной. А этот псих схватил нож, оставленный ему Рейном и полоснул по ладони.
— Я, Этан альт Феире, кровь от крови высших, клянусь быть верным защитником Таис Верджинии Фрай, отныне и навсегда. Принимаешь ли ты мою клятву?
— Да, — Сказала, опешившая от нереальности происходящего, — я, Таис Верджиния Фрай, принимаю твою клятву.
Поделиться книгой: