Кидалово (СИ)

Но я решил еще недельку поиграть, прежде чем раскрыть карты. Отметить такое сногшибательное событие, как беременность, я решил очень необычно. После больницы я потащил Кейла в магазин для новорожденных. Сначала это его взбесило, но, по мере того, как мы рассматривали пеленки, распашонки, чепчики, штанишки, носочки, пузыречки, игрушки, он все больше расслаблялся и расплывался в улыбке.

— Смотри, какие красивые синие распашонки? — протянул мне Кейл, а я в свою очередь, протянул ему салатовую вещицу.

— А мне эта больше нравится, — тот скривился.

— Ага, привет из ГорСАПа, — язвительно заметил он.

— Почему? — не понял я его реплики. И он любезно, ну, или почти любезно, пояснил:

— Потому что только служащие этой организации ходят в такой яркой одежде, чтобы их издалека видно было, когда они улицы и около проезжей части метут, — я хохотнул, но остался при своем мнении.

Наш диалог превратился в спор, что лучше, какой цвет подойдет. Я увидел Кейла в том свете, что он принял малыша и уже готов за него всех убить. Мне стало очень больно, что это всего лишь игра, и как он отреагирует на тот факт, когда придется раскрыть все карты.

Сам и не заметил, что игра затянулась больше, чем на неделю еще. Мы все также проводили дни и вечера вместе, я интересовался о его вкусах и предпочтениях, заодно рассказывая о своих. Мы постепенно узнавали друг друга, я все так же ходил с ним в универ. Он стал как-то спокойнее на это реагировать.

Иногда я ловил его сидящим в кресле или на диване, его рука лежала на животе, и у него был такой мечтательный взгляд. Кейл даже начал строить планы по обустройству детской, как ее оборудовать и в какой комнате. Мне становилось все больнее, и я решил, что завтра все ему расскажу, и пусть он меня заставит ходить босиком по раскаленным углям, но это будет лучше, чем рвать сердце на части.

За это время мы, несмотря на споры, на взаимные пакости, очень сильно сблизились, хотя погонял он меня знатно, я не успевал поражаться его фантазии. Изучили характеры, вкусы и предпочтения друг друга. Временами, мне хотелось подойти, усадить его, как маленького, к себе на колени, и, уткнувшись в макушку, застыть на несколько мгновений.

Только делать я этого не стал, боясь нарваться на ехидство и язвительность. Да, Кейлу палец в рот не клади, откусит по самый локоть. Потому, пришлось воздержаться. Тем более, сейчас у меня начала медленно ехать крыша.

Да, дело в том, что я уже начинаю чувствовать приближение течки, а мой нос меня никогда не подводил.

Когда мы шли домой из универа, то я объявил о том, что завтра мы идем на пикник в наш парк. Это и удивило, и обрадовало омегу. Забежали в магазин накупили фруктов, овощей и еще всякой фигни, для храбрости я еще и купил вина.

Утро было солнечным, а значит и день будет просто прекрасным. Мы взяли плед, собрали корзину с яствами и отправились на отдых. Было очень смешно, когда выяснилось, что каждый из нас надел белые шорты и борцовку, а что, решили с пользой потратить время и позагорать.

Пришли в парк, где на травке пристроились еще несколько пар. Расстелили плед, разложили припасы, мирно лилась беседа. То я Кейла, то он меня пытался кормить с рук, всякими вкусностями. Сначала он этому сопротивлялся, но я же умею убеждать:

— Прекрати сопротивляться, я кормлю своего сына, — начал я.

— Каким это образом? — сделав большие глаза, поинтересовался он.

— Как это, каким? — я посмотрел на него, как на неадекватного. — Он ведь внутри тебя, так? — согласный кивок. — Значит, другого выхода я не вижу, кроме как кормить его папочку.

— Интересная логика, — засмеялся он. — А по-другому никак?

— Неа, никак, — тут же замотал я головой. — Тем более, что это доставляет мне удовольствие.

Я был в этот момент действительно счастлив. Кто бы мог предположить, что эта игра принесет такие результаты? Как же я смогу его отпустить, если он решит от меня отказаться. Но у меня еще есть день, а вечером все и узнаю.

И вдруг произошло то, чего никто не ожидал и упустил из виду. Вокруг раздались визги, а затем смех. И тут мы поняли, что случилось, испытав такое счастье на себе. Нас окатило водой. Вот я лопух. Здесь же предусмотрена система полива с методом дождевания, по уходу за газоном и деревьями, подача воды в котором осуществлялась специальными выдвижными (подземного расположения) дождевателями, чтобы не портить ландшафт и не мешать при стрижке газона.

Так мы и попались. Вещи собирали под потоками воды. Вот это над нами подшутили. Когда я взглянул на Кейла, промокшего до нитки, одежда на нем так удачно обрисовала все прелести тела, что я чуть не проглотил свой язык и не пустил слюни, от такого зрелища. Втянув в себя побольше воздуха, понял, попал по крупному, глаза омеги заволокло поволокой, и он начал оседать, а вот и он, нежданчик, которого не заказывали.

Теперь мне точно каюк. А тапочки-то белые я еще не купил…

Глава 9

Кейл.

Сомнения по поводу беременности не давали мне спокойно жить. Сам Сейр с его постоянной заботой обо мне и ребенке, а ведь еще точно ничего не ясно, как говорится, вилами по воде писано, начинал временами раздражать, а временами заставлял сходить с ума от желания. Хотелось к нему прижаться, ощутить тепло его тела и рук и не только во время сна. Предложить прогулку на двоих, но как это будет выглядеть, что он подумает. Он вроде бы делает первые шаги ко мне, но они выглядят, как-то наигранно, или я себя накручиваю. Но что поделать, не могу я ему полностью довериться.

Столько раз, сидя в кресле или лежа в кровати, когда Сейр уже спал, я смотрел на него, а мысли и сердце начинали выделывать такие пируэты, что становилось все еще запутаннее. Столько времени пытался разобраться в себе, в своих мыслях и чувствах, но там творилась такая катавасия, что сам черт ногу сломит. Изо дня в день прислушиваюсь к своему организму, пытаясь найти хоть какие-то изменения, ведь должен же я чувствовать в себе новую жизнь, но ничего. Может быть, я нехороший отец, неспособный полюбить своего ребенка, раз я его не чувствую, у меня нет с ним связи.

В душе оставалось зерно сомнения о беременности, вплоть до посещения врача. Очень жаль, что во время всех процедур, а в особенности на УЗИ, мне так ничего и не показали, да и Сейр был такой возбужденный, даже чересчур, как будто играл свою роль. Но вот доктор… Он же не может врать?

После посещения врача, мы зашли в магазин для крох, и так весело провели время в спорах. А потом время летело. Но одно «но» оставалось, Сейр больше не говорил о браке, а ведь раньше утверждал, что после обследования и подтверждения результата будет свадьба. Да и сам он в последнее время часто стал задумчивым, с ним явно что-то творилось. Неужели он передумал, и мы ему больше не нужны? Хотя он все так же оставался милым, интересовался мной, моими интересами. Но вот иногда смотрит на меня взглядом затравленного, загнанного в ловушку или в угол волка.

Хотел бы я знать, что творится у него в голове… Только ведь он не скажет ни за какие коврижки. За эти три с лишним недели, я к нему привык, расслабился. С ним было интересно, он много рассказывал. Помогал в учебе. Благодаря ему я из середнячка стал чуть ли не третьим учеником в группе.

А сегодня его взгляд заставлял плавиться кровь, он был проникновенным, каким-то решительным, будто я скоро должен узнать все тайны Вселенной. Пригласил меня на пикник, где мы очень весело провели время. Вот только смущал меня один факт. Состояние было такое, словно вот-вот должна была начаться течка. Да только у беременных-то ее нет. Тогда что со мной происходит? Тело начинало гореть, а близость Сейра еще и усиливала жар тела. Усиливалось желание отдаться.

Когда нас окатило водой, мы сначала долго смеялись. Пока я не посмотрел в глаза альфы, они были затуманены желанием, рот приоткрыт. И тут… Во мне поднялась буря ярости, злости, неконтролируемой и всепоглощающей…

Я понял, что в этот момент у меня началась течка… Это гад жестоко пошутил, посмеялся. От переизбытка чувств я просто потерял сознание. Но успев подумать: «Ты попал по-крупному, теперь-то я с тебя семь шкур спущу!»

Очнулся от того, что все тело было в поту, я метался по кровати, сходя с ума от желания, а вкупе с яростью, которая так и не прошла, коктейль был сногсшибательный. Мне хотелось всего и сразу: и притянуть этого гада к себе и зацеловать до смерти, и в тоже время разорвать его на клочки собственными руками за его жестокую шутку.

— Ты… Ты… — это все, на что меня пока хватило. Глаза сужены, зубы сжаты, я пытался встать, чтобы наброситься на него. Он, смотря на меня глазами побитой собаки, одними губами прошептал:

— Кейл, прости, я собирался сегодня рассказать тебе все, — но от его слов стало еще хуже. Прочистив горло, которое перехватил спазм, я скептически поинтересовался:

— Собирался? И что же помешало? Бог хотения не дал? Или как? — он еще больше согнулся, его плечи опустились.

— Я правда хотел сегодня все рассказать и предложить… — договорить я ему не дал, собрав силы, подскочил на кровати, и ногой толкая его в грудь, завопил:

— Напредлагался уже, уходи, чтобы глаза мои тебя не видели. Ненавижу! — но вместо того, чтобы уйти, он бросился ко мне, сжимая меня в объятиях, как в тисках. Как я ни сопротивлялся, все было бесполезно. Моя и его сила несравнимы.

И тут… Я не ожидал такого. Он просто стал меня целовать. Жарко, неистово… Внутри боролись и гнев, и ярость, и желание. В какой-то момент последнее все же взяло верх. Мозг решил отправиться в отпуск. Запах альфы заполнил каждую частицу тела, дышать становилось все труднее, страсть полностью овладевала мной.

«Нельзя! Нельзя!» — билось в мозгу. «Хочу!» — отвечало тело. И оно победило. Член стоял колом так, что было больно. В анусе все горело, так хотелось почувствовать внутри этого гада. И… В какой момент я сдался, уже не помню. А дальше все как в приятном тумане.

Ласки… Поцелуи… Объятия. Когда он медленно в меня входил, смотря прямо в глаза, я застонал от боли, что очень удивило Сейра.

— Ты девственник? — удивился он.

— Конечно, блин, нашел когда вопросы задавать, — я продолжал злиться, стонать от боли и наслаждения. Тогда он стал действовать более аккуратно и нежно. Оглаживая бока, он провел подушечкой пальца по головке моего члена, затем стал просто его надрачивать, медленно проникая до конца. И только потом застыл, ожидая, пока я привыкну к нему.

В какой-то момент боль чудесным образом отступила и я слегка двинул бедрами, проверяя состояние своего тела. Легкий дискомфорт еще присутствовал, но это было терпимо. А дальше…

Медленные движения становились все более размашистыми, резкими. Я двигался навстречу, пытаясь насадиться поглубже. Руки то комкали простыни, то пытались схватиться за Сейра и притянуть его ближе, в те моменты, когда он наклонялся поцеловать меня или лизнуть сосок. Стонали уже оба, не переставая. В комнате витал запах страсти.

С громким криком, почувствовав волну оргазма, я излился себе на живот, через несколько толчков за мной последовал и альфа, кончая внутрь меня. И в эту минуту, даже сквозь мой воспаленный мозг я почувствовал, как член Сейра увеличился во мне, и словно застрял. Это потом я узнал, что набухает узел у основания члена, а сразу-то я этого не знал. Но тут же я выбросил эту мысль из головы, снова возбуждаясь…

Сколько длился наш марафон, сказать сложно. Но закончили мы только когда за окном было темно, а на нас лился свет луны. Уставшие и утомленные мы, наконец, удовлетворились и успокоились. Я посмотрел на довольного альфу и, собрав в кучку свое разомлевшее тело, повернулся к нему и произнес:

— Ты своего добился? А теперь уходи, — он несколько минут переваривал информацию, а потом решил переспросить.

— Ты уверен? — риторический вопрос. О чем я и поспешил поставить его в известность.

— Не был бы уверен — не говорил. Уходи. Я не хочу тебя больше видеть и слышать, — решительно произнес я, заметив гримасу боли на его лице. Но, даже если сердце и дрогнуло в этот момент, разум остался непреклонен. Я решительно смотрел ему в глаза, тем самым подтверждая сказанное.

— Кейл… — начал он, но я просто отвернулся от него, еще и накидывая на голову подушку, показывая, что все, что он скажет, меня не интересует.

Когда Сейр вышел из комнаты, я попытался разобраться в сложившейся ситуации, а не броситься за ним следом. И что, брошусь, а дальше что? Придушу, зацелую или сам изнасилую, измотав до потери пульса и себя, и его. В голове звучал один вопрос: «За что же ты так со мной? Я ведь тебе поверил, принял твоего ребенка и был счастлив…»

В моей голове был хаос, и я был рад, что Сейр оставил меня одного, это дало время все обдумать и принять решение. Оставаться с ним рядом я больше не смогу, но ведь, в какой-то мере, я тоже был хорош с альфами. Вот и получил расплату за свои грехи. Слезы струились по щекам, я сожалел о том, что этот миф о ребенке не оказался реальностью.

Но не радуйся, Сейр, так просто я не сдамся и заставлю тебя пройти сто кругов ада.

Глава 10

Сейр.

Для меня оказалось сюрпризом, что малыш оказался девственником. Вот тебе раз… В жизни бы не поверил, если бы кто сказал. А тут такое. Внутри него было так горячо и так узко, что я окончательно потерял голову, отпустив тормоза.

После всего случившегося, он выгнал меня из собственного дома, а когда вернулся, то заметил, что он просто собрал вещи и ушел, а я чувствовал себя последней скотиной. Доигрались, оба хороши. Что же мне теперь делать?

Вот болван, надо было поставить метку, пусть жестоко, но предложение я ему неоднократно делал, а теперь мне остается смотреть, как из песочных часов медленно текут песчинки. Нет, еще не упала последняя, а значит, есть время вымолить прощение, пусть мне придется проползти на коленях весь земной шар. Но мы пара, и будем вместе, и будет у нас ватага альф и омег. А теперь в бой, засучив рукава.

Я целых две недели следовал за ним тенью, а он отгородился от меня. Перестал замечать, как будто я пустое место. Несколько раз я его поджидал в универе, но он всегда появлялся в компании с кем-нибудь. Караулил возле дома, но то, что я увидел, ввергло меня в шок. В первый день его провожал один альфа и вошел в его подъезд, сколько я простоял там, не знаю, но тот тип так и не вышел. Порву обоих, он только мой. На второй день его провожал второй альфа… И так несколько дней подряд. И когда он успел стать таким, я не верю… Не верю, что он смог пойти по рукам и так низко пасть, и все из-за меня. Неужели, он столько лет берег себя и один глупый розыгрыш так на него повлиял.

Но факты говорили сами за себя. Я решился с ним поговорить и ждал его у универа, но вот то, что произошло дальше, картина маслом, меня выбила из колеи. Когда Кейл вышел из универа, я хотел было пойти ему на встречу. Но меня опередил очередной альфа, он вышел из своего шикарного авто и открыл дверь моему мальчику, а тот с милой улыбкой, чуть ли не растекаясь лужицей перед ним, чмокнув в щечку, сел в машину. Вот только цветов еще не хватало.

Я старый пень, огарок свечной, что ж мне теперь делать? Прощу все, всех его любовников, только бы он меня простил и был со мной. Знаю, поступил с ним жестоко, но я и сам не мог знать, что выйдет именно так, да еще и в придачу ко всему, Кейл окажется моей парой. Ну, да! Знаю, я идиот, сразу не распознал этого.

Несколько дней я ходил, как в воду опушенный, и придумывал очередной план действий. Но так ничего не придумал, не похищать же его… А это идея. Но прежде, заметив одного из друзей Кейла, с которым успел найти общий язык во время посещения университета, решил расспросить у него, что происходит с моим омегой. Заметив меня, он сам подошел, поздоровался.

— Привет. Я чего-то не понял, а это вообще кто? — указал я в сторону уже уехавшей машины. Тот странно посмотрел, и выдал:

— А тебе не все равно? Вы же вроде как расстались, — с сомнением заметил он. А потом, прищурившись, спросил. — Или нет? Ты что, ревнуешь, что ли?

— Я обидел его, — пришлось признаться мне. — И да, очень ревную. Он же моя пара, — парень только головой покачал, но ничего не ответил на это. И только уходя, похлопал меня по плечу и выдал:

— Все в твоих руках, — интересно, что он хотел этим сказать? Но, не став медлить, решил разработать план, как мне похитить этого строптивца и доказать, что он мне очень нужен, и что я без него уже просто не смогу. А еще и извиниться, но так, чтобы он смог меня простить. Чувствую, что это будет нелегко. Но тут уж нечего пенять на кого-то, сам виноват.

Через пять дней, основательно подготовившись, как раз выходные начинались, взял ключи от дачи, которая располагалась за городом, в лесном массиве, на берегу озера, взял машину на прокат, подъехал к дому Кейла, надел маску на лицо, прихватил пистолет-игрушку, который сейчас фиг отличишь от настоящего, и ринулся в бой. Подкараулил возле подъезда медленно бредущего омегу, мне сегодня фартило, он был один. И тут началось кино. Пушку приставил к голове, пользуясь его растерянностью, ручки связал и на заднее сидение. Что тут началось… Он-то прекрасно меня узнал.

— Ты что, идиот? Последних мозгов лишился? Сейчас же развяжи меня… — в какой-то момент я даже пожалел, что не заткнул его рот кляпом. Пожалел на свою голову.

— Позже, — едва выдавил из себя, изо всех сил пытаясь сдержаться, чтобы не затискать его в объятиях. Но он продолжал кричать, обещая мне все кары мира.

Приехали за город. Всю дорогу я мучился запахом, он манил и отталкивал. Я понимал, что после стольких альф, что крутились, а может и не только крутились возле Кейла, будет чужой запах, но никак не ожидал, что все будет именно так. Запах был другой, не тот, который бывает, когда омега вступает в связь с другим альфой. Этот аромат, который был у Кейла, не отталкивал, а притягивал.

— Я схожу с ума, — пробурчал я, пока, внеся омегу в дом и уложив его на диван отдыхать, пошел ополоснуть лицо. — Раз уже запахи других альф на Кейле меня так штырят и притягивают.

Вернувшись к парню, сел на всякий случай подальше от него. Он сверлил меня злым взглядом. А потом зло процедил:

— Это что за маскарад? Что ты себе позволяешь? К чему это все? — я собирался с мыслями, пытаясь подобрать слова. Все, что надумал заранее, вдруг резко вылетело из головы, и сейчас я просто не знал, как мне все ему объяснить, как попросить прощение.

— Я… Понимаешь… — я замолчал, продумывая то, что хотел сказать.

— Нда. Содержательно, — язвительно заметил он. — Опять собираешься пошутить надо мной? Не выйдет. Отшутил ты уже свое. Теперь моя очередь.

— Я хотел извиниться за все, — выпалил я на одном дыхании. — И еще…

— Чтооооооо? — он аж подскочил. — Что еще? Неужели ты думаешь, что одного «Извини» достаточно? Ты вообще рехнулся? За твою жестокую шутку тебя вообще линчевать надо.

— Я постараюсь искупить свою вину так, как захочешь ты, — от моих слов он как-то вдруг вздрогнул, после чего, секунд пять подумав о чем-то своем, улыбнулся, или, точнее, просто оскалился.

— Я прощу тебя, но только в том случае, если ты пройдешь по горячим углям или битому стеклу. А что, дорога в рай идет через ад. Если же слабо, то мы прощаемся, — от такого заявления я просто офигел. Он что, романов перечитал? Романтики ему захотелось?

Но тут же, стараясь не выдать своего состояния, иначе, прощения мне не видать, как своих ушей, я только согласно кивнул, но не удержался от ответной реплики:

— Я согласен пройти, — вот пусть мой ответ его порадует, — но если ты согласишься родить мне полный комплект малышей на футбольную команду, — а выражение его лица — просто восторг от моего пожелания.

И тут эта мелкая ехидна вдруг там мило улыбнулся, что у меня даже внутри все перевернулось, и с издевкой заметил:

— Ну, я-то уже начал выполнять свое обязательство, — интересно, о чем он говорит. Загадки какие-то. — А вот ты? — а что я?

— Я что-то пропустил или упустил из виду? — тормоз, он и в Африке тормоз. Только из его слов я вообще ничего не понял. И объяснять мне, кажется, никто ничего не собирается.

Как я и предполагал, он только отрицательно мотнул головой, улегся на диван, отвернувшись от меня, и сделал вид, что спит. Во всяком случае, на меня он больше не реагировал.

Выйдя из дома, вдохнул воздух полной грудью. И тут раздался звонок телефона. Глянув на дисплей, удивился, заметив имя высветившееся на нем. Это оказался мой друг-врач. Странно…

— Ну здравствуй, будущий папаша, — начал он, а у меня в этот момент произошел такой взрыв в голове, что я просто осел на землю.

— Эээээ… Кто? — вот точно, идиотизм не лечится.

— Хм, тебя, кажется, еще не поставили в известность? — усмехнулся друг. — Я поторопился, получается? Ну-ну! Тогда удачи тебе! Твоя шутка стала реальностью. Поздравляю!

— Спа… — на том конце положили трубку. И уже пряча телефон в карман, закончил. — …сибо.

Вот теперь вымолить прощение становится делом чести, так как я был уверен, что этот ребенок действительно мой. Несмотря на то, что срок товарищ даже не удосужился сказать. Теперь осталось дождаться, когда же сам Кейл соизволит сказать правду.

Глава 11

Кейл.

Дождавшись, пока Сейр уйдет из квартиры, встал… Блин, больно-то как… И стал собирать свои вещи. А после, с трудом доковыляв до дома, просто упал на кровать и не двигался. Из глаз текли слезы разочарования. Было больно от этой его дурацкой шутки. Я-то, наивный идиот, и правда уже поверил в существование малыша, а тут… Такой облом. Было горько и обидно. А еще я был очень зол на этого альфу, который так поступил. Да, я могу понять, что в свое время и так же поступал, но ведь этот мой развод был не таким жестоким, и альфы сами не хотели детей. А Сейр заставил меня поверить, что я скоро стану отцом. Я свыкся с этой мыслью, привык к ней и тут… Оказалось, что это была просто шутка. Таким образом он решил меня наказать за то, чем я занимался раньше.