Белый Волк (СИ)

— А время-то уже поджимает! — посмотрев на часы, воскликнула я.

— Твою мать! — воскликнул Нейл, вновь нажав на кнопку в лифте, тем самым включив его.

— А во сколько ты назначил?

— В половину восьмого.

— А сейчас уже почти восемь, класс!

— Зря потратили двадцать минут.

— То есть, тебе бы хватило двадцати минут? — ухмыльнувшись, спросила я, перекинув свои руки за его шею и смотря в его глаза.

— Птичка, не начинай, я итак на грани, а ты еще соблазняешь. Страшный волк с удовольствием съест маленькую птичка, тем более если она сама этого просит. — положив руки на мою талию, прошептал он мне на ушко. Вдруг двери лифта открылись, и я увидела блондинку, случайно проходившую мимо и застав нас в такой… не очень приличной для работы позе.

— А мы думаем, где это вы пропадаете, теперь ясно. — она ухмыльнулась, а я быстро отпрыгнула от своего мужа. Стоп он мой муж, и ничего постыдного в том, что мы обнимаемся, нет, но ведь мы на работе… Сложно! «Не то слово!» — подтвердило мое Я.

— Пойдем, птичка, нас уже заждались. — окликнув, Нейл неожиданно шлепнул меня по попе. «Зря, зря, зря ты не согласилась в лифте! Хочу сказать, что ты дура, ведь это все — таки новые ощущения. Даже мне интересно. Дура!» — в своем духе начало альтер-эго. Я зашла в кабинет и уселась рядом с Нейлом на свое место. Все уже были здесь.

— И зачем мы здесь собрались? — спросила Карми.

— Сегодня нам поступил звонок с севера. Там бунт. Один из жейзелов, солдат, позвонил мне и сообщил о бунте людей. Они требуют справедливости.

— В смысле? — спросила я.

— Мы все здесь шикуем, а их дети голодают, мерзнут, болеют. — объяснил беловолосый.

— А мы тут причём? Это их президент должен париться, а не мы. — спросила Карми.

— Ну этому гавнюку я еще задам головной боли, а людям помочь нужно. — ответила я.

— А там все очень плачевно, хочу заметить. — начала Мери, показывая нам фотографии с севера. Я ужаснулась: на одной несколько трупов, поедаемых белым медведем; на второй толпа, которая бежит куда-то с оружием. Больше я не смотрела. Боже…

— Кто додумался фотографировать это и выставлять в интернет?!! — ужаснулась я.

— Это 21 век, любой, поэтому человек скорее тебя снимет на видео и выставит в инстаграмме фотографию с тобой, нежели поможет, если ты лежишь и умираешь. — усмехнулась Карми.

— Можно город им построить. — предложил брат.

— А материальные средства?

— С ними все в порядке, папа согласиться, я в этом уверена. — ответила я.

— Нужно поехать к ним и договориться. Согласятся ли они?

— Думаю, да. А ты один поедешь? Бунт это опасно. — предупредил Севел.

— Уж как-нибудь с кучкой людей справлюсь, это не слишком сложно.

— Ты их недооцениваешь. — усмехнулась Мери, включив видеозапись.

«— ТВОЮ МАТЬ!!! ЧЁРТ!!! ЧТО ПРОИСХОДИТ?!!! — кричал мужской голос, владелец которого снимал это видео. Вокруг сиял огонь, темнота и такая красота на небе — северное сияние. Но вдруг стали слышны звуки выстрелов, крики и вой медведя.

— Че ты тут снимаешь, бежать надо, иначе этот медведь нас живьём сожрёт, и ведь не подавится, сука! — взволнованным голосом сказал другой мужчина.

— Нужно чтобы кто-нибудь это увидел! Да и что мы скажем начальству?! Что на нас напали северяне?!!! — вновь заговорил первый.

— Плевал я на это начальство! Нас сейчас либо сожрёт медведь, либо эти долбанутые пристрелят или, ещё хуже, зарежут и сожрут!!! — бешено возмущался его, видимо, напарник.

— Ладно, побежали. Только куда?

— С этого Ада есть только одна дорога. — тут в кадр попала часть карты и палец в крови. — Смотри, бежим к юго — востоку, затем через лес к востоку. А там уже сориентируемся.

— Ладно, заканчиваю запись. Надеюсь, выживем. Если вы смотрите это видео, значит мы уже добрались до места, где есть интернет, надеюсь, мы живы.

— До интернета как до первого населенного пункта — километров 300.

— Сегодня 16 декабря, 8 утра, здесь полярная ночь. Здесь Ад.»

— Вчера? Это было снято вчера? — удивился Нейл.

— Как видишь. Значит наши поздно среагировали. — заключила Карми.

— Или до них только сегодня дошли. — продолжил Севел.

— Нет, это просто кошмар! Вы видели?! Там на фоне огромный белый медведь схватил ребенка!!! — запищала Мери.

— Нейл, может тебе не стоит одному туда… — начала я.

— Птичка, не переживай. Все будет хорошо.

— «Если тебя не сожрёт медведь, либо эти долбанутые пристрелят или, ещё хуже, зарежут и сожрут!!!» — немного перефразировала Мери слова напарника оператора, что снимал видео.

— У каждого есть свое дело, так что хватит беспокоиться по пустякам. — строго ответил мой благоверный. — Мери, ты спроектируй город, все здания, дома и так далее. Карми, ты насчет их работы позаботься, какие заводы, фабрики и так далее. Севел, ты подсчитай все расходы, чтобы нам знать на какой бюджет рассчитывать. А ты, птичка, встреться с этим дармоедом, я про их президентишки, который свой лишь сиденье просиживает. И лично от меня передай ему привет пощёчиной, договорились, милая? — я усмехнулась и кивнула. — Тогда всё, дорогие коллеги, я завтра с утра улечу, а вы здесь поработайте, чтобы по — быстрее закончить с этим делом, но только тщательно работаем. До встречи. — закончил мой беловолосый. Вскоре все покинули кабинет, кроме меня и Нейла. Он ждал, пока я вновь поговорю с папой. Как же я переживаю за свою Эли. Нет, я не боюсь её оставлять с папой, но просто вдруг он что-нибудь забудет.

— Можно отправляться? — с усмешкой спросил глава нашего семейства, когда я сбросила.

— Да, пойдём. — убирая телефон в сумку, сказала я.

Спустя два часа…

Я лежала дома в джакузи, облокотив голову на грудь Нейла. Да, мы шикуем, но разве мы этого не заслужили?

— Заслужили, птичка, ещё как заслужили.

— Вот знаешь, когда я впервые тебя увидела, еще в 18 лет, я подумала, считается ли изменой то, что я считаю тебя очень привлекательным. А потом, когда ты меня впервые поцеловал, чтобы немного исцелить, я ощутила такое прекрасное и неописуемое чувство. Хотелось бы вновь всё это почувствовать.

— А первого сентября? — лукаво спросил он.

— Я тебя и возненавидела, и слегка полюбила.

— Знаешь, а я вспоминаю свои ощущения, когда увидел тебя с крыльями. Когда я говорил «научись летать», я и не думал, что ты воспримешь эти слова так прямо. — засмеялся он.

— Ты бы лицо свое видел. Я ж тебя больше таким удивленным никогда не видела.

— Ну конечно! А когда ты проклятье сняла, у меня не удивленное лицо было?

— Удивленное. Но все — таки тот случай слишком уморительный. Я ведь Эли это потом расскажу.

— А я расскажу, как ты готовила пирог, черничный вроде. Как тесто заводила. И прилипла к нему.

— Ну знаешь, не все рождаются поварами.

— А я тебя вспоминаю, когда нас в бассейне твой папенька поймал, а ты без бюстгальтера была.

— Мне было не до смеха. Еще потом ваш разговор.

— Когда ты так неосторожно подслушивала? Помню, я хотел засмеяться, но не мог: разговор серьёзный был. А вот еще не могу забыть тебя у ОПИЖцев. Особенно то, как ты выглядела.

— Ага, а я твой вопрос не могу забыть. Я в плену, меня пытают и используют в качестве подопытного кролика, а ты спрашиваешь: «Ты себя в зеркало видела?!».

— А еще твой выход в виде агнца. «ПРЕКЛОНЯЙТЕСЬ ПРЕД АГНЦЕМ БОЖИИМ!» — он попробовал сквозь смех изобразить серьезный голос. Не самая удачная попытка, но зато очень смешно вышло.

— Ага, классно, особенного когда потом убиваешь невинных. Класс!

— Невинных? Я буду с тобой спорить на этот счет всегда. Они издевались над тобой, создавали оружие, чтобы убивать нас, а ты их невинными называешь!

— Ладно, проехали. Лучше вспомни первую встречу с этими… Всадниками.

— Это сложно забыть. Но это я все вспоминаю, как ловко ты меня на экзамене победила.

— А я не забуду, как ты меня в моем доме встретил голый, прикрываясь букетом роз.

— Синих роз. Ты вообще в курсе, что такие достать крайне сложно, их ведь в природе не существует, но их выращивают искусственно[6].

— Знаю. А я не могу забыть момента, когда ты мне рассказал о своем прошлом.

— Я думал, ты сбежишь.

— А я испугалась. Но не тебя, а твоего прошлого.

— И все — таки я не могу забыть, как сидел возле твоей постели, когда ты чуть не умерла из — за огненной пули.

— И как потом мы сбежали к тебе в усадьбу.

— И как потом я сказал твоему отцу, что мы с тобой вместе.

— А я стояла и краснела. Знаешь, я ведь тогда хотела этого, но не хотела, чтобы ты об этом знал.

— А ещё я помню, как ты пошла к этому президентишке.

— Спасибо волчонку, он спас меня от изнасилование.

— Ой, не смеши. Скорее он спас этого полудурка от смерти.

— Ну может и так. Опять к нему тащится.

— Главное прошлых ошибок не повторяй.

— Я помню, как Джинни меня готовила к этой встречи.

— Кстати, а она завтра приезжает, да?

— Да, где-то в обед. Её муж уехал к себе на родину, у него бабушка умерла, да и мать больна, вот он и поехал помогать. А Джинни по нам соскучилась.

— Ой, соскучилась, прям уже бежит к нам. Если бы она с его матерью нормально общалась, и та её не считала сумасшедшей и не запретила бы сыну жениться на ней, то уехала бы она с муженьком, тем более она бы излечила его мать, но ведь та её не подпустит к себе. — усмехнулся Нейл.

— Ну может ты и прав. — я пожала плечами. Вдруг он вздрогнул. — Ты чего?

— Я сейчас вспомнил, когда тебя на крыше увидел. Я так испугался. А когда ты прыгнула, у меня внутри все перевернулось. Мне так страшно никогда не было.

— Я же думала, что ты — гребанный силуэт, который меня задолбал. Я же из — за него не могла тебя забыть.

— А ты хотела?

— Я была уверена в том, что ты погиб. Я хотела хоть немного забыть тебя, чтобы было легче. Один раз взяла себя в руки, но ненадолго. Потом все. Не выдержала и хотела отправится к тебе. Таблеток наглотаться думала — помешала Хели. Под машину броситься — ворон и голубь тут как тут. Вены порезать — дух мамы. С крыши прыгать — твой силуэт, ну я тогда так решила. И как же я была счастлива тебя видеть. Самый лучший подарок на Новый год!

— А я чувствовал все твои страдания, мне было так плохо! Я торопил всех, чтобы всё закончилось по — раньше.

— Хорошо, что всё закончилось. Как же я надеюсь, что ты вернешься целым и невредимым.

— Птичка, я Всадник Апокалипсиса, причем их глава. Вот за меня беспокоится не стоит.

— Мой храбрый рыцарь на белом коне. — усмехнулась я.

— Ага, а ещё с косой и несущий смерть.

— Ну это уже второстепенное. — засмеялась я.

— Знаешь, я раньше считал, что после свадьбы кроме детей и работы ничего нет. Все развлечения уходят, романтика исчезает, а все пошлое раз в месяц. Как же я ошибался… — он медленно провёл своими руками вверх по талии, коснулся груди, а затем резко перевернул.

— Действительно ошибался. — я ухмыльнулась и поцеловала его. И наши тела слились в едином, нежном танце, спонсором которого было прекрасное чувство… Ох, если бы я тогда знала чем обернётся и поездка, и эта… помощь… ни за что не отпустила бы его. Глаза Смерти везде, пора бежать…

Следующее утро…

Я стояла в объятиях Нейла, провожая его на рейс. Он летит в Мурманск, а оттуда на машине к северянам. Тот солдат, который и позвонил ему, сказал точное географическое положение в градусах. Мы посмотрели по карте, и оказалось, что там и деревни никакой нет, либо о ней ничего неизвестно. Всё утро меня мучает какое-то странное предчувствие, немного пугающее.

— Береги себя и… если что, просто беги, хорошо? — посмотрев ему в глаза, попросила я.