Похищение со многими неизвестными

Сергей Бакшеев

Похищение со многими неизвестными

1

В московскую компанию «Партнерство» входила обширная сеть ломбардов, несколько ювелирных магазинов и одноименный банк. Основную прибыль владелец компании Андрей Бахлин получал от ломбардов. Собственный небольшой банк позволял кредитовать их, собирать выручку, конвертировать ее в валюту и иметь надежное хранилище с сейфовыми ячейками. Подземный бункер был самым важным отделом банка, все самое ценное из ломбардов на период хранения свозилось туда. Если вещь выкупалась, что происходило не часто, ее возвращали обратно.

В пятницу, в конце рабочего дня, в кабинет Андрея Бахлина вошли двое мужчин сурового вида. Старший представился полковником Московского уголовного розыска Орловым и показал раскрытое удостоверение. Ему было под шестьдесят, одет он был в серый костюм и белую рубашку. На его квадратном лице выделялись черные усы и родимое пятно на виске размером с вишню. Полковник встал перед Бахлиным. Его молодой подчиненный со шрамом на щеке, одетый в легкую куртку и джинсы, окинул свинцовым взглядом кабинет, запер входную дверь и занял позицию за креслом Бахлина.

Бизнесмен заерзал, не зная, на кого смотреть. По его спине поползли холодные капельки пота, а в заклинивших мозгах зазвенела фраза из его ночных кошмаров: «Вы арестованы!». Все шестнадцать лет с момента открытия первого ломбарда Бахлин гнал от себя этот дурной сон, тем не менее, отдавая себе отчет, что такое может случиться и наяву. Как там они говорят: был бы коммерсант, а статья найдется. Вон в руках полковника красная папка с гербом. Сейчас достанет постановление о задержании и объявит…

— Мы с плохой вестью, Андрей Витальевич, — произнес Орлов, впившись взглядом в лицо Бахлина.

Это были не совсем те слова, что со страхом ожидал услышать бизнесмен, но они тоже не предвещали ничего хорошего. Бахлин сглотнул ком в горле, как бы говоря: продолжайте.

— Сегодня ночью ваш банк ограбят, — сообщил Орлов. — Речь идет о сейфовых ячейках.

— Как? — Бахлин вытолкнул из пересохшего горла первое слово с момента прибытия полицейских.

— Выгляньте в окно, — предложил Орлов. — Смелее. Только встаньте сбоку, не надо показывать, что мы раскрыли их планы.

Бахлин с опаской посмотрел на улицу: люди ходят, машины ездят, строители работают. Немного прохладно для середины июня, но в целом ничего подозрительного.

— Какие планы мы… вы раскрыли? — переспросил бизнесмен.

— Видите яму под вашими окнами?

— Там на щите написано, что строится подземный переход.

— Это прикрытие. На самом деле грабители роют подкоп в ваш банк.

— Подкоп?

— Взгляните на схему. — Полковник достал из папки лист с точной схемой подвальных помещений банка «Партнерство». — Вот банковское хранилище. Эта стена со стороны улицы. Грабители уже подобрались к ней. Сегодня ночью ее проломят.

— Так арестуйте их!

Полковник Орлов снисходительно улыбнулся:

— Допустим, мы сделаем так, как вы говорите. И что мы им предъявим? Нет проникновения — нет и преступления. Продержим сутки и будем вынуждены освободить. Несерьезно. Мы впустую не работаем, у нас другой план.

— Какой?

— Взять грабителей с поличным.

Бахлин задумался, осмысливая значения слова «с поличным»:

— Вы хотите, чтобы они залезли ко мне в банк?

— Именно так.

— Но я не могу. В хранилище сейфовые ячейки, в них ценности.

— Ни одна ячейка не пострадает. Мы устроим засаду. Как только грабители проломят стену и войдут в хранилище, мы их арестуем.

— Пострадает стена.

— Всего лишь стена, — успокоил Орлов. — Заодно поставите датчики вибрации, и будете знать, если что-то подобное повторится.

— Датчики вибрации?

— Вы поймите, Андрей Витальевич, такие ограбления планируются не просто так. Кто-то из ваших сотрудников — наводчик. Спугнем сейчас, он придумает что-нибудь другое.

— Кто? — опешил банкир.

— Возьмем грабителей и расколем. Наводчик наверняка знает о содержимом сейфовых ячеек. У вас хранится что-либо особо ценное?

— Ячейки арендуют клиенты банка, — выдавил Бахлин, борясь с нахлынувшей духотой в кондиционированном кабинете, и поспешил добавить для убедительности: — Я не знаю… не имею возможности знать, что в них хранится.

На самом деле банкир прекрасно знал, что спрятано в части ячеек. Если их содержимое всплывет — ему несдобровать.

Полицейский растолковывал план операции:

— Перед закрытием банка вы незаметно отведете нас в хранилище. Мы вдвоем затаимся там, а группа захвата будет дежурить снаружи. Неожиданность — наше главное преимущество. Поэтому своих сотрудников вы не должны посвящать в наши планы. Среди них предатель. Охранника сменит наш человек.

— Но я не могу оставить банк совсем без охраны. Это противоречит инструкциям и вызовет подозрение.

— Согласен. Кто сегодня дежурит?

Андрей Бахлин посмотрел в компьютер:

— Охранник Митин. Он давно у нас работает.

— Хорошо. Его менять не будем, чтобы не вызвать подозрение. Если Митин в сговоре с грабителями, мы это установим. Чем он вооружен?

— Травматическим пистолетом. Его задача не стрелять, а вызвать полицию в случае опасности.

— Разумно. Тем более отдел полиции здесь неподалеку.

— Но… — Бахлин замялся. — Такой риск. Репутация банка. А вдруг что-то пойдет не так?

— Да не волнуйтесь вы. Операцию разработала старший следователь Елена Павловна Петелина. Она отличный профессионал. Может, слышали о ней?

— Елена Петелина? Конечно. — Серое лицо Бахлина посветлело. Он протер платком лоснящиеся залысины. — Я с Леной в одном классе учился. В этом году двадцать лет, как окончили школу.

— Вот как? Сейчас мы вас с ней соединим.

Полковник сделал знак подчиненному. Офицер со шрамом набрал номер на своем телефоне и протянул трубку Бахлину.

— Елена? Привет! Это я — Андрей Бахлин. У меня твои люди. Они говорят…

Петелина перебила одноклассника и заверила, что будет лично руководить готовящейся операцией. Он может ни о чем не волноваться и полностью довериться офицерам полиции. Его задача — никому ни слова. Остальное сделают профессионалы.

Банкир приободрился и расправил плечи. Хорошо иметь одноклассников, занимающих высокие посты. С Петелиной надо дружить. А он, глупец, вспомнил о ней только накануне встречи выпускников.

— Елена, ты придешь на встречу? — спросил Бахлин, прикидывая, как теперь выглядит Ленка Грачева, выскочившая замуж за Серегу Петелина. Судя по моложавому голосу, сохранилась отлично.

— Обязательно увидимся. Как только разгребу дела и появится время…

— Ведь вечер встречи выпускников завтра. Двадцать лет как, — радостно напомнил Андрей Бахлин.

— Ах, да! Ну конечно. До встречи, Андрей. Извини, сегодня я в запарке.

Повеселевший банкир вернул трубку. В голове зарождались мысли о том, как использовать неприятную ситуацию в своих целях. Сорванное ограбление — это положительная реклама для банка, если подать ее с умом. Пусть клиенты знают, что банк «Партнерство» невозможно ограбить.

Бахлин поднялся из-за стола, застегнул пиджак на аккуратном животике и, чувствуя себя на равных с полковником, деловито поинтересовался:

— После того как операция закончится, могу я заявить, что в хранилище сработала подземная сигнализация наружного контура? И охрана банка совместно с прибывшими полицейскими задержала грабителей.

— Хорошая идея, — после некоторого раздумья согласился Орлов. — Мы снимем подозрение со своего информатора, а ближайший отдел полиции с удовольствием разделит с вами успех.

Банкир зарделся, прикидывая, что восстановление разрушенной стенки — небольшая плата за сенсационную рекламу.

2

От суеты последних часов на работе у старшего следователя Елены Петелиной вскипал мозг. С понедельника она в отпуске, поэтому к пятнице предстояло подготовить отчеты, пояснительные записки и уголовные дела так, чтобы ее не дергали по пустякам во время отдыха. Доделать самой все, что можно, дать указания подчиненным, разъяснить нюансы коллегам, подшить бумаги, сдать документы в канцелярию и архив, расписаться в приказе, ответить на запросы по почте, сделать последние звонки. Как в этих условиях ничего не забыть, уму непостижимо.

Ух! Елена помассировала веки, чтобы дать отдохнуть глазам, и перевести дух.

В воскресенье они вместе с Маратом Валеевым полетят в Крым. Там, в поселке Коктебель вторую неделю отдыхают ее мама Ольга Ивановна с дочкой Настей. Судя по телефонным отчетам бабушки, четырнадцатилетняя Настя познакомилась с семнадцатилетним парнем Костей. Кажется, Настя влюбилась, и теперь за девочкой глаз да глаз нужен. Это ожидаемая проблема. Но ничего, через два дня они приедут, Елена вправит дочке мозги, а Марат побеседует с парнем.

Коктебель Елена выбрала неслучайно. В школьные годы именно там она вместе с Маратом и другими одноклассниками отдыхала в пионерском лагере, расположенном в живописном месте у подножия горного массива Карадаг. Светлые воспоминания юности манили ее туда, где она была счастлива.

Кстати, об одноклассниках. В этом году двадцать лет, как они окончили школу. Нашлись энтузиасты, организовавшие встречу. Завтра их класс соберется в ресторане «Казачий двор». По этому поводу в последние дни позвонили даже те, с кем она не виделась с момента окончания школы. Некоторые, узнав о ее должности, пытались напрягать проблемами.

Завтра, завтра, поговорим завтра. Сейчас у нее от вороха своих проблем голова кругом идет. А встреча с теми, с кем учился двадцать лет назад, добавляет еще одну, самую важную: в чем пойти в ресторан?

Этот вопрос то и дело отвлекал Елену от служебных забот. Проще всего выбрать брючный костюм, у нее их несколько, сидят нормально, но… В том-то и проблема, что костюмы, в которых она ходит на службу, смотрятся просто «нормально». А в такой день хочется выглядеть обалденно!

Решено, костюмы к черту! Брюки на службе надоели. Остаются юбка или платье. Тут выбор невелик, к тому же ограничивается наличием подходящих по цвету туфель. А туфли у нее…

Елена мысленно надела каждую пару. Память подспудно вернула ощущение сдавленных ступней и стиснутых пальцев. Мозг анализировал. В бежевых удобно, но они уже старые, девчонки заметят. Красные — яркие, эффектные, на высоком каблуке, но в них ногу ломит. Вечер предстоит долгий, вероятно, будут танцы, и тогда удобство обуви перевешивает все остальное. А раз так, то выбор сужается до черных туфель на среднем каблуке. Они достаточно элегантны и практичны. И главное: к черным туфлям у нее есть черное платье с белым воротником и манжетами. Контрастное, приталенное, сужающееся к коленям — то, что надо, для ее фигуры. Последний раз его надевала осенью.

Елена положила руки на бока пониже талии — самое проблемное место — не поправилась ли? Дома — сразу примерить платье. Если сидит плотно — к черту сегодняшний ужин! Это проверенный способ к утру выглядеть так, будто сбросила полкилограмма.

Зазвонил рабочий телефон. Из трубки послышалось недовольное ворчание полковника Харченко:

— Петелина, ты о чем там думаешь? Я тебя жду-жду…

— Сейчас, Юрий Григорьевич. Уже бегу.

Следователь подхватила материалы расследования убийства невесты известного бизнесмена и политика Александра Круглова и поспешила в кабинет начальника.

Две недели назад в загородном доме недалеко от Звенигорода нашли тело молодой девушки Ксении Савиной. Ее зарезали ножом и ограбили. Дом принадлежал оппозиционному политику Александру Круглову, быстро набирающему популярность среди либеральной общественности. Самого политика в момент убийства в доме не было. Девушка оказалась его невестой. Убийцу задержали по горячим следам. Им оказался дворник, выходец из Узбекистана, Нурали Джураев, обслуживающий несколько участков, в том числе Круглова. У Джураева нашли нож со следами крови и украшения убитой девушки.

Если бы дело касалось рядового гражданина, то новость мелькнула и затерялась бы в сводке подобных происшествий. Но раз фигурирует политик, критикующий власть, резонанс неминуем. Некоторые журналисты не верили очевидным фактам и строили версии о вмешательстве спецслужб. Сам Круглов организовал многочисленный митинг против нелегальной миграции и бездействия полиции. Его сторонники пикетировали Генеральную прокуратуру и Следственный комитет. Главы силовых ведомств пообещали быстро провести объективное всестороннее расследование.

Дело усугублялось еще тем, что сорокапятилетний Александр Круглов являлся сыном опального олигарха Владимира Круглова. Три года назад Круглов-старший попал под следствие за незаконную приватизацию и неуплату налогов. Большую часть собственности Круглов-отец потерял, долго находился под домашним арестом, но в конце концов ему позволили уехать за границу на лечение. В Россию он не вернулся. На волне защиты своего отца против произвола властей Александр Круглов и стал политиком. Его включили в руководящее ядро партии «Прогрессивная демократия», где он сразу же выбился в лидеры.

Как только Петелина вошла в кабинет Харченко, полковник в нетерпении протянул руку за документами:

— Давай сюда дело Круглова. Все бумаги подшила?

— Да. Но подозреваемый Джураев так и не сознался в убийстве. — Следователь плюхнула объемную папку на стол начальника.

— А то у нас все убийцы с повинной приходят! Джураев ножом угрожал? Угрожал. Улики найдены? Вместе с орудием убийства! Перед ограблением потерпевшая даже успела в полицию позвонить и назвала его имя. Что тебе еще надо?

— Да, но, если говорить про нож…

— Никаких «но»! — пресек возражения полковник. — На меня давят со всех сторон. Телефоны раскалены!

Харченко встал, застегнул китель, дернул шеей.

— Вот что, Елена Павловна. За две недели ты сделала все возможное. О дальнейшем — не беспокойся. Материалы в прокуратуру сдадим без тебя. Общественность требует суда над убийцей. — Полковник правой рукой пожал руку следователю, а левой вежливо указал на дверь: — Ты, кажется, в отпуск собралась? Так езжай, отдохни, разгрузи голову.

Елена Петелина кисло улыбнулась и не стала возражать. В отличие от коллег, она всегда подвергала сомнению «очевидные версии». Неужели это ее профессиональная фобия? Она приписывает преступникам интеллект, хотя реальная жизнь намного проще. Убил, ограбил, спрятал, попался — простой мотив, примитивный образ действий.

К черту сомнения! Начальник приказал отдыхать, значит, буду отдыхать.

Она шла по коридору Следственного комитета и размышляла о том, как же замысловаты жизненные пути. Она помнит Круглова-старшего по тому самому пионерскому лагерю в Крыму в Коктебеле, около Карадага. Он выступал на торжественной линейке. Пионерский лагерь принадлежал Московскому механическому заводу, где работала ее мать и родители многих ее одноклассников, а Владимир Иванович Круглов в то время был директором. В начале 90-х Круглов приватизировал мехзавод, потом прибрал к рукам смежные предприятия и стал мультимиллионером.

А теперь той школьнице придется расследовать убийство невесты его сына.

3

Наступила ночь. В своем просторном загородном доме Андрей Бахлин от волнения не находил себе места. О том, чтобы лечь спать, не могло быть и речи. Мысли бизнесмена клубились вокруг ситуации в банке.

«Как там? Что происходит? Грабители уже проломили стену в хранилище? Их взяли? Конечно, взяли! Почему не звонит полиция?»

Время от времени Бахлин возвращался к бутылке скотча и отхлебывал двенадцатилетний виски из горлышка. Около трех ночи, когда бутылка опустела, он не выдержал и набрал телефон дежурного в банке. Трубку должен был взять охранник Митин. Он единственный, кого полицейские ввели в курс предстоящей секретной операции.

Каждый длинный гудок в трубке натягивал нервы Бахлина, как струны на рассохшейся гитаре.

«Давай же, отвечай! Ты куда провалился? Что у вас происходит?»

После пятнадцатого или двадцатого гудка терпение Бахлина лопнуло, он выбежал во двор, сел в машину и направился в банк. Ночная дорога была свободна, поэтому поездка заняла минимум времени. Поток холодного воздуха в открытое окно частично отрезвил его.

Остановившись около своего банка, Бахлин осмотрелся. Не сорвет ли он операцию, явившись без предупреждения? Разрытая яма у дороги, как и прежде, обнесена сетчатым забором. Там тихо. Подозрительно тихо. Вывеска над банком освещает входные ступени умиротворяющим зеленым светом. В витрине подсвечен рекламный баннер: «Мы сохраним ваше благополучие». Еще бы нервы сохранить. Перед входом никого. Где прячутся полицейские? На подъезде к банку он не заметил ни одной прибывшей на вызов патрульной машины.

Только «киа» кофейного цвета приткнулось под банковской витриной. Это машина охранника Митина.