Одержимый ветреной нимфой

– Но сегодня этого не случится, да?

– Кто знает? – Он пожал плечами, и она сдвинула тонкие брови. – Приласкай меня, и, возможно, я захочу этого.

– Но ты не захочешь меня. Сегодня не я твой приоритет.

Рэйми взял ее за руку и поцеловал ее пальцы.

– Тебе нужен парень, который даст тебе максимум удовольствия. Сегодня я тебе не подхожу.

Рэйми знал, что она снова попросит его переспать с ней, когда они вернутся в город, и надеялся, и молился, чтобы она молчала. Но Гретхен просто посмотрела на него и резко кивнула, когда такси остановилось у входа в отель.

– Я провожу тебя, – сказал Рэйми.

Он вздохнул, когда Гретхен открыла свою дверцу, не обращая внимания на руку, которую он ей протянул. Казалось, она поняла, что просить его не провожать ее бесполезно, поэтому он прошагал к двери, у которой стоял швейцар. Гретхен обернулась, коснулась ладонью щеки Рэйми и произнесла:

– Спасибо за ужин. Мне жаль, что сегодня ничего не будет.

– Мне тоже, – искренне ответил он. Переспать с Гретхен было в сто раз проще, чем иметь дело с блондинкой, которая обитала в его квартире.

Но именно эту блондинку он хотел сильнее остальных женщин.

Сидя в кабинете Рэйми, Лахлин взяла горсть арахиса в шоколаде и поднесла ее ко рту, когда услышала хлопанье входной двери и тяжелые шаги Рэйми. Она приглушила звук телевизора и посмотрела на часы. Рэйми рано вернулся со свидания.

Лахлин думала, что проведет бессонную ночь, дожидаясь его возвращения, если он вообще вернется. Поэтому она очень удивилась, когда он явился домой в начале одиннадцатого вечера. Услышав его приближающиеся шаги, Лахлин закрыла пакет с конфетами и сунула его под диванную подушку. Она уставилась в телевизор, притворяясь крайне заинтересованной тем, что видит на экране. Рэйми незачем знать, что последние три часа она не находила себе места, представляя себе, как он ужинает, выпивает и флиртует.

Лахлин отвела взгляд от телевизора, когда Рэйми сел на диван рядом с ней, положив на журнальный столик ноги в дизайнерских ботинках на плоской подошве. Он потрясающе выглядел в темных джинсах, дорогой белой рубашке и мягкой зеленой куртке.

– Привет. Вечер удался? – спросила Лахлин, гордясь своим крайне равнодушным тоном.

– Не то слово.

Лахлин почувствовала, как Рэйми пялится на ее лицо. Она повернулась к нему, улыбнулась и снова уставилась в телевизор. В ее голове кружились вопросы, которые она не решалась озвучить.

«Почему ты так рано вернулся? Вы ужинали или сразу перешли к десерту? Ты ее целовал, флиртовал с ней? По-моему, я слышу аромат ее духов…»

– Ты действительно это смотришь? – спросил Рэйми.

– Да, это захватывающе, – ответила Лахлин.

– Неужели? Таксидермия для новичков? Ты что, шутишь?

Лахлин внимательно смотрела на экран, где краснолицый, потный мужчина скоблил шкуру животного плоским ножом. Рэйми выхватил у нее пульт дистанционного управления и включил спортивный канал. Потом он протянул руку в ее сторону и нетерпеливо пошевелил пальцами.

– Что? – невинно спросила Лахлин. Если она отдаст ему пакет с арахисом в шоколаде, Рэйми слопает его за пять секунд.

– Конфеты, которые ты прячешь.

Лахлин округлила глаза и раскрыла ладони.

– Какие конфеты? Я не ела конфеты.

Проведя большим пальцем по ее губе, Рэйми облизнул его, и сердце Лахлин едва не выскочило из груди. Наклонившись, он вытащил пакет с конфетами из-под подушки. Лахлин попыталась отобрать его у него, но безуспешно.

– Отдай! Это мое. – Лахлин встала на колени и потянулась за пакетом, положив руку на плечо Рэйми, чтобы сохранить равновесие.

– Не жадничай. Поделись со мной вкусненьким.

– Это мой ужин, потому что сегодня вечером я не ела в одном из лучших ресторанов города.

Рэйми обхватил ее рукой за талию и притянул к себе. Нисколько не смущаясь, Лахлин уселась на него верхом.

– Ты ужинала шоколадом? – спросил Рэйми и убрал руку с ее талии.

– В твоем холодильнике мало продуктов, а я до сих пор не умею заказывать еду на дом. И потом, я не хотела рисковать, потому что слышала, что приехал твой ценный клиент.

– Извини, дорогая, – сказал Рэйми, держа руку на ее бедре. Казалось, он вполне счастлив, что она сидит у него на коленях.

Лахлин облизнулась.

– Что ты ел на ужин?

Рэйми посмотрел на ее губы, а потом уставился ей в глаза.

– Стейк, овощи, салат.

– А на десерт? – прошептала она.

– Ты спрашиваешь меня, занимался ли я сексом? Ничего не было.

– Почему нет? – спросила она шепотом.

– Потому что она не та, кого я хочу. – Рэйми бросил пакет с конфетами на диван и обнял руками ее лицо. – Я подумывал об этом, не скрою. Я хотел избавиться от сумасшедшего возбуждения, и я решил переспать с ней. Но мне не удалось взвести курок.

Лахлин прижалась лбом к его лбу.

– Я рада. Есть сотни причин, почему мы не должны с тобой сближаться, но я тоже хочу избавиться от возбуждения. А потом мы вернемся к нормальной жизни. И я решу, хочу ли я быть членом семьи Баллантайн.

– Ты Баллантайн, – пробормотал Рэйми.

Лахлин проигнорировала его слова.

– А потом ты снова будешь заниматься диким сексом с другими женщинами.

Она хотела Рэйми, который пробуждал в ней такую горячую страсть. Ей не терпелось узнать, что такое сексуальное блаженство.

Рэйми ласкал большим пальцем ее скулы и слегка хмурился.

– Ты в этом уверена, Лах?

Лахлин покачала головой:

– Нет. Но я хочу этого. Я хочу тебя.

Три слова: я хочу тебя, и Лахлин увидела, как Рэйми сдается. Обхватив рукой ее затылок, он припал к ее губам в страстном и будоражащем поцелуе. Желание, раскаленное и бурное, разлилось по ее венам, задевая все нервные окончания. Ей хотелось сделать это медленно, но она не могла больше терпеть. Чувства, которые вызывал в ней Рэйми, были слишком сильными, чтобы их игнорировать. Прервав поцелуй, Лахлин схватилась за низ своей футболки обеими руками и стянула ее через голову. Она бросила футболку на пол и увидела, как темнеют глаза Рэйми, разглядывающего ее грудь под простым белым хлопчатобумажным бюстгальтером. Жаль, что она не надела красивое нижнее белье, которое было гораздо сексуальнее. Но, судя по жгучему взгляду Рэйми, ему все нравилось. Он потер пальцем ее сосок, и Лахлин, простонав, инстинктивно прижалась к его телу.

Желая прикоснуться к его коже, она неуклюже расстегнула его рубашку и торопливо стянула ее с него вместе с курткой. Наконец она дотронулась до его разгоряченного тела. Она провела рукой по светлым волоскам на его груди, плоским соскам и животу. Услышав резкий вдох Рэйми, она осознала свою женскую власть над ним.

Ей хотелось большего. Немедленно. Надо поторопиться, пока она не растеряла свою смелость. Лахлин спрыгнула с его коленей, сняла с себя штаны для йоги и носки. Теперь надо избавиться от бюстгальтера и трусиков. Она завела руки за спину, решив расстегнуть бюстгальтер, когда Рэйми наклонился вперед, схватил ее за бедра и страстно поцеловал в живот.

– Сбавь обороты, милая, – сказал он.

Он не понимал ее торопливости. Она дрожала от желания и боялась, что, если она остановится, это желание пропадет.

Лахлин обхватила руками голову Рэйми, запустила пальцы в его волосы, а он стал поглаживать ее руками по спине. Наконец он ловко расстегнул ее бюстгальтер и снял его с нее. Потом он подул на ее сосок и поддел его носом.

– Ты красивее, чем я себе представлял, а у меня богатое воображение.

– Поцелуй меня, Рэйми, – пробормотала Лахлин.

Наконец он обвел языком ее сосок и обхватил рукой ее бедро. Лахлин раздвинула ноги и почувствовала, как его палец скользнул под ее трусики. Спустив трусики к коленям, он стал ласкать ее между ног. Лахлин ощутила приближение оргазма, хотя всегда боялась, что не сможет его испытать. Глотнув воздуха, она с трудом сдерживалась, чувствуя себя на грани.

– Презерватив? – прохрипела она.

Рэйми кивнул:

– В кармане моей куртки.

Она достала презерватив, а потом протянула его Рэйми.

– У меня дрожат руки. Надень его сам.

Рэйми уставился на свои джинсы.

– Помоги мне раздеться.

Лахлин облизнулась, расстегнула его ремень и джинсы и потянула вниз молнию. Затаив дыхание, она скользнула рукой в его трусики и почувствовала, как у нее кружится голова.

Рэйми простонал и тихо выругался. Поднявшись на ноги, он быстро разделся и надел презерватив. Приподняв Лахлин одной рукой, он поднес ее к дивану и поставил спиной к себе. Обхватив рукой за талию, он принялся ласкать ее спину и ягодицы.

– Ты чертовски красивая, – тихо произнес Рэйми, целуя ее в шею. Он вошел в нее сзади, и она напряглась, почувствовав боль. – Какого черта?..

– Не останавливайся, – потребовала Лахлин.

– Лах, я…

– Продолжай! – крикнула она и откинулась назад, стараясь сильнее к нему прижаться.

Он начал ритмично двигаться, и вскоре она погрузилась в сладкое забытье. Сквозь пелену удовольствия она слышала, как Рэйми зовет ее по имени. Она не ответила, потому что все еще была на седьмом небе от удовольствия.

Спустя некоторое время Рэйми поцеловал ее в плечо.

– Я сожалею.

– А я нет, – искренне сказала Лахлин. – Я впервые чувствовала себя сказочно хорошо.

– Я не понимаю. – Рэйми понизил голос. – Ты не ребенок, и я думал…

– Пожалуйста, не раздувай из мухи слона, – тихо произнесла Лахлин. – Я развлекалась с парнями, но не встречала никого, кому позволила бы зайти так далеко.

Он напрягся и резко глотнул воздуха.

– Лах…

Она погладила его по руке.

– Успокойся, Рэйми, это только секс. Я знаю, я не та дикая женщина, которая тебе нужна, но я не собираюсь предъявлять тебе невыполнимые требования. Я не ищу отношений с обязательствами, помнишь?

Рэйми прижался щекой к ее плечу.

– Для первого раза ты вела себя довольно необузданно, Лахлин.

Он говорил с такой грустью, что она повернулась и посмотрела на него, а потом сердито усмехнулась.

– Я это знаю.

Рэйми закрыл глаза и покачал головой, едва заметно улыбаясь.

– Твой брат прикончит меня.

– А мы ничего ему не скажем, – ответила Лахлин.

– Он все поймет, как только увидит нас вдвоем, – печально произнес Рэйми. – И тогда он оторвет мне голову.

– Ладно. До того как ты умрешь, нам надо повторить.

Рэйми рассмеялся, и она разочарованно вздохнула, когда он отошел от нее в сторону.

– Сначала мы отдохнем. – Он поцеловал ее в нос. – А потом сделаем это правильно.

– Я предпочитаю нарушать правила, – сказала Лахлин, она уже скучала по теплу его тела и прикосновениям.

– Ты ненасытная любовница, – с грустью произнес Рэйми. – И если твой брат меня не убьет, то меня прикончишь ты. – Он взял ее за руку и повел в свою спальню. – Сначала в душ, а потом в кровать.

Лахлин взяла пакет с конфетами и помахала им:

– Я по-прежнему голодна.