Лис "Удача"

— А вот помогу? За копеечку всего… — проорал он и уперся в колесо рядом с первым из намеченных к обработке мужчин. Добровольный помощник неловко поскользнулся и, ненароком зацепив жертву, рухнул в грязь. Поднимаясь, скользнул рукой по сапогу второго. Вновь уперся, закряхтел, напрягая все силы, и вот уже колесо сдвинулось с места, карета вздрогнула и покатила вперед.

Слуги кинулись к лошадям. На бегу один из них бросил оборванцу мелкую монету.

— Благодарствуйте, барин, — заорал Санька, выловив в грязи монету, и быстро пошел прочь. Отойдя, осмотрелся.

«Да тут, как я посмотрю, страна непуганых идиотов?» — удивился он легкости, с которой разжился довольно увесистыми кошельками. Хотя, определить количество смог только по весу.

Он вновь оглянулся, запихал добычу в Каиновское рванье и двинулся дальше. Легкое чувство голода подсказало нужный маршрут.

В трактир, или как тут называется, нельзя. Местная гопота меня враз раскусит. Видно, стоит базар поискать. Там у торговок перекусить и возьму.

Постепенно дорога стала ровнее, щели между досками тротуара уменьшились. Встречные начали коситься на непрезентабельный наряд обрванца.

«Ага, правильной дорогой идете, товарищи», — усмехнулся Саня.

Выйдя на очередной перекресток, наконец, заметил то, что искал — торговую площадь:

«Базар, он и в Африке базар. Не щелкай клювом и не наглей. Вот и все правила».

Подойдя к торговкам с деревянными кадками, в которых лежало что-то духовито ароматное, присмотрелся. Люди, покупавшие, платили совсем мелкие монеты.

«Рискну», — решился Лис.

Подойдя к крайней тетке, он протянул ей медную денежку и кивнул на горшок.

Не моргнув глазом, та достала пирог. Перекусив, беглец ожил. «Пора налаживать контакты с местным населением», — решил он, осматриваясь. Долго искать не пришлось.

Компания, явно разбойного вида, сидела на перевернутой телеге и громко обсуждала что-то веселое.

— Хомутнулись мы с мазиком, — во весь голос, явно не опасаясь быть понятым чужими, рассказывал рябой малый в заячьем малахае.

— Ну, зинкуем: Одно дрянь — дух на углу, у ворот. Узетить ловко.

Александр еще раз внимательно оглядел компанию:

«Нет, не пойдет. Эти волки меня враз на запчасти разберут. Здесь чужаков, так мыслю, не привечают».

Он отвернулся от компании и неожиданно заметил посреди торговой площади здоровенного мужика. Зевака явно подыскивал себе какую-то обнову. А следом за раззявой шествовал нацелившийся на его мошну карманник.

«Какой-то щипач странный? — удивился Санек. — Или здесь даже фраера по карману работают? Да не может того… Похоже, просто любитель», — он присмотрелся к жулику получше.

Потертый, но относительно чистый, зипун, светлые волосы под шапкой, курносый нос.

«Пацан совсем, — понял Лис. — Чую, попадет в переплет. А вот мужик явно непрост. Стережется, хотя всем видом показывает — «Вот он я, берите меня теплого». Может, ловит, чтобы позабавиться, может, мент. «Палку срубить норовят».

Александр вытер жирные пальцы, в очередной раз передернулся от омерзения, вызванного своей, невероятно грязной одеждой, поднялся с бревен и не спеша двинулся за связанной невидимой нитью парочкой. Догнав неумелого воришку, он осторожно, но крепко ухватил того за локоть, прошептал в ухо: — Не ходи за ним.

От неожиданности паренек вздрогнул.

— Не дергайся, — прошипел ему в ухо Лис. — Смотри.

Действительно, не прошло и двух минут, как какой-то оборванец, подобравшийся вплотную к азартно торгующемуся верзиле, вдруг кинулся бежать, но был ловко схвачен за шкирку внезапно обернувшимся покупателем.

— Карманника поймали, — разнеслось над рядами. А незадачливый претендент на чужое, получив тяжелой рукой по уху, лежал в грязи, слабо охая от тяжелых ударов добровольных помощников правосудия.

— Эй, ладно, — дернул Александр нечаянного спутника за рукав. — Ничего интересного больше не будет. Пойдем.

Тот безропотно двинулся следом.

— Голодный? Есть, говорю, хочешь? — поинтересовался Санька.

— Угу, — закивал головой попутчик.

Они спустились недлинным переулком к берегу реки. Не на набережную, затертую в гранит, а к обычному, заросшему ивняком, с низенькими мостками и осокой.

— Давай присядем, — кивнул Александр на поваленное дерево.

— Рассказывай. Кто да что? — но парень явно не торопился общаться. — Тикать хочешь? — спросил Александр. — Зря, точно попадешься. И пропадет мой медяк. Как звать-то?

— Андрейкой кличут, — нехотя пробурчал отрок.

— А я, — Александр на секунду задумался, — Александр я. Вот и познакомились.

— Скажи, Андрей, как это тебя на карман-то потянуло?

— Чего? — не понял тот.

— Воровать зачем пошел? Ведь не умеешь.

— Есть хотел.

— Родные живы? — продолжил допрос Саня.

— Нету, один я.

Еще неделю назад солдатский сын Андрей Соколов и думать не мог о непростой работе карманника.

— Мамка померла, а хозяин из дома прогнал. В шайку не берут, говорят — толку нет… Оголодал совсем, решил, авось повезет.

— Все ясно, — Александр помолчал, размышляя. — Ну что, Андрюха, считай, и впрямь, повезло тебе. Пойдешь ко мне в напарники? Будешь в батистовых портянках ходить, с серебра кушать.

— А чего делать надо? — недоверчиво спросил паренек.

— Да что и собирался. Только по-другому, и с умом.

— Не боись. У меня учителя были… Вам такие спецы еще и не снились. Один дядя Вася Москва чего стоил.

— Одежду тебе справим, ночлег будет, кусок хлеба…

— А чего, я согласный, — отозвался малец, несмело улыбаясь.

— Тогда, по рукам. Только упаси боже тебе меня обмануть…

— Да я что. Да я…

— Ладно, вижу, не собираешься. Был бы ты жулик, не поверил бы. А так, может, и не обманешь.

— Не, я верный буду тебе подельником, — выпятил грудь Андрейка.

— Может, и верным. Не зарекайся. Времени у нас совсем в обрез… Есть у тебя на примете швейных дел мастер, который не сдаст потом? — Александр сам удивился той легкости, с которой нашел верный тон. Его энергия передалась помощнику.

Тот припомнил: — Дядька Архип у нас по швейному делу. Я, когда с мамкой жил, товар суконный ему помогал разгружать, — вздохнул Андрейка. — Он у нас, знаешь какой, к нему за заказами даже господа приезжают.

— Ладно, веди, Сусанин, — толкнул проводника в спину Лис.

Дядька Архип, выкрест из иудеев, чего от него хотят, понял быстро.

Мундир, пошитый для чиновника сыскного приказа, оказался Александру впору. А две цены, предложенные за него Александром, стали решающим аргументом.

— Бери, — отчаянно тряхнул бороденкой щуплый портной. — А тому скажу, мол, спортил. Ничего, подождет, им не к спеху.

Нашлась и одежда попроще, но справная, приодели и его спутника. С обувью решили там же.

— Сгоняй к скорняку, — распорядился вошедший в роль заказчика Лис, подавая Архипу несколько монет. — Купи шубу — бобра или куницу, шапку, а еще армячок простой, но теплый. Процент, что сторгуешь, твой.

Через час из лавки вышел солидный человек, из купцов, в богатой шубе, и его слуга.

Остаток дня преобразившиеся напарники провели в поисках жилья. И тут вновь выручил Андрюха, подыскал комнату в хорошем доме.

«Время. Время», — стучала в голове у Сани единственная мысль. Он понимал, что отыскать припрятанный наскоро мешок и загадочный шлем постороннему ничего не стоит. А тогда все пропало.

«Однако, уныние тяжкий грех, — приободрил себя аферист. — Задача остается прежней: Попасть в палаты. А в идеале вернуться назад, в родное время».

Андрейка, сраженный столь быстрой сменой образа жизни, смотрел на спутника с немым восторгом, а если и удивлялся некоторым его причудам и непонятной речи, то виду не подавал.

— Значит, так, — присев в удобное кресло, закинул ногу на ногу Лис. — Купи газеты, бритву. Вот деньги, и помни: ты сейчас жирный гусь. На тебя каждый второй стойку делать будет, так что рот не разевай.

— Ась? — уставился на товарища напарник. — Какую еще газету?

— Ладно, проехали, — отыграл Лис.

— Слушай, — он прошелся по комнате, не зная, как отыскать выход. — А как у вас новости узнают? Нет, иначе весь цвет Московского общества.

— Замечательно, — подвел итог жулик.

— Андрейка, слушай внимательно, — обратился он к подельнику. — Красть грешно, но жить нужно, а мы с тобой ничего другого не умеем. Поэтому придется идти на дело, — закончил мораль воспитатель.

— Похоже, сказал для себя, — хмыкнул Лис. — Ладно, тогда перейдем к делу.

— Первое: иди на извоз и найми экипаж. Богатый, как баре ездят. И возница чтоб был не жуковатый, а благочинный. Понял? Выполняй. А я пока пройдусь, осмотрю окрестности.

Внимательно присматриваясь к манерам и повадкам чистой публики, Александр двинулся в центральную часть города. Найдя лавку с дорогой одеждой, приобрел роскошное платье. Обратно ехал на поданном услужливым хозяином экипаже. Впрочем, отпустил возницу Александр за полквартала от дома.

Андрейка уже вернулся и тихо сопел на диванчике в прихожей.

«Молодец, парнишка, в кровать не полез. Место знает», — удовлетворенно кивнул Лис.

Он умылся и начал преображение. Актерское прошлое выручило. Грим из подручных материалов лег ничуть не хуже фабричного. После настал черед одежды.

«Как они только в этом ходят?» — с огорчением повернулся он, привыкая к неудобному наряду.

Отвлек стук двери. Проснувшийся паренек с изумлением глядел на вальяжного господина с громадными бровями и толстым багровым носом.

— Барин, еще не вернулся, — склонился в поклоне оробевший спутник.

— Хватит спину гнуть, — усмехнулся Лис. — Заходи, чего хату студить.

— Ох, господь с тобой. Как это ты? Я чуть не помер с испугу. — Андрей потоптался у входа, не смея поверить своим глазам. — Вовек этакого богатства не видывал, — наконец решился высказать он свое впечатление.

— Ничего. Все нормально, — легкомысленно махнул рукой Лис. — Будешь меня слушать, сам в таком ходить станешь.

— Задача наша такова: Явиться на бал к графине Протасовой и очаровать всех. Очаровывать буду сам. Но, едва я проникну в зал, тебе нужно зайти в соседнюю комнату и запалить вот этот пакет. Не бойся. Огня не будет, а вот дыма обещаю с избытком, — Александр поднял со стола небольшой сверток. — Как задымит, выходи и жди в экипаже. Главное, следи, чтобы никто не перегородил дорогу. Я выйду и уезжаем. Если не появлюсь сразу, ждешь полчаса и свободен. Но, я думаю, до этого не дойдет, — из уст воришки, сумевшего загреметь в камеру после каждой попытки нарушить закон, три раза подряд, фраза звучала несколько двусмысленно. Но сейчас его не покидала уверенность в успехе операции.

— Отдохни, а я пока поработаю, — отпустил он помощника, а сам принялся нашивать на внутреннюю сторону костюма и дорогой шубы многочисленные карманы. Работал долго. Потому и проснулся поздно. В первый миг пробуждения и не сообразил, где он, но быстро пришел в себя: «Это ж надо… Восемнадцатый век. Еще этих, как их, декабристов нету. Но к делу. Сегодня все и решится».

Важный господин уселся в экипаж и откинулся на жесткую спинку. «Предусмотреть все невозможно, поэтому будем считать, что все готово», — выдохнул Александр и стукнул в фанерную стенку, предлагая трогать.

Бал в особняке графини, расположенном в Арбатском переулке, уже начался, когда у парадного входа замерла коляска, запряженная двойкой. Лакей распахнул дверцу и на освещенную дорожку вальяжно сошел немолодой барин. Не глядя по сторонам, он проследовал в дом.

В громадной прихожей гость снял форменную шляпу и, пригладив роскошную седую шевелюру, двинулся вперед. Полы тяжелой шубы распахнулись, на шее гостя мелькнул орден Андрея Первозванного. Купить его стоило больших трудов и денег, но совершенно необходимо. Какой же князь без «Андрея»? На широкой лестнице гостя встретил управляющий. Он поклонился и замер в ожидании.

— Князь Лисьев из Петербурга, доложи их сиятельству, — процедил вошедший.

Не ожидая ответа, князь двинулся к огромному зеркалу, рассматривая себя в отражении.

Его вицмундир, темно-зеленого цвета с бархатным воротником и обшлагами, соответствовал заявленному чину. На воротнике, обшлагах и карманных клапанах вицмундира шитый кант особого рисунка. Штаны до колен, одного цвета с камзолом. «Господи, привыкнуть к такому сразу непросто», — покачал головой новоиспеченный князь.

Трудно сказать, что побудило самозванца выбрать столь весомый титул. Возможно, опять-таки, рассказ профессора о некоем князе Иване Осиповиче Лисьеве.

Когда ученый узнал фамилию своего сокамерника, он загорелся идеей выяснить его родословную. Однако тут Александр ему помочь не сумел. Генеалогию своих предков он знал слабо, к тому же один его дед сгинул в тридцатые годы в лагерях, а второй погиб в Отечественную.

Он не успел закончить обзор, когда дверь в танцевальный зал распахнулась, и в вестибюль вышла пожилая, но крайне величавая дама. Она выглядела слегка удивленной. «Нежданный гость из столицы? Кто бы это мог быть?»

— Князь Лисьев, прибыл в Москву в свите Ее императорского высочества принцессы Елизаветы Петровны.

Князь поклонился и, приложившись к руке хозяйки, протянул ей лист пергаментной бумаги. Скрепленный сургучной печатью, свиток выглядел чрезвычайно солидно. И хотя для его изготовления ушло всего несколько граммов сургуча и монета с гербом, в руках сановного гостя он вызывал невольное уважение. Определиться с адресатом оказалось сложнее. Выручило вынужденное общение с ученым соседом. Худо- бедно Саня припомнил, что и как сложилось в тот период. Спасибо, еще, что угораздило выскочить в период поистине судьбоносный для России.

— Ее сиятельство герцогиня Анна Леопольдовна направила меня вручить Вам поздравительное письмо и пожелать Вам долгие лета. Она тепло вспоминала Вашего мужа, — сымпровизировал Александр и прикусил язык. Подождал реакции и с облегчением закончил: — Позвольте вручить Вам послание и присоединиться к поздравлениям, — князь поклонился, протягивая пергамент…