Фронт тайной войны

Иностранные разведки обучают своих агентов не только применять и тщательно скрывать технические средства, но в случае необходимости и уничтожать их. В шпионскую радиостанцию, например, закладываются замаскированные взрывные устройства, в фотоаппаратах монтируются кнопки, в результате нажима на которые фотопленки засвечиваются.

Для хранения разведывательных документов и шпионской информации устраиваются всевозможные тайники.

Агент американской разведки Корб, о которой рассказывалось выше, не расставалась с одной из своих дамских сумок. При обыске в этой сумке был найден тайник, куда она прятала секретные документы, тайнописные средства и адреса для пересылки шпионской информации.

Шпионы-туристы Рейдон и де Яхер неизменно держали при себе блокноты со шпионскими сведениями. Отправляясь однажды на молодежный вечер в Одессе, они искусно привязали эти блокноты к ногам.

Практика свидетельствует о том, что для сокрытия шпионских материалов агенты иностранных разведок используют самые разнообразные способы. В качестве тайников использовались, например, чемоданы с двойным дном, портфели и дамские сумки с двойной подкладкой, подошвы и каблуки ботинок, шляпы, галстуки, подтяжки, трости, зонты, пуговицы, кольца, авторучки, карандаши, платяные щетки, безопасные бритвы, помазки, тюбики с пастой, куски мыла, мундштуки, корешки книг, детские игрушки и т. д. и т. п. Шпионские материалы иногда обнаруживались заделанными в кондитерские изделия, буханки хлеба, грецкие орехи и фрукты, а также в болты, гайки и т. д.

В целях более надежной маскировки тайников их закладывают с учетом профессий и вида привычных занятий агента, например охоты, рыболовства и т. д. Так, агент американской разведки П., известный окружающим как охотник и рыболов, получил от своих шефов катушку для спиннинга, под крышкой которой были спрятаны инструкции о способах связи с разведцентром. А в рукоятке охотничьего ножа он хранил шифровальные и дешифровальные блокноты. А вот агент западногерманской разведки Станек, увлекавшийся цветоводством, хранил микрофотографии шпионских инструкций в клубнях цветов. Агент этой же разведки Эрих Шмидт, работавший проводником железнодорожного вагона, по рекомендации разведцентра заделывал шпионские материалы (кадры ‘фотопленки) в картонные проездные билеты и в таком виде доставлял их в Западный Берлин.

Для тайнописи разведчики применяют различного рода химикалии, которые в целях маскировки изготовляются в виде обычных карандашей, кровоостанавливающих камней и т. д. Иногда их маскируют также под лекарственные и гигиенические препараты — порошки, пудру. Бывают случаи, когда такими средствами тайнописи пропитываются носовые платки, салфетки. Достаточно намочить эти вещи в воде, и получится раствор специальных невидимых чернил. В химических лабораториях иностранных разведывательных органов для тайнописи изготовляется специальная копировальная бумага. Исходным материалом при этом являются обычные страницы книг, журналов, тетрадей, блокнотов.

Говоря о применении химии разведками империалистических государств, нельзя не сказать еще об одном направлении ее использования. Оказывается, некоторые химические препараты предназначены не только для достижения определенных шпионских целей, но и для уничтожения… самих агентов. Да, да, дело обстоит именно так.

Многочисленные факты показывают, что главари разведок нередко требуют, чтобы агент в случае задержания кончал жизнь самоубийством. Для этого ему выдают сильно действующие яды. Ампулы с ядом (чаще всего с цианистым калием) искусно заделываются в одежду (в воротник рубашки или пиджака), носовые платки и даже в зубные коронки. Так, например, у летчика Пауэрса при задержании была обнаружена и изъята обыкновенная на вид булавка. В действительности же она была отравлена ядом, от которого во время исследования подопытные животные моментально умирали. У другого агента на кончике булавки, вмонтированной в металлический футлярчик безобидного предмета, находился сильно действующий яд из группы кураре. Что ж, в обществе, где царит звериная, человеконенавистническая мораль империалистов, такое применение химии тоже вполне закономерно.

Вывод из сказанного очевиден: в сражения и бои тайной войны против сил социализма и демократии разведки империалистических государств ввели технические средства, созданные по последнему слову науки и техники. Это обстоятельство, как и все другие тактические новинки и уловки врага, обязывает нас неустанно повышать бдительность.

Под чужой маской

«В посольствах Соединенных Штатов, — заявляют авторы статьи, опубликованной в журнале «Лук» в июне 1964 года, — по всему свету имеется секретный этаж или отдел, где размещается миссия ЦРУ. Каждую миссию возглавляет начальник, в распоряжении которого несколько разведчиков. Эти разведчики сами вербуют для себя местных агентов для сбора разведывательной информации».

Сказано откровенно, а главное — точно.

Трудно представить более гнусное вероломство: среди дипломатов, призванных обеспечивать сношения своих правительств с нашим правительством, содействовать укреплению мира, находятся матерые шпионы, отравляющие взаимоотношения между странами. Однако это так и есть. Разведки империалистических государств, прежде всего США и Англии, действительно широко используют в тайной войне против СССР и других стран социалистического лагеря официальных сотрудников своих посольств, поручают им собирать разведывательные материалы.

Под прикрытием дипломатического паспорта разведчик чувствует себя гораздо лучше, чем агент, заброшенный нелегально. Шпион-дипломат, как лицо официальное, может свободно передвигаться по территории страны, при правительстве которой аккредитован, встречаться с людьми этого государства. Кроме того, он пользуется правом экстерриториальности и не может быть арестован за преступную деятельность. Самое большее, что можно с ним сделать, — это рассказать о его неблаговидных делах в печати, объявить персоной «нон грата» (нежелательной личностью) и выдворить из страны. Порядочный человек сгорел бы при этом от стыда, но для людей без чести и совести, приезжающих к нам под чужой маской, меры морального воздействия и даже выдворение из страны не имеют ровно никакого значения. Больше того, после скандальных происшествий они становятся в глазах определенной части своего общества героями.

Именно таким человеком без чести и совести был в свое время военно-воздушный атташе США в Москве Керстен. Не беремся утверждать, сидел ли он на секретном этаже или в секретном отделе, отведенном в американском посольстве миссии ЦРУ, но действовал он как наглый разведчик.

Разъезжая по территории СССР, Керстен стремился проникнуть в расположение важных военных и военно-промышленных объектов, а будучи в Одессе, фотографировал военные корабли и некоторые береговые сооружения, что ни в какой мере не входило в его дипломатические обязанности. Не лучшим образом он и его помощник Макдональд вели себя во время поездки в город Курган. Находясь в поезде, они зорко присматривались к железнодорожным мостам, аэродромам, антенным устройствам, заводам и другим предприятиям. И не только присматривались, но делали обо всем этом записи в тетрадях, многое фотографировали из окон вагона.

При фотографировании одного из военных объектов они и «погорели». При задержании у Керстена была отобрана фотопленка, на которой имелись кадры, запечатлевшие самолеты и военно-промышленные объекты, а у Макдональда — несколько тетрадей с разведывательными записями.

Были случаи, когда дипломатические представители ряда капиталистических государств устраивали на крышах своих посольств наблюдательные посты. Вооружившись специальной аппаратурой, они пытались определять боевые свойства военной техники, участвующей в праздничных парадах.

Военный атташе США в Москве генерал-майор Роберт У. Гроу в целях сбора военной информации неоднократно пытался проникнуть в запретные для иностранцев районы. При попытке осмотреть зенитные батареи и радарные установки он и его помощник Торнал были задержаны.

Разъезжая по нашей стране, Гроу тщательно изучал все, что имело какое-либо отношение к обороне страны. В его дневнике, который удалось сфотографировать во время одной конференции во Франкфурте-на-Майне, содержалась запись, ставшая достоянием мировой общественности. Вот она:

«…Этот мост здесь — лучшая мишень на юге России. Уничтожение его вместе с мостом через Кубань у станции Кавказская отрезало бы весь Кавказ, если не считать малоудобной дороги на Астрахань, которую можно было бы легко разрушить».

А атташе американского посольства Рассел Ланджели занимался шпионажем вместе со своей женой Марианной Эстер. Она сопровождала его во всех поездках по промышленным окраинам Москвы и Подмосковья. Иногда в такие поездки они брали с собой троих детей, служивших для них камуфляжем, ширмой.

В один из майских дней 1958 года Ланджели прибыл со всем семейством на Ленинские горы. Разыгрывая роль добропорядочного семьянина, он создавал впечатление, что выехал на отдых. Но не для развлечений и отдыха прибыл сюда этот шпион — жена и дети лишь прикрывали его грязное дело. Выбрав наиболее удобный момент, когда не было вокруг людей, он оборудовал тайник и оставил в нем водонепроницаемый пакет. В пакете, между двух металлических пластинок, обмотанных изоляционной лентой, оказались две тысячи рублей, инструкция для неизвестного агента, микроскопически напечатанная на маленьких листках, и таблетки, применяемые в тайнописи. Как и следовало ожидать, спустя некоторое время сюда явился морально разложившийся тип, по кличке Даниил, который состоял на службе американской разведки.

Ланджели был весьма хладнокровным и изобретательным шпионом, но все же попался. Это произошло во время его встречи с Даниилом в автобусе маршрута № 107 в Москве. Оба негодяя были взяты с поличным: у Ланджели оказалось только что полученное от агента донесение, а у Даниила — инструкции разведцентра, а также очередное вознаграждение за предательство.

По требованию МИДа СССР Ланджели, объявленный персоной «нон грата», выдворен из нашей страны. Что касается Даниила, то он за измену Родине и шпионаж был приговорен к расстрелу и уничтожен как бешеная собака.

Работники посольства Соединенных Штатов Америки в СССР второй секретарь В. Джонс, атташе X. Монтгомери, помощник военно-воздушного атташе А. Дэвисон, атташе Р. Карлсон и секретарь-архивист Р. Джэкоб также занимались шпионской деятельностью, используя свое официальное положение дипломатов. В частности, они были связаны с изменником Родины шпионом Пеньковским. В связи с этим Министерство иностранных дел СССР заявило США протест по поводу незаконной деятельности указанных сотрудников посольства, являющейся грубым нарушением норм поведения дипломатического персонала, объявило их персонами «нон грата» и потребовало немедленно покинуть нашу страну.

Аналогичная нота была направлена и Великобритании. Она была вызвана тем, что работники посольства Великобритании второй секретарь Р. Чизхолм и его супруга А. Чизхолм, второй секретарь Г. Кауэлл и его супруга П. Кауэлл, помощник военно-морского атташе Д. Варлей, атташе Ф. Стюарт и служащий посольства А. Рауселл также совместно с Пеньковским и Винном занимались шпионской деятельностью.

Все они по требованию МИДа СССР выдворены из нашей страны.

Чувство глубокого возмущения вызвала у советских людей наглая выходка помощников военно-воздушного атташе США подполковника Э. X. Смита и капитана Э. Дж. Зветика, а также военно-воздушного атташе Великобритании командора авиации А. Н. Дэвиса. Эти господа во время одной из шпионских поездок по маршруту Москва — Орел и обратно пристально присматривались к военным и промышленным объектам, особенно химическим предприятиям. Имеющийся в Туле аэродром настолько привлек их внимание, что они решили проникнуть на летное поле… через дыру в заборе, где их и схватили за руку местные жители Пономарев, Пинаичев, Лентяев и младший сержант Дядьчин.

В мае 1963 года так же бессовестно действовали американские офицеры Л. А. Брэкен, Ф. Г. Бэббитт и Д. Дж. Колган, совершавшие поездку в Мурманск. Они тоже пробрались в запретную зону к военным объектам и были там задержаны.

В октябре того же года Л. А. Брэкен, С. Сэвидж, Дж. М. Ландриген и Дж. Ф. Смит летели в Ростов. В нарушение советских порядков они пытались делать снимки из окна самолета. Экипаж самолета изъял у них аппарат.

В феврале 1964 года Брэкен с тремя компаньонами на теплоходе «Крым» путешествовал из Одессы в Батуми. Украдкой они делали фотоснимки кораблей и других объектов в районе Севастополя. А 14 февраля Брэкен и Сэвидж «прославились» в Ленинграде. Они сфотографировали военные объекты из окна автомашины и попытались удрать. Не удалось. Возмущенные ленинградцы буквально осадили их машину. Закрывшись в ней, Брэкен и Сэвидж во избежание худшего вынуждены были на глазах у публики засветить фотопленку и сжечь сделанные ими записи.

Список шпионов-дипломатов можно бы продолжить. Но достаточно, пожалуй, и сказанного, чтобы убедиться, насколько подло и вероломно ведут себя агенты империалистических разведок, находясь в нашей стране в качестве дипломатов.

Говоря о шпионской деятельности некоторых иностранных дипломатов, нам представляется необходимым напомнить и о других неблаговидных делах, которыми занимаются эти господа. Речь идет о спекуляции валютой и валютными ценностями, что с полным основанием расценивается как экономическая диверсия против нашего государства.

Некоторые сотрудники представительств капиталистических государств контрабандным путем привозят в СССР значительное количество золотых монет (в том числе «царской чеканки», которые на поверку иногда оказываются грубой подделкой), всевозможные изделия из золота, бумажные деньги и различные товары. Спекулируя валютой и контрабандными товарами, они втягивают в преступные сделки некоторых неустойчивых и тунеядствующих советских граждан, приобретают советскую валюту, а также различные товары и вывозят их за границу.

За преступную деятельность, выразившуюся в спекуляции валютными ценностями и контрабандными товарами, были выдворены из Советского Союза горничная американского посла итальянка Сторони и ее брат, служивший в турецком посольстве. Эти лица длительное время контрабандным путем привозили в СССР золотые часы и американские доллары и сбывали их спекулянтам.

В марте 1962 года сотрудниками Комитета Государственной Безопасности при Совете Министров СССР был арестован архивариус иранского посольства в Москве Барги. Он занимался спекуляцией валютой, которой его снабжали работники посольства, в том числе пресс-атташе Бушехрипур, выдворенный за эти неблаговидные дела из нашей страны.

Таковы моральные устои некоторых буржуазных дипломатов, выходцев из так называемого «свободного мира», штатных резидентов разведок своих стран. Впрочем, шпионаж и бизнес в том мире — две стороны одной медали…

Враги среди друзей

У советского народа много искренних друзей во всех частях света. Эти люди при первой же возможности стараются побывать в нашей стране. Направляясь в Советский Союз с чистым сердцем, они ближе знакомятся с укладом нашей жизни, с борьбой нашего народа за коммунизм, изучают систему народного образования и здравоохранения, любуются неповторимой красотой природы и архитектурных ансамблей, наслаждаются произведениями реалистического искусства в картинных галереях, театрах, концертных залах.

Советских людей радует все возрастающая тяга иностранцев к нашей стране, и они приветливо встречают гостей независимо от того, откуда они приезжают. Тысячи, десятки тысяч ежегодно приезжающих туристов проявляют живейший интерес к самым различным сторонам жизни нашего общества.

— Мы приехали в вашу страну, — говорят многие туристы, — чтобы лучше узнать, как вы живете. Вы поражаете мир темпами своего развития, достижениями науки и техники. Не скроем, мы ищем ответ на загадочный для Запада вопрос: почему вы первыми вывели на орбиту искусственный спутник Земли, первыми доставили свой вымпел на Луну, первыми покорили космос?.. Почему?.. Как вы это сделали?..

Даже за непродолжительное время пребывания в СССР честные и любознательные иностранцы получают ответы на эти и многие другие вопросы. Возвратившись в свои страны, они объективно рассказывают о наших несомненных успехах и не решенных еще проблемах.

Можно без преувеличения сказать, что после приезда к нам каждого здравомыслящего и непредубежденного человека из-за рубежа у нас появляются десятки новых иностранных друзей. Но вместе с тем всем нам следует знать, что разведки империалистических государств всячески используют международный туризм для расширения фронта тайной войны. Одним из проявлений этого грязного замысла является посылка в составе туристских групп разведчиков. Кроме того, разведки всячески пытаются выведать у возвращающихся туристов сведения и впечатления, представляющие для них определенный интерес.

О том, что главари империалистических разведок будут использовать туристов для сбора разведывательных сведений, стало известно еще в 1947 году, когда Даллес представил сенатской комиссии по вооруженным силам публичный меморандум. В нем, в частности, указывалось на туризм как на один из открытых источников получения информации, интересующей правительство США.

Вот примеры, показывающие, как туризм используется с целью шпионажа.

23 июля 1961 года через контрольно-пропускной пункт «Ужгород» на автомашине «фольксваген» прибыл в нашу страну американский турист Марвин Вильям Макинен. Это был студент второго курса так называемого «свободного университета» в Западном Берлине, куда он приехал из США в порядке обмена студентами.

Макинен немного владел русским языком. В его паспорте имелась отметка о том, что с 28 марта по 3 апреля 1961 года он находился в Советском Союзе. Въезжал и выезжал через КПП «Выборг»; в Москве был прописан в гостинице «Метрополь».

Итак, студент менее чем через три месяца после выезда из Советского Союза снова приехал сюда. Можно было подумать, что его чем-то заинтересовали у нас, а его родители — люди весьма состоятельные, не жалеют денег для того, чтобы их сын мог удовлетворить свое любопытство к далекой и своеобразной стране.

Макинен должен был следовать по маршруту: Ужгород — Львов — Киев — Одесса — Ялта — Левшино (близ Запорожья) — Харьков — Москва — Минск — Брест.

Чем же интересовался молодой американец с фотоаппаратом на плече? С первых же минут пребывания на советской земле его стали занимать объекты, на которые обычные туристы не обращают внимания. В одном месте он остановился недалеко от летного поля и, выйдя из машины, долго осматривал его. Находясь в одном из городов, почему-то оказался вблизи расположения воинской части. Во время следования по автотрассе сфотографировал крупный радиоцентр, произвел ряд снимков расположения воинской части, некоторых промышленных объектов и высоковольтных линий электропередач. Было ясно, что больше всего он проявлял интерес ко всему военному. При встрече с воинскими машинами он сбавлял скорость и внимательно рассматривал их. Иногда он нагонял такие машины и следовал за ними, хотя имел возможность произвести обгон.

Следуя по территории Львовской области, Макинен встретил несколько колонн автомашин с военнослужащими и техникой. Фотографируя их, он привлек к себе внимание офицеров и солдат. Последовало приказание остановиться, но турист решил продемонстрировать превосходство скорости легковой машины над скоростью полностью загруженных военных машин, и ему удалось оторваться от них. Но такое поведение иностранца вызвало у военнослужащих вполне законное подозрение…

Следуя дальше, шпион (в этом уже сомнения не было) сфотографировал железнодорожный мост. В Киеве во время фотографирования штаба воинской части Макинен был задержан и с санкции прокурора арестован.

При обыске в его машине работники госбезопасности нашли специальный нательный пояс с семью экспонированными фотопленками, блокнот с записями разведывательного характера, географические карты, план Киева. На проявленных в присутствии Макинена фотопленках оказались заснятыми в колоннах и отдельно воинские автомашины, мосты, цистерны с горючим, антенное устройство, линии высоковольтных передач и другие военные и промышленные объекты. А в чемодане была обнаружена черная тетрадь с условными записями шпионского характера. Вот одна из них: «Проехав 215 км, я осматривал мотор». Это означало, как пояснил хозяин тетради, что, проезжая 215-й километр на участке Старый Львов, он увидел железнодорожный мост и проходивший по нему поезд, составленный из цистерн. Мост и часть поезда были сфотографированы.

— Для каких целей вы фотографировали военные и промышленные объекты? — спросили Макинена.

— Я делал это из познавательных побуждений, не зная, что такие объекты фотографировать запрещено, — ответил он, но тут же осекся: такой ответ даже ему самому показался слишком наивным и неправдоподобным. Подумав, он дал обещание рассказать «правду».

— Я занимался фотографированием военных объектов по поручению своего знакомого по Берлинскому университету Рудницкого, связанного с центром одной украинской эмигрантской организации в Париже.

Но и этот ответ был шит белыми нитками. Стоило спросить следователю шпиона, почему он, лютеранин по вероисповеданию и американец по происхождению, согласился рисковать ради католиков и каких-то эмигрантских отщепенцев, как Макинен не смог дать членораздельного ответа и, запутавшись окончательно, замолчал.

Но вещественные доказательства говорили сами за себя, и Макинен после долгого колебания признался, что прибыл в СССР со шпионскими намерениями, и дал следствию собственноручные показания. Он показал, что в начале июля 1961 года в Западном Берлине был завербован сотрудниками военной разведки США Даером и Джимом, которым стало известно о его намерении совершить поездку в Советский Союз. Эти профессиональные шпионы научили его распознавать советскую военную технику и военные объекты, ознакомили с формой одежды военнослужащих различных родов наших войск. От них он узнал, по каким признакам можно определить типы танков, полевых орудий, военных автомашин, находящихся на вооружении Советской Армии, а также воинские звания и эмблемы на погонах и петлицах воинов. Макинен получил от них также задание добыть сведения о высоковольтных линиях электропередач, воинских казармах, железнодорожных мостах и о других объектах, которые, по его мнению, могли представлять ценность для военной разведки.

Маршрут шпионской поездки агента американской разведки Макинена. (Пунктиром обозначен путь, по которому он должен был бы следовать, если бы его не задержали.)

Точное описание и местонахождение военных объектов, которые окажутся в поле его зрения во время поездки, он должен был представить Даеру и Джиму по возвращении в Берлин.

Непосредственную подготовку к поездке в Советский Союз Макинен, по указанию американских разведчиков, проводил самостоятельно через агентство «Интурист». Ему лишь поставили условие, чтобы он обязательно въехал на территорию СССР через КПП «Ужгород». Это условие разведчики объясняли тем, что их интересует характер и назначение наземных построек имеющегося там аэродрома.

Затем Макинен был снабжен специальным нательным поясом с рядом отделений, предназначенных для хранения шпионских материалов — фотографических пленок и записей. Дали ему код, научив пользоваться им, а также псевдоним — Вилл. Расходы по поездке американская разведка полностью взяла на себя. Кроме того, Макинену было обещано приличное вознаграждение после того, как он привезет шпионские сведения. Но шпион просчитался: он получил «вознаграждение» за свои грязные дела не от американской разведки, а от военного трибунала Киевского военного округа в виде длительного срока лишения свободы.

Советское правительство неоднократно ставило перед правительствами Соединенных Штатов Америки и Федеративной Республики Германии вопрос о недопустимости использования туризма в шпионских целях. Но, к сожалению, необходимых мер с их стороны не принято. Злоупотребляя гостеприимством советских людей, попирая нормы международного права, империалистические разведки направляли к нам под маской туристов многих своих агентов. Кроме Макинена органы госбезопасности нашей страны за последние годы разоблачили еще ряд шпионов, действовавших под маской туристов.

В 1962 году в Советский Союз прибыли из ФРГ в качестве автотуристов два молодых немца — Зоннтаг и Науманн. Это тоже студенты. Путешествие в Советский Союз они предприняли якобы потому, что увлекались русским языком. На самом же деле цель их поездки не имела ничего общего с лингвистикой. При таможенном досмотре было установлено, что во время пребывания в нашей стране они занимались шпионской деятельностью, о чем свидетельствовали фотопленки и записи с разведывательными данными. Припертые вещественными доказательствами, Зоннтаг и Науманн сознались, что прибыли в Советский Союз по заданию американской разведки.

Они были завербованы сотрудниками Центрального разведывательного управления США Генри и Олсеном, которые при первой встрече с этими немцами назвались сотрудниками ежемесячного американского журнала «Викенд». Затем в течение июня — августа 1961 года Зоннтаг и Науманн в соответствии с полученным заданием обучались методам распознавания в Советском Союзе военных объектов, подъездных путей к ним, транспортных средств для перевозки ракет и радарных установок, пользованию тайнописными средствами, а также фотографирования объектов. По окончании этой подготовки они получили от американских разведчиков фотоаппарат «верра», шариковые автокарандаши для тайнописи, около 2000 западногерманских марок и туристское снаряжение.

Напутствуя шпионов, представители американской разведки советовали им выявлять в нашей стране морально неустойчивых или чем-то недовольных людей, установить с ними «дружескую» связь. Эти люди, по мнению разведчиков, могут оказаться подходящими кандидатами для вербовки в шпионскую сеть.

С аналогичной целью приезжал в Советский Союз и «турист» Каминский. Он также был задержан на контрольно-пропускном пункте государственной границы. В качестве «впечатлений» о поездке по нашей стране он тоже пытался вывезти фотопленки с кадрами и блокнот с записями разведывательного характера. В частности, он сфотографировал радарную установку, участок железной дороги со следовавшим по нему эшелоном цистерн, радиомачты и другие объекты. А в записной книжке содержались пометки о дислокации одной артиллерийской базы, о наличии военнослужащих в некоторых населенных пунктах, расположении военных лагерей и дорог, ведущих к ним, о дислокации военного аэродрома с указанием типов самолетов и ряд других данных.

Кроме того, под сиденьем его автомашины был обнаружен целлофановый пакет, в котором находились различные растения: куст папоротника с корнями, ветки ели, кора тополя и березы. Конечно, не из любви к русской природе собирал это «турист» Каминский. Оказалось, что «коллекция» растений — тоже шпионский материал, предназначенный для определения атмосферных осадков радиоактивных веществ в местах их произрастания и наличия таких веществ в земле.

При расследовании дела Каминского было установлено, что он был завербован американской разведывательной организацией, действовавшей под прикрытием специального фонда «феар Крафт» (благотворительность). Представители этого фонда, посылая своего нового агента в поездку по Советскому Союзу, все расходы взяли на свой счет и, кроме того, дали ему аванс в сумме 2000 долларов.

Было бы ошибочным думать, что только таких молодых людей, жадных до денег, вербуют в качестве агентов империалистические разведки и засылают их к нам под видом туристов. Среди приезжающих к нам встречаются шпионы иного сорта, такие, как немцы Адольф Вернер и его супруга Хермина — жители города Карлсруэ, Западной Германии.

Адольф Вернер — член национал-социалистской партии фашистской Германии. Во время фашистского нашествия он был унтер-офицером, длительное время воевал против Советской Армии, командуя взводом первой пехотной дивизии СС, действовавшей на Украине, в Белоруссии и под Орлом. Здесь он не раз отличался жестокой расправой над пленными и местным населением, за что от имени фюрера награжден Железными крестами I и II степени.

Снаряжение американского шпиона Каминского

После окончания войны Вернер работал на частных предприятиях обувной промышленности, а с 1957 года — заведовал обувным отделом универмага в Карлсруэ. Начиная с 1952 года он регулярно выезжал в туристские командировки — в Австрию, Францию, Италию, Португалию, Турцию. По возвращении домой писал об этих поездках статьи, выступал с лекциями. В начале 1961 года Вернер получил письмо из Штутгарта от некоего Аль Джонсона, который предлагал ему встретиться. Во время встречи Джонсон назвался представителем американской газетной фирмы, которого якобы заинтересовало литературное мастерство новоявленного автора: путевых заметок. Потом он предложил Вернеру совершить туристическую поездку в Советский Союз и выполнить там некоторые поручения фирмы. За это он обязался оплатить расходы, связанные с поездкой.

Вернер, которому так хотелось еще раз побывать в Советском Союзе, в частности на Украине, где он зверствовал во время войны, без всяких колебаний принял предложение американца, который проникся доверием к бывшему эсэсовцу и назвал себя настоящим именем — Бауэр. После этого они стали встречаться на конспиративных квартирах. В этих встречах принимал участие еще и другой разведчик, назвавшийся Дааном.

— Бауэр мне заявил, — показал Вернер, — что его интересуют сведения военного характера: аэродромы, радиостанции, радарные установки, расположение воинских частей, передвижение военнослужащих, боевой техники, наличие мостов и других сооружений…

Маршрут поездки по территории СССР был разработан, конечно, Бауэром и Дааном. Их интересовали определенные места, и прежде всего Одесса, Севастополь, Феодосия.

— Разведчики советовали мне, — заявил Вернер, — ехать медленно, быть наблюдательным и запоминать все объекты военного значения, большие мосты и места их расположения. Во время пребывания в Севастополе и Феодосии я должен с какой-либо высоты сделать панорамные снимки этих городов. В Севастополе я должен был запомнить независимо от назначения различные мачты или вышки.

Во время последней встречи Вернера с представителями американской разведки он получил заверение в абсолютной безопасности «туристской» поездки по СССР и… две тысячи марок. (Такса, оказывается, установлена для всех одинаковая!) При этом ему, как и другим задержанным нашими органами шпионам, было сказано, что окончательный размер вознаграждения будет зависеть от важности и количества собранных сведений.

Этого вознаграждения супруги Вернер не смогли получить. 2 сентября они были задержаны в районе расположения воинской части под Киевом. При обыске у них обнаружены технические средства ведения визуальной разведки и фотографирования военных и промышленных объектов, большое количество фотопленок со снимками разведывательного характера, дневник с зашифрованными шпионскими записями, а также средства тайнописи.

Так закончилась бесславная карьера недобитого гитлеровского унтер-офицера и эсэсовца — Вернера и его супруги. Оба они получили по заслугам.

…Едут и едут к нам туристы со всех концов света. Им есть что посмотреть у нас. Советские люди приветствуют и радушно принимают с традиционным русским гостеприимством всех, кто хочет познакомиться с нашей страной. Но если среди порядочных и желанных гостей окажутся агенты империалистических разведок, пусть они пеняют на себя — их преступления не останутся незамеченными.

Все это в полной мере относится к персоналу различных иностранных выставок, устраиваемых в Москве и ряде других городов, а также корреспондентам иностранных газет и журналов, торговых и спортивных делегаций, деятелям науки и культуры. Они пользуются в нашей стране большей, чем где-либо, свободой для взаимно полезной деятельности. Но тем из них, кто выполняет задания империалистических разведок, мы должны противопоставить свою бдительность.

«Битва идей»

«Мы должны понять, — говорил один из самых реакционных глашатаев американской внешней политики Никсон, — что в сегодняшнем мире идет великая битва идей…» «Мы должны переспорить или умереть».

Итак — «переспорить или умереть». Эти слова можно считать своеобразным девизом современных апологетов империализма. Весь ход развития общества неопровержимо показывает, что на их долю достанется последнее, что надежда выиграть «битву идей» является иллюзорной от начала до конца, потому что буржуазия уже не в состоянии выдвинуть идеи, которые могли бы увлечь за собой народные массы. Известный американский буржуазный социолог Д. Лергер отмечал, что «идеи, которые Америка предлагает на мировом политическом рынке за последние 30 лет, находят все меньше и меньше покупателей. Для все большего числа людей во всем мире то, что мы предлагаем, представляется старыми, подпорченными товарами, которые имеют малую притягательную силу».

Несмотря на то что «битва идей» не сулит лавров силам реакции, грязная волна антикоммунизма растет и ширится, причем ее формы и методы не имеют ничего общего с честным спором по существу современных социальных проблем. Все свидетельствует о том, что буржуазная идеология носит подрывной характер, представляет собой длинную цепь идеологических диверсий, которые с полным основанием могут рассматриваться как один из тактических приемов тайной войны. Впрочем, этого не скрывают и сами лидеры империализма. Так, например, бывший президент США Джон Кеннеди в одном из своих публичных выступлений прямо заявил, что идеологический натиск должен дополнить военные приготовления. «Мы должны, — говорил он, — активизировать наши усилия в такой области борьбы, которая во многих отношениях гораздо труднее, чем война».

В Америке эти диверсии, дополняющие военные приготовления, получили название «психологической войны», в Западной Германии — «интеллектуальной войны», в Англии — «политической войны». И хотя «битва идей» имеет разные названия, ее цель всюду одна и та же: «проникать в чужие страны и расшатывать их общество», как откровенно и цинично заявляют адвокаты и грязные дельцы буржуазного мира.

Успехи Советского Союза и всего социалистического лагеря вызывают животный страх и жгучую ненависть в странах империализма. Перспективы неминуемого поражения в соревновании с социализмом страшат буржуазных авантюристов всех мастей. Они понимают, что историческая обстановка складывается не в их пользу, что ныне уже невозможно защитить империализм только силой оружия. Не случайно один из американских социологов остроумно заметил: «Решать политические проблемы с помощью ядерного оружия — все равно что пользоваться динамитом для того, чтобы избавиться от мышей в доме».

В книге, недавно вышедшей в свет, французский либеральный публицист Бернар Лавернь пишет: «Если Советский Союз внушает западным державам одновременно страх и ненависть, то это объясняется не тем, что он владеет более обширной территорией, чем территория царской империи. Причина заключается в том, что Россия имеет сейчас совсем другую идеологию, чем та, которая была характерна для нее до 1917 года».

В жизненности и притягательной силе коммунистических идей империалисты видят основную угрозу своему будущему. Арсенал же буржуазной идеологии устарел, отжил и выброшен на кладбище истории как идейный хлам разбитых надежд и бесплодных исканий. Адвокаты империализма сейчас лихорадочно выдумывают новые «теории» и создают новые «концепции», которые отвечали бы их преступным замыслам, чтобы до поры до времени скрывали их звериное лицо врагов коммунизма. Один из адвокатов «американского образа жизни» и американской политики совершенно ясно выразился по этому поводу: «Коммунизм, вооруженный… сильной и притягательной пропагандой, обращается против нас. Нам нужно повернуть этот процесс вспять, а для этого требуется одно: скомпрометировать в глазах народов притягательные идеи коммунизма».

В книге «Америка нуждается в идеологии», которая написана американскими авторами, говорится следующее: «Человек, обладающий идеологией, привлекает на свою сторону человека без идеологии. В этом секрет силы коммунизма в современном мире. Человек без идеологии никогда не сможет привлечь на свою сторону того, кто обладает ею. В этом секрет краха американской демократии».

Придавая столь большое значение роли идей в современной жизни общества, империалисты ведут речь не о разработке нового идейного фундамента внутри своих стран, а об экспорте своего, по словам Лергера, «подпорченного идейного товара». Суть его состоит в том, чтобы пропагандировать в качестве стандарта современного образа жизни «американский образ жизни» и путем проведения этой идеологической диверсии вести закулисную подготовку к развязыванию военных авантюр, организации заговоров и переворотов, расшатывать политические и идеологические основы общественного строя и государственного устройства своих противников.

В последние годы в Америке издается большое количество книг об идеологических диверсиях. Лейтмотивом их содержания являются слова, оброненные одним автором: «Мы должны стремиться превратить коммунистический мир в основное поле битвы». А бывший помощник государственного секретаря США Бентон высказался еще более определенно. «Мы должны, — официально заявил он, — вести войну идей в лагере врага — добраться до русских намного важнее, чем добраться до Луны».

Подрывная «психологическая война» во всех ее видах и формах возведена ныне в ранг государственной политики империалистических государств. Об этом свидетельствует тот факт, что во главе огромного и широко разветвленного пропагандистского аппарата стоят президенты, канцлеры, премьеры. Так, например, политическое руководство мощной пропагандистской машиной США осуществляется лично президентом через находящийся при нем высший консультативный орган — Совет национальной безопасности (СНБ). Специалисты по «холодной войне» на Западе, в том числе ее американские представители Роберт Холт и Роберт ван де Вельде, считают, что «тотальная стратегия» борьбы против коммунизма должна предусматривать комплексное использование всех четырех основных средств государственной политики: дипломатических, военных, экономических и психологических.