Свалка

- Гонишь, - не выдержал, Юра.

- Заметно, да? - он весело хмыкнул, улыбаясь во весь рот. - Насчет почесаться соврал, остальное - истинная правда. Если, конечно, пистолет не изготовлен системой. Убийство мусорщика - это много очков. Ночью опытные бродяги выходят на охоту, мусорщики на них, они на мусорщиков. Все понятно?

- Нихрена не понятно, - покачал головой Жданов.

- Ничего, въедешь, или выедешь, - и рыжий заржал собственной шутке. - До ближайшей точки тут примерно пара километров.

- Немного вроде.

- Не разочаровывай меня, Ждун, ты вообще слышал, что я тебе сейчас говорил? Очень часто случаются прорывы и сквозь брешь проскакивают такие твари, что за полдня могли вырезать небольшой городок на старушке Земле. Их не всегда успевают уничтожать, они прячутся в руинах, очень хорошо маскируются. А еще в прорывы лезут боевые роботы с задачей уничтожать все внутри защитного купола, и спятившие андроиды, эти вообще режут все, что называется хомосапиенсами. И не забывай про мясников, они заражены каким-то паразитом, цепляют за периметром, Система пропускает их внутрь пояса свободно, сколько мы не пытались ограничить им проход через экран, ответ один - отказ. Эти твари тоже в Системе, как и я, в этом отношении она туповата, и режут они глупое мясо, получая за это очки. Так что, если есть желание, можешь выти на середину проезжей части и бежать, что есть мочи. Результат будет один - умрешь уставшим. Ты в армии служил, мент?

Бывший капитан кивнул.

- Даже немного повоевал.

- Тогда ты поймешь, считай, что это разведвыход в тыл противника. Вертишь головой, создаешь меньше шуму, всех стремаешься! Ферштейн?

Юра кивнул. Место, в котором он оказался, если, конечно, рыжий ему не вешал лапшу на уши, бывшему капитану полиции очень не нравилось.

- Что есть вокруг? Еда? Оружие?

- Внутри оборонного периметра можно кое-что найти, но везение должно быть запредельное. Если наткнешься на следы недавнего боя, и если трофейщики не все подняли, считай, повезло. Ночью в выжженных землях выживают единицы, и то очень крутые ребята, там жизнь постоянная, найти можно много всего, сотни километров руин. Но хуже всего это мусорщики, во тьме они правят бал. С первым лучом они исчезают, я без понятия, куда, никто никогда не видел их логова.

- Еду здесь можно найти?

- Нет, - покачал головой Ржавый, - еда - это одна из главных ценностей. Ты думаешь, я бы жрал консервы из какой-то хрени, понятия не имею из какой, и хлеб из вакуумных пакетов, напоминающий бумагу, если бы мог найти икру или еще что? Нет, друг, еды тут нет. Стабильно есть дает только Система на точке или, как я ее зову, контрольке. С водой обычно проблем нет, а вот всякая химия, типа газировок, спиртного, это деликатес. Только за очки. И да, чтобы ты понял, все на Свалке не из нашего мирка, если ты сейчас про колу или фанту подумал, забудь, это что-то чужое, но пить можно, и даже вкусно, хотя, наверное, химия сплошная, со жрачкой то же самое. Так что, забудь о халяве, хочешь хорошо есть, тогда выполняй сложные задания. А так система будет тебя кормить трижды в день миской бурды, что-то вроде белковой каши, с голоду не подохнешь, но безвкусная жижа, похожая на обойный клей, будет застревать в твоей глотке уже через пару дней. Система не любит праздность, сидеть на жопе ровно не получится. Опасайся рэкетиров, не бери в долг, вовек не расплатишься. Тут можно жить. Только сложно. Слушай, ты слишком спокоен, - неожиданно заметил Ржавый, - я ведь лица забываю, имена и прозвища, какие-то факты из рассказанных биографий, но все равно, кое-что остается, редко такие флегмы, как ты, попадаются, мне такие истерики закатывают. Мужики плачут иногда как дети, пытаются влезть в капсулу, просят закрыть, думают, их обратно отправят. А ты нормально так новость переварил, словно не в первый раз уже.

Жданов пожал плечами.

- Не знаю. А что, поможет, если я сейчас завою? Или буду назад проситься, ваша всемогущая Система меня что, обратно отправит? Нет, тут только вперед.

Он зевнул, голова раскалывалась, он нуждался в отдыхе, очень хотелось спать.

- Ложись, покимарь, - предложил ловец, доставая из шкафа какой-то рулон типа туристической пенки и тонкое одеяло, - до рассвета еще часа четыре, бодрость тебе пригодится. Время, пока светло, используй по максимуму. Ночью хорошие люди сидят в нычке и носу не высовывают.

Жданов забрал у Ржавого «постельные принадлежности» и быстро устроил себе кровать у стены, глаза закрылись сами собой. В нос ударил запах мочи и крови, в груди появилась жуткая боль. Он открыл глаза, вокруг было темно, кто-то плакал рядом, женщина или девушка, в темной подворотне было ни черта не разглядеть, только белый плащ, забрызганный темным. Где-то в городе стреляли. Далеко.

- Жив, - прошипел Юра. Его взгляд уперся в лицо лысого, тот лежал прямо рядом в полуметре, его остановившийся взгляд уперся в переносицу капитана, в нем было столько ненависти.

И тут его толкнули, вспышка боли, и он, открыв глаза, увидел все тот же белый безликий потолок.

- Можешь не рассказывать, знаю, что тебе снилось, - пояснил рыжий. - Всем новеньким это снится. Ты думаешь, что ты жив, и сейчас в коме. Это не так, забудь. Чем дольше тут будешь, тем реже будут эти сны, я знаю, о чем говорю. Наиболее яркие они, когда ты еще не занесен в Систему, но когда получишь прописку, станет легче. Ты бы знал, как я валялся под насыпью и чувствовал каждый перелом. Попей и поешь, через двадцать минут взойдет солнце или то, что тут его заменяет. И тогда ты начнешь свой путь, короткий или длинный, но свой.

Юра сел, потер лицо, глотнул из колбы, которую поставил перед ним Ржавый. Быстро съел половину небольшой двухсотграммовой банки какого-то мясного фарша, не сказать, чтобы вкусно, но съедобно, на фуа-гра, которое он однажды пробовал совсем не похоже, закусывал он все тем же хлебом из пластиковой упаковки Ржавый прав, на вкус как бумага, ничего общего с ароматным свежим, только что испеченным. Этого было мало даже чтобы притупить чувство голода, вот сейчас после этого жуткого сна жрать хотелось неимоверно, дай ему пять таких, наверное, все равно не наестся.

- Что, мало? Ничего, поначалу все хотят жрать, пройдет

- Слушай, а плюсы в нашем существовании есть? - хриплым со сна голосом поинтересовался капитан.

- Плюсы? - усмехнулся Ржавый. - Плюсы будут те, что ты себе обеспечить сможешь. А не сможешь, будут одни минусы. - Он посмотрел на часы. - Пошли, наше время с тобой истекло, через пару минут рассвет, укажу тебе направление и пойду спать, запасы у меня приличные, так что, мне к кубу не скоро нужно будет топать, а ночью уже новых встречать.

- И много тут таких, как ты? - поднимаясь, спросил Юра.

- Ждун, я же говорил, тысячи валятся, а бункеров таких вроде около трехсот. Вот только выживают не все. Диск видишь в углу?

Юра кивнул.

- Это телепорт. Сейчас ты встаешь на него, и как только окажешься снаружи, сразу сходишь, если не сойдешь через десять секунд, Система отправит меня уже в другое место и останешься ты без указания направления. Кстати, земное оружие тут не пляшет, я же вижу, как ты свою пустую кобуру трогаешь, хотя Система может его переделать под свой стандарт, но у тебя его все равно нет, так что, и переживать нечего. Ну что готов?

Жданов покачал головой.

- Никто не готов, а что делать? - усмехнулся рыжий. - Вперед.

И Юра пошел вперед. Шаг, и яркий солнечный свет, бьющий в глаза. Юрий зажмурился и дополнительно прикрылся рукой, после полутемного тоннеля и тусклой лампы, солнце, поднимающееся над городом, ослепляло. Но вспомнил, что нужно сойти с точки, он быстро сделал два шага влево, прижавшись плечом к стене, и тут же на месте, где он раньше стоял, появился Ржавый.

- Я уж думал, ты не сойдешь, до семи секунд сосчитал. Добро пожаловать на Свалку человеческих душ.

Он быстро осмотрелся и, никого не заметив, взялся колдовать в своем хитром всесильном браслете. Юра же крутил головой. Он стоял сейчас между двух зданий, не сказать, что конструкция странная, что-то похожее по оригинальности и смелости архитекторов он встречал на Земле, два дома, сделанных из какого-то то ли стекла, то ли пластика, темного цвета, при желании можно рассмотреть свое изображение. Оба поднимались вверх этажей на десять-пятнадцать, выглядели они как закрученная кверху спираль, что-то типа воронки смерча, если его перевернуть, заканчивались строения шпилем. А еще они были разбитыми, везде валялись обломки, куски какой-то мебели, складывалось ощущение, что их обрабатывали самоходные гаубицы и системы залпового огня. А над всем этим висела еще одна платформа, явно меньшего диаметра, а над ней еще одна. И там вверху что-то летало, но видно было плохо.

- Потом налюбуешься, - толкнув его в плечо, позвал рыжий. - Вот, смотри, ближайшая контролька в паре километров отсюда, - и он показал Юре карту с маршрутом. - Жаль, не могу тебе дать, так что запоминай, надеюсь, географическим кретинизмом ты не страдаешь. А то утопаешь к куполу, хотя нет, не дойдешь. Запомнил?

Юра на память не жаловался.

- Запомнил. Слушай, тут все такое?

- Да, внутри оборонного пояса все такое, тут постоянная война. Некоторые не верят во все, что видят. Есть тут геймеры, которые считают все это экспериментом в виртуальной реальности. Есть поклонники теории комы, параноики утверждают, что это обработка людей психотропным оружием и все это только в нашей голове. Но я советую тебе забыть всю эту хрень, все вокруг реально. Но тебя ждут еще более интересные открытия, сейчас Свалка еще спит, но вот позже… Ладно, мне пора.

- Прощай, Ржавый, - протягивая руку, попрощался Юра.

- Удачи тебе, мент, - ответил тот крепким рукопожатием. - Прощай, - он ткнул в какую-то кнопку на браслете и исчез.

Жданов несколько секунд вертел головой, после чего воспроизвел в памяти маршрут и тронулся в сторону контрольки. Осталось дойти, а там он дальше разберется, как крутиться.

Глава вторая

Руины давили, разрушенные винтовые дома, были мертвыми и безжизненными. Как там говорил Ржавый - условно безопасная зона? Блин, надо было не спать, а потрошить его на информацию. Что значит - условно безопасная? Но Юра был разбит, разбит настолько, что просто не смог бы удержать в уставшей голове те знания, которые странный ловчий туда мог вложить, а сейчас он довольно бодр, еще с армейки он помнил - усталый боец - мертвый боец.

Ржавый говорил, чтобы в дома не совался, там пусто. Еще десятки лет назад, когда начали прибывать первые «активные покойники», все ценное выгребли. Пока Жданов это обдумывал, дошел до конца маленького переулка, куда перенес его телепорт. Один шаг - и вот перед ним огромная восьмиполосная дорога. Такая же разбитая, как и дома вокруг, тут почти каждую ночь замес. А вот труп мужика в трениках и в майке-алкоголичке, валявшийся на перекрестке был еще совсем свежим, лужа крови натекла приличная. Вся спина в дырах, похоже, калибр небольшой, но новичку хватило, да и никем другим он не мог быть в таком то прикиде.

С перекрестка, до которого было метров пятьдесят, раздалось какое-то гудение, негромкое, едва слышимое, но совет Ржавого бывший мент помнил очень хорошо - бояться всего, что незнакомо. Юра сделал два шага назад и, прижавшись к стене, принялся наблюдать. Не прошло и полминуты, как из соседнего переулка, вылетел дрон, он не был похож ни на что виденное им раньше. Плоская таблетка висела в паре метров над землей, размером по более робота-пылесоса, под днищем небольшая спаренная турель, стволы калибра что-то вроде армейской пятерки, но это на первый взгляд, здесь на этой гребанной свалке может быть что угодно.

Дрон опустился к телу, потом таблетка снова поднялась в воздух и медленно двинулась вдоль улицы, к счастью для Юры, в противоположенную сторону.

«А тут не так пусто, как кажется», - подумал Жданов и, как только дрон исчез из вида, рванул на скорости на другую сторону улицы. И словно в подтверждение этих слов где-то в паре километрах за спиной что-то рвануло, нехилый такой фугас, эхо заметалось по руинам. «Да тут можно сдохнуть легко и непринужденно. Интересно, сколько народа доходит до этой непонятной контрольки?»

Два километра прогулочным шагом - минут тридцать, бегом - минут десять, по городу, где в тебя стреляют какие-то таблетки, - часы. Первым делом Жданов ушел с центральной улицы. Ржавый показал ему фотку контрольной точки, это, в отличие от всего остального, что он тут видел, куб высотой метров сорок, не больше. Когда-то наверняка этот город был очень красивым, кое-где даже остались стволы деревьев, правда, теперь они стояли мертвые и почерневшие от огня. Мусору и обломков на этой второстепенной улице было гораздо больше, чем на центральной, похоже, ее хотя бы иногда чистили грейдером, но тут можно было наткнуться на что угодно.

Первой деталью, которая заинтересовала Юру, была кровь на стене, свежая такая кровь рядом с дверью, ведущей в здание, обычная старая обшарпанная дверь из пластика. Она была распахнута, на месте замка зияла дыра, а поверх - следы от когтей ровно пять полос сантиметров десять длинной сверху вниз. Пять когтей наводили мысль на мусорщика. Похоже, то, что произошло тут, случилось совсем недавно. Пока было темно.

«Надо рискнуть, - подумал Жданов. - Может там найдется что-то полезное, уж очень интересно посмотреть дом такой необычной конструкции». Любопытство Юры всегда побеждало чувство самосохранения. Из-за него он не раз под смертью ходил, однажды даже чуть руки не оторвало, когда он сунул нос в чемоданчик наркокурьера.

Жданов подбежал к открытой двери и заглянул внутрь. Как ни странно горели лампы под потолком, не слишком ярко освещая обычные ступени. Подсознательно он ожидал увидеть телепорт, а тут банальная лестница. Надо сказать, это было разочарование, хотя возможно, это всего лишь черный ход, и телепорты в центральной части здания. А еще огромное сомнение, что они работают в этих руинах. Похоже, этот сектор был оставлен очень давно, и теперь служил буферной зоной между Вышеградом и куполом. Так что, никаких техно-чудес, от его обычной реальности отличие только одно - ширина лестницы метра три, и она винтовая, как и все в этом мертвом городе закручивалась по спирали. Поднявшись на площадку выше, он обнаружил вход на этаж, довольно широкий и удобный. «Наверное, через такой диван заносить - одно удовольствие», - подумал Юра и попытался открыть дверь. Подергав, понял, что она намертво заблокирована. Значит, нужно выше. На физическую форму он не жаловался, с того момента, как вся страна ударилась в ЗОЖ, а его начальство продвигало здоровый образ жизни в принудительном порядке, тренажерный зал для тридцатилетнего капитана Юры Жданова, стал родным домом. Вот только курить он так и не бросил, и сейчас был готов отдать все за сигарету, последнюю он выкурил еще в том мире за час до смерти, и как назло - ни одной открытой торговой точки так и не попалось. А некурящий Ржавый сообщил, что курево и алкоголь тоже только Система поставляет. Пролет, еще пролет, некоторые двери выбиты. Юра быстро обследовал этаж за этажом, там, куда попасть мог. Ничего ценного он не обнаружил вообще, кое-где уцелела мебель, она была сделана из такого же светящегося пластика, что и в подземелье Ржавого, разве что цветом отличалась. Жданов с интересом разглядывал квартиры с полукруглыми внешними стенами, надо сказать, дизайн был спорный. Следы боя пока не попадались. И вот на четырнадцатом он нашел то, что искал. Дверь была распахнута настежь. Хотя что, значит, дверь? От нее мало что осталось, везде валяются куски пластика, или что тут за материал? Все в дырах, на полу капли крови.

Юра заглянул в коридор, он был типовым - метра три, не больше заканчивающийся двойными дверьми. Вел он вдоль лестницы прямо в вестибюль этажа. Юра уже разобрался с планировкой. Такой же тусклый свет, как на лестнице, но его вполне хватало, чтобы видеть все вокруг. Жданов прислушался - тишина. Шаг, еще один, и еще. Он шел так осторожно, как только мог, но особой нужды в этом не было, это не бетонный российский подъезд с эхом, в этом городе будущего или прошлого, а может, настоящего, все было сделано для удобства, под высокими тяжелыми армейскими ботинками очень приятно и бесшумное пружинило какое-то напольное покрытие. Заглянув в щель, он увидел очередной круглый коридор, у которого была только одна стена по левую руку, там располагались двери квартир, вся центральная часть занята стальным диском, напоминающим телепорт в отстойнике Ржавого, только вот размером он был с грузовой лифт. По нему явно можно переходить не в одиночку. Всего дверей пять, и только одна выбита, ее раскололо напополам, светлый пластик забрызган кровью. Минуты три Юра стоял, прислушиваясь к руинам, по-прежнему тишина, как в изолированном нерабочем бункере. Был в его жизни такой эпизод, заперли его «враги» на заброшенном ракетном объекте… Минута, и вот он уже у двери. Отшвырнув кусок пластика, Жданов сделал шаг в квартиру, он уже видел десятки таких - никакой мебели, полукруглая прихожая, довольно внушительная, метров пять, четыре двери, ведущие в комнаты, две выбиты, в стене дыра размером с кулак, поломанный стенной шкаф, который вообще непонятно как не развалился, и труп на полу. Совершенно свежий труп с оторванной головой и объеденным дочиста костяком. Если бывший полицейский правильно понял ситуацию, тут завтракал мусорщик, и регенерировать это тело уже не могло. Все вокруг было в бурых свежих пятнах, пахло железом, во рту появился привкус, словно пригоршню меди запихнули. Жданову было не привыкать, за восемь лет в полиции, хотя полицейским он себя так и не стал называть, капитан и не такое видал, и расчлененки хватало, и останков, пролежавших на чистом воздухе с месяц, и объеденных утопленников. Так что, еще одним покойником его не напугать. Осталось от мертвеца не так уж и много - обрывки одежды, изгвазданные в крови, больше всего напоминали какое-то военное обмундирование, в пользу этой версии говорили рваные ботинки с высоким берцем, но вот материал был незнакомым. Юра аккуратно прикоснулся к матовой черной ткани, та была жесткая, словно кожа, но имела литую структуру, словно пластик.

Зажав нос и вступая очень осторожно, Юра обошел труп, сейчас он никуда не торопился, остатки снаряжения валялись рядом с телом, но Жданова интересовал только один вопрос - где тот, кто это сотворил? Никаких особых сомнений у Ждуна по поводу убийцы не было, Ржавый подробно описал повадки тварей и их пристрастия. Но потом вспомнил, что твари куда-то исчезают, когда всходит солнце, и слегка расслабился. Торчать над телом Юра не собирался, первым делом он извлек из побуревшей запекшейся крови ремень, из открытой кобурыторчала рукоять пистолета. Достав оружие, бывший капитан осознал, что ствол совсем незнаком ему, на привычный Макар или Ярку ствол не подходил, больше всего он напоминал штатовский кольт, только сантиметров на пять длиннее, и калибр совсем не детский. Найдя защелку магазина, он выщелкнул его и тяжело вздохнул, три выстрела - вот все, на что он мог рассчитывать. Патроны оказались довольно крупными, шахматный магазин, в котором могло уместиться максимум семь зарядов, что для такого крупного ствола вполне нормально. Сорвав остатки ремня, Юра повесил кобуру, испачканную в крови, себе на пояс. Второй магазин, оказавшийся в подсумке, был пуст, но тоже перебрался в карман Ждуна. Затем он поднял рюкзак и просто закинул его себе за спину, еще успеет с ним разобраться.

Дальше настало время вещей из разорванной разгрузки. Под костями нашлись ножны с впечатляющим тесаком из незнакомого черного металла, и странные патроны, больше похожие на охотничьи, внушительные и очень тяжелые, по калибру они бы подошли к штуцеру. Оружие под них нашлось за порогом квартиры, оно лежало метрах в трех от трупа, изувеченное, словно им лупили об стену. Надо сказать, что штука впечатляла - двуствольное ружье длинной в метр с короткими, под самое ложе, стволами и полноценным прикладом, который сейчас был расколот. То, что без серьезного ремонта оно стрелять не будет, было ясно с первого взгляда. К семи патронам, которые он нашел в обрывках разгрузки, добавился еще один из ствола. Второй был пустым, что озадачило, поскольку неясно, где гильза, или покойник заряжал только один ствол? Очень странно.

Отбросив ружье в сторону, Юра обошел квартиру. Больше никаких следов разгрома, целые двери спокойно открывались, пуская его в светлые комнаты с панорамными окнами, правда, одно из них было выбито, и погода прилично испортила напольное покрытие. Ни мебели, ни вещей, только кухонный гарнитур, искалеченный каким-то вандалом, и пара встроенных шкафов, которые тоже пострадали, дверцы с них оторваны и валялись на полу. Скорее всего, вещи вывезли сами хозяева, вряд ли эти дома были оставлены внезапно, просто эвакуация не быстрая и планомерная. Везде панорамные светлые окна от пола до потолка, балкон отсутствовал. Ванная и туалет совмещенные, и тоже панорамное остекление, но, похоже, его в любой момент, по приказу хозяина, можно затемнить, да и вряд ли здание снаружи было прозрачным, скорее всего, фасад зеркальный.

Теперь настала пора заняться рюкзаком покойника. Осмотрев содержимое, Жданов тяжко вздохнул, кроме банки рыбных консервов в томате с незнакомой рыбиной на этикетке, упаковки запаянных в пластик хлебцев и смены белья, которое можно было условно считать чистым, больше он ничего не нашел. Итак, самая ценная находка – еда. Не зря Ржавый говорил, что новички всегда хотят жрать, вот и сейчас, не думая о трупе, лежащим в коридоре, Юра решил перекусить. Потянув за язычок на крышке, он вскрыл рыбу и начал руками вылавливать большие куски, хоть он никогда не был любителем обитателей речных, морских и прочих водоемов, но жрать хотелось просто адски. Консервы, как и хлебцы, кончились слишком быстро. Пожалев, что курева не оказалось, Жданов решил, что оставаться тут - лишено всякого смысла. Все, что можно получить, он получил. Он и так вместо движения к точке пошел искать что-то эфемерное. Правда, удача не подвела. Напольное покрытие заглушило шаги гостей, но один из них спалился, запнувшись о кусок пластика, он зашипел что-то матерное. Юра не смог разобрать слов, но понял - его удача кончилась.

Незнакомцы шли тайно, осторожно ставя ноги, словно опасаясь кого-то спугнуть. Похоже, они явно сюда явились не просто так, вот только кого они ищут? Его? Или покойника? А может, это просто мародеры. Ждун быстро вышел из ванной комнаты, здесь в тупике без шансов. Осталось решить, как поступить правильно, завалить их сходу или наоборот, стоит выждать и поговорить? Оптимальным местом для укрытия оказалась кухня. Присев за стенным шкафом, Юра в тусклом отражении уцелевшей дверцы гарнитура видел вход и останки. А вот его оттуда увидеть нереально.

И вот гости вошли в прихожую, их было трое, двое прикинуты по местной моде во всем черном, а третий в обычных земных шмотках.

- Да где же он? - раздался тихий голос.

В принципе, он сразу расставил все по местам, пришли за ним, поскольку покойника они уже нашли. Бывший капитан вытащил пистолет и, передернув затвор, снял с предохранителя. Три выстрела, это мало, очень мало.

Незваные гости в количестве двух рыл столпились над телом, третьего они отправили поискать в других квартирах.

- О-па, - удивленно произнес один из них, - да тут подарочек вонючий. Вот фортануло, судя по ошметкам, охотник. Вон и ствол его валяется.

Голос у незнакомца был неприятный, интонации до зубовного скрежета надоевшие ему на работе в прошлой жизни, сколько таких бычков он рассовал по камерам. Сколько раз он слышал сакраментальное: «О-па, пацинчик, сюда иди».

- Что у нас тут? - спросил другой. - Будь я проклят, это же «крушитель», причем почти целый. Система починит, и даже недорого. Лапы убрал, а то выпотрошу, разрублю на куски и вывешу за окно, буду мусорщиков приманивать.

Юра озадачился. То, что он принял за неисправное оружие, оказывается, подлежит восстановлению, и судя по интонации - штука ценная.

- Да ты что, Гиря, я же только поднял, - залебезил гопарь.

- Клюй, пасть закрой, и давай сюда. - С минуту шуршали завязки. - Где это мясо? Тира, что в остальных квартирах?

- Все пустые, - ответил третий. - Если он из окна ласточкой не вылетел, то он может быть только тут.

- Эй, мясо, выходи, не бойся, не обидим мы тебя. Мы знаем, что ты здесь, больше тебе негде прятаться.

Юра выпрямился, прижавшись спиной к стене. Надо что-то решать, планы у этих ребят явно не добрые. Сейчас двое где-то в паре метров у входа, третий снаружи. Юра сделал шаг с разворотом и выстрелил в силуэт, грохнуло неслабо, руку подбросило, Жданов стрелял от бедра, промахнуться было нереально. Шаг, обратно укрываясь за стеной, из прихожей грохает нечто внушительное, по звуку напоминающее ружье, и от шкафа, за которым он укрывался, летят куски пластика. Кто-то орет громко, на одной ноте, зацепило не слабо.

- Проваливайте, - крикнул Юра.

- Ну, нет, мясо, так не пойдет, - раздался из коридора голос главного. - Ты все правильно понял, живым мы тебя все равно бы не выпустили. Ты - наше задание. Мы, правда, не успели тебя встретить в месте появления, запоздали немного, на охотника налетели, пришлось прятаться. Так что, живым мы тебя точно не выпустим. Выходи, обещаю, сдохнешь без мучений, я даже на куски тебя порублю и сожгу, чтобы не плодить мусорщиков. Их и так тут много.

- И какой мне в этом резон? - заговаривая противника, спросил Юра, пытаясь найти выход.

Планировка для боя была совершенно неудачная, сейчас противник держит на прицеле вход на кухню, прихожая широкая, двери в остальные комнаты распахнуты, но этого урода страхует напарник.

- Безболезненно сдохнешь, - весело заявил Гиря. - То, что ты Клюя грохнул, даже хорошо, нам его очки перейдут. Так что, мы не в обиде, этот мелкая сволочь давно действовала мне на нервы. Выходи, мусор, все будет быстро.

Юра судорожно прикидывал варианты. В рюкзаке, что сейчас у него на плече, есть бутылка с водой. Ну как бутылка? Колба, как термостакан. Что будет, если он кинет его в коридор и крикнет граната? Куда прыгнет Гиря? Наверняка рванет в комнату по центру, наружу быстро не выпрыгнуть. Третий мясник использует обломки двери, как укрытие. Значит, нужно бросить так, чтобы тому пришлось прыгать к выходу. Он одновременно прикроет Юру от «коридорника». У него будет пара секунд преимущества, а потом до них дойдет. Достав бутылку, Жданов прикинул расположение, и с криком: «Граната!», катнул ее наискосок, чтобы та закатилась за угол коридора, где и укрывался главный.

И ведь сработало. Уже стоя в дверях, Юра краем глаза увидел, как тело мясника, распластавшись в прыжке, вылетело из квартиры, полностью перекрыв линию огня Тире. Жданов делает шаг и, вскинув руку, стреляет. Ствол снова подбросило, тяжелая пуля бьет прыгуна в спину, тот вздрагивает и замирает.

- Тира, ты меня слышишь? - отступив обратно, позвал Юра.

- Ну, слышу, - спокойно заявил последний из оставшихся бандитов. - Что предложить хочешь?

- Уходи, сейчас я добрый, это муляж был, колба с водой, но одну настоящую хлопушку я все же снял с тела, досчитаю до двух и катну к тебе, гарантирую, все забрызгает. Уходи, и больше никогда ко мне не суйся.

- Я вещи заберу? - секунд двадцать помолчав, спросил мясник.

- Нет, дружок. То, что при тебе, оставь, остальное - моя добыча. Жизнь дороже.

- Дурак ты, мясо, на Свалке жизнь ничего не стоит, ты скоро это поймешь, тысячи валятся, чтобы сдохнуть, и все равно остается многовато. Я уйду?

- Иди, - разрешил Юра, быстро глянув в коридор, чтобы вовремя заметить руку, которая потянулась к дробовику, валяющемуся на полу рядом с трупом Гири. - Тира, что из слов - это моя добыча - ты не понял?

Рука мгновенно исчезла, а через секунду раздались удаляющиеся почти бесшумные шаги, слышно, как хлопнула дверь, ведущая на техническую лестницу. Капитан полиции Юрий Жданов выиграл свой первый бой на Свалке человеческих душ.

Воцарилась почти мертвая тишина, только «гопник», получивший пулю в брюхо, тихонько сучил ногами. Юра окинул взглядом тело, валяющееся у его ног, и заметил, что того окружает что-то вроде красноватого сияния, едва различимого, но явно не похожего на обман зрения. Вокруг Ржавого тоже было нечто похожее, но только голубоватого цвета, и Жданов списал это на свет лампы. Но, похоже, это не так, может, это как в фильме - цветовая дифференциация штанов? Ладно, черт с ней, с этой краснотой, отмахнулся бывший мент, и стал быстро обыскивать тела, время утекало стремительно.

Подняв дробовик Гири, он тяжело вздохнул, заряд, которым тот пальнул в косяк, был единственным, оружие незнакомое, обычный помповик, который так любят в штатах, причем укороченный с пистолетной рукоятью, только на стволе какая-то толстая насадка неопределенного назначения. Короче, так себе трофей. Патронов в карманах мертвеца не нашлось. Охотничий нож на поясе, несколько пластиковых гильз в кармане, довольно приличный мультитул. Пуля перебила мяснику позвоночник, и, похоже, он умер мгновенно от болевого шока. Его рюкзак Жданов оставил на потом, просто закинул за спину.

Клюй был еще жив, хотя вытащить его с того света не смог бы весь Склиф под руководством Пирогова. В карманах у салаги, выглядевшего лет на семнадцать, оказался пустой магазин к пистолету, золотой медальон, кольцо из серебра и шоколадный батончик с непонятными буквами.

Юра сунул все добытое в карман, выберется, сожрет, последние несколько часов он постоянно ощущал голод. Забрав с пояса Клюя флягу, он продолжил обыск. Пистолет «малька» он обнаружил под телом, вот тут никаких непоняток, убитый Макарка, исцарапанный, неухоженный, с ржавчиной. Зачем он ему? Ловчий говорил, что тут оружие из его мира не пляшет, хотя какая разница из чего новичков стрелять, они же дохнут, как обычные люди. Такое ощущение, что его не чистили и не смазывали с момента изготовления. Пистолет было реально жаль, хоть Юра его и не сильно любил, многовато недостатков у него, но все равно обидно за оружие.

- Ну, хоть в этом повезло, - тихо произнес он, крутя в руках такой же убитый магазин с пятью патронами.

Все, больше тут делать нечего, хотелось, конечно, подняться выше и провести визуальный осмотр того, что именовалось поясом безопасности, но сейчас не до этого, где-то в здании Тира. А может, он не такой дурак, и свалил? А рюкзаки потом можно осмотреть, не горит. Схватив их, Юра засунул в самый большой из них «крушитель» мертвого охотника и дробовик Гири, и пошел к технической лестнице. За спиной раздался предсмертный хрип, это Клюй отдал концы. Вниз - не вверх, главное, чтобы злобный Тира не поджидал его, поэтому спускался Жданов не слишком быстро, прислушиваясь на каждом этаже.

И вот он стоит перед дверью на улицу, дыра от пули на месте. Для обзора более чем достаточно. Тира ждал его, укрывшись за помойкой и держа под прицелом дверь, видимо, стволы напарников и охотника были слишком большой приманкой. Вооружен мясник был идентичным дробовиком, вот только никакого стакана на стволе не было. «Что же ты за дрянь такая?» - подумал Юра. И тут снова фарт, иначе как назвать появление дрона-«таблетки» прямо за спиной у засадника? Короткая очередь патронов в пять, и тело валится на асфальт. Затем беспилотник направился ко входу в дом, где укрылся Ждун. Зависнув в метре, он навел спаренные стволы на дверь. Юра отшагнул в сторону под прикрытие стены. «Либо бежать и прятаться, поскольку, скорее всего, дрон не сможет открыть дверь, либо сдохнуть, охреневая в атаке», - проскользнула одинокая мысль. Но тут снова счастливая звезда оказалась на стороне Юры - Тира завозился и попытался подтянуть к себе отлетевший дробовик.

Дрон не слишком торопливо провернулся вокруг оси, ловя цель, и вот этот шанс упускать было уже совсем нельзя. Жданов распахнул ногой дверь и, вскинув пистолет погибшего охотника с последним патроном, выстрелил «таблетке» прямо в заднюю часть, где был какой-то намек на решетку, может, радиатора, а может, еще чего.

В воздухе несильно хлопнуло, запахло паленой изоляцией, а через секунду, задымив и несколько раз перекувыркнувшись, то, что раньше было боевым дроном, рухнуло на асфальт, так для себя решил называть Юра дорожное покрытие.

Жданов навел ствол на Тиру, и не важно, что магазин пуст, противнику-то это неизвестно, но боевику было уже все равно, есть пули в магазине или нет, мясник был еще жив, но ему осталось коптить небо всего пара минут.

- Эй, - позвал он, - подойди.

Юра, как ни странно, послушался.

- Ну, ты и везучая сука, - с завистью произнес раненый. - Дрона не бросай, хоть зубами волоки на контрольку, тут до нее всего ничего осталось, он много очков стоит, за дорого купят и крафтеры, и артефакторы. А в благодарность за совет, добей меня и расчлени, это тут признак хорошего тона.

- Нечем, - покачал головой Жданов, - у меня только нож. А им я тебя разделывать полдня буду.