Помоги проекту - поделись книгой:
*Текст, со всеми сопутствующими документами Тайного совета, выложен здесь -- http://www.rey.myzen.co.uk/libell.htm. Русского перевода нам обнаружить не удалось -- да и вряд ли он кому интересен.
---------------------------------
Уже на следующий день сыщики, по явной наводке, заявляются на квартиру поэта Томаса Кида, друга Марло, тоже связанного (правда, самым краешком) со "Школой ночи". Ищут, вроде бы, черновики и образцы почерка "Тамерлана"; ничего похожего, естественно, не находят (Кид -- хороший поэт, и доведись ему сочинять такого рода
Показания Кида и его переписка с лордом Пакерингом (литработник, после того, как "разобрались-выпустили", столкнулся при трудоустройстве с проблемой "у-нас-зря-не-сажают", ну и добивался от Тайного совета чего-то вроде официальной реабилитации), разумеется, сохранились*. Видно, что следствие очень интересуют атеизм Марло и вообще "Школа ночи", но куда примечательнее, что его совершенно не интересуют "Тамерлан" и "Dutch church libel"! То есть следствие с чрезвычайными полномочиями трижды за месяц резко поменяло направление: сперва искали организаторов массовых беспорядков (и ничего не нашли), потом искали одного конкретного автора подрывного памфлета (и опять не нашли) -- и вот теперь, вместо всего этого, полностью переключились на частные записки, случайно (якобы...) найденные по ходу следственных действий... Понятно, что раз уж тот атеист попался в бредень в качестве попутного улова -- выпускать его обратно как-то глупо; но почему, однако, им занимаются не
----------------------------
* KYD'S ACCUSATIONS
(BL Harley MS.6848 f.154)
-- http://www.rey.myzen.co.uk/kyd1.htm
KYD'S LETTER TO SIR JOHN PUCKERING
(BL Harley MS.6849 f.218r,v)
-- http://www.rey.myzen.co.uk/kyd2.htm
-----------------------------
А ведь "Dutch church libel" после этого вообще исчезла из всех документов, будто отыграв предназначенную ей эпизодическую роль (погромы, кстати, тоже сразу сошли на нет), а "Тамерлан", прицельно уронивший тот самый камешек, что вызвал лавину, похоронившую в итоге Марло, так и остался ненайденным (а те 100 крон награды -- большущие деньги! -- невыплаченными). Кто это был -- в точности неизвестно по сию пору; впрочем, наиболее детально изучивший этот вопрос Чарльз Николл (2002) весьма убедительно указывает пальцем на одного из людей Эссекса -- некого Ричарда Чолмли: тот баловался стихосложением (без особых успехов), имел опыт похожих провокаций* и был обожателем Марло (возможно, и не только его творчества, гм...), хорошо изучив его стиль... Итак, "Тамерлан", вроде бы, был человеком Эссекса -- "И почему я не удивлен?"
------------------------------
*Назидательная в этом плане история случилась позже, уже при Иакове I: Рэли обвинили в госизмене и, пытаясь очернить его в глазах общественного мнения, распространили по столице листок с якобы его стихами, где сей "атеист и макиавельянец" писал нечто вроде "религия (христианская) -- опиум для народа". Однако Его Ничтожество Иаков к тому времени успел угробить едва ли не все
-------------------------------
Подозрение, что за теми погромами и подметными письмами стоял Эссекс со своей Службой (которая потом сама же всё это и "расследовала", хи-хи...), возникало у многих исследователей, ну и мы тоже внесем свои свеженькие пять копеек в поддержку этой точки зрения. Давайте проанализируем присутствие-отсутствие интересующих нас персон на тех трех "погромно-памфлетных" заседаниях Тайного совета -- 16 апреля, 22 апреля и 11 мая. Итак:
1) Витгифт с Пакерингом -- на всех трех (дело некоторым образом касается идеологии и религии, это их профиль);
2) Бёрли -- на всех трех (он глава правительства, присутствует вообще почти всегда);
3) Роберт Сесил -- на всех трех (дело хоть и не вполне по профилю загранразведки "МИ-6", но затрагивает государственную безопасность, так что держать его в поле зрения всё же следует);
4) А вот Эссекс -- лишь на одном, самом первом, 16 апреля; это при том, что дело-то как раз прямо и непосредственно входит в компетенцию его "МИ-5"! И это крайне странно...
Фаворит был введен в состав Тайного совета буквально пару месяцев назад, 25 февраля; теперь -- выше только Трон, и этот честолюбец должен бы, по идее, красоваться в том Ареопаге, греясь в лучах славы, вообще безвылазно... Проверяем (благо английские архивы позволяют); да, так оно и есть -- "Со времени его [Эссекса] назначения Советником в конце февраля 1593-го по 26 августа 1593-го, когда возник перерыв в записях, его присутствие отмечено на 71 проценте заседаний Совета"*. Но, может быть, так совпало, что он как раз в это время оказался в отъезде? -- никак нет: присутствует 20, 26 и 29 апреля, 6, 13 и 14 мая, отсутствует же (помимо двух интересующих нас заседаний, 22 апреля и 11 мая) единственный раз, 25 апреля**; итого -- нормальная для него доля прогулов, 3 из 9.
-----------------------
* Hammer, Paul E. J. (1999) "The Polarisation of Elizabethan Politics: The Political Career of Robert Devereux, 2nd Earl of Essex, 1585-1597 (Cambridge Studies in Early Modern British History)" -- Cambridge University Press.
** Acts of the Privy Council of England Volume 24, 1592-1593 : http://www.british-history.ac.uk/acts-privy-council/vol24.
-----------------------
Итак, Эссекс, как и следовало ожидать, обычно торчит (скучает...) на трех четвертях заседаний Совета -- но вот как раз там, где его присутствие строго необходимо, его отчего-то нету. Особенно удивительно (и симптоматично...) его отсутствие на заседании 22 апреля, когда
Как бы то ни было, у следствия теперь имеются "доказательства" атеизма и богохульств Марло (в виде показаний, выбитых из Кида, и тех записей из его квартиры), и, соответственно, появился повод познакомиться поближе с этим самым "курильщиком, распутником" и прочая, и прочая...
Краткая хронология последующих событий (как ее обычно излагают):
1) 18 мая -- Тайным советом выписан ордер на арест Марло.
2) 20 мая -- Марло предстает перед Советом, но (удивительное дело -- памятуя о печальной судьбе Кида!) даже не задержан, а сразу же отпущен "под подписку о невыезде".
3) Однако между 21 и 27 мая (точные даты неизвестны) всплывает новая порция доносов на Марло, с более серьезными обвинениями: помимо атеизма и богохульства (плюс весь комплект связей с Рэли и "Школой ночи"), там уже и содомия, и фальшивомонетничество, и много чего еще.
4) Этот шум доходит до королевы (!), и следует ее раздраженная резолюция: "Разобраться и доложить!" Ну и перспектива: перед Марло -- "допроса третьей степени" с последующим эшафотом (доказанный атеизм, напомним --
5) Но 30 мая Марло
6) 1 июня Марло, после скомканного до считанных часов расследования, похоронен в безымянной могиле во дворе дептфордской церкви.
7) 2 июня материалы дела ложатся на стол Ее Величеству
Крайне любопытно, что Витгифт с Эссексом (точно знавшие содержание исходников тех доносов) смолчали: после гибели ключевого свидетеля атака на Рэли через "Школу ночи" все равно захлебнулась, и доигрывать "до короля" эту партию они не стали. (Через год, весной 1594,
...Если же рассмотреть события тех 10 майских дней не совсем уж конспективно, а чуть поподробнее, то там -- вообще чудеса в решете!
Ну, начать хоть с того, что
--------------------
* Acts of the Privy Council of England Volume 24, 1592-1593: http://www.british-history.ac.uk/acts-privy-council/vol24/pp226-250 -- см. стр. 44.
--------------------
Далее: "ордер на арест Марло", выписанный 18 мая, таковым вовсе не является. Собственно, вот он (ничего секретного): "A warrant to Henry Maunder one of the messengers of her Majesties Chamber to repaire to the house of Mr Thomas Walsingham in Kent, or to anie other place where he shall understand Christofer Marlow to be remayning, and by vertue hereof to apprehend and bring him to the Court in his Companie. And in case of need to require ayd"*.
-----------------------------------
* Privy Council MS. Register, 22 Aug. 1592-22 Aug. 1593, p. 374.
-----------------------------------
Генри Маундер -- это человек, 20 лет прослуживший в свите Ее Величества, и выступает он тут как
Пресловутый же "арест Марло" родился из слова "apprehend" -- это действительно одно из значений. Однако при изучении судебной практики той эпохи обнаружилось, что
-----------------------------
* Например, 19 марта того же года
-----------------------------
Как бы то ни было, получивший ту
Зачем Совету понадобилось на эти дни, 18 и 20 мая, покидать Лондон (при том, что 16, 23, 25 и 29 мая Совет заседал на обычном месте, в Звездной палате Вестминстера, и все протоколы в наличии) -- объяснения отсутствуют. Что происходило на тех заседаниях, и даже каков был состав участников -- покрыто мраком; 18 мая в Нонсач приехал Бёрли (сохранилась его подорожная и несколько подписанных им в этот день финансовых документов, касающихся деятельности Курьерской службы -- Англия!.. Англия!!.) -- и это
И вот тут уже нам с вами ничего не остается, кроме как реконструировать ход того заседания 20 мая -- по его результатам. Бёрли и Витгифт (эти вообще почти не пропускали заседаний) для начала воспроизвели там, надо полагать, бессмертный диалог: "...Уберите козла! -- Это не козел! Это наш сотрудник! -- Тогда пускай предъявит!" Ну, Бёрли и предъявил...
Что инкриминируемые майору Марло "письменные высказывания атеистического характера" представляют собой выписки из известного богословского трактата Джона Проктора (John Proctour's "The Fall of the Late Arian", 1549)*; и сотрудники "МИ-5", ведущие
-------------------------------------
*Mulryne, J. R. (2004). "Thomas Kyd", in: Oxford Dictionary of National Biography (ODNB). -- Oxford: Oxford University Press.
--------------------------------------
Что трактат тот легально издан в Англии, и ни в каких черных списках не значится -- "...А почему он, кстати, не запрещен -- если так уж вот общественно-опасен? и кто у нас отвечает за цензуру, напомните-ка... -- ах, вы, товарищ Пакеринг!"
Что майор Марло --
А потом на стол был выложен козырной туз: "Вот письмо Тайного совета в Кембридж от 29 июня 1587. Марло тогда до майора еще не дослужился, но личной благодарности Ее Величества уже удостоился... Вот эта вот подпись под документом, первая слева -- часом, не ваша, товарищ Архиепископ?* ...А если ваша -- какого хрена вы тут ломаете комедию?!! И засвечиваете до кишок оперативников загранразведки?!?"
---------------------------------------
* http://www.rey.myzen.co.uk/pc_cert.htm
---------------------------------------
После чего секретарю, похоже, было велено быстренько сжевать протокол; а для надежности -- еще и протокол от 18 мая.
...В общем, впечатление такое, что Бёрли (осведомленный об имеющемся в распоряжении эссексовской "МИ-5" "матерьяльчике" на "атеиста и богохульника Марло"), нанес из Нонсача упреждающий удар, и отмазал-таки сотрудника своей разведслужбы. Но тут последовал второй торпедный залп по "поэту и шпиону", с куда более тяжкими обвинениями -- и с прямыми уже упоминаниями Рэли и "Школы ночи"... На сцене появляются, со своими доносами, некие Томас Друри, Ричард Бейнс и Ричард Чолмли; этих людей часто называют "полицейскими провокаторами" -- что терминологически неточно (полиции как отдельного государственного института в те времена еще не существовало), но суть отражает. Всё связанное с той гоп-компанией мы, пожалуй, "выделим в отдельное судопроизводство" (см. далее) -- ибо очень уж назидательны
Успешно поднятый шум достиг ушей королевы -- о чем позаботился уже не Эссекс (быстренько унырнувший под корягу), а именно Витгифт, через Пакеринга. Впрочем, Елизавета к тому времени наверняка уже была в курсе проводимого расследования: об этом ясно свидетельствуют и королевский гонец, вручавший Марло
-- А растолкуй-ка мне, дружище Уилл -- что там себе позволяют твои шпионы? Вы там, в Службах, похоже, вообще уже
-- И не надо меня
-- Этот ваш... как его там?.. майор Марло -- почему от него столько шума? Почему столько шума, Бёрли?! Какой он, к чертовой матери, после этого "боец тихого фронта"?! Сделайте уже, чтоб стало тихо!!
-- Я не намерена далее обращаться к этому вопросу, Уилл. Просто избавь меня от этого шума -- неужто это такая уж проблема? Всё на твое усмотрение...
...За текстуальную точность мы, конечно, не ручаемся, но смысл был наверняка такой. После 27 мая Марло оказался фигурой под двойным боем: слишком многие влиятельные люди вокруг готовы были подписаться под строчками из доноса Бейнса: "Это опасный человек, чей рот следует заткнуть".
Правда, при выборе способа заткнуть тот рот между теми влиятельными людьми могли возникнуть (и, как мы предполагаем, возникли) существенные расхождения. Так что -- "Возможны варианты".
Предыстория-3: "Доносчику -- первый кнут"
Как уже сказано, то, что мы привыкли называть "полицией" (имея в виду не "патрульно-постовую службу", то есть стражу, а именно "уголовный розыск") появилось в Европе очень поздно -- намного позднее, чем секретные службы (а в Англии -- так даже позднее "Общества защиты животных", это безо всяких шуток). То есть тогда не существовало даже прообразов Скотленд-Ярда -- гос-конторы, занимающейся расследованием уголовных преступлений на сколь-нибудь регулярной основе. Была городская стража с констеблями (бестолковость которых вошла и в поговорки, и в пьесы Шекспира), была запутанная иерархия судов со своим штатом юристов, могущих вести судебное следствие, и были коронеры, устанавливающие сам факт насильственной смерти. Если же вам надо было отыскать пропавшую вещь (или, скажем, человека) -- тут следовало обращаться скорее к кому-нибудь вроде "вышеупомянутого Фрайзера".
То, что сейчас именуют "оперативно-разыскной работой", системно практиковалось тогда в единственной области: в выявлении крамолы (прежде всего религиозной). Занимались этим, если так можно выразиться, "сыщики-контрактники" с собственной сетью платных осведомителей, которых мог подрядить (в рамках своих бюджетов и для решения собственных задач) кто угодно -- от контрразведки и городских властей до отдельно взятых членов Тайного совета. А что тех же сыщиков можно тем же манером использовать для выслеживания не только "мыслепреступников", но и уголовников -- додумаются лишь к самому концу 17 века (это в Англии, а на Континенте и еще того позже).
Это вынюхивание католиков и вообще инаковерующих было основано на анонимном доносительстве, густейше замешано на провокациях и неразрывно срослось с вымогательством, так что репутация персон, подвизавшихся в том бизнесе -- в глазах всего общества, отнюдь не только
Младший сын в семье из знаменитой династии юристов (улица Друри-лейн в театральном районе Лондона названа от них -- а не они от улицы); по материнской линии -- прямой потомок лорда-канцлера Ричарда Рича, того самого, что своим лжесвидетельством отправил на эшафот Томаса Мора (хорошая наследственность, однако...). Семья была не из высшей аристократии, но реально
После неизбежного Кембриджа служил некоторое время семье тогдашнего лорда-хранителя печати Николаса Бэкона (там и познакомился с его сыном Энтони, будущим шефом эссексовской "МИ-5") -- и это, похоже, был первый и последний в его жизни честный (то есть не криминальный и не стукаческий) заработок. Перепробовав кучу специальностей -- от мошенника до наемного убийцы (причем всё как-то беспонтово...), он некоторое время сказывался в нетях, но в 1585-м предсказуемо обнаружился в тюрьме Флит. В 1587 родня его оттуда извлекла и пристроила секретарем к... лорду Стаффорду, английскому послу в Париже (старший брат Друри, Уильям, был женат на его сестре).
Как же можно с эдаким послужным списком оказаться на дипломатической службе? -- воскликните вы. Да запросто! Дело в том, что Стаффорд был шпионом... -- нет-нет, совсем не то, что вы подумали: он был "шпионом в плохом смысле", сливал английские топ-секреты врагу. Да не каким-нибудь там лягушатникам, по матримониальным интригам Елизаветы и герцога Анжуйского (это -- дело житейское), а прямо и непосредственно испанцам: что известно в Лондоне об Армаде (обнуляя тем результаты смертельно опасной работы разведчиков, вроде Поули), приготовления к ее отражению, и всё вокруг этого; да причем не по идейно-католическим соображениям (вроде того же Уильяма Стэнли), а -- тупо за бабки, расписываясь в ведомости у завербовавшего его испанского посла Мендозы. Ну и, "чтоб уж два разА не вставать", продавал параллельно ту же информацию французской католической партии, Гизам... Неудивительно, что секретарь и посол приглянулись друг дружке с первого взгляда.
Уолсингемова Служба была, разумеется, в курсе этих шалостей, собранные ею улики неопровержимы, но Бёрли с Елизаветой сочли, что публичный скандал таких масштабов обойдется дороже: посол-изменник не украсит международное реноме державы, а представитель высшей аристократии, болтающийся на виселице за торговлю военными тайнами за мелкий прайс будет смотреться непедагогично: "Мы должны сохранять у народа уважение к сословиям", да. Так что лорда еще некоторое время поиспользовали как канал для слива испанцам дезинформации, а потом (в конце 1590-го) тихо отозвали домой и даже наградили какой-то мелкой синекурой, а под занавес жизни (за молчание) -- еще и парламентским креслом.
А вот к секретарю Стаффорда полгода спустя, в мае 1591-го, "постучали в дверь рукояткой вороненого нагана" (терпеливо дождавшись, надо полагать, чтоб
---------------------------------
* Да что там подельники -- Чолмли и собственную семью закладывал! А семья -- его: 19 января 1592-го брат Хьюго пишет паническое письмо Сесилу (не частное, а прямо в Контору): "Hugh Cholmley to Sir Rob. Cecil. Does not wish to live obscured, being willing to use all his skill to serve the Queen. Served faithfully, not seeking to rob his brother of credit; but his brother refused to allow him a partnership, and on their undiscreet coming over, said his honour would not have him deal further therein. Has been reconciled twice to his brother Rich. Cholmley. Begs that is ambition [Richard's] may be overlooked and the writer's information kept secret". Ну это же просто классика! -- "Алло, это КГБ? К вам не прилетал говорящий попугай? Если прилетит, учтите: я его политических взглядов не разделяю!"
----------------------------------
Друри приземлился в тюрьме Маршалси и уминал там шконку где-то года полтора; семья же тем временем нажимала на нужные клавиши и рычаги, и вот в ноябре 1592-го воспоследовала переписка относительно нашего сидельца между членами Тайного совета лордом Бакхерстом и лордом Пакерингом: Бакхерст полагал, что парнишечку можно бы уже и выпустить, дабы тот свалил куда-нибудь с глаз долой, за море (перестав позорить семью), или вот -- тот мог бы сгодиться для какой-нибудь рискованной службы: "will adventure himself somewhat to do some service". Пакеринг, надо полагать, посовещался с Витгифтом, и они сошлись на том, что мерзавцы таких вот, коллекционных, достоинств на дороге не валяются -- так что весну 1593-го Друри встретил на свободе, вынюхивая религиозных уклонистов для Витгифта и Ко; отсидка за "католическую пропаганду" оказалась тут весьма кстати, в смысле прикрытия. В мае его подключили к поискам автора "Dutch church libel", и тут его пути-дорожки пересеклись с другим провокатором -- Ричардом Бейнсом.
Бейнс -- несколько иной случай. Сей пылкий и романтичный юноша, окончив Кембридж (магистр свободных искусств, 1576), по неодолимому зову души в 1579-м оказался на Континенте, в Реймсе: в тамошней семинарии
После этого его, от греха, спровадили обратно на Остров -- где он, само собой, немедля оказался уже в уолсингемовых подвалах... Контрразведчики быстро поняли, что для них сей персонаж оперативного интереса не представляет, и передали его в другой департамент -- завербованным осведомителем по религиозно-идеологической части. В литературе периодически мелькают предположения (Риггс, 2004), будто Бейнс был знаком с Марло еще по Кембриджу, а потом пересекался с ним в Реймсе (куда "поэт и шпион", возможно, как раз и отлучался, прогуливая занятия), и даже будто бы именно Марло подкинул своему недалекому приятелю,
Когда двое штафирок оказываются в военное время на военной базе, и живут там под одной крышей (в обиходном смысле этого слова...) -- это подозрительно уже само по себе. Марло участвовал там в операции "МИ-6" (собственно, сам Роберт Сесил и переписывался потом с военными властями по поводу этой истории); по тому, как они с Бейнсом себя повели, ясно, что о миссиях друг друга они не подозревали; эрго -- диакон должен был работать на конкурирующую Контору, эссексовскую "МИ-5" (его там, похоже, в тот момент использовали как
-----------------------------
*Тут можно припомнить по случаю стародавнюю историю о том, как Бёрли заслал своего осведомителя, Даути, в эскадру Дрейка. Пресечь его стук легальными методами было затруднительно, но адмирал не утратил своей былой пиратской хватки: сам-то не веруя "ни в сон, ни чох, ни в вороний грай", он обвинил Даути в чернокнижии (наслал, дескать, на эскадру бурю) и под тем предлогом вздернул беднягу на рею. Улучшилась ли от того погода, отчет о рейсе умалчивает, но Бёрли пришлось это дело проглотить, и впредь таких попыток он не повторял.
-----------------------------
Марло явно решил, что судьба столкнула его с человеком из католического подполья, и всячески пытался заинтересовать того своей персоной (много чего наговорив занимательного, и даже кое-чего показав, по части фальшивых голландских шиллингов) -- в надежде, что тот сведет его с тамошними эмигрантами, а то и прямо с людьми Стэнли и "Капитана Жака". Если бы Бейнс, как положено, доложил по команде в свою Службу, то непонятку, возможно, успели бы разрулить; тот, однако, решил выслужиться по быстрому, и стукнул местному военному коменданту -- на чем вся операция "МИ-6" сгорела синим огнем.
И очень похоже на то, что Бейнс был искренне убежден: Марло -- действительно фальшивомонетчик, содомит, сатанист-богохульник, и прочая, и прочая: хорошо сыграл, однако... А когда Марло, увезенный в наручниках в Англию, тут же оказался на свободе, безо всяких для себя последствий -- твердо уверился: преступника нагло отмазывают высокопоставленные покровители-театралы, по линии гей-сообщества... Марло же, со свойственной ему тактичностью, подлил масла в огонь: в его обнародованной через пару месяцев пьесе "Мальтийский еврей" центральному персонажу (весьма отвратительному -- просто-таки мечта "Штюрмера") был придан целый ряд черт Бейнса -- включая сюда историю с "отравлением колодца".
...В общем, когда в мае 1593-го Друри повстречался с Бейнсом, им был прямой резон, так сказать, "объединить бренды" (с): Бейнс ненавидел Марло чистой-незамутненной, и где-то даже бескорыстной, ненавистью, а Друри мечтал, по ходу собственных розысков "Тамерлана",
Поделиться книгой: