Помоги проекту - поделись книгой:
Лагир дал лошади поводья и подъехал к экипажу, отвесив изысканный поклон.
— Не имела ли я удовольствия встретиться с вами на дороге из Медона в Париж? — прелестным голосом сказала дама. Лагир поклонился в ответ. — Значит, вы направлялись в Париж? Так не могу ли я узнать, что заставило вас так внезапно изменить направление?
— Но в Париже меня ждут только завтра, — улыбаясь, ответил Лагир.
— Ну и?…
— Я заметил, что у вас удивительно красивые волосы!
— Благодарю за комплимент!
— И что ваши глаза блестят под маской слишком ярким блеском, чтобы не быть красивейшими глазами во всем свете! — докончил Лагир.
— Иначе говоря, — заметила замаскированная дама, — вам пришла в голову фантазия следовать за мной?
— Вот именно, и я не намерен отказываться от такого удовольствия!
— Однако! — сказала дама, улыбаясь и показывая из-под маски два ряда ослепительных зубов. — Но ведь может оказаться, что я еду очень далеко!
— Ну так что за важность?
— На край света.
— Свет покажется мне слишком маленьким!
— Но вы даже не знаете, кто я!
— Мне достаточно догадки, что вы красивы!
— Однако вы дерзки на редкость! — раздраженно заметила замаскированная дама.
— Простите, — ответил Лагир, — но мне двадцать два года, и я родом гасконец!
— А, так вы гасконец! Может быть, вдобавок и гугенот тоже?
— И не думал быть им!
— Тем лучше! Вы любите короля?
— Которого? — наивно спросил Лагир. — Французского или наваррского? Вашего или моего?
— В самом деле, я и забыла, что вы, как беарнец, подданный Наварры… Но я надеюсь, что вы не намереваетесь заводить эту шутку с проводами дальше?
— Клянусь вам, что я вовсе не шучу!
— Так вы собираетесь следовать за мной все время?
— Наступает ночь, мы въезжаем в густой лес, а ведь во Франции развелось слишком много бродяг и разбойников.
— Я не боюсь их!
— И все же вам придется примириться с тем, что я поеду за вами! Как знать, что может случиться!
Незнакомка погрозила ему пальцем.
— Берегитесь! — сказала она. — Вы можете сильно ошибиться! А вдруг я уродлива?
— О, этого не может быть!
— А если я замужем?
— Ну так что же? Согласитесь, что ваш муж ведет себя так плохо, что его не следует принимать в расчет!
— Это почему?
— Но господи! Раз ваш супруг допускает, чтобы вы ехали одна такой опасной дорогой, да еще ночью, то он заслуживает…
— Еще раз предупреждаю, что мне ехать очень далеко!
— Ну что же, значит, и мне придется ехать далеко!
— Так вы все еще настаиваете?
— Более, чем когда-либо!
— Ну, так хорошо же! Но…
— Пожалуйста, оставьте свои условия, я принимаю их заранее! — сказал Лагир, видя, что незнакомка остановилась в нерешительности.
— Когда мы доедем до дверей моего дома, вы сейчас же повернете обратно!
— Не получив даже надежды увидеть вас когда-нибудь опять?
Лагир произнес эти слова с таким чувством, что незнакомка внимательно поглядела на него и спросила:
— Храбры ли вы?
— Испытайте!
— А если я и в самом деле вздумаю подвергнуть испытанию вашу храбрость?
— Я жду этого!
— Ну так вот что, — сказала незнакомка, — Садитесь ко мне в носилки и отдайте свою лошадь берейтору. Мы поговорим.
Лагир проворно соскочил на землю, отдал поводья берейтору и уселся рядом с замаскированной дамой, которая сейчас же заговорила:
— Быть может, я окажусь совсем другой, чем вы воображаете!
— У вас голос ангела!
— И дьявольская злоба на сердце! Существует на свете человек, которого я смертельно ненавижу, и мне нужен друг, способный отомстить за меня!
— Ну так позвольте мне стать этим другом, — ответил Лагир с рыцарственностью своих двадцати двух лет.
— Берегитесь! Этот человек очень могуществен!
— Ну вот еще! — беззаботно ответил гасконец. — Я смеюсь над его могуществом! У меня добрая шпага, и стоит вам сказать мне его имя…
— О нет, не сейчас еще! — ответила незнакомка. — Сначала нам надо как следует познакомиться!
Она принялась расспрашивать Лагира о его семье, о родине и о мотивах путешествия в Париж. Но Лагир ответил ей на последнее:
— Не спрашивайте меня об этом, это — не моя тайна!
Незнакомка осталась, видимо, очень недовольна этим ответом, но все же поспешила согласиться:
— Вы правы, надо всегда беречь чужую тайну!
Тем временем носилки следовали извилистой лесной тропинкой, которая вдруг расширилась, и, несмотря на сгущавшуюся тьму, Лагир мог увидеть довольно обширную полянку, на которой блестела какая-то светлая точка. Приглядевшись, Лагир увидел, что этот свет исходил из щели ставен одного из окон белого дома, красовавшегося на полянке.
Тогда незнакомка сказала Лагиру.
— Выходите!
— Вы прогоняете меня? — с мольбой в голосе спросил Лагир.
— Пока еще нет! Ведь было бы безжалостно прогнать вас в такой поздний час!
— О, как вы добры! — И Лагир осмелился поднести к своим губам маленькую руку незнакомки.
Однако она высвободила свою руку и прибавила:
— Кроме того, я не гоню вас еще потому, что вы обещали мне…
— О, я буду вашим рыцарем и дам убить себя за вас!
— Но я должна принять некоторые меры предосторожности!
— А!
— Вы выйдете из носилок и усядетесь там в стороне, на пне.
— Ладно!
— Видите вы свет в том окне? Ну так сидите, не отрывая взора от этого света, пока он не погаснет. Тогда идите прямо в дверь.
Лагир вышел из носилок и уселся на пне. Носилки двинулись дальше и скрылись среди деревьев.
Лагир стал ждать. Прошло около часа, но огонь еще горел.
«Уж не стал ли я жертвой мистификации?» — подумал наш герой.
Вдруг он услышал стук копыт быстро мчащейся лошади, и вскоре со стороны дома показался всадник, который полным карьером промчался мимо него. В тот же момент огонь погас.
— Наконец-то! — сказал Лагир. — Ну что же, пусть все это имеет очень странный вид, но я пойду до конца!
Он дошел до дома, поднялся на две ступеньки крыльца и толкнул дверь. Из потемок высунулась маленькая рука, которая взяла его за рукав, а в то же время гармоничный голос незнакомки прошептал:
— Идите и старайтесь не шуметь!
Лагир был осторожен, поэтому свободную руку он положил на эфес шпаги.
XV
Подчиняясь руководительству незнакомки, Лагир сделал добрый десяток шагов в совершеннейшей тьме. Наконец его спутница толкнула какую-то дверь и в лицо Лагиру брызнул яркий свет.
Они вошли в небольшую комнату, сверкавшую роскошью и уютом убранства. Посредине комнаты стоял стол, накрытый тонкой скатертью и уставленный серебряными блюдами со всевозможными деликатесами. Стены комнаты были завешены тяжелой шелковой материей, повсюду виднелись произведения искусства и стояли жардиньерки с редкими цветами, источавшими чудесный аромат. Над столом висела итальянская лампа в виде алебастрового шара, распространявшая мягкий, чарующий свет, ласковыми отблесками ложившийся на художественно расписанный плафон.
— Где я? — пробормотал Лагир. — У принцессы или у феи?
— Быть может, у обеих сразу! — сказала незнакомка, улыбаясь и не выпуская руки Лагира. Затем она подвела его к оттоманке, усадила рядом с собой и продолжала: — Признайтесь, что вы не ожидали такого приема?
— Мне кажется, что я грежу! — ответил Лагир.
— Вы совершили длинный путь, устали, проголодались, и я сочла христианским долгом покормить вас. О вашей лошади можете не беспокоиться: вы найдете ее сытой и отдохнувшей завтра утром.
Последние два слова заставили нашего героя вздрогнуть.
«Гм! — подумал он. — Это обещает мне кое-что!»
Незнакомка, которая по-прежнему оставалась в маске, пригласила Лагира снять плащ и отцепить шпагу. Затем она уселась за стол, указав ему место возле себя, и промолвила:
— Займемся подкреплением своих сил!
— Но позвольте, — заметил Лагир, — разве вы собираетесь кушать не снимая маски?
— Конечно!
— Как это жестоко!
— Но зато предусмотрительно!
— Помилуйте, — обиженно заметил Лагир, — я дворянин!
— Но я и не сомневаюсь в вашей порядочности, — ответила дама в маске. — Дело лишь в том, что мое лицо принадлежит к числу тех, которые никто не должен видеть. Позднее, когда вы узнаете, чего я хочу от вас, вы поймете, что я не могу поступить иначе.
— Ну так приказывайте!
Поделиться книгой: