Козырная карта Апокалипсиса. Часть 2

Фредо, после того как я вошла, выждал буквально пару долей, чтобы убедиться, — Ним отрывать свою задницу со скамейки по случаю моего появления не намерен. Хмыкнув, Фредонис состроил скептически-осуждающую мину, но промолчал. И правильно. Вообще-то, я здесь как парень, так что вполне естественно, что при моем появлении никто не подскакивает, чтобы уступить мне место. Так что я спокойно уселась рядом с Тимом и огляделась. Неподалеку сидели Роберто с Агатой. На соседней парте — Адам. Так же по всей аудитории плавно рассредоточились: маг воды — Роджер, маг воздуха — Чезанно, два мага огня — Фонзи и Ксирономо. И еще один воздушник — Жан. Магов земли, как обычно, пригласить забыли. В команду они вроде как входят, но в близких друзьях не числятся.

— Слушайте, а объясните мне смысл пророчества, если его кто-то понял, — поинтересовалась я, с надеждой смотря на Роберто.

Однако ответил вместо него Анаэль:

— Смысл в том, саламандрочка, что тот, кто эту всю лабуду выдумывает, не отследил за моим перемещением из одного тела в другое. А это означает, что твой некромант сумел обмануть и демонов, и ангелов, и демиурга.

— Какого демиурга? — нервно уточнила я, проигнорировав «саламандрочку» и оглядывая всех растерянным взглядом. Вот только демиургов нам и не хватало! А так уже все есть…

Анаэль тоже огляделся, сморщился так, словно съел сразу целый лимон, и с выражением лица: «кругом меня одни дебилы», пояснил:

— Вы, вообще, иногда серым веществом у себя в голове пользуетесь? Кто еще может из мира в мир людей таскать и проходы закрывать, так что даже драконам не пробиться? Уж точно не ангелы и даже не демоны. У нас, изначально, договор с местным демиургом — мы у него снимаем мир, в качестве площадки для разборок, устраиваем войнушку, оплачиваем непредвиденные расходы и спокойно сваливаем, когда все заканчивается. А он тут прибирается сам. Ну и, понятное дело, в процессе тоже развлекается. Тырит народ из загнивающих мирков, обновляет генофонд, особенно у магов, а в качестве дополнительного условия ввел эту лабуду с пророчествами.

— То есть это из-за демиурга наши пацаны мелкие погибли?! — на подскочившем от возмущения Роджере повисли сразу двое — Чезанно и Жан.

— Да с вампами, вообще, все непонятно пошло, — Анаэль задумчиво почесал щеку, затем, запустив пятерню в волосы, убрал их вновь со лба. Вот уверена, это все привычки именно демона, а не Пэнфило. — Они ж за нас всегда сражаются. А тут один из корольков взял и тишком сговорился с ангелами, а те зачем-то выпустили их через границу площадки. Может, хотели на нас всех собак повесить, не знаю. Мы-то стараемся тут по минимуму гадить.

— Мелкими огненными феями, например! — мрачно съехидничал Ним, но развивать тему не стал. Остальные просто сидели и тихо офигевали, как и я.

— У меня предок даже расстроился, — буркнул Анаэль. — Так и знал, что их тоже нам припишут. А они в этот раз не наши, а ангельские. Но это хоть доказать можно, а с вампами могла бы получиться подстава. Я за это предлагал единорогов у ангелов из конюшен выпустить, — пусть бы поля потоптали, девственниц потаскали… Зато сразу стало бы ясно, чьи лошадки.

— То есть у вас каждый раз состав войск разный? — влез более-менее пришедший в себя Чезанно.

— Есть такое. Наемники меняются. Кто больше заплатил и раньше нанял — за того и будут сражаться. Поэтому ворота границы могут открывать только представители нашей и ангельской верхушки.

— И на кой ляд это все? — поинтересовался мрачный Тимка.

— Миров много, ангелы и демоны есть почти в каждом, раздражаем мы друг друга — сил нет. Как только уровень раздражения начинает зашкаливать, оплачиваем здешнему демиургу съем площадки и начинаем выяснять, кто круче. Наемников можно с собой приводить, можно из других миров нанять…

— Эй! Я не въехал! То есть каждые пять сотен лет у нас в мире не собственные ангелы и демоны, а чужие какие-то дерутся? Причем еще и разные? — очухался, наконец, и Фонзи.

— Приз за самый умный вопрос в студию, — усмехнулся Анаэль. — Говорю же, миров много, кто-то в своих развлекается, а кому-то удобнее в чужом душу отвести, навалять противнику и на какое-то время успокоиться. Ваш демиург все условия для этого создал.

— То есть наш мир — полигон для разборок тех, кому свои миры корежить жалко? — спокойно уточнил Фредо.

Даже если бы меня не захлестнуло потоком его внутренней ненависти, перекатывающиеся желваки под смуглой кожей и злой блеск черных глаз не позволяли обмануться его молчаливо-задумчивым видом.

— Претензии не ко мне… — с легким сочувствием вроде как даже попытался оправдаться Анаэль. — Зарабатывает он у вас на этом.

— Вот ведь сволочь… — эмоционально констатировал Роджер, стукнув кулаком по столу.

— Так, — протянула я, потирая виски пальцами и пытаясь удержать и переварить полученную информацию. — То есть вместо того, чтобы устраивать локальный Армагедон у себя, особо цивилизованные ангелы и демоны собирают армии наемников, оплачивают аренду этого мира и дерутся себе в удовольствие.

— Да! — немного раздраженно рявкнул Анаэль. — Я уже третий раз отвечаю на этот вопрос в разных вариациях.

— Иногда у них наемники вырываются за границы площадки, и тогда в этом мире происходят какие-то бедствия, о которых обычно сообщает ясновидящая или провидец, — в голове был полный хаос, и он беспокоил меня гораздо больше, чем нервничающий от нашей тупизны демон. В конце концов, охватить трезвым разумом такие сведения было действительно сложно.

Анаэль лишь лениво кивнул.

— В этот раз с ясновидящими напряженно, — почему-то вспомнила я.

— Ваш демиург заграждение обновил и усовершенствовал, поэтому теперь только прострелы вашего магического поля возможны и выбросы излишков. Это и без ясновидящей фиксируется. Зомби же вы сразу засекли…

— А вампиров и фей? — если уж я решила понять что-то, то не отступлю до последнего.

— А вампиров и фей кто-то намеренно выпустил через ворота. И ваш демиург вас об этом предупредил в пророчестве.

— Улет! Доброта его безгранична, — фыркнул Ним и почему-то немного озабочено посмотрел в мою сторону. Наверное, из-за того, что я зябко поежилась от эмоций Фредо.

Для меня сейчас все происходящее представляло лишь интересную, запутанную интригу. Я же сама, по-прежнему, продолжала себя ощущать жительницей иного мира, и это при том, что время уже давно измеряла по часам этого, даже не напрягаясь. И маму с папой последнюю неделю не вспоминала, даже во сне. Ясно, что не до них сейчас, но раньше я все же иногда пару раз всхлипывала в подушку, а тут совсем успокоилась.

А Фредо только что узнал, что его мир — полигон, на котором его демиург наживается. Думаю, ему сейчас не очень приятно… Хотя не знаю… Ну — полигон, и что теперь? Мир стал хуже? В нем все так же светит солнце, поют птицы…

— Кстати, о демиурге. Пророчества — это его идея? — продолжила я допрос демона.

— Да, попаданцы, пророчества и козырная карта — это он у вас развлекается, а мы должны в этом участвовать. Но это отдельная от битвы забава, и выигрыш в ней тоже отдельный, — Анаэль демонстративно потянулся, хрустнул переплетенными пальцами и посмотрел на меня с вызовом.

— Давай, рассказывай о правилах и выигрыше, — устало вздохнул Ним. — Не томи.

Анаэль нагло улыбнулся, но провоцировать дракона не стал, хотя было заметно, как его просто распирает от желания сказать гадость.

— Да с правилами вы все более-менее знакомы, — отмахнулся он. — Демиург выдает по очереди двенадцать пророчеств, часть студентов пытается их выполнить, часть им помешать. Конечно, если изначально не настроить всех против демонов или против ангелов.

— А где гарантии, что это не демоны выпустили вампиров, чтобы выставить врагами ангелов? — влезла я. Уж очень меня эта тема волновала, учитывая павлиньи задницы…

— Гарантия — логика, если ты знаешь, что это такое, — Анаэль все же не сдержался, выдал гадость, правда, теперь уже мне. — Вы могли бы обвинить нас в двух случаях. Если бы пророчества не было вообще, или если бы вампиры появились после пророчества. А я знаю, что они появились раньше. Так что, это ангелы хотели нас подставить, но не вышло.

— Хорошо, с пророчествами понятно. Ангелы хотели сыграть нечестно, демиург это предотвратил и настроил нас всех против них. Что дальше? Что будет, когда все пророчества закончатся? В чем смысл козырной карты? Каков будет выигрыш?

— Как много вопросов, саламандрочка…

— Не смей называть его так! — внезапно взвился Ним.

— Почему нет? — томно протянул демон, вроде бы продолжающий сидеть в лениво-расслабленной позе. — Ничем не хуже «ящерицы»…

Я сориентировалась быстрее всех, повиснув сзади на шее у подскочившего дракона.

— Ним, он же тебя специально провоцирует! Расслабься. Какая разница, как он меня называет? Нам же от него информация нужна, так пусть рассказывает…

— Какая разница? — прорычал Ним, оборачиваясь и глядя на меня злющими глазами с красной радужкой и черными вертикальными зрачками. А еще в этих глазах были боль и обида… Почти детская обида. — То есть для него «какая разница»?!

— Да, на него мне плевать. Поэтому мне без разницы, как он меня называет, — внезапно спокойным холодным голосом произнесла я.

Внутри тоже стало спокойно и холодно. Ушли не только эмоции Фредо, но и мои… Я даже догадываюсь, куда они ушли. Зато я не вспылила, тоже устраивая вокруг эмоциональную бурю, а, наоборот, погладив Ниммея по плечу, забрала себе бушующее внутри него пламя.

— Мы с тобой вроде уже с утра все выяснили, так что не надо злиться из-за пустяков, они того не стоят.

— Пустяк, это я, саламандрочка? — Анаэль, похоже, поставил себе цель довести кого-нибудь из драконов до белого каления.

— Тебе повторить список вопросов? А то ты немного с мысли сбился, — буркнула я демону, поглаживая Нима по руке и с облегчением наблюдая, как он успокаивается. Как выравнивается его дыхание. Как глаза из красных вновь становятся зелеными. Как бледнеет кожа, и на лице проступают веснушки. Как из-под пушистых темно-рыжих ресниц на меня смотрят уже не с обидой, а виновато…

— Прости, — прошептал Ним, выдохнув последние крохи раздражения.

— Бывает, — улыбнулась я, сжимая его пальцы в своих. — Наверное, тебе надо немного полетать в хорошей компании, — не знаю, что на меня накатило, когда я заговорила о полетах.

Может, тоже чувство вины? А может, меня зацепил тот утренний эмоциональный всплеск ревности, и вот сейчас… ему, действительно, было больно. Пусть и из-за такой глупости, как ласковое прозвище, которое ему употреблять запретили, а какому-то демону — позволяют. Причем не абы какое, а практически такое же.

Вот такой, более вспыльчивый, эмоционально менее устойчивый, более открытый и менее контролирующий себя Ниммей почему-то привлекал меня гораздо сильнее. Может, просто стал еще ближе и понятнее, потому что я сама такая же. А может, я, наконец-то, увидела, что не безразлична ему… раз он злится, ревнует, переживает… страдает. О да, самым приятным оказалось именно это — он страдает из-за меня. Как это, оказывается, сладко… И-и-ить… А я, оказывается, редкая стерва временами!

— Все, можно продолжать? — поинтересовался Анаэль таким тоном, словно это только мы виноваты в возникшей паузе. А он сам — невинная овечка.

— Можно, — благосклонно кивнула я, встретилась взглядом с демоном и вновь ощутила приток необъяснимого ужаса.

Насладившись моим страхом, Анаэль самоуверенно улыбнулся и снисходительным тоном продолжил…

Глава 7. Дружеские посиделки продолжаются

Да, с самими пророчествами все было более-менее ясно уже изначально. Войны ангелов и демонов для здешнего мира уже как традиция, на которую почти не обращают внимания. Вот сопровождающие их развлечения демиурга влияли на жизнь магов гораздо сильнее, поэтому о пророчествах и свале попаданцев они знали. А о том, что их мир раз в пять сотен лет сдается в аренду — даже не догадывались. Интересно, кстати, зачем вот сейчас нам это все выложили?

— Когда демиург огласит все двенадцать пророчеств, в ход идет козырная карта. На нее полагается отдельное, тринадцатое пророчество, дающее сразу три очка сверху. Карта — это девица, вокруг которой крутятся валет, король и туз. И задействованы могут быть как они все, так и только один из них. Я был уверен, что легко вычислю девицу, возле которой такая толпа мужиков, но нет… В вашей патриархальной боевой Академии куда не плюнь… сплошной разврат.

У Ниммея нервно дернулось верхнее веко, и я погладила его по руке, успокаивая. Сидящий на задней парте Фредо тоже занервничал, отпуская из-под контроля эмоции. Роберто с Адамом нервно переглянулись и уставились на Агату. Та растерянно заморгала, приготовившись открещиваться от третьего.

— Совсем не обязательно это должен быть горячо влюбленный в нее поклонник, — продолжил Анаэль, с искренним удовольствием наблюдая за нарастающим в аудитории напряжением. — Друг, брат, преподаватель…

Ним прорычал что-то сквозь зубы, сжимая кулаки. Пришлось тихо ойкнуть, напоминая, что моим пальцам, находящимся у него в ладони, это на пользу не пойдет.

— Извини, — расстроенно буркнул мой дракон.

А потом, совершенно неожиданно для меня, поднес мою руку к губам и поцеловал… ласково, осторожно, каждый пальчик. Я замерла, обалдевшая и позабывшая, где нахожусь. Хорошо, что мы сидели впереди всех и это проявление нежности видел только Тимошка.

— Главное, если остальные двенадцать пророчеств имеют срок годности в сутки, то «козырное» — бессрочное. Его нельзя просто пересидеть, его можно только предотвратить…

— То есть надо вычислить девушек, которые потенциально могут быть этой самой козырной картой и наблюдать за ними, верно? — зачем-то влезла я, привлекая к себе внимание.

— Кстати, вот если бы Рин был девушкой, то он идеально подходил бы под это условие, — задумчиво протянул Чезанно.

Я нервно сглотнула и растерянно уставилась сначала на Нима, потом перевела взгляд на Фредо, напоследок полюбовалась на Тима и решилась.

— А я и есть девушка…

— От! Я ж говорил! С тебя бутылка! — Фонзи шарахнул Ксирономо по плечу. — Что я девку от парня не отличу, что ли! Прикинь, уже дюжник им талдычу, что ты — девка, а они уперлись и на него все кивают, — возбужденно-довольный богатырь тоже кивнул в сторону Фредо. — А я им сразу сказал, что это как: «членом раз прошит, еще не содомит», только наоборот. Да и ты ж с драконом все время крутишься. Так что он, может, это… платонически… и все такое…

Я обернулась к своему некроманту, издавшему какой-то странный звук… что-то среднее между всхлипом, приступом удушья и хрюканьем. Мимикой Фредо сейчас очень напоминал Демо, крепившегося с утра из последних сил, чтобы не заржать. Нет, выдержки моего любимого преподавателя у него не оказалось, и он лишь тихо уткнулся лицом в парту, закрывшись от нас руками. Но по вздрагивающим плечам было ясно — ржет, гад… Ясное дело, не плачет же.

Анаэль тоже усмехнулся, как обычно, нагло и вызывающе. Остальные какое-то время приглядывались ко мне, и, в итоге, Роджер за всех констатировал:

— Как я понял, это ты сейчас по секрету сказала. Но для всех остальных как была пацаном, так им и останешься? Значит, сделаю вид, что не услышал… — И тут же поинтересовался: — А опекает тебя дракон?

— Никто меня не опекает, — не выдержав, сорвалась я. Выдохнула. Более спокойно уточнила: — Природниц, вон, никто не опекает, и ничего. Выживают как-то. Но если вам так будет легче, Ниммей за мной ухаживает, да.

— А Фредо, что, свечку держит? — поинтересовался Фонзи. — С Демо-то все ясно, у него невеста есть, сам говорил.

— Фредо… — я обернулась к своему некроманту, уже абсолютно серьезному и поглядывающему на Фонзи очень многообещающим взглядом. Ох, договорится сегодня богатырь… Совершенно ведь не фильтрует, что в мир несет. — Мы с Фредо просто общаемся и учимся магически взаимодействовать.

— Ага, — скептически хмыкнул Фонзи. — Не, я раз не в свое дело влез, так что теперь сижу на попе ровно и все такое… Главное, не запутайтесь, кто ухаживает, а кто просто общается. А то со стороны оно как-то слишком похоже выглядит.

Остальные парни, переглянувшись, прыснули от смеха.

— Фон, тебя не спросили! — не выдержав, рыкнул Фредо.

— Дык я ж ничего… Только демон насчет разврата не зря прошелся. Что-то, куда не обернись, один ухаживает, со вторым — общаются. А приглядишься, так…

— Фон! — тут уже не выдержал Роберто, и Фонзи, махнув рукой, плюхнулся на свое место и заткнулся.

— Да, надо вычислить девушек, которые потенциально могут быть этой самой козырной картой и наблюдать за ними, — когда все успокоились, отхихикали и отзлились, ответил Анаэль на мой вопрос и продолжил: — Самое интересное, что на первые двенадцать пророчеств ни ангелы, ни демоны повлиять никак не могут, их демиург в процессе придумывает. А вот тринадцатое — точно о даме и ком-то из ее мужиков. Вот тогда-то самое веселье и начинается, причем участвовать можно, лишь не привлекая внимания. Так что, скоро здесь появится замаскированный под студента ангел.

— Улет… — вновь процедил Ним. — Он тебя вмиг вычислит.

— Да ладно, сейчас меня все потеряли, — небрежно пожал плечами Анаэль, хотя на его лице и мелькнула озабоченность. — Раз произнесено седьмое пророчество, значит, проход через границу ваш демиург уже закрыл. Поэтому больше никто из демонов не просочится. А ангелы запечатанных чуют, только если к ним вплотную подойти или заинтересовать так, чтобы захотели приглядеться. А я высовываться не собираюсь, мое время еще не пришло. Это вы будете искать и карту, и ангела.

— Да чего карту-то искать? — удивился Фонзи, посмотрев на меня и Агату.

— Эти две — слишком на виду. Слишком уж… Тем более у чернявой третьего нет. Или есть?

Анаэль с ехидством уставился на Агату. Та посмотрела на него сурово-злым взглядом, от которого у демона на лице появилась его любимая отвратительно-наглая ухмылка:

— До мурашек пробрало…

— Слушай, а с чего ты решил, что мы все это для тебя делать будем? — заинтересовался Чезанно.

— Нет, если хотите, чтобы вами следующие пять сотен лет ангел правил и его команда, можете не искать никого.

— Да ну их… — выразил общую мысль Фонзи. — С кровососами я так и не въехал, кто из вас виноват, а вот прибить нас всех, пока мы последствия прорыва латали, они точно хотели. Так что, нет! Видал я таких правителей…

— Ну, так вот…

— Стоп! — выдала я, чуть не подскочив на месте. — Ты сказал «ангел», а не ангелы. И про команду. Объясняй давай!

— Торгаш, как есть торгаш, — буркнул недовольно Анаэль, — сразу выгоду чуешь. Тот ангел, что будет участвовать в розыгрыше козыря, и станет правителем, если выиграет. Ну и, ясное дело, один он это все проворачивать не будет, команду наберет.

— Так… — протянула я, накрыв ладонью руку напрягшегося Ниммея. — А если выиграешь ты, то…

— Ну да! — вызывающе хмыкнул Анаэль. — Тогда править буду я. А вы, так и быть, рядом… министрами покрутитесь.

— Улет… — очевидно, других слов у Ниммея не было. Остальные, вообще, молчали, даже Фонзи.

— То есть выигрыш — корона Хитхгладэ? — уточнила я. — Совершенно чужому иномирному демону?!