Помоги проекту - поделись книгой:
Противники закружили друг перед другом, периодически делая выпады и нанося удары из разных положений. При этом, меняя хват, они били то снизу, то сверху, упорно выискивая друг у друга слабые места в обороне. Клинки ножей порой громко звенели при соприкосновении. Всё это напоминало некий жуткий первобытный танец смерти. Чувствовалось, что каждый из бойцов прошёл неплохую подготовку и достаточно опытен в ножевом бое. Вполне возможно, у басмача были хорошие английские или немецкие инструкторы.
Неожиданно Нарожный сделал вооружённой рукой какое-то сложное, молниеносное движение. Басмач выронил нож и прижал к груди раненую руку, буравя пограничника взглядом, полным лютой ненависти.
— Ты проиграл. Сдавайся. — Политрук наклонился, чтобы подобрать чужое оружие.
В этот момент басмач левой рукой выхватил из-за голенища сапога другой нож — с широким и кривым лезвием — и бросился на Нарожного. Не ожидавший такого коварства политрук метнулся в сторону, но при этом оступился и упал, выронив штык-нож.
Бандит, извергнув из глотки звериный рык, прыгнул к упавшему и, приставив к его горлу нож, поставил политрука на колени.
— Смотрите, гяуры! — торжествующе завопил он, обернувшись к пограничникам. Его глаза налились кровью от предвкушения дикой расправы, стали безумными. — Сейчас я буду резать его как барана!
Семён сжал кулаки от негодования и желания убить бандита, поступившего так подло.
«Нельзя просто так, сложа руки, смотреть, как этот ублюдок будет резать Иваныча! Нельзя позволить ему это сделать!»
После секундного колебания он вскинул карабин и прицелился бандиту в голову Его палец замер на спусковом крючке.
И тут стоявший на коленях политрук взмахнул рукой, в которой сверкнула сталь. А уже в следующую секунду, ко всеобщему изумлению, басмач с хрипом согнулся пополам и повалился на землю.
Никто из «зрителей» не успел понять, что произошло. А понятно это стало тогда, когда Нарожный поднялся на ноги. Его правая рука сжимала «финку НКВД». Видимо, политрук на всякий случай припрятал у себя этот небольшой нож, который теперь спас ему жизнь.
— Молоток, Иваныч! — не удержавшись, закричал Семён.
Его переполняли радость и гордость за своего командира. В то же время, он ощутил угрызения совести, оттого что не проявил должной выдержки и поддался сомнениям, не поверив в то, что политрук выйдет из этого поединка победителем.
Поверженный бандит попытался встать, но вновь упал, держась руками за рану в паху. Он взревел от ярости, отчаяния и обиды, словно раненый зверь, который вдруг осознал, что пришёл его смертный час. Силы быстро покидали этого двуного хищника. Хрипя и кашляя кровью, с искажённым от боли и лютой ненависти лицом, он потянулся одной рукой к пограничнику, будто хотел схватить его, но так и застыл в этой позе.
— Ну что, джигиты, бросайте оружие! — обратился к басмачам Нарожный. — Я победил честно!
Действительно, его никто не мог упрекнуть в вероломстве, потому что бандит первым пустился на хитрость и получил в ответ то же самое.
— Шайтан! — раздался чей-то истошный вопль, после чего прозвучало сразу несколько выстрелов.
Но Нарожный вновь проявил проворность, опередив врага. Стремительно бросившись на землю, он распластался среди валунов и юркой ящеркой пополз к своим.
Перестрелка вспыхнула заново и продолжалась до самой ночи. Только под покровом окутавшей долину темноты басмачи удрали в сторону границы. Отступив в спешке, они бросили здесь полтора десятка убитых. Пограничники же потеряли четверых товарищей.
Этот свой первый серьёзный бой и поединок политрука с бандитом Семён запомнил навсегда…
Через три дня в перестрелке на границе погибли ещё шестеро пограничников, в том числе и политрук Нарожный, который стал для Семёна примером мужества и верности воинскому долгу.
С бандой окончательно покончили через месяц — она попала в грамотно устроенную засаду. Шестьдесят четыре басмача были уничтожены, и среди убитых оказались главари: Егамберды Аильчибеков, Зиянутдин Ахмедов и афганский резидент Тургунбай Худойбердыев. Семь басмачей попали в плен.
Семён Золотарёв ещё больше года прослужил на Памире, и за это время он не раз участвовал в задержаниях контрабандистов и афганских лазутчиков.
А в самом конце февраля 1943 года он попал на фронт, уже будучи рядовым 224-го Памирского полка 162-й стрелковой Среднеазиатской дивизии, которая вошла в состав только что сформированной на Урале 70-й армии…
Глава 4
Курсы младших лейтенантов
3.
В двадцать один год жизнь Александра вдруг круто и уже навсегда поменяла своё направление. Как одному из лучших комсомольцев не только своего колхоза, но и района, ему предложили пойти служить в Пограничные войска НКВД СССР, и он без раздумий согласился. Потому что Родина оказала ему столь высокую честь, и этим нужно было гордиться.
Так в сентябре 1937 года судьба забросила его в Восточный Казахстан, почти за четыре тысячи километров от родной Лиховки, в которой прошли детство и юность. Александр даже представить себе не мог, что однажды окажется в таких далёких краях — как говорится, у чёрта на куличках. Но вот оказался, став красноармейцем учебного пункта 30-го Бахтинского пограничного отряда, охранявшего границу с Китаем.
Конечно, первым делом новобранцам рассказали о том, как было образовано их подразделение. В 1927 году из состава Зайсанского пограничного отряда вывели «Отдельную Бахтинскую кавалерийскую комендатуру пограничной охраны ОГПУ». Она охраняла участок границы протяжённостью 526 километров, от перевала Сарканд на хребте Джунгарский Алатау до перевала Хабар-асу — на хребте Тарбагатай, и имела в подчинении четыре пограничные заставы: «Кызыл-Аул», «Чаганак», «Эмель» и «Тасты». А в марте 1931 года из Саркандской и Бахтинской погранкомендатур уже был создан Бахтинский пограничный отряд.
В 1937 году, когда Александр начал свою службу, в состав отряда уже входили две комендатуры и четырнадцать застав.
На границе в этом регионе в ту пору было тревожно. Восточно-Казахстанская область граничила с Синьцзян-Уйгурским автономным районом Китая, также известным как Восточный Туркестан. С давних пор эту китайскую провинцию населяли в основном уйгуры — тюркоязычный народ, исповедовавший ислам. Ещё в семнадцатом веке уйгуры создали в Восточном Туркестане своё государство, которое в 1760 году захватили правившие Китаем маньчжуры. С тех пор жестокое национальное угнетение порождало частые восстания уйгуров против китайской власти.
Так было и в тридцатых годах двадцатого века. По сути, с 1928 года по 1937 шли сплошные бунты и восстания уйгуров, а также китайских дунган, которые тоже являлись мусульманами. Советский Союз стал оказывать Китаю военную помощь для подавления этих восстаний и даже трижды вводил свои отдельные части на территорию Восточного Туркестана: в 1930, 1934 и 1937 годах. Естественно, всё это приводило и к обострению обстановки в приграничной полосе. Небольшие банды уйгуров часто просачивались через границу из Синьцзяна и не давали покоя местному населению и пограничникам. Кроме того, контрабандисты тоже регулярно шастали через границу в обе стороны и при задержании почти всегда оказывали вооружённое сопротивление. Порой в этих стычках Александр терял своих товарищей, да и сам пару раз находился на волосок от смерти.
Так что у Бахтинского погранотряда забот хватало. Засады, погони, поимка разных злодеев, бессонные ночи — всё это было обыденностью службы…
Сразу из учебного пункта, как один из лучших, Александр был направлен в школу младшего начсостава, находившуюся в Бахты, и, окончив курсы, стал командиром отделения меневренной группы…
Отслужив положенные три года и дослужившись до лычек старшего сержанта, он без всяких сомнений решил остаться на сверхсрочную службу. Потому что уже не мыслил свою дальнейшую жизнь без границы и без товарищей, которые за эти годы стали для него больше чем родными людьми. Офицеры-пограничники были настоящими мужиками — суровыми, решительными и сильными духом. Такие понятия, как честь и долг, для них являлись не просто красивыми словами — за эти понятия они в любой момент готовы были умереть. И умирали…
Александр хотел быть таким же, как они, хотел быть одним из них…
Да, жизнь — штука непредсказуемая. Второй раз Александр убедился в этом, когда в июле 1941 года неожиданно оказался в столице СССР. Пограничный округ отправил его и ещё нескольких старшин-сверхсрочников, как лучших, в ордена Ленина Высшую школу войск НКВД, при которой только что началась подготовка младших лейтенантов.
Школа находилась почти в самом центре Москвы, в старинном трёхэтажном особняке на улице Покровка. Она была создана приказом ОГПУ СССР 30 ноября 1923 года как Высшая пограничная школа, когда молодая Советская Республика ещё находилась в кольце враждебных государств и постоянно чувствовала угрозу. Для надёжной защиты её протяжённых рубежей нужны были профессиональные, грамотные офицеры, и их стали готовить во вновь созданном высшем учебном заведении.
Грянувшая Великая Отечественная война внесла свои коррективы в работу школы. Красная армия, которая с первых же дней войны несла огромные потери, остро нуждалась в командирах. Поэтому многих офицеров с границ отправили на передовую — из войск НКВД уже в июле было сформировано 15 стрелковых дивизий. В период с 22 июня по 10 июля основной курс слушателей Высшей школы полностью был откомандирован на фронт «для борьбы с германским фашизмом». Но на границе тоже нужны были офицеры. Поэтому школе, кроме обычных высших курсов, пришлось срочно готовить и младших лейтенантов.
В первый же день, на первом занятии, курсантам зачитали постановление, принятое преподавателями школы:
«22 июня 1941 года гитлеровская Германия, нарушив пакт о ненападении, вероломно напала на СССР. В силу навязанной нам войны наша страна вступила в смертельную схватку со своим злейшим и коварным врагом — германским фашизмом. Коллектив ордена Ленина ВПШ, как и весь советский народ, выступил на защиту своих прав, своей жизни — против врага».
Конечно, Александр сразу понял, какая ответственность лежит на всех курсантах, а это значит, что нужно всецело отдавать себя учёбе и старательно постигать нелёгкую военно-пограничную науку.
Здесь преподавали многие предметы на трёх кафедрах: военных дисциплин, огневой подготовки и марксизма-ленинизма. Помимо самого пограничного дела, это были тактика стрелкового взвода в обороне и нападении и военная топография, физическая, строевая, огневая и конная подготовка, баллистика и даже методы оперативной работы. Также были и общественно-политические дисциплины: история СССР, краткий курс истории ВКП(б) и политэкономия. А ещё, естественно, изучали и общеобразовательные науки: русский и иностранный языки, математику и экономическую географию.
В общем, нагрузка была большой, и приходилось изрядно напрягаться, но Александр, порой скрипя зубами, упрямо грыз твёрдый гранит знаний, стараясь быть в числе лучших слушателей. Сказывались его упёртый характер и сильное желание учиться чему-то новому.
Но, конечно, помимо учёбы, существовали и увольнительные с выходом в город, когда можно было погулять по Москве и полюбоваться её красотами. Столица поразила Александра своими просторными площадями и длиннющими, широкими проспектами, грандиозными «сталинскими высотками» и удивительным подземным метрополитеном имени Ленина. Но больше всего ошеломляли Кремль и Красная Площадь с Мавзолеем вождя мирового пролетариата. Правда, попасть внутрь гранитной усыпальницы так и не удалось. Мавзолей был закрыт, и сказали, что тело Ленина куда-то вывезли — то ли в Тюмень, то ли ещё куда. Александр сильно сожалел об этом, потому что очень хотел увидеть того, кто создал первое в мире социалистическое государство. Он ещё в юности много думал о Владимире Ильиче, особенно когда читал его труды. Уму не поддавалось, как этот человечище сумел совершить настолько великое дело — повести за собой народ на свержение царизма и, вместе с товарищем Сталиным, построить страну, в которой вся власть принадлежит рабочим и крестьянам. Ведь сколько для этого нужно душевных, да и физических, сил, сколько труда и упорства! А написать столько? Разве обычный человек способен на подобное? Конечно, нет! Здесь и ста лет не хватит! Так кто же он тогда был такой, этот Ленин?.. Или, всё-таки, каждый на такое способен? Надо только очень-очень сильно этого хотеть и посвятить своей заветной мечте всю жизнь, приложить все силы для её осуществления…
И всё же на первом месте была учёба. Занятия шли по десять часов шесть дней в неделю, не считая времени на самоподготовку. Особенно понравились Александру уроки физической и рукопашной подготовки, которые вёл молодой майор по фамилии Никитин. Это был среднего роста, на первый взгляд, ничем не примечательный человек с коротко стрижеными русыми волосами. Единственное, что выделяло его среди преподавателей школы, — это глаза, наполненные какой-то неземной печалью. Такие глаза бывают у пожилых людей, много чего повидавших на своём веку, но ведь Никитину-то ещё не было и тридцати. Как поговаривали, он участвовал в боях на реке Халхин-Гол в 1939 году, за что получил орден Красной Звезды.
Александр хорошо запомнил самое первое занятие в конце июля…
— Товарищи курсанты, сегодня мы с вами начнём изучать такие дисциплины, как боевое самбо и основы ножевого боя…
Майор Никитин стоял перед строем, сложив руки за спиной и широко расставив ноги. Занятие проходило на спортивной площадке школы. Для смягчения падений и чтобы не испачкаться, курсанты выложили на земле маты, сшитые из брезента и наполненные ватой.
— Многие из вас наверняка уже владеют приёмами самбо, но, думаю, далеко не всеми. Название самбо говорит само за себя — самооборона без оружия. Эта борьба вобрала в себя всё самое лучшее из боевых единоборств разных народов мира. Созданием самбо занимались Виктор Спиридонов, Василий Ощепков и его ученик Анатолий Харлампиев. В результате в нашей стране возникла собственная комплексная система приёмов защиты и нападения. Эта система способствует воспитанию настоящего советского человека, который способен постоять за себя, за свою семью и за нашу Родину. Самбо состоит из двух взаимосвязанных разделов: спортивного и боевого. Ну со спортивным, думаю, всем всё понятно… А что касается боевого раздела, то он, кроме обычных приёмов, включает ещё и специальные, в том числе с использованием холодного оружия, подручных средств и даже окружающей обстановки. Главная задача боевого самбо — это научиться побеждать в бою противника, вплоть до его уничтожения, и выживать самому. Мы будем изучать боевое самбо именно в этом контексте, потому что вам предстоит применять свои навыки в рукопашной схватке, где нет никаких правил, кроме одного — уничтожить врага любым удобным способом…
Никитин сурово оглядел притихших курсантов, стоявших перед ним в две шеренги.
— А теперь я продемонстрирую вам несколько приёмов из боевого самбо. Выйдите из строя, — указал он на рослого широкоплечего парня с петлицами старшего сержанта на гимнастёрке.
Курсант, как положено, вышел на два шага. В каждом его движении чувствовалась могучая сила. По сравнению с Никитиным он выглядел настоящим богатырём.
— Как ваша фамилия?
— Старший сержант Мирошников, — пробасил парень.
— Драться умеете? — без всякой тени усмешки спросил майор.
— А то как же. — Здоровяк улыбнулся, потому что вопрос был риторическим. Конечно, он, как любой пограничник, умел драться — и не только постоять за себя, но и обезоружить вражеского лазутчика.
— Хорошо. Тогда в стойку! — скомандовал майор и сам мгновенно приготовился к поединку — втянул голову в плечи, слегка согнул в коленях ноги и выставил перед собой согнутые руки.
Мирошников встал перед инструктором точно так же.
— Нападай! — рыкнул Никитин, глядя на противника внимательным, цепким взглядом.
— Как? — спросил курсант.
— Как хочешь! Бей или проводи бросок! Давай…
Пару секунд Мирошников стоял неподвижно, очевидно, размышляя, как ему лучше напасть, потом быстро шагнул вперёд и махнул правой рукой. Его огромный кулачище, описав в воздухе дугу, устремился к лицу майора. Такой удар легко бы сбил с ног такого, как Никитин, но удара не последовало, потому что кулак пролетел мимо цели — майор в самую последнюю секунду молниеносным движением пригнулся и поднырнул под руку курсанта.
Мирошников, увлечённый собственной инерцией, сам едва устоял на ногах, но всё же сумел восстановить равновесие и теперь махнул левой рукой. Никитин так же сноровисто повторил свой финт в другую сторону, и кулак старшего сержанта вновь не попал.
Озадаченный Мирошников замялся, но потом попытался нанести удар прямой. Майор чуть уклонился в сторону и перехватил руку курсанта. А в следующую секунду курсант оказался в воздухе ногами вверх и неуклюже шмякнулся на мат.
— Группироваться надо, — строго произнёс Никитин, одёргивая гимнастёрку. — Встать в строй.
Мирошников поднялся и, повесив голову, вернулся на своё место.
— Это называется бросок через плечо, — сообщил майор. — Есть ещё желающие?
— Разрешите? — собравшись с духом, спросил Александр.
— Фамилия? — Никитин смотрел на него с интересом.
— Старшина Романцов.
— Давай теперь ты, курсант Романцов. — Никитин сделал рукой приглашающий жест. В его хмуром взгляде на какое-то мгновение промелькнула весёлая искра. — Покажи нам, на что ты способен.
Александр встал напротив майора, принял боевую стойку и полностью собрался, внимательно следя за противником.
— Нападай! — крикнул Никитин, поводя плечами и встряхнув кистями рук.
Майор стоял расслабленно, но было понятно, что расслабленность эта обманчива, и за ней кроется готовый в любое мгновение вырваться наружу взрывной импульс.
Александр решил пойти на хитрость. Он сделал вид, что бьёт левой рукой в лицо, но этот удар до конца не довёл и нанёс другой — правой в корпус. Это был обычный приём из бокса, который, тем не менее, в поединке часто срабатывал благодаря скорости.
Но майор, легко разгадав эту хитрость, успел среагировать на второй удар, повернув корпус вполоборота и поймав руку Александра в крепкий захват. Затем он попытался заломить захваченную руку, но Александр схватился за неё в районе запястья второй, таким образом создав упор. Между противниками началась силовая борьба — каждый старался вывести другого из равновесия и опрокинуть.
Так продолжалось несколько секунд. Но когда Александр уже почувствовал, что начал одолевать майора, тот неожиданно перестал давить и резко шагнул назад. Потеряв точку опоры, Александр по инерции провалился вперёд, на Никитина, который тут же провёл какой-то хитрый, неведомый бросок. Произошло что-то непонятное — Александр взлетел как пушинка и, облетев вокруг майора, покатился по матам.
— Я думаю, этот приём никому из вас не знаком, — весело сказал Никитин. — Ему меня научил один пленный японец. По-японски он называется шихо наге, а переводится это как «бросок на четыре стороны света». Приём взят из японского боевого искусства айкидо, что по-русски примерно означает путь к гармонии духа. Если коротко, то суть этой борьбы заключается в использовании силы и энергии атакующего противника. То есть энергия атакующего обращается на него самого. Я постараюсь научить вас базовым приёмам айкидо. А сейчас несколько слов о ножевом бое…
Никитин подошёл к стоявшей неподалёку скамье и, взяв лежавший на ней нож, вытащил его из ножен. Затем он опять встал перед курсантами, держа холодное оружие клинком вниз.
— Это нож разведчика образца тысяча девятьсот сорокового года. Кто-то из вас уже знаком с этим оружием, а кто-то видит впервые.
Александру уже доводилось держать в руках НР-40, но не более того.
— На вид этот нож не очень большой, но в руках профессионала он является грозным оружием, — продолжал рассказывать Никитин. — Поэтому все вы должны освоить ножевой бой, тем более сейчас, когда идёт смертельная схватка с напавшим на нашу Родину врагом, и каждый из вас в любой момент может оказаться на фронте. Но приёмы ножевого боя могут пригодиться вам не только на передовой. Потому что вы, в первую очередь, будущие командиры войск НКВД, а это значит, что перед каждым из вас может быть поставлена любая задача.
Говоря, майор прохаживался туда-сюда вдоль строя и играючи крутил в руке нож, который словно сам собой двигался, посверкивая на солнце клинком, и казался живым.
— Техника ножевого боя достаточно разнообразна и состоит из проникающих уколов, режущих ударов, ударов рукояткой ножа, захватов ножом и метания ножа. Но при этом существует два хвата ножа: основной, когда клинок направлен в сторону от большого пальца, и обратный хват, при котором клинок направлен от мизинца.
Никитин несколько раз продемонстрировал эти хваты.
— Как вы видите, при первом хвате клинок направлен вверх, а при втором — вниз. Всё зависит от того, какую цель преследует боец… Но существует ещё и третий вид хвата — клинком вперёд. — Он ловко перехватил нож и сделал рукой несколько резких тычковых движений. — То есть каждый хват предназначен для нанесения определённых ударов: сверху, снизу или вперёд…
Поделиться книгой: