Абсолютная ложь (СИ)

Он уже и сам думал о том, чтобы отвезти её домой, ведь судя по всему, серьёзного ущерба не было, а быть уличённым в том, что сбил человека, не очень хотелось. Но сам не понимая почему, продолжал настаивать.

- Почему? – хмуро поинтересовался незнакомец.

Вероника закатила глаза, тяжело вздыхая.

- Я не совершеннолетняя, если ещё не понял. Они обязательно доложат родителям, а те… - девушка замялась, соображая более подходящую формулировку к словосочетанию «не должны знать о том, что я шляюсь по кабакам ночи напролёт».

- Не хочешь, чтобы знали, где ты провела эту ночь? – усмехнулся в догадке молодой человек.

- И что с того? – фыркнула Вероника. – Тебе-то какое дело?

Серо-голубые глаза выражали презрение, ярко демонстрируя, что ей глубоко плевать о том, что думают остальные.

- Ладно, не хочешь в больницу, не надо, - неопределённо пожал плечами молодой человек. - Отвезу тебя домой, - и, чтобы не выслушивать очередное возражение, поспешно добавил. - Не пойдёшь же ты в таком виде?

Незнакомец снова оказался прав. Вероника не могла не согласиться, как бы ей того не хотелось. Потому и не стала спорить, когда «Audi» тронулась с места.

- Куда ехать, скажешь? – поинтересовался парень, доехав до ближайшего перекрёстка.

- Парковая, тридцать три, - назвала адрес Вероника.

- Синарский район? – уточнил молодой человек.

Подумать о том, откуда, будучи не местным, молодой человек может так хорошо знать город, она не успела. То, что парень был не из этих краёв, она поняла совершенно точно. И дело не только в машине. Такого бы она запомнила, даже если бы увидела всего раз в жизни на долю секунды.

- Он самый, - хмыкнула девушка. – А что?

Водитель потянулся к приборной панели за рулём, доставая из лежащей там золотистой пачки «Davidoff» сигарету. Приоткрыв окно, он щёлкнул зажигалкой, прикуривая, и с видимым удовольствием затянулся первым дымом.

- Далековато для пеших ночных прогулок в одиночестве ты забралась.

Вероника не стала отвечать. На язык так и напрашивалась какая-нибудь дерзость, но провоцировать молодого человека ей не хотелось.

Какое ему дело до того где она ходит и с кем?

Девушка отвернулась, бесцельно разглядывая окно, за которым продолжала буйствовать стихия. Смотреть на широкую спину, обтянутую в хлопковую чёрную футболку с длинным рукавом, закатанным на три четверти, явно занимающегося спортом мужчины, не хотелось. Точнее, очень тянуло к подобному занятию, потому и не стала, стараясь избавить себя от раздумий о мужской привлекательности. Собственная озабоченность противоположным полом, за последние часы посещающая с завидным постоянством, так и вообще подлежала безжалостному подавлению даже в мыслях. Раньше Вероника не замечала за собой ничего подобного и, вспоминая старшего брата, решила, что будет и дальше придерживаться одобренной им линии поведения. Хватит приключений.

«Audi» притормозила на полпути до намеченной цели. Даже сквозь непрекращающийся ливень Вероника смогла разглядеть неоновую вывеску, переливающуюся красной надписью «FARMACIA24» на входе в круглосуточную аптеку.

- Ты обещал отвезти меня домой, - негромко произнесла девушка.

Но водитель уже не слышал, выйдя наружу. Замок центрального замка тут же щёлкнул, не позволяя сбежать в отсутствие владельца территории.

- Точно странный… - выдохнула Ника.

Следующие пять минут прошли в ожидании возвращения молодого человека, а ещё в попытках побороть на своём лице расплывающуюся отчего-то довольную улыбку. Вернулся парень не с пустыми руками. И сел не на водительское место, а рядом с девушкой на заднее сиденье.

- Что это? – недоверчиво скосилась Вероника на картонный пакетик в его руках.

- Будем играть в доктора, - улыбнулся он.

Незнакомец помог девушке избавиться от жакета, после чего осмотрел её руку. Вероника не сопротивлялась. Хотя такая мысль посетила не один раз, пока он сосредоточенно исполнял задуманное, обрабатывая повреждённые участки кожи.

Раньше по-настоящему искренне о ней заботился только старший брат, но на то была причина. И впервые кто-то проявил к ней внимание просто так. Не по тому, что отец вознаградит или не из страха, что могут быть последствия. Просто так. И это казалось Веронике непостижимым и странным. В тоже время вызывало внутри неведомые ранее эмоции. Тёплые. Благодарность и… что-то ещё, чего и сама пока не поняла.

- Как тебя зовут? – поинтересовался, беря в руки бинт.

- Не скажу, - захотелось поупрямиться девушке.

- Почему? – искренне удивился он.

Взгляд ставших почти чёрными глаз встретился с серо-голубым. Вероника задержала дыхание, любуясь  мужчиной, и пропустила вопрос мимо слуха. В голове билась лишь одна мысль. О том, как хочется прикоснуться к гладковыбритому загорелому лицу и почувствовать его тепло на своей ладони. О том, что будет именно так, даже не сомневалась.

- А ты оказывается ещё та врединка, - поморщил нос молодой человек.

Тёмные брови нахмурились, а уголки губ Вероники дрогнули в новой непроизвольной улыбке.

- Может быть, - беззаботно отозвалась она, думая о том, что и сама не знает, как его зовут, что вызывало бесспорный интерес.

Но поскольку уже начала играть в недотрогу, то отступать поздновато.

Вскоре повязка была наложена, после чего водитель вновь вернулся за руль, а через несколько минут серебристый седан подъехал к пятиэтажному кирпичному зданию, на фасаде которого значилась синяя табличка с надписью «Парковая, 33».

- Если захочешь ещё погулять, выбирай более безопасное место, - вместо прощания, произнёс водитель, прежде чем Вероника закрыла за собой дверцу.

- Я подумаю, - усмехнулась девушка и, больше не смотря в сторону автомобиля, направилась домой.

ГЛАВА 3

Звук отъезжающей Audi А6» отозвался горьким сожалением в сознании Вероники. Но она не стала оборачиваться. Ливень немного сбавил обороты, но оттого стекающие по голым плечам капли не становились теплее. Оранжевый хлопковый топ промок в одно мгновение. Девушка сразу же замёрзла. Жакет остался в машине. Быстрым шагом добравшись до подъезда, и забравшись по ступенькам, только в тот момент она поняла, что сумки при ней нет. Клатч остался лежать на дороге, когда её сбила машина. А в нём были и ключи от домофона, и квартиры, и телефон, и деньги.

Вероника беспомощно уставилась на закрытую дверь, думая о том, что сейчас примерно около четырёх утра и ещё не скоро появятся прохожие, которые смогут помочь войти. Да и запасные ключи от жилища возможно будет раздобыть не раньше восьми – девяти часов. Позвонить кому-нибудь и попросить помощи тоже невозможно.

- Гадство! – вскрикнула в сердцах девушка, пнув с досады дверь.

Потеря сумки стала последней каплей, перевешивающей чашу весов и без того еле значащейся выдержки. Впервые за три дня, Вероника просто дала волю эмоциям и, присев на скамейку перед домом, позволила себе рыдать, закрыв лицо ладонями. Последний раз девушка плакала, когда ей было десять. Ногу свело судорогой, и она чуть не утонула в реке, но старший брат быстро среагировал и вытащил вовремя. Тогда она точно также рыдала, но только не в одиночестве, а уткнувшись лицом в мощное плечо своего заступника. И именно тогда Вероника пообещала Юре, что всегда будет сильной, и не будет плакать. Сегодня она нарушила своё обещание. Окончательно сломалась.

Солёные дорожки стекали по щекам, смешиваясь с пресными каплями дождевой влаги, стекающей по длинным прямым волосам цвета спелой вишни. Но Веронике всё равно как она выглядит. Пугающая пустота заполонила разум, норовя захватить и душу. Одиночество. Никогда прежде девушка не чувствовала себя такой одинокой. Покинутой всеми. Даже когда рассматривала фотографии изуроченного металла, прежде бывший машиной Юры, хотелось верить, что это всего лишь дурной сон, а когда-нибудь она проснётся, и светловолосый голубоглазый старший брат вновь улыбнётся своей самой лучшей тёплой улыбкой. И даже когда невидяще смотрела, как чёрная земля сыплется на покрытый лаком деревянный ящик, хотела верить, что это всё неправда. Ведь она не видела тело. Гроб был закрытым. Предпочитала думать, что это лишь жуткое недоразумение, которое со временем обязательно разрешится. Только сейчас Вероника осознала, что этого не будет никогда. Зияющая пустота наступала. Пробиралась в душу, забирая вместе с собой всё светлое, что когда-то было в этой жизни. И она не могла справиться с ней, да и не хотела. Желала лишь раствориться в этом ощущении, и забыть навсегда… всё. Не знать и не помнить. Просто не быть.

- Решила прогуляться ещё? – знакомый баритон выдернул в реальность.

Вероника отвела ладони от лица и увидела перед собой водителя серебристого  «Audi». Он сидел перед девушкой на корточках и участливо рассматривал её. Парень промок насквозь. По загорелому лицу стекали крупные капли дождя. Но казалось, он не замечал непогоды. Видел только ту, что сидела перед ним. Так неотрывно и пристально смотрел на неё, что в свете предрассветного полумрака Веронике показалось, что чёрные глаза по краю радужки отливали серебром.

- Сумку потеряла. На дороге осталась, - хрипло пояснила она. – Не могу войти внутрь.

Конечно, девушка врала. Нет, не в словах. В причине своих слёз. Ей уже давно было плевать, что стало с вещами. Но в этом она не признается никому. Хватит и того, что смогла признаться самой себе. Стремление исчезнуть и раствориться в небытие только усилилось, едва Вероника поняла, что он видел, как она плакала.

Интересно, как давно он здесь? И почему вернулся?

- Ты забыла в машине, - пояснил он на застывший на лице вопрос, положив жакет на скамейку рядом с девушкой.

- Спасибо, - попыталась улыбнуться она.

Попытка вышла довольно жалкой и совсем не убедительной.

- Ты вся промокла, - продолжил парень. – Поехали, поищем твою сумку?

Он протянул руку, с ожиданием глядя на Веронику.

- Хорошо, - покорно согласилась девушка.

Широкая горячая ладонь соприкоснулась с подрагивающей и холодной. Он помог  подняться со скамейки, утягивая за собой в сторону стоящей в ста метрах от подъезда машины, и усадил на переднее сиденье. Включил обогрев на полную мощность и, задумавшись о чём-то своём, прибавил громкость играющей в салоне магнитолы, после чего вновь тронул «Audi» с места. Не успели они проехать и полпути, как лежащий на панели перед рулём телефон подал признаки входящего вызова.

- Я занят, - холодно произнёс молодой человек, взяв трубку.

И, не дожидаясь ответа, отключил аппарат. Полностью. В салоне вновь воцарилось молчание, разбавляемое лишь звуками играющей мелодии. Веронику раздирало любопытство, но она удержалась от вопросов, хотя так и хотелось поинтересоваться, чем именно в настоящий момент водитель так занят, что даже телефон отключил.

Неужели съездить за её сумкой равнозначно для него чему-то важному? А может ему просто не хочется с кем-то общаться, поэтому он так отреагировал?

Терзаемая противоречиями, совсем не свойственными прежде, Вероника отвернулась к окну, упорно убеждая саму себя, что её вообще не касается жизнь малознакомого мужчины, чьего имени она даже не знала. Так они и доехали до места их первой встречи.

На удивлении Вероники, сумка нашлась быстро. Дождь не повредил содержимое клатча, а когда молодой человек вернулся с находкой в салон, стало понятно, почему проблем с поиском вещицы не возникло. Звук мелодии, исходящий от смартфона внутри клатча огласил салон, едва водитель захлопнул за собой автомобильную дверцу.

- Всё время пиликает, - пояснил парень, протягивая сумку.

- Спасибо, - улыбнулась девушка в ответ, положив мокрое лаковое изделие на колени, не боясь испачкаться.

И без того состояние внешнего вида оставляло желать лучшего.

- Отвечать не будешь? – удивлённо приподнял бровь новый знакомый.

Девушка тяжело вздохнула и открыла сумку. Вообще-то она и вправду не собиралась отвечать. Единственной из всех знакомых, кто могла бы звонить в такое время, по мнению Вероники, была Катерина, а разговаривать с ней пока не хотелось. Решила, что поговорит позже и без свидетелей. Выслушивать аннотации по поводу своего поведения в присутствии чужого человека не хотелось. Тем сильнее оказалось удивление, в то время как собралась нажать кнопку отключения вызова, поняв, что звонит Влад.  Нажав на отключения звука, шатенка отвернулась к окну, ожидая, когда машина отвезёт её домой. Но Audi стояла на месте. Водитель развернулся к ней полубоком.

- Почему ты не берёшь трубку? – медленно, выделяя каждое слово, произнёс он.

Тёмно-карий взгляд внимательно рассматривал её. И ждал ответ.

«Точно странный», - подумала Вероника.

Девушка шумно выдохнула и нажала на принятие вызова до сих пор вибрирующего на беззвучном режиме гаджета.

- Чего тебе? – пробормотала недовольно.

Взгляд от сидящего рядом она также не отвела, всем своим видом демонстрируя: «теперь доволен?». Наряду с её неприветливым тоном, абонент также не был расположен к любезностям.

- Ты где? – злобно отозвался Матвеев.

- Дома, - машинально соврала Вероника.

Чем вызвала невольную усмешку продолжающего смотреть на неё парня.

- Ни хрена, мать твою, ты не дома! – взвинчено воскликнул Влад. – Если ты мне сейчас не врёшь и ты действительно дома, тогда какого… не открываешь?

Вероника задержала дыхание. Не ожидала, что Матвеев соберётся проверять, действительно добралась ли она или нет. А что ответить так и вообще не знала.

- Ты меня вообще слышишь?! Я с тобой разговариваю! Где ты шляешься?! – не успокаивался парень.

- Я… - девушка нахмурилась, но торопиться с объяснениями не спешила.

Так и не смогла придумать, что должна ответить. Никогда прежде с ней не разговаривали в подобном тоне. Тем более, всегда спокойный Владислав Матвеев. Да вообще никогда не слышала, чтобы он повышал голос хоть на кого-то!

- Бля, скажи мне, где ты! Я за тобой приеду! – продолжал орать он.

Вероника до боли прикусила нижнюю губу. И снова промолчала. Чувство стыда жгло щёки. Мало того, что друг старшего брата устроил такой скандал, так ещё и при постороннем. Дилемма разрешилась быстро. И не по инициативе Вероники. Тяжело выдохнув, водитель не вытерпел, забирая из её рук телефон.

- Не ори. Сейчас приедет.

Если до этого момента Вероника не дышала, то сейчас так и вообще решила, что сердце перестало биться. Парень аккуратно положил телефон на панель, и тихо поинтересовался:

- Это из-за него ты… ночью под дождём по дороге… шла?

В какой-то мере это было правдой, потому Вероника машинально кивнула, потом сообразила, что её не правильно поймут, и усиленно замотала головой в отрицании.

- Ясно, - ухмыльнулся парень, трогая машину с места.

Не прошло и пяти минут, как «Audi», нарушая скоростной режим и все попутные правила дорожного движения, домчалась до «Парковой, 33», остановившись аккурат перед стоящим около подъезда Владом. Парень опирался на стоящий позади него «Lexus IS» цвета мокрый асфальт и с интересом наблюдал за подъехавшим автомобилем. Дождь почти прекратился. Лишь изредка расплывающиеся по лужам разводы от мелких капель напоминали о том, что непогода не сдала свои позиции окончательно. Вероника двинулась вправо, намереваясь открыть дверь, но была остановлена.

- Нет, - грубо одёрнул сидящий рядом. – Тут сиди.

От удивления девушка замерла. И только собралась открыть рот, чтобы поинтересоваться с чего это он вдруг раскомандовался, как водитель вышел на улицу, громко хлопнув дверью, после чего в очередной раз щёлкнул центральный замок, отрезая Веронике возможность ослушаться.

- Зашибись… - простонала вслух.

Из машины парень выбрался быстро, как и справился с сигнализацией, но его дальнейшие шесть шагов до Влада показались Веронике такими долгими, что успела перебрать все возможные и невозможные варианты дальнейшего развития событий. И всё равно ошиблась. Обоюдное крепкое рукопожатие вокруг правого запястья, приправленное лёгким хлопком по спине левой рукой, до боли напоминающее манеру приветствия Влада и Юры между собой, словно удар кувалдой прошлось по её сознанию. После приветствия, оба перестали улыбаться и о чём-то сосредоточенно разговаривали. Ни одного произнесённого слова расслышать, конечно же, не удалось, но судя по впечатлению Вероники и тому, что вопросы задавал новый знакомый, а Матвеев больше напоминал ученика, у которого «собака съела домашнее задание», а теперь оправдываться приходится, речь шла именно о ней. Мысли метались в разных направлениях, начиная с того, что «Влад знает, как его зовут – обязательно спрошу!» и, заканчивая «Ну конечно! Даже можно было и не сомневаться в том, что в этом городе можно встретить хоть одного нормального парня, который был бы… действительно нормальным… и не знаком с Матвеевым». Ничего не оставалось, как сидеть и смотреть, как два вероятно давних знакомых общаются на протяжении долгого времени, изредка бросая в её сторону косые хмурые взгляды. От этого становилось не по себе.

И о чём они разговаривают целых полчаса?

Попытка в десятый раз дёрнуть ручку не помогала освобождению из автомобильного плена, но девушка решила, что сдаваться просто так не намерена. Хотя бы из вредности. И пусть выходило жалко и безуспешно. Всё лучше, чем сидеть смирно и ждать. Как итог, к тому времени, когда оба молодых человека дошли до «Audi», запертая пассажирка была на пороге истерики. Едва центральный замок щёлкнул, позволив девушке выйти наружу, первым делом Вероника решила наорать на Влада, оказавшегося на пути.

- Ещё раз повысишь на меня голос, я… - столкнувшись с неподдельным любопытством в карих глазах лучшего друга старшего брата, явно предвкушающего продолжения речи, девичий запал быстро закончился. - Да пошёл ты, Матвеев… - буркнула напоследок Вероника.

Девушка сделала шаг в сторону, по диагонали обойдя стоящего перед ней, и быстрым шагом направилась к подъезду. Эмоции кипели, и гнев просил выхода наружу, но она прекрасно понимала, что Влад не из тех, кто спустит с рук подобное отношение к себе, потому бегство показалось наиболее подходящим вариантом. Сигнал открытия домофона ждала как никогда прежде. Дёрнув металлическую дверь на себя, Вероника направилась к лестнице, и уже собралась облегчённо выдохнуть, как поняла, что в подъезд зашла не одна. Не прошло и секунды, как тяжёлое дыхание задело висок, а сильные мужские руки до боли сжали плечи, разворачивая девушку лицом к себе.

- Кажется, мы не договорили, - раздался ласковый шёпот, смешивающий дыхания.

Вероника вздрогнула и попыталась отодвинуться. Казалось между ней и Владом не осталось и миллиметра свободного пространства. Он был так угрожающе близко, что она не знала, как реагировать. Могла почувствовать на себе каждый звук, что произнёс молодой человек, и каждый его вдох и выдох. Дышала с ним одним воздухом. И не верила, что будет продолжение, суть которого была весьма очевидна и близка к исполнению.

- М-мне нечего тебе сказать, - ответила жалким полушёпотом.