Кассандра

Клитемнестра: А с какой стати тебе ее убивать? Что это тебе даст?

Менетий: Царица, я тебя люблю.

Клитемнестра: Ну и люби на здороьве. Зачем себя губить, месть царя навлекая на себя? Или ты намерен и его убить?

Менетий: Если прикажешь.

Клитемнестра: Нет, Менетий, тут и без этого у всех руки в крови. Хватит. И для чего мараться, я и так твоя. Обними меня, целуй, будем вместе радоваться жизни, а чем там занимаются мой муж с наложницей, какое нам дело.

Менетий: Так ты…

Клитемнестра: Действуй же! Хотя тут как на проходном дворе. Ощущение, что кто-то за нами наблюдает. Пойдем в мои покои. Какой ты молодой, красивый, сильный…

Клитемнестра и Менетий уходят. Через некоторое время входит Кассандра.

Кассандра: Жалкие ничтожества! У каждого есть причина покончить с царем, и все боятся. Кто мог подумать, что подобный народ завоюет Илион.

Голос Агамемнона: Кассандра! Кассандра, где ты?

Кассандра: А вот и завоеватель собственной персоной.

Входит Агамемнон в банном халате.

Агамемнон: Ах вот ты где, а я ищу, ищу. Уже думал, что кто-то с тобой все-таки расправился.

Кассандра: Нет, все в порядке. Просто не сидится мне. Видения замучили. Будто б я иду по дороге с вашим сыном и даю ему наставления.

Агамемнон: Вполне возможно, что так однажды и будет. Вскоре мы с тобой свои отношения оформим официально. Клитемнестре пинок под зад и пусть катится с Эгисфом куда-нибудь подальше, а мы поженимся, и ты действительно будешь воспитывать моих детей. Ты рада?

Кассандра: Безмерно.

Агамемнон: Вот и отлично. (Целует ее). Что ж, теперь пойду, полежу немного в ванне, всю дорогу о ней мечтал. А ты, чуть погодя, помоешь меня и умастишь добрым оливковым маслом. (Уходит, задерживается в дверях). Однако ловко я их приструнил, а? (уходит)

Кассандра: И что теперь? Стать его женой, царицей? Какое славное будущее! Тысячи девушек, ахейских, троянских, любых, визжали бы от радости. И как завидовать мне будут — надо же, рабыня, хоть и царской крови, но рабыня, ничто, пыль придорожная, царицу с трона сбросила и сама уселась… Но разве этого я жаждала?! Разве я — такая же ягница, как Андромаха, которая покорно разделила ложе с сыном убийцы мужа? Ну нет, тысячу раз нет! Люди могут мириться, но народы — никогда. (Достает кинжал) Народ, однажды побежденный, восстанет при первом удобном случае. А если он разбит совсем и вынужден скитаться по миру, и тогда найдется утешение — месть. Потому — трепещи Атрид! Да, умащу тебя, но не оливковым маслом, а твоею собственною кровью! (уходит туда же, куда Агамемнон)

Короткий мужской вскрик. Возвращается Кассандра без кинжала.

Кассандра: Он мертв. Но это далеко не все! Вместо славы победителя его могила будет овеяна позором, таков удел воина, павшего от руки женщины. И не просто женщины, а собственной жены, да, она тоже ответит мне за всех изнасилованных и обращенных в рабство троянок, не жизнью, правда, но вечным стыдом — ибо кто усомнится, что это сделала она… Не я же, та, которой предстояло в недальнем будущем взойти на трон… Но и это не все! Преступления его проклятого рода будут продолжены его сыном, я об этом позабочусь… Орест будет расти и мужать под гнетом тягостного знания, которое я ему преподнесу. Он поверит, что его мать убила собственного мужа, и что пролитая кровь вопиет о мщении, которое ему, злосчастному, должно осуществить. (уходит).

Пауза. Появляется Эгисф.

Эгисф: Эй, кто тут кричал? (проходит в ванную. Возвращается, шатаясь.) Она все-таки сделала это. Я не осмелился, а она сделала. Вот женщина! Но где же она сама? Клитемнестра! Клитемнестра! (уходит)

Входит Клитемнестра.

Клитемнестра: Что случилось? Кто звал меня? (проходит в ванную).

Голос Клитемнестры: Что это тут? Откуда кровь?.. Ах! (выходит из ванной с кинжалом в руке). Он все же осмелился. Я спасена.

Прибегают Электра и Хрисофемида.

Хрисофемида (истерично): Смотри, у нее кинжал, кинжал!

Клитемнестра: Глупости, детка. Кинжал лежал на полу, я об него споткнулась и подняла.

Хрисофемида: Кассандра говорила правду! Отец хотел, чтобы она стала царицей, и мать убила его!.

Электра(мрачно): Я знала, да, знала, что она это сделает…

Хрисофемида: О нет! (падает в обморок)

Приходит Эгисф.

Эгисф: Что тут происходит?

Электра: Мать убила отца.

Эгисф. Ну уж мать! Я думаю, это Кассандра. Кстати, где она? Сейчас мы ее поймаем и развяжем ей язык. Признается — казним.

Электра: Кассандры нет. Она бежала.

Эгисф: Тогда убийца точно она. Менетий! Где Менетий?

Входит Менетий.

Эгисф: Догони и верни Кассандру, она убила Агамемнона.

Электра: Вам ее не найти. Надеюсь, что так, ибо она должна спасти Ореста.

Клитемнестра: От кого?

Электра: От вас с Эгисфом. Я дала ей письмо к нашей тете, фокидской царице, при дворе Строфия мой брат будет в безопасности. Но даже если вы ее поймаете и под пытками заставите признаться, я не поверю, я знаю, что убила мать, и расскажу об этом всем.

Менетий: Но царица не могла…

Эгисф: Почему? А, заговор! Меня хотите сделать убийцей? Не выйдет! У меня алиби.

Клитемнестра: Прекрати истерику, Эгисф. И ты, Электра, перестань скрежетать зубами. Да, это сделала я. Ваш отец глубоко унизил меня и заслужил тем самым свою участь. Завтра мы предадим его земле. И будем с тобой, Эгисф, править в Микенах, уж наверняка у нас это выйдет лучше, чем у солдафона, который умел только мечом махать. Подумаешь подвиг — разорить город и поубивать его жителей! А ведь говорят, Троя была очень красива.

Эгисф: Тем не менее мы похороним его со всеми надлежащими почестями. Менетий, займись!

Менетий: Слушаюсь.