Помоги проекту - поделись книгой:
— Ну тогда погнали отсюда, вы давайте вперед, а я еще им сюрпризец оставлю.
Спустя метров через сто поставил мину направленного действия, если за нами решат послать погоню, должно накрыть. Если они, конечно, не на броне будут. В чем я сомневаюсь, не пройдет здесь техника, разве только байки, как у нас. И с воздуха они за нами не пойдут, не слишком заметный след мы оставляем.
Пропетляв по лесной тропинке с пару километров, включили антигравы едва поднявшись над кронами деревьев пролетели километров двадцать. Решив, что достаточно оторвались, приземлились для отдыха и обсуждения наших дальнейших планов.
— Повеселились знатно. Что дальше делать будем?
— Хлопцы.
— Что?
— Ну, по смыслу, здесь должно прозвучать, что делать будем, хлопцы? — сказал Шильда.
— Это он что-то про разбойников вспомнил, не обращай внимания.
— Ну а что, вполне себе благородный сэр, даже с мечом, а мы его стрелки-спутники героя. Но он скрывает свое благородное происхождения, он типа, атаман и нас зовет:
— Если тут и есть колдун, то это я сам. А хлопцев, я запомню. Буду звать тебя не Шильда, а хлопец!
Мы рассмеялись. Чача, даже прослезился, вытирая одной рукой слезы он бил другой товарища по плечу, говоря:
Успокоившись, я снова обратился к бойцам:
— В общем так… парни. Сначала я думал, что мы будем мотаться по лесам и с большим трудом выбивать зверей, стаю за стаей. В принципе, так мы можем и действовать, выбирать удобное место, уничтожать одну стаю, а за тем, по мере поступления бить это мясо, пока не возникнет опасность того, что нас совсем уж прижмут. После этого, пользуясь скоростью и возможностью к полету быстро перемещаться в другой квадрат леса и повторять эту экзекуцию. И, наверное, для того чтобы лучше сработаться, мы пару раз такую процедуру проведем. Но, тратить возможности, обретенные благодаря вашим байкам, на тупой забой "скота" скучно и непродуктивно. Нужно думать о большем. И давайте об этом поговорим, как нам нанести нашим врагам максимальный ущерб. Сделать как можно больше и больней, и чтобы нам за это ничего не было! Прошу, высказываемся.
Первым подал голос Чача.
— Честно, кроме борьбы с тварями, ничего в голову не приходит. Кстати, еще недавно, мы как-то не думали, что это скучно. Я до усрачки боялся, что нас прижмет стай так пять, с которыми мы ничего не сделаем. Я за охоту!
— Принято. У кого еще есть мысли?
Шильда. Слегка помявшись.
— Ну, можно на дорогах засады устраивать. С минированием и плазмоганами мы даже вчетвером — сила. Подрываем то, что успели, накрываем огнем, пока не опомнились — и деру! В леса. А если колонна небольшая, можно уничтожать полностью.
— Мысль понятная, командир тоже о таком думал, пока стаи не "поумнели".
— Я думаю, можно по небольшим городкам пройтись, посмотреть. По объектам всяким, где увидим небольшие гарнизоны — будем давить. Хлопотно, конечно, но где-то враги кучкуются, и не только на больших базах. — Шаран.
— Ну хлопцы, — народ опять заулыбался, — мысли дельные. Будем пробовать все понемножку.
— А сам что думаешь? — спросил меня Шильда.
— Склады. Склады с боеприпасами, оставшиеся от армии. СОП-овские укрыты, армейские нет, обозначены у нас на картах в коммуникаторах. Враги о них знают и взяли под контроль, если уж додумались воевать нашим оружием. Их уничтожение — удар по врагу. Хотя, кто знает, насколько существенный, ваши командиры столько оружия насобирали, что может быть, уничтожить несколько складов — меньше комариного укуса. Будем пробовать разное. И стаи стали смертельно опасны, простые группы выживших, даже хорошо вооруженные уже не смогут легко от них отбиваться. И на дорогах поработать нужно. Серьезно этим заняться нам не дадут, будут сопровождать колонны с воздуха, хотя и тут есть варианты. И по городкам пройтись стоит. Всем заниматься придется. Мы теперь, как те ваши благородные разбойники — сами по себе. Ни с кем связаться не могу, будем воевать сами.
Кстати, Вик и его бойцы так и не узнали, что реально уничтожили генерала с группой сопровождения. Не слишком значимую персону, руководителя поводырей в армии Империи не слишком уважали, командир неразумных тварей! Даже как-то смешно. Но тем не менее после того, как удалось разобраться с бешенством стай на той поляне, один из поводырей нашел расстрелянных офицеров, попытался сообщить об этом начальству, используя рацию в флаере. Не успел, только устроился в кресле, как взорвалась мина. На это обратил внимание другой поводырь, и не приближаясь к машинам — он подумал, что в флаер попала ракета, вызвал подкрепление. Прибыло оно, с воздуха никого не нашло, приземлилось, оцепило место происшествие, вызвало дознавателей. Прибыв те, в первую очередь ринулись к телу генерала и полегли там все, кроме эксперта, который извлекал из кофра свои принадлежности, не успел подойти и отделался контузией. После вызвали Копье тьмы — ситуация командованию нравилась все меньше и меньше. Монах, осмотрев место происшествия нашел следы, идущие оттуда в лес, и отправился со своими бойцами по ним, приказав простым бойцам отогнать флаеры на базу. Один из солдат был более расторопным, он успел поднять машину в воздух, но на высоте семидесяти метров она превратилась в огненный шар, осыпавшийся обломками на землю. Оставшуюся машину трогать не решились.
Тем временем Копье Тьмы попыталось пойти по следу, но потревожив гранату, понесло потери, один боец насмерть, трое получили легкие ранения. Монах, был опытным человеком, и дальше вести своих на мины не захотел. Но преследовать противника все равно нужно? Снова вызвали бойцов военной полиции, которых никому не было жалко. Этих тупых формалистов, которые продолжали использовать уставное оружие, которое явно уступала трофеям, никто и за солдат-то не считал. Они-то и подорвались на оставленной мине. Много лучше было бы, если бы это стал монах-воин со своими, но тогда не стоило минировать опушку. Умные люди говорят, слишком хорошо — это тоже не хорошо.
Пока мы отдыхали, и я слушал рассуждения бойцов, о том, что стоит поискать нормальную еду во всяких придорожных магазинчиках и кафе — должны же там быть не скоропортящиеся продукты, а не грызть эти концентраты из пайков. Я размышлял, чем нам сейчас заняться.
— Шаран вместо того, чтобы нудеть, попробуй вызвать командира. И пробегись по другим частотам, вдруг что полезное будет. Все прочие грызуны!
— Почему это грызуны?
— Ну пайки грызем, значит кто мы? Так вот, думаю, нам действительно стоит начать со стай. Почистим окрестности трассы, потом, через пару дней, устроим там атаку на конвой. Сразу это делать не стоит, помните, как нас чуть не зажали твари в прошлый раз.
Мы прошлись вокруг облюбованного участка трассы пять раз, уничтожая за раз, наверное, с десяток стай, но твари подтягивались из других участков леса. Это можно было делать бесконечно, они как вода, стремились занять любой высвобождаемый объем. В итоге, нам это надоело — действительно, тупо уничтожать зверей скучно. Даже под руководством поводыря, угрозы для нас они не представляли, но навести авиацию на место массового забоя тварей могли.
Убравшись на другой участок трассы, просто заминировали его зарядами направленного взрыва, инициируемые лазером. Первые поставили с задержкой, чтобы уничтожить побольше врагов. Умные мины можно было собрать в единую сеть, если колонна шла со стороны последней мины, подрываемой без задержки, инициация просто не производилась. После чего отправились отдыхать. Для одного дня мы потрудились более чем достаточно. Байки оказались идеальным решением для нашего стиля ведения партизанской войны.
Утром, оставив бойцов приводить себя в порядок и пытаться выйти на связь с командиром или хоть кем ни будь из сил СОП, смотался посмотреть издали на заминированный участок дороги. С интересом понаблюдал за тем, как враги расчищают трассу, тягачами стаскивая горелые и покореженные машины на обочины. Красота! Приближаться, что бы оценить конкретный ущерб не стал — в небе барражировали винтокрылые машины. Кстати, где-то в закладках были переносные зенитные комплексы. Нужно затариться ими, если найдем. Сейчас бы они не помешали.
Вернувшись, узнал, что удалось связаться с капитаном Таросом, передали ему наши соображения по новой тактике в изменившихся условиях, он обещал передать наши выкладки наверх, кроме того, передал координаты и коды доступа к еще одной базе СОП, километрах в двухстах от нашего расположения. Закладки попросил не потрошить, если уж мы на колесах, они пригодятся для других групп. В целом отряд воюет, остатки группы Спаса соединились с Энгом, а Заур с командиром. В целом силы СОП понесли серьезные потери, в первые дни столкновений со второй волной, но постепенно восстанавливают численность за счет вливающихся в боевые группы солдат из разбитых подразделений армии и гражданских. В общем, война продолжается, вы не одни и прочее. Новости подняли настроение и решил произвести последний аккорд, до передислокации на новую базу, заодно отвлечь внимание врага от наших групп, действующих в этом квадрате.
Но для этого нужно серьезно подготовиться и распотрошить все же еще одну закладку. Нужны мины, много мин, зенитные ракеты, да и боеприпасов побольше. В общем, загрузиться придется по полной, правда предварительно мы устроили еще один акт геноцида тварям в десятке километров в стороне от сожженной нами колонны. Били их из винтовок, на предельной дистанции, засев на окраине леса. Били до тех пор, пока не надоело, одних погонщиков завалили больше десятка, их, естественно, стараясь снять первыми. Я все ожидал, что новое командование врага пришлет штурмовики, или хотя бы авиаразведку, но видимо, взаимодействие родов войск им наладить пока не удалось. Ну это не наши проблемы, им же хуже. Настрелявшись до омерзения и дрожи в руках, отправились пополнять свои запасы.
Уже к вечеру мы прибыли на место, где я планировал устроить наше финальное шоу — склад боеприпасов, не слишком большой, на поверхности находилось только два десятка ангаров, где находились ящики со снарядами, ракетами и кассетами с жидким порохом. Не знаю, были ли у него подземные уровни, для нас это не столь важно. Но приятно, что все это очень хорошо взрывается. Именно это и привлекло мое внимание к этому складу. Находился он в трех часах езды от места нашей последней бойни или забоя тварей и прибыли мы туда практически под вечер — как раз осталось время, понаблюдать за схемой охраны. Облегчало нашу проблему то, что в данный момент отгрузки с него не производилось, меньше врагов — меньше возни.
Понаблюдав за перемещением охраны и, что важно, заступлением их в ночную смену, я пришел к выводу, что в целом врагов порядка 60-70, многовато, но не критично. После чего задумался. Браться за дело сегодня, или подождать еще денек, все-же бойцы подустали, отдых не помешает. И итоге решив, что нас никто не подгоняет, решил отдохнуть, приведем в порядок себя и оружие, а я еще подумаю над деталями. Все же врагов многовато, любая оплошность и прощай красивая операция с эффектным взрывом в конце.
Хорошо отдохнув ночью, и на бумаге начертил план склада и стал все планировать. Сначала — устранение постов охраны, затем, минирования территории. Вроде, все складывалось как нельзя лучше. Тем временем мои бойцы раскладывали необходимые для операции мины. И так, несколько тяжелых, направленного взрыва с большим числом поражающих элементов для того, чтобы хорошо "причесать" площадку перед зданием, где размещался штаб охраны и смены караула. На всякий случай. Несколько обычных, для минирования, собственно, складов с боеприпасами. На всякий случай, десяток зенитных комплексов. Вроде все, больше ничего не нужно. Гравициклы отгоним подальше — неизвестно, насколько сильно рванет, бойцов к началу представления тоже нужно подальше отвести, люди существа хрупкие, контузий нам не хватало для полного счастья. Кстати, а ведь зенитные ракеты нам не к чему, когда рванут склады, птичек сметет с неба. Если они не окажутся слишком высоко, но тогда зачем они вообще будут здесь нужны? В общем, оставим на всякий случай три, по числу свободных бойцов.
После этого я приказал всем отдыхать. Ну и сам решил отдохнуть про запас. Вроде ничего не упустил, единственная проблема — мощность взрыва, ведь мне придется находиться в пределах прямой видимости. Накину шкуру, решил я, в ней я покрепче буду, надеюсь все обойдется. Вечером приготовили наблюдательный пост для меня — в глубине леса, но так, чтобы видеть вход на склад, пришлось аккуратно срезать мешающие ветки и скосить ножами несколько охапок травы.
После этого аккуратно расставили мины рядом с штабом. Особо не высовывались из леса — деревья взрывом и поражающими элементами скосит за милую душу. Как и живую плоть за ними. Если здесь остановятся машины, а где им останавливаться, не на территорию склада заезжать-же? Хотя, кто их знает, этих конгеритов?
И принялись ждать последнего перед наступлением темноты развода караула. Едва разводящий со сменившимися часовыми скрылись в помещении, начали действовать. Планомерно обходя территорию по периметру, сняли караулы на внешнем радиусе прямо сквозь сетку. Минус восемнадцать. Оставив лишнее оружие, я с ножом в руке подошел к сетке и стал аккуратно перережигать ее, специальной пастой, выдавливая ее по капельке из тюбика. Подумалось, если на доспех попадёт такая зараза, проест его? Впрочем, это фигня, доспех я все равно не стал одевать, мне сейчас важнее ловкость, чем защита. Проникнув на территорию, пошел высматривать оставшихся в живых караульных, где-то еще трое, по уму, один постоянно в движении, перемещается от одного к другому посту, посматривая на опечатанные ворота складских помещений, еще два, контролируют внутренний проезд. Присев, выглядывая из-за угла склада, дождался пока караульный подойдет к стоящему под грибком и двумя выстрелами из пистолета снял обоих. Последнего из винтовки убрал Чача. Все. Чисто. На всякий случай прошел по снятым часовым, делая контроль. Лучше, конечно, голову долой, но и череп всмятку, тоже неплохо.
Закончив с этим, мы пристроились напротив первого поста, ожидая разводящего с еще одной порцией кандидатов в покойники. Ждали недолго, пока возились, подошло время второй смены. Едва они скрылись за углом складского помещения, открыли огонь уже не таясь, короткими очередями. Хорошая мысль, приколоть мертвых караульных ножами к стене, с пары десятков шагов не разберёшь, просто он стоит так, слегка скособочившись или уже мертвый, висит на вбитых между кирпичами лезвиях. Тем более, что трофейные дерьмовые клинки не жалко. Вот идиоты, винтовки ирмовские прихватили, а боевыми ножами не обеспокоились.
В помещении охраны похоже ничего не заметили. Спусти полчаса, когда разводящий уже точно должен был привести сменившихся, начальник караула обеспокоился его отсутствием и послал зама, выяснить, что там за задержка и вставить копуше пистон. Этого мы положили едва он отошел от двери. Скрываться уже бессмысленно. Разбив стекла прикладами, закинули в помещение несколько гранат, не особо стремясь положить там всех, это уже не нужно, главное, уничтожили рацию.
После можно было бы кинуть внутрь зажигалки, но решили, что это будет излишним. Нам ведь не нужно обязательно уничтожить врага именно сейчас, пусть поживут еще несколько часов. Оставив Чачу контролировать здание охраны, мы разбежались по складам, минировать боеприпасы. Вскрывали их осторожно, с помощью термитной пасты аккуратно пережигали дужки навесных замков, после минирования прилаживали их обратно, делая вид, что внутрь никто не проникал, на первый, не слишком внимательный взгляд, сойдет, нам ведь не нужно, что бы враг преждевременно обеспокоился?
Под утро командование обеспокоившись отсутствием связи с охраной склада прислало разъездной флаер, который мы сняли на подлете зенитной ракетой. Машина упала в лес, и чудо, не загорелась! Хотя почему, флаер был трофейный, ирмитский, умные люди делали. Возможно, последнее наше хулиганство засекли с орбиты, потому как спустя час прилетели боевые флаеры, под их прикрытием, из транспортников начал высаживаться десант. Около полутора сотен действительно неплохих бойцов слаженно высадились и заняли оборону по периметру территории. Кроме винтовок у них были наши плазмаганы, форма осталась старой, но на бойцах были бронежилеты и каски ирмитского образца.
К этому времени мои бойцы уже оттянулись к нашим байкам, вблизи остался лишь я, упакованный в свой доспех, сжимая в руке пульт для подрыва оставленных мин. Ждать главных действующих лиц, на происшествие такого масштаба непременно должно прибыть начальство, следственная группа и бойцы, контрпартизанской группы, для преследования и уничтожения диверсантов. Элита конгеритов, на которую я и нацелился, ради уничтожения ее я пошел на такой риск. Жду.
Тем временем медики вывели из здания охраны ходячих, на носилках тяжелораненых и трупы, которые споро стали перегружать в знакомые мне уже черные пластиковые мешки. По дороге подъехало два грузовика с обычными солдатиками, часть из которых стала грузить трупы в грузовик, а другую офицеры оставили просто стоять в строю, в ожидании начальства. В конце концов прилетели большие шишки, и, я не верю своим глазам, четыре темно-синих флаера с золотым рисунком! Дерьмо, главное, не пялиться прямо на них, почувствуют взгляд — все, конец операции и мне конец… На пятачке перед зданием штаба стало тесно, вновь прибывшие машины начальства сели внутри охраняемого периметра, из них стали выгружаться старшие офицеры. А синие с золотом флаеры Копья тьмы с самого края площадки, откуда офицеры согнали выстроившихся солдат. Я, искоса наблюдая за флаерами со своим самым интересным врагом, ждал, когда они выгрузятся, ведь я не знаю, какое у них бронирование! Дождавшись, когда распахнуться двери, подумал, а чего ждать, все, внутренности машин доступны для поражающих элементов мин, но все же дотерпел, когда стал выбираться этот дерьмовый монах! Все, стоит рядом! Уткнув голову в землю, вжавшись в траву, нажал кнопку. Теперь все!
Описать близкий взрыв невозможно. Он вдавил меня в землю, чуть не разорвав на мелкие кусочки, кажется я даже на некоторое время потерял сознание. Когда поднял голову, вокруг ничего не было видно, дышать этим химическим коктейлем из сгоревшей взрывчатки было невозможно. Но восходящий поток воздуха от горящих складов быстро выдул эту дрянь, втягивая в себя воздух. Сквозь вату в ушах слышались разрывы, детонировали неразорвавшиеся боеприпасы, вставать было нельзя, надомной проносились осколки, я не мог их видеть, но чувствовал, что смерть проносится в десятке-другом сантиметров над головой. Вместо того, чтобы поползти назад, к оставленным бойцам, я снял шлем, посмотреть, что с ним. Он был цел, как я и ожидал, одновременный взрыв мин перед штабом и складов частично погасил взрывную волну, обрушившуюся на меня. Передо мной ничего не было, ободранные каркасы машин, вокруг которых должно гореть разлившееся топливо, но его, месте с обшивкой машин и ошметками тел, стоявших вокруг людей, вымело с пятачка перед зданием охраны. Да и его тоже смело, перемолотило взрывом. Сколько же людей мы здесь положили? Под две с половиной сотни. Неплохо для четверки вчерашних курсантов.
Но главное не это. Я пополз вперед, я точно помню, где стоял монах-воин. Его саблю не могло снести взрывом, такое оружие так просто нельзя так просто потерять, оно должно оказаться в руке победителя, который так рискнул ради него. Нет, если бы здесь не оказалось этого монаха, я все равно бы пошел на этот риск, но трофеи — убийце. Это закон мироздания. Я чувствую его, этот клинок мой! Пришлось проползти добрую сотню метров, по перепаханному осколками мин покрытию площадки как рукой наткнулся на него. По нервам прошлась словно вспышка, проведя ладонью по клинку, наткнулся на эфес, сжал его и привстал на колени. От ножен ничего не осталось, эфес слегка поцарапан, но ничего непоправимого, несмотря на то что разрывы продолжались, я встал отсалютовал клинком в сторону горящего склада — от стен помещений не осталось вообще ничего, на их месте образовалась воронка, из центра которой столбом било пламя под землей продолжались разрывы, земля под ногами ходила ходуном. Горели и рвались боеприпасы на подземных ярусах.
Развернулся, почти по-уставному и пошел к своим. Надеюсь, с ними все в порядке. Хотя если я жив, почти в эпицентре рукотворного катаклизма, с ними все должно быть в порядке. "Моя прелесть!" прошептал я улыбаясь. Теперь у нас все будет хорошо, непременно. Я все же ее добыл, а значит, прорвемся.
Глава 4
— Вик, ну и видуха у тебя! И меч откуда-то, ты же без него был.
— Это не меч, а сабля.
— Так там были эти?
— Да. И мы их положили. Мы снова в числе, да что там, лучшие! Копье тьмы, куча старших офицеров, под две с половиной сотни прочих. При чем солдаты были — элита, все с нашим оружием, в трофейных брониках и касках. Высаживались и занимали оборону ну просто загляденье, думаю, не уступают техам Короны. Только командиры у них дерьмо, не просчитали нашу ловушку, — улыбнулся я.
— Ну это на первый раз, по второму такое уже не провернуть. Ладно, полетели от сюда. Нашумели. Где твоя винтовка, кстати?
— Наверное, взрывом сорвало. Народ, это было пекло. Я на такое больше не пойду, если подрывать, то издали.
Мы сели на свои байки и полетели. Сначала, пользуясь тем, что черное облако дыма в наглую, не скрываясь, потом снизили скорость, полетели скрываясь под кронами деревьев. Примерно к обеду вылетели к берегу реки, я скинул с себя доспех и все, что под ним, пошел, освежился, смыл с себя пот и грязные разводы от осевших на кожу лица частиц сгоревшей взрывчатки и пыли. Подстежка под комбез провоняла потом, все остальное, резким запахом химической гари. Спросил у ребят, есть ли у них запасная подстежка, одевать мокрую от пота и пованивавшую категорически не хотелось. Выручил Шильда. Дал народу полюбоваться саблей, пообещал, что следующие — их. Если будут.
Отдохнув и перекусив, двинулись дальше, к новому пристанищу, базе СОП Синий, Т-17. Прибыли к вечеру, приземлились за пару километров, дальше поехали по земле. Где-то за триста метров до выбранного нами входа оставили байки под плотными кронами деревьев и сжимая оружие пошли на своих двоих. Винтовку я посеял, а плазму повесил за спину, не слишком удобное оружие в лесу. Достал пистолет.
— Стоп! Там кто-то есть, — прошептал я, вскидывая руку в останавливающем жесте.
— Опасность?
— Не чувствую, скорее наоборот. Но не расслабляемся.
Осторожно, стелющимся шагом, практически бесшумно, не смотря на доспех, я прошел метров тридцать и жестом подозвал к себе бойцов.
— Вот это номер! — присвистнул Чача.
— Нежданчик. Но откуда они здесь взялись?
Рядом со входом, а почти прогоревшего костра было трое детей. Два подростка лет двенадцати-четырнадцати, и девочка. Наверное, десятилетняя. Охренеть, но почему здесь? Ну, сейчас узнаем. Один из пацанов вроде как дежурил, клевал носом, стараясь не поддаваться дремоте. Остальные спали. Подобрались почти вплотную, и тут Шаран выдал:
— Бу! — чувствуется, огромный опыт общения с детьми! Я и сам из детей видел только курсантов младших курсов. Изредка. Но мне бы такая идея в голову не пришла. И, ведь не пришла?
Пацан, который как-бы дежурил, вскочил, изготовившись то ли бежать, то ли защищаться, остальные тоже всполошились, слава богам, никто не умудрился откатиться в костер.
— Ну и баран ты Шаран! — заявил Шильда и закатил ему подзатыльник. От возмущения у него даже проявился поэтически дар. Подшлифовать немного и можно выступать. Чача громко фыркнул, не оценив остроумия одного и поэзии второго.
— Вы откуда здесь такие? — спросил я. В отличие от Шильды меня поразило косноязычие.
— Какие такие? — поинтересовалась мелкая. Бойкая. Знаю я таких, по своим сестрам, наверняка язва, в каждой бутылке затычка и шило заодно. И ведь никуда мы теперь от них не денемся, с тоской подумал я, прощай простая и понятная жизнь. Здравствуй, детский сад, штаны на лямках.
— Неожиданные. Как понос. — желчно выдал Чача. Чувствую, он старший в семье. Ну, или младшие у него точно есть. Он тоже осознал, с какой катастрофой мы столкнулись.
— Кстати, не о том говорим. Вход-то скомпрометирован. Придется подрывать, — и ведь мы просто могли сделать вид, что их не заметили, и просто пойти к другому выходу. Ага, могли. Не знаю, как с остальными, но мне за семь лет крепко вколотили в черепушку: беречь и защищать.
— И как вы нашли вход на секретный объект, э… друзья? — нельзя называть детьми — шуму будет на полчаса, не меньше. А мне после этого сумасшедшего дня хотелось только одного — пожрать и завалиться спать.
— Давно нашли, пару лет назад, играли, смотрим, а здесь не просто пещера. Ну а сейчас сюда пришли потому, что военные свои объекты просто так не бросают.
— И?
— И вот вы пришли. — а ведь все логично! Кроме того, что армии на планете уже не осталось. Кроме таких вот партизан, как мы. Да и мы могли никогда сюда не прийти, если бы командир не решил такую шумную компанию отправить куролесить куда подальше.
— Ну, раз так, тогда заходим. Шаран, ты, как я посмотрю, мастак с детьми (дерьмо, я таки произнес это слово! Но вроде пронесло, не заметили) обращаться, сразу общий язык находишь. Так что они отныне — твоя ответственность.
Все, кроме "счастливца" были крайне рады такому моему решению. Вообще, я мудрый командир, и в конце концов, кто первый сказал "Бу"? Сам напросился.
После этого я вскрыл убежище и пошел знакомиться с Искином, им управляющим. Нет, я знал, что у командиров жизнь не сахар, но что развитая техническая цивилизация забюрократизирована не меньше, чем мой родной дом. Но то, что Синему Т-7 не понравится, как я представляюсь, не ожидал! От меня ему требовался мой учетный номер, и ведь я его точно получал, когда меня приписывали к учебной базе, но я его, естественно, не помнил. Пришлось звать бойцов и они, надиктовав свои номера, засвидетельствовали, что этот подозрительный субъект — их командир, проходивший с ними стажировку на учебной базе и произведенный в сержанты в полевых условиях. Искин в качестве временного идентификатора принял номер моего коммуникатора, посоветовав не терять его. Когда я напомнил, что мы воюем и из всего, с чем я вышел из ворот база Варгр (семнадцать, кажется) со мной остался только меч, предложил запомнить номер коммуникатора. После этого я надиктовал ему отчет о проделанной операции для передачи наверх и попросил попытаться наладить связь с командованием. Снова удалось пообщаться в текстовом режиме с Таросом, который продолжал куковать на нашей старой базе. Стаи, обложившие его, никуда уходить не собирались. Порадовал его нашими успехами, он нас тем, что наша тактика с байками опробована другими командами и принята на вооружение. Даже как-то приятно, чувствуешь себя военным гением! Сообщил, что в ближайшее время ничем масштабным заниматься не планируем, будем скромно минировать дороги и создавать временные закладки с оружием, боеприпасами и другими нужностями.
После этого, наконец завалился спать. Ночью снился мне монах, которого мы завалили, жаловался, что сделали это не честно, и вообще, у него теперь даже тела не осталось для похорон. Будет пустой кенотаф. Тут в сон вмешался другой голос, сказав, что ему не стоит надеяться на кенотаф, не будет его. Линии судьбы сплетаются так, что Темная Империя рухнет, не дожив до очередной годовщины. А там и до ее богов доберутся. А на Ирме зародится новый пантеон. Мне же этот голос посоветовал спать дальше, не снисходя до общения с поверженными врагами. После этого сон как отрубило. Что самое странное, говорил со мной улыбающийся череп, трудно это представить, но от черепа даже без нижней челюсти явно исходило ощущение улыбки и обещания новой встречи.
Проснувшись, я четко понял, что сон был не простым, я в самом деле общался с мертвым монахом, и прогнал его на самом деле череп. Не простой, естественно, это был лич, но не некромант, как это чаще всего бывает. Просто сильный маг, не захотевший уходить на перерождение. И находится его филактерия в виде улыбающегося черепа где-то здесь, на немагическом, насквозь безбожном, технологичном Ирме. Мне удалось его порадовать устранением темного монаха. За что он оставил мне подарок. Проснулся я с острым желанием зажечь светляк, что я, не в силах побороть искушение, сделал. И надо мной воссияло солнце! Ну, может не солнце, конечно, но теперь мой светляк из скромного огонька свечи превратился мощный прожектор с портового маяка! Сконцентрировавшись, я понял, что мой резерв силы вырос на пару порядков с лишним и проводимость каналов выросла аналогично. Я знаю, что, упорно трудясь, постоянно применяя магию можно постепенно подниматься над собой наращивать свои силы, но мои исходные возможности столь слабы, что я этим не заморачивался. А тут такой скачок! Нет, магом я не стал, но уже сейчас мои заклинания могут быть неплохим подспорьем в бою. Мне срочно нужно в библиотеку! До которой не дотянуться никак, пока закрыт портал. Вот дерьмо!
Кстати, никогда не слышал, о том, что можно вот так, во сне вдруг увеличить свои возможности. Нет у магов есть свои способы, кроме упорного труда их увеличивать, вроде "выпить воды из этой реки в день такой-то". Но я то и этого не делал! Добрый дядюшка череп помог. Нужно его почаще радовать, а как это делать? Мне кажется я знаю. Радуют его жертвы, но не на алтарях, а в бою, ради Ирма, или ирмитов, являющихся его дальними потомками. Кому понравиться, если его детей и внуков на алтари определяют? Значит надо думать, где и как можно подгадить конгеритам по-крупному.
После завтрака, наконец не сухпай, а нормальная пища, приготовленная на кухне базы, мы собрались для определения задач. Шаран, вместе с одним из пацанов, на его выбор занимается сегодня созданием закладок с боеприпасами и прочим. Нужно думать о будущем, закладки Чжена нам сильно помогли, стоит теперь и свои заготовить. А мы втроем тратим свои силу и время на минную войну, но не ближе ста километров к логову. И, пожалуй, в стороне от старой базы, где действуют группы командира и Энга. Остальной личный состав — на усмотрение Шарана. Искин я предварительно проинструктировал, что детей к выходам, в оружейные, да в общем никуда нельзя допускать. Пусть сидят, смотрят мультики, играют в пустых помещениях базы. Иначе они нам тут все разнесут.
Отозвав в сторону обиженного Шарана, я посоветовал занять мелочь всякими бытовыми проблемами и наблюдением за окрестностями базы посредством датчиков. С обязательной фиксацией проходящих мимо стай и вообще врагов. И, кстати, пусть надиктуют отчет о том, как провели прошедшие месяцы, вдруг видели что-то интересное или знают, где можно рекрутировать новых бойцов. Нас четверых явно маловато, хотелось бы увеличить состав группы до 10–15 бойцов. Тогда мы можем замахнуться на уже более серьезные дела. Какие я пока не придумал.
А пока мы отравились минировать дороги. Всего остального взяли по минимуму. Порхали как птички, устанавливали мины по уже привычной схеме, только добавили в нее еще один алгоритм, если подрывается одна машина, постановка уходит в режим ожидания и разряжается по ремонтникам или следующей цели. Плюс режим неизвлекаемости, если уж мину нашли, пусть она хоть кого-нибудь да накроет. Умные машинки были способны на еще множество действий, но ни я, не мои напарники всех этих возможностей не знали. Ну не саперы мы, не саперы. В свободное время буду изучать их возможности. Попутно прикинули цели для других диверсионных действий, несколько небольших поселений, больше похожих на туристические кемпинги, где явно базировались солдаты врага. Кто конкретно пока не понятно. К вечеру израсходовали весь запас припасенных игрушек, устали и отправились к нашей базе. Скомпрометированный вход решили пока не подрывать, вдруг его не заметят, а вот взрыв — вполне могут.
Шаран со своими подопечными приготовил нам приличный ужин, дети надиктовали заметки о том, как они провели эту весну и начало лета. Для предварительного анализа я их скормил искину, пусть потрудится, найдет интересные детали и моменты, которые стоит уточнить. Заодно я запросил обработать данные со сканеров, возможно есть интересные цели для работы. Во время установки закладок Шарану пришлось уничтожить пару стай, при чем он дал мальчишке пистолет, и он стрелял по тварям наряду со взрослым. Парень был вне себя от восторга, а я не был уверен, что такая педагогическая метода верна. Может лучше было дать мальчику раскраску или кроссворд? Можно было из пластилина что-нибудь слепить? Шутка. Я не их отец, пусть привыкают к оружию и опасности. Может и понимание дисциплины им удастся втемяшить, в чем я честно, сомневаюсь. Не тот материал дети, если, конечно, их не муштровали в корпусе с десяти лет ежедневно и по десять часов в сутки. Тогда да, наставники из любой егозы сделают правильного солдата. При чем без жестокости и унижений, что бывает в школах техов. Нельзя виртуоза меча или лучника создать, ломая его личность, излом останется навсегда, рано или поздно это проявится, нужно работать исключительно аккуратно, выращивая кристалл, а потом ограняя его. В этом принцип Корпуса А, что мне объясняли, надеясь сманить на преподавательскую работу. Но я тогда не пошел на это и теперь не собираюсь особо возиться с мелкими. Это не мое.
Ночью я снова встретился с черепом, плюс он привел на встречу еще и веревку. Натуральную веревку, сплетенную из конского волоса, что ли? Другой лич, только этот не был магом — как он вообще стал немертвым? Спрашивать я не решился, а они никаких ответов мне не дали.
— Сынок, — начал разговор череп, — твое стремление валить врагов мне нравится. Но! Я приметил тебя не из-за этого. Странное смешение крови, плюс ты принял войну моего народа, как свою. Это интересно. Есть еще интересные моменты. К тому же, тебе не светит служить в армии Хаоса, вернее ты можешь, но не пойдешь на это. Скучно. Тебе ведь скучно просто валить тварей здесь, хотя это самый простой способ воевать, тупо их выбивать, как мясник. Это просто, эффективно, но не интересно. Да и эффект, честно скажу, сомнительный, на орбите в храмах Темных богов этих животных наштампуют еще столько-же. Не хватит биомассы, завезут с планеты. Можно бороться с репликаторами, но это как-то глупо, не думаешь? Ах да, я заткнул тебе рот, теперь можешь отвечать.
Неожиданно я осознал себя в мундире, очень древнем, очень тесном, с париком на голове, выбеленным мелом и с вплетенными в него железками.
— Да, так точно, — ответил мундир, а не я! Хотя я был согласен с черепом. Почувствовав определенную свободу, я спросил: — Может, посоветуете, как действовать, а то наши минные постановки, тоже комариный укус.
— Стоит подумать. Очень хорошо, что ты задал этот вопрос, ты молодец, готов учиться у стариков. Хорроошо, хорррррррош.
— Дай я дам ему тоже немного, ловкость, знание правильных приемов боя, ведь мальчик учился в стандартной пехотной манере, действия в строю и лишь немного индивидуальной тактики, любой бретер тебя завалит! А, спит скотина! Ну, пацан, мы еще встретимся, погоняю я тебя. Узнаешь, что корпус твой — мамка родная, а настоящий зверь — это я!
После этого я снова провалился в сон без сновидений.
Дерьмо, мое пребывание на Ирме становиться все более интересным и странным. Два лича, которые приходят ко мне во снах, один помог в магическом плане, другой обещал погонять с холодным оружием. Странно это, никогда со мной не случалось чего-либо, неожиданного, что ли? Учился как все, обычный курсант, правда со специфическими проблемами, но не первый и не последний такой. Даже то, что застрял на этой планете как-то логично, прибыл на стажировку — попал под раздачу вместе со всеми. А тут бац — и приключение! При чем не из тех, о которых вспоминать потом приятно, но повторить — ни за что на свете и лучше не со мной. Пока сплошные выгоды, даже то, что "веревка" пообещал меня погонять я только приветствую, корпус приучил меня к тому, что учиться, повышать свою личную эффективность нужно при первом удобном случае, за любую такую возможность нужно цепляться, как клещ.
После завтрака я вместе со своими решил немного поменять наш распорядок действий. Шаран занимается с детьми, сегодня и завтра, а потом определяем эту нагрузку жеребьевкой. Но сначала он их вооружает — на базе был запас импульсного оружия, которое приобрели в свое время по дешевке. Идея была хорошей, никаких боеприпасов, перезаряжаемые батареи, есть электричество — оружие стреляет. На крайний случай, если энергии нет, можно использовать одноразовые кристаллические батареи большой емкости. Зарядил такую, сдвинул предохранитель — батарея деформировалась, кристалл начал давать энергию, пока полностью не превратиться в песок. Единственная проблема — начал стрелять и все, кристалл долго не проживет, даже если цели для оружия кончились. Идея хорошая, но армейские поставщики не учли, что разработала оружие раса, средний представитель которой не превышал полутора метров роста. И оружие было сделано под их габариты. А может знали и заранее предназначали его для подразделений, составленных из подростков. Или для других каких целей. Может хотели выгодно перепродать. Не знаю, я поставил искину задачу — найти оптимальное оружие для наших детей. Он предложил. Так что Шаран первую половину дня учит наше пополнение обращаться с оружием, стрелять на стрельбище комплекса, а потом занимается закладками. Чача с Шильдой продолжают минировать дороги. Чача — старший. А я занимаюсь общением с искином базы. Нужно выяснить, что здесь есть интересного, а то, в отличии от командира я совершенно не представляю себе, что заложили в закрома ирмиты из стреляющего и уничтожающего противника. Таким-то образом.
К обеду я вылез из-за терминала с опухшей головой. Оружия было много и на все случаи жизни. Даже так, разнообразие оружейных систем просто поражало. Но к вопросу я подошел не с того конца. Сначала нужно определиться с задачей, а потом выбирать средства для ее решения. Но кое-что я уже нашел. К примеру, зенитная мина. Ну нет, конечно, это не мина — я так, ради хохмы это назвал таким идиотским термином, на самом деле это роботизированный зенитный комплекс. Все, летающее, что попало в область действия его радара и подпадает под дальность действия его ракет, и не ответило правильно на запрос свой/чужой, сбивается. Заряд комплекса — до 50 ракет. В максимальной комплектации снаряжается дополнительно автоматическими турелями для работы по пехоте противника и гранатометами — для бронированных целей. При желании и наличии рабочей силы в количестве эдак 200 рыл, можно запасами базы создать абсолютно непроходимое минное поле, которое будет уничтожать все что движется, вплоть до космических аппаратов на низких орбитах. Единственный способ его преодолеть, без непомерных потерь — удар с орбиты. И этот козырь есть у нашего противника. А у нас есть наличие, но нет возможности и нет смысла. Даже как-то обидно.
Огромное разнообразие всякой стрелковки, от арбалетов, к чему они в технологичных войсках? Ума не приложу, разве что, для создания натяжных мостов через преграды или скрытного проникновения куда-нибудь. Даже бесшумность выстрела не очень-то и нужна, если штатные штурмовые винтовки ненамного шумнее рогатки. Они, кстати, тоже есть. СОП — параноидальные милитаристы. Но мне такой подход нравится. Много интересных, замечательных образцов оружия, которые мне очень хочется попробовать в действии.
После обеда я пообщался с Таросом, скинул ему карту наших минных закладок и карту схронов с оружием. Пусть будут, нас вполне могут убить, а эта информация позволит выжить и продолжить борьбу нашим товарищам. Кроме того, пообщался со штабом, оказалось, что СОП расконсервировали некоторые старые сателлиты, которые неактивными болтались как металлический мусор на высоких орбитах. Первоначальный импульс сжег только одну из цепей запуска, после чего спутники перешли на резервные. Благодаря тому, что используют их аккуратно, штаб СОП получил возможность следить за поверхностью планеты. Мне скинули карты условно "моего района" — местность радиусом в 500 километров, с обозначенными точками активности врага, предполагаемыми пунктами дислокации и путями передвижений. Вот это меня весьма порадовало! Теперь можно планировать операции, помимо тупого минирования дорог. Кстати, наше минирование не оказалось таким уж бесполезным — одна из закладок поразила автопоезд, на котором перевозили несколько тысяч тонн боеприпасов, кроме большого бумм, очень сильно повреждено полотно дороги. И как оккупанты его восстановят — непонятно, местную рабочую силу, до которой смогли дотянуться, пустили на алтари, а своей не завезли. И в целом, вопрос рабочей силы становиться для них все более острым, все "серые" соединения (обычную пехоту) уже перевели в рабочие батальоны. Штаб прогнозирует, что через пару месяцев на планету привезут нормальных рабочих. И, скорее всего, еще до пяти миллионов солдат — усилиями групп СОП их число быстро сокращается. Даже элитные части удается серьезно прореживать, ставя на них разнообразные ловушки, что говорить об обычных армейцах.
Поделиться книгой: