Помоги проекту - поделись книгой:
Пауль Хауссер
Войска СС в бою
Моим павшим товарищам
Предисловие к немецкому изданию
О войсках СС написано много несправедливостей и откровенной лжи. Именно поэтому мы можем особенно приветствовать тот факт, что один из главных их создателей — еще в довоенный период — и один из лучших боевых командиров, ныне отставной генерал-полковник войск СС Пауль Хауссер взялся за перо, чтобы со свойственной его характеру солдата скрупулезностью зафиксировать на бумаге историю войск СС. Данный труд поможет развеять туман лжи и клеветы, который ныне окружает войска СС. Он дает возможность этим отважным войскам занять то место среди соединений вермахта, которое они заслужили.
При этом мы не должны забывать, что именно в войсках СС впервые в истории воплотилась идея «Единой Европы», идея о том, что европейские нации тесно связаны между собой узами, которые никогда не должны разорваться. Хочется надеяться, что слепая ненависть, которая привела к распаду Европы на Восточную и Западную, еще не окончательно наложила свой отпечаток на западную культуру. Надо помнить, что больше просто нет времени на мелкие споры и всевозможные интриги—в противном случае ту часть мира, где мы сейчас живем, ждет неминуемая катастрофа.
В этом смысле данная книга является серьезным предупреждением государственным деятелям современной Европы. Она предоставляет им возможность не упустить, возможно, последний шанс, одуматься.
Вступление
Эта книга посвящена памяти тех, кто не вернулся с войны, их оставшимся в живых родным и близким, а также всем, кто жертвовал своей жизнью и здоровьем ради Германии. Наши мертвые остались до конца верны своему долгу и присяге. Они верили в будущее своего народа и больше чем кто-либо другой надеялись на объединение Европы, чьи сыны в качестве добровольцев сражались в рядах войск СС. Их могилы на Западе — особенно в Нормандии, в Италии, на Балканах, в Венгрии и Румынии, и еще более многочисленные на Востоке — от Киркенеса и оттуда через Москву на Кавказ — лишнее доказательство этому.
Написать исчерпывающую историю войск СС сложно — это была бы история всей Второй мировой войны. Без привлечения множества документов, таких как военные дневники и свидетельства очевидцев, это просто невозможно! В этой работе я ставлю перед собой более скромную задачу. В первой части книги пойдет речь об общих вопросах формирования и деятельности войск СС, а во второй — непосредственно о битвах мировой войны. Однако это не историческое исследование, это, скорее, воспоминания, основанные на реальной истории войны.
Я хочу поблагодарить издательство[50] за предоставленную мне возможность внести дополнения и исправление в это — шестое — издание. Это позволило еще больше приблизить содержание книги к исторической правде, хотя события последних месяцев войны все еще остались недостаточно подробно освещены. Также я вставил в книгу отрывки из воспоминаний очевидцев описываемых событий и хочу поблагодарить Акса, Биттерлиха, доктора Горака, Клингеманна, Клосса и Шиля, предоставивших их в мое распоряжение.
Я сознательно исключил из книги какую бы то ни было полемику или критику, оставив ее только в тех местах, где без нее нельзя было обойтись. За помощь в работе над отдельными главами книги я хотел бы поблагодарить Лотара Дебеса, Герберта Гилле, Вальтера Харцера, Отто Кумма, Георга Мейера, Губерта Майера и Иоахима Руоффа[51].
Предвоенные годы
Непосредственными предшественниками войск СС были части усиления СС[52], история которых уходит в 1933 год. Тогда были сформированы первые части «Лейбштандарта» под командованием Зеппа Дитриха, а также другие подразделения, которые сначала именовались «политическими подразделениями» (Politische Bereitschaft), а потом были пополнены за счет личного состава соединений Общих СС в Гамбурге, Вольтердингене, Арользене, Эллвангене, Мюнхене и Лейсниге. За исключением «Лейбштандарта», во всех вновь сформированных частях использовался гужевой транспорт, хотя их колонны снабжения и имели на вооружении некоторое количество грузовиков. Эти войска находились в подчинении местных руководителей СС, и общее руководство всеми частями усиления СС было лишь номинальным.
Кардинальные изменения произошли летом 1936 года. В составе Главного управления СС была создана Инспекция частей усиления СС, которая объединила штурмбанны, созданные на базе «политических подразделений», в штандарты СС «Дойчланд» (размещавшийся в Мюнхене) под командованием [Феликса][53] Штейнера и «Германия» (Гамбург) под командованием [Карла Марии] Демельхубера. Инспектор, однако, не обладал правами командира — на этот пост претендовал лично Генрих Гиммлер. Задача инспектора состояла в организации военной подготовки личного состава и воспитании в членах частей усиления СС понятий воинской чести. При этом было необходимо постепенно сокращать влияние местного руководства Общих СС и организовать единую подготовку в соответствии с нормами, принятыми в регулярных сухопутных войсках. Конечно, это приводило к противостоянию с местным руководством СС[54], а также с Генрихом Гиммлером. Несмотря на все трудности, Инспекция постепенно брала верх.
«Лейбштандарт» также формально относился к частям усиления СС. Однако Инспекция не имела в его рядах никакого влияния, поскольку его командир как обергруппенфюрер СС имел гораздо более высокий ранг, нежели инспектор[55]. Инспекция была подчинена размещавшемуся в Берлине Главному управлению СС, во главе которого стоял обергруппенфюрер СС Хейссмейер[56]. Через некоторое время Инспекция отделилась от Главного управления, сначала территориально, заняв здание на Кайзер-аллее, где впоследствии разместилось Главное оперативное управление СС.
В Инспекции, которой руководил Хауссер, служили [Маттиас] Клейнхейстеркамп, [Ганс] Юттнер, [Фридрих Карл] Дермитцель, [Гейнц Карл] Фанслау.
В 1938 году последовало формирование в Вене, Граце и Клагенфурте штандарта СС «Фюрер». В него также был включен дислоцированный в Дахау штурмбанн (позже переведенный в Нюрнберг). Командиром нового штандарта был назначен [штандартенфюрер СС Георг] Кепплер. Летом 1939 года был сформирован легкий артиллерийский полк под командованием [штурмбаннфюрера СС Петера] Хансена. Все подразделения были полностью моторизованы. Саперный штурмбанн был передислоцирован в Дрезден, разведывательное подразделение — в Унну (Вестфалия). Общая численность подчиненных Инспекции соединений составила около 18 000 человек. Некоторые штандарты частей усиления СС принимали в составе регулярной армии и под началом офицеров вермахта участие в операциях по присоединению Австрии, Судет и Чехии.
Части усиления СС создавались рейхсфюрером СС по приказу Адольфа Гитлера. Но сам Генрих Гиммлер представлялся нам скорее человеком мирного времени, идеалистом, который ставил во главу угла верность, воспитание и послушание. Он хотел перенести в войска СС такие принципы Общих СС, как святость собственности и рыцарство. Но при этом он не был профессиональным солдатом и поэтому не имел слишком уж большого влияния на войска СС, чей дух и характер определялись командирами.
В марте 1935 года Адольф Гитлер объявил в Рейхстаге по случаю введения всеобщей воинской повинности о формировании 36 дивизий, в том числе и дивизии СС. Этот факт говорит о легальности частей особого назначения СС. Они не являлись тайной организацией. Однако до создания дивизий СС в мирное время дело не дошло. Хотя общая численность подразделений частей усиления СС и соответствовала по численности дивизии, они не имели ни единого командира, ни общего штаба, ни подразделений снабжения, ни резервных частей, ни тяжелого вооружения. Поэтому против частей усиления СС никогда и не выдвигалось обвинение в участии в подготовке наступательной войны.
Долгое время существовала неясность в том, какие, собственно, задачи возлагаются на части усиления СС. По некоторым предположениям, Адольф Гитлер установил своим указом от 17 августа 1938 года следующее: части усиления СС не являются ни частью вермахта, ни частью полиции, а есть вооруженные формирования, находящиеся в его личном распоряжении. Служба в этих частях приравнивалась к несению воинской повинности. Они пополнялись, как и прежде, из числа военнообязанных добровольцев. В случае всеобщей мобилизации они переходили в распоряжение Верховного командования сухопутных войск и подчинялись военным законам и приказам. Воинская повинность составляла четыре или двенадцать лет, для офицеров — двадцать пять лет, жалование и снабжение — из государственного бюджета.
Униформа была черного цвета и цвета фельдграу[57] с двумя зигрунами на петлицах. Знаки различия офицеров и унтер-офицеров[58] сначала — как в общих войсках СС и в полиции. Вербовка добровольцев и их подготовка сначала проводились силами Инспекции частей усиления СС, а затем все эти вопросы (вместе с вопросами набора и подготовки пополнений для частей СС «Мертвая голова» и полиции) были переданы в ведение группенфюрера СС Бергера[59].
Части усиления СС в мирное время не имели своей собственной судебной системы: они находились под юрисдикцией гражданских судов, в которые направлялась информация о преступлениях. Выделение дисциплинарного уголовного суда — аналогичного судам сухопутных войск — произошло лишь в последние предвоенные годы. Раньше еще не удалось полностью отойти от территориальных командований Общих СС.
В мирное время солдаты частей усиления СС не сидели без дела; много времени отнимало участие в Имперских партийных съездах, в торжественных мероприятиях по случаю визитов глав иностранных государств, а также Олимпийских игр. Несмотря на жесткую систему обучения и устаревшие методы, которые использовали некоторые военные, особый упор делался на воспитание чувства товарищества в духе народной общности между офицерами, унтер-офицерами и солдатами. Мы верили, что, в отличие от вермахта, мы сможем в этом плане пойти другим путем. Особенное внимание уделялось подготовке унтер-офицеров, как важнейшей основы любой воинской части. Военный и послевоенный опыт показал, что эти основные принципы были верными. За здоровьем личного состава следили военврачи и персонал санитарной службы, командир которой одновременно являлся дивизионным врачом. Санитарные части были распределены по различным местам дислокации частей усиления СС и по лазаретам. Успешная организационная работа и высокий уровень санитарного дела в СС принесли свои плоды, особенно уже в годы войны.
Особое внимание в частях усиления СС уделялось идеологической подготовке. Хотя ее значение постоянно и подчеркивалось, все же она находилась далеко на втором плане по сравнению с военным обучением. Ее проводили сначала специально подготовленные лекторы, которые часто, однако, не имели военной практики и подчинялись Управлению военной подготовки. Позже ответственность за ведение идеологической подготовки была возложена на командиров штурмов. Главной темой этой подготовки была борьба с большевизмом.
При обучении командного состава в юнкерских училищах СС мы тоже верили, что сможем подправить старые армейские традиции, сделав их более гибкими и динамичными. Суждения о человеке по его общественному статусу, а также по уровню образования были категорически отброшены. Каждый должен был иметь возможность стать унтер-офицером и офицером в соответствии со своими способностями. Правда, временами документам об образовании придавалось чрезмерное значение. Но во время войны это отошло на второй план.
Подходящие кандидаты обучались на десятимесячных курсах и сдавали экзамены в юнкерских училищах в Бад-Тёльце (создано в 1934 году) и Брауншвейге (создано в 1935 году), а также в военных училищах вермахта. Отбор при этом был довольно строгим. Рейхсфюрер СС составил план, по которому молодых командиров после обучения в течение двух лет откомандировывали в части усиления СС, затем в Общие СС, СД и полицию безопасности и только после этого назначали на службу в одно из этих подразделений. Невыполнимый план, на котором вскоре был поставлен крест. Но один выпуск был обучен по этой модели, и лишь по прошествии времени молодые офицеры смогли вернуться в свою воинскую часть. В 1938 году значительное число молодых офицеров было отправлено на полгода или на год в вермахт. То-гда был запланирован постоянный обмен между сухопутными войсками вермахта и частями усиления СС.
В отличие от вермахта, все сотрудники вспомогательных служб — санитарной, административной, технической и т. д. — считались не чиновниками, а приравнивались, как и офицеры частей усиления СС, к руководителям СС. Это во многом служило делу единства офицерского корпуса.
Старые казармы, которые были переданы в распоряжение частей усиления СС, были расширены и перестроены: они размещались в Берлине-Лихтерфельде (бывшее здание главного кадетского корпуса), Арользене, Эллвангене, а также в Брауншвейгском замке. Новые казармы были построены в Бад-Тёльце, Мюнхене, Радольфцелле, Гамбурге, Вене, Клагенфурте, Унне, Дрездене. Незаконченным осталось здание батальонных казарм в Нюрнберге.
Так, в тяжелой работе и с очевидными успехами, прошли предвоенные годы. За это время сформировался ярко выраженный дух войск СС. Все, кто служил в частях усиления СС, гордились своей службой. Никому не могла прийти в голову мысль о том, что они когда-либо будут названы членами «преступной организации». Германский рейх был признан во всем мире. Олимпиада, морской пакт, занятие Рейнских земель[60], признание иностранными политиками, в том числе во время устраиваемых СС вечеров в дни Имперских партийных съездов, — все создавало картину, противоположную тому, что сегодня нам задним числом ставят в упрек.
Мы верили, что Адольф Гитлер имеет в виду именно то, что он говорит, а именно «мир для всех своих задач». Мы знали, что Адольф Гитлер нас не особенно поддерживал и не находил для нас слов похвалы. Мы также знали, что он распустил бы нас, если бы мы допустили промах, так же, как он это уже сделал с другими организациями[61].
Вопрос, почему вообще возникли части усиления СС, в общем-то, особого значения не имеет, да и просто не возникает. Кроме того, на этот вопрос Адольф Гитлер уже ответил в своей речи в Рейхстаге в 1935 году. Однако соотношение сил между сухопутными войсками и частями усиления СС было уже не 35 к 1, но, принимая во внимание число дивизий вермахта к 1939 году, — 60 к 1. Поэтому необоснованным является утверждение Зигфрида Вестфаля в «Армии в оковах»[62], что «силы сухопутных войск уже в мирное время, начиная с 1936 года, были подорваны постоянным и все более быстрым ростом войск СС».
Большая часть из сказанного выше относится и к частям СС «Мертвая голова» (Totenkopf). Однако имелись и существенные различия. Когда в 1933 году были созданы концентрационные лагеря, их охраной занимались местные формирования СА и СС. В 1934 году Адольф Гитлер отдал приказ обергруппенфюреру СС [Теодору] Эйке организовать единую систему охранных подразделений. Для этого он создал новые подразделения, использовав частью старые кадры, частью — путем вербовки новых. До 1936 года они содержались на средства правительств земель, а затем перешли на бюджет Имперского министерства внутренних дел рейха. Персонал комендатуры и охранные части разделили. Последние в 1936 году состояли из трех полков соединений СС «Мертвая голова» общей численностью 3600 человек. Эйке был командиром соединений СС «Мертвая голова» и инспектором концентрационных лагерей.
В указе Адольфа Гитлера от 17 августа 1938 года были также урегулированы вопросы, касающиеся соединений СС «Мертвая голова». Они также не были отнесены ни к вермахту, ни к полиции, а были объявлены подразделениями СС, переведенными на казарменное положение. Обязательную воинскую службу можно было проходить либо в рядах вермахта, либо в частях усиления СС. Поэтому по возможности в соединения «Мертвая голова» набирали мужчин, которые уже отбыли воинскую повинность. В случае мобилизации члены соединений СС «Мертвая голова» должны были пополнить ряды полиции и отойти от охраны концентрационных лагерей. В состав этих соединений входили главный штаб, четыре штандарта с санитарными и другими вспомогательными подразделениями.
К началу войны численность соединений СС «Мертвая голова» выросла до 7400 человек. Они проходили военную подготовку по собственной программе и поочередно посылали части для несения охранной службы в концентрационных лагерях. Эти части, однако, не имели никакой возможности вмешиваться в функционирование лагеря.
Военные операции
Войска СС на войне
Формирование первых дивизий СС (или тех соединений, которые позже стали основой полноценных дивизий) началось в октябре 1939 года. К ним относятся усиленный моторизованный полк СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», позже развернутый в дивизию; дивизия усиления СС, сформированная из частей усиления СС, некоторые части которых были переданы дивизии СС «Мертвая голова». Дивизия усиления СС была размещена в районе Пльзеня, а позже в районе Вюрцбурга и Мюнстера; она была подкреплена дивизией СС «Мертвая голова» под командованием Эйке, сформированной из 6500 человек из соединений СС «Мертвая голова» (1—3-й полки) и усиленной полицейским резервом, поступившим туда по особому постановлению. Местом дислокации «Мертвой головы» был избран Дахау, а позже Северный Вюртемберг.
Независимо от этих двух дивизий, в учебном лагере в Вандерне из личного состава полиции порядка была сформирована Полицейская дивизия. Ее командиром был назначен [бригадефюрер СС Карл фон] Пфеффер-Вильденбрух. Однако эта дивизия все еще относилась к полиции порядка, а не к войскам СС. Резервные части на родине были подчинены бывшей Инспекции частей усиления СС, а впоследствии — Главному оперативному управлению СС под руководством Юттнера[63].
Тяжелой артиллерии, танков и штурмовых орудий еще не было. Собственное судопроизводство было введено в частях усиления СС в октябре 1939 года, в полном соответствии с тем, что существовало в вермахте.
Адольф Гитлер упомянул эти соединения СС в своей речи в Рейхстаге в 1940 году, после похода на Запад, и сказал о них как о «войсках СС» (Waffen SS)[64]. С тех пор это название стало официальным. К этому времени, кроме всего прочего, существовало еще около четырнадцати полков соединений СС «Мертвая голова», которые были сформированы из вышеназванных резервов полиции. Позже они частично растворились в новых дивизиях или были расформированы.
Здесь уместно дать небольшой обзор численности войск СС во время войны.
В 1940 году они насчитывали 100 000 человек. Адольф Гитлер неоднократно говорил, что их численность не должна превышать примерно 10% от общей численности сухопутных войск вермахта.
В 1940 году она возросла еще на 50 000 человек;
в 1941 году — на 70 000 человек;
в 1942 году — на 110 000 человек;
в 1943 году — на 210 000 человек;
в 1944 году — на 370 000 человек
и в декабре 1944 года составила 950 000 человек.
Из них предположительно около 400 000—500 000 человек были добровольцами, остальные — призывниками.
Из общего количества было примерно:
400 000 рейхсдойче (из них около 40 000 переданы в войска СС из люфтваффе и 5000 — из военноморского флота);
310 000 фольксдойче из негерманских государств (таких как, например, Венгрия и Румыния);
200 000 добровольцев из почти всех стран Европы.
Фактическая численность войск СС к апрелю 1945 года после отступлений, потерь, с учетом пополнения в этом году в количестве 70 000 новобранцев, оценивается примерно в 580 000 человек.
Боевые воинские части, прежде всего дивизии СС, уже перед Западной кампанией и затем в течение всей войны находились в составе сухопутных войск. Указания о проведении военной подготовки, о ведении боя, приказы об их боевом использовании исходили исключительно от Верховного командования сухопутных войск (ОКХ). Этот факт является самым явным доказательством ошибочности большинства сегодняшних высказываний о войсках СС.
Генрих Гиммлер имел права командира лишь в кадровых, судебных и, на самом первом этапе, еще и в организационных вопросах: такое же, какое главнокомандующий люфтваффе имел по отношению к формально подчиненным ему авиаполевым[66] или к парашютным дивизиям.
Резервные части войск СС находились в подчинении рейхсфюрера СС через Главное оперативное управление СС. То же можно сказать и об отдельных небоевых частях (прежде всего, о полках соединений СС «Мертвая голова») и о временно передислоцированных в тыл частях. Для руководства этими подразделениями позднее в различных регионах были созданы должности «командующих войсками СС»[67]. Говоря об организации, надо сказать следующее: сначала Генрих Гиммлер и его Главное оперативное управление СС проводили свою линию, при этом им, естественно, недоставало практического опыта. И лишь во время войны развитие событий заставило руководство СС во многом приблизить организацию войск СС к организации регулярных частей вермахта.
Во время Западной кампании, а также в 1941 году на Востоке дивизии СС были моторизованы. В мобильной войне иметь одно моторизованное подразделение на три пехотных полка — слишком неудобно. Одно время существовали планы преобразовать третьи полки дивизий в «легкие» без возложения на них каких-либо конкретных задач. Это также было искусственным решением. И только потом дивизии стали формироваться по типу дивизий вермахта.
Тяжелая артиллерия начала поступать на вооружение войск СС уже во время кампании на Западе. Тяжелые зенитные батареи и батареи самоходных орудий появились, однако, только перед началом Восточной кампании. Переформирование отдельных батальонов в танковые произошло в конце 1942 года: сначала на вооружение СС поступили танки PzKpfw III и PzKpfw IV, затем «Тигры» и «Пантеры». В то же время в составе дивизий и при корпусных штабах войск СС были сформированы дивизионы реактивных минометов. Первый корпусной штаб войск СС был сформирован в 1942 году: сначала он не имел номера, а затем получил номер II[68]. С 1943 года начали возникать новые корпусные штабы СС. В 1944— 1945 годах на фронте действовала и самостоятельная армия СС (6-я танковая армия СС), которая под командованием Зеппа Дитриха участвовала в наступлении в Арденнах, а затем в боях в Венгрии.
Особенно следует отметить формирования, находившиеся под началом [штурмбаннфюрера СС Отто] Скорцени — противотанковые части, 500-й парашютный батальон СС. Сам Скорцени вышел из рядов войск СС, однако проведенные им операции по освобождению Муссолини и аресту [регента Венгрии Миклоша] Хорти выходят за рамки его службы в войсках СС. Об участии Скорцени в Арденнском наступлении, а также в операциях 1945 года на Восточном фронте будет рассказано в соответствующей главе.
Действия боевых подразделений войск СС будут рассмотрены в части II этой книги, здесь же, однако, необходимо вспомнить о тыловых службах: успех действий танковых и моторизованных дивизий во многом зависит от работы технического персонала и ремонтных подразделений. Они работают везде, кроме самого поля боя. Заслуга обучения и организации этих подразделений принадлежит Неблиху[69], который впоследствии стал руководителем автотехнических учебных курсов СС (SS-KTL). Санитарная служба, созданная Дермитцелем[70], находилась в войсках СС на особенно высоком уровне. Врачи и санитарный персонал, без тени сомнения, жертвовали своими жизнями ради спасения раненых. Санитарные роты и полевые лазареты блестяще выполняли поставленные перед ними задачи.
То же самое можно сказать и о руководителях административно-хозяйственной службы и чинах подчиненных им подразделений снабжения. Миф о том, что нас снабжали якобы лучше, чем других, говорит лишь о самоотверженности нашего персонала. Обслуживание в военных магазинах отличалось заботливым отношением. Подразделения снабжения, так же как и врачи с санитарами, исполняли свой долг со скромным героизмом.
Судебные функции в дивизиях СС осуществляли судьи СС, которые подчинялись руководителям судов — командиру дивизии или корпуса и входили в состав дивизионного (корпусного) штаба. Постепенно повышая свой уровень, они приходили к пониманию нужд полевых войск. Все приговоры на срок больше пяти лет и приговоры офицерам проверялись Главным судебным управлением СС и утверждались рейхсфюрером СС.
Об отношениях с вермахтом каждый может судить только по своему собственному опыту. По своему опыту я могу сказать, что эти отношения всегда были безоблачными и в большинстве случаев сердечными. Молодые войска создали себе имя благодаря своим выдающимся заслугам. Все командующие высшими объединениями сухопутных войск радовались, когда в их подчинение передавались части войск СС, и огорчались, когда их отзывали. Солдаты вермахта ценили эсэсовцев как надежных соратников. Конечно, в ходе войне возникали объективные противоречия, тем больше, чем легковесней, напористей были личности начальников и подчиненных. И в наших рядах встречались твердолобые личности. Но, однако ж, мы не имели каких-то особых связей с рейхсфюрером СС, которые можно было бы использовать для обсуждения приказов непосредственных вышестоящих командиров или для жалоб на них. Последний год войны нельзя рассматривать как норму; в это время упало качество всех без исключения воинских частей.
С другой стороны, нужно отметить, что существовало множество сил, которые были заинтересованы в раздоре между вермахтом и войсками СС, отсюда и все эти утверждения о лучшем снабжении, оснащении и вооружении. То, что это ложь, знают все. У нас не было своих собственных запасов, и мы снабжались из продовольственных магазинов вермахта. Абсолютно так же дело обстояло и с вооружением. Особенности оснащения были одинаковыми, например, у «Лейбштандарта» с армейской дивизией «Великая Германия» (Grossdeutschland) или с дивизией люфтваффе «Герман Геринг». По поводу общего оснащения можно только сказать, что танковые и моторизованные[71] дивизии вермахта, так же как и подобные дивизии войск СС, имели вооружение, отличное от пехотных дивизий, и их нельзя сравнивать друг с другом.
Однако все это еще не является ответом на принципиальный вопрос — зачем все-таки были созданы войска СС. Чисто с военной точки зрения сосуществование дивизий сухопутных войск, авиаполевых и парашютных дивизий люфтваффе, народно-гренадерских дивизий, частей морских пехотинцев и дивизий СС с собственным командованием является нежелательным. Ни в чьи планы (это касается и Генриха Гиммлера) такая система, собственно, и не входила. Три с половиной дивизии СС, считая и полицейскую, во время Западной кампании и даже шесть дивизий СС в 1941 году на Востоке еще не составляли угрозу единству вермахта. Но с расширением войны возникла ощутимая нехватка в боевых подразделениях. Тогда движимый честолюбием Генрих Гиммлер захотел иметь возможность предложить Адольфу Гитлеру в случае необходимости новые части, укомплектованные представителями негерманских народов. Сами воинские подразделения были мало заинтересованы в таком «размножении»; это означало для них перебои в пополнении личным составом и техникой. Если бы мы могли ограничиться примерно 12—13 дивизиями СС, тогда бы они могли сохранить свою боеспособность до конца войны, потому что тогда, несмотря на все потери, хватило бы офицеров и унтер-офицеров для восполнения потерь. Принципы добровольности и жесткого отбора ведут к количественным ограничениям. Войска же СС, увеличиваясь, постепенно выросли до размеров четвертой составляющей вермахта — наряду с сухопутной армией, военно-морским флотом, военно-воздушными силами.
Приведенный в приложении «В» список высшего командного состава, до командиров дивизий, не является полным[72]. Особенно трудно проследить роль каждого командира в последних боях на Восточном фронте. Здесь, наконец, всплывают некоторые имена тех, кто не был связан с СС напрямую. Из 68 перечисленных здесь 28 погибли или умерли во время войны. Это следует учесть в дальнейшем.
Обсуждать действия высшего командного состава — не задача данной книги. Недоброжелатели уже неоднократно выдвигали свои обвинения: человеческий материал войск СС якобы замечателен, только вот уровень руководства ему не соответствовал, и это — вина «партийных генералов». Последнее действительно имело место, но только в отношении нескольких человек, и то только до 1944 года: это при том, если Зеппа Дитриха, Эйке и других можно назвать «партийными генералами». Но можно ли отнести этот термин к Зеппу Дитриху и [Теодору] Эйке?
Зепп Дитрих был ветераном Первой мировой войны, танкистом, технически хорошо подготовленным, солдатом от природы, который инстинктивно и верно находил правильное решение. И он прежде всего был образцовым представителем своего «Лейбштандарта». Начальник его штаба, [Фриц] Крэмер, пришел в СС из вермахта и добился выдающихся успехов в роли командира дивизии СС и корпуса СС.
Эйке тоже был участником Мировой войны и в целом был олицетворением соединений СС «Мертвая голова». Он был очень своенравен. Его влияние на войска, в том числе и на чужие части, было велико, особенно при проведении оборонительных операций. Слава, приобретенная дивизией «Мертвая голова» в оборонительных боях в окружении под Демянском, — это его слава. В 1943 году он был застрелен советскими солдатами на Восточном фронте, когда проводил разведку местности на своем «Шторьхе».
Стоит ли упоминать [Германа] Фегелейна? По образованию и жизненной позиции он полностью выпадает из рядов командиров войск СС. Его положение при Адольфе Гитлере и оказываемое им влияние не были благоприятными. За это он и поплатился жизнью.
Всех остальных командиров можно разделить на две группы — старое и молодое поколение. К первым относятся ветераны Первой мировой войны, часть из которых затем проходила службу в рейхсвере. Они как раз и создавали части усиления СС. В большинстве своем это были своенравные люди, которые обрели духовную свободу и не боялись выступать с критикой начальства, поэтому с ними часто было нелегко работать. То же самое можно сказать и о командирах, которые вышли из рядов полиции. В целом они были определенно не хуже, чем офицеры вермахта. Я думаю, что имею право судить об этом на основании своего опыта и знания армейской службы. Любой проницательный человек скажет, что и у нас были отдельные трусы и командиры среднего уровня. Но никто не имеет права по частностям судить о целом. Среди вышеописанных офицеров «партийных генералов» не было.
Молодое же поколение состояло из людей, долгое время прослуживших в частях усиления СС, прошедших подготовку в юнкерских училищах и в самих войсках, мужавших вместе с новыми задачами войны, в большинстве своем сдавших экзамены на курсах командиров дивизий вермахта. Среди них были горячие головы, но на фронте они усвоили, что хороший командир должен беречь своих солдат. И они постепенно становились прекрасными командирами, гораздо выше среднего уровня. Работать с ними было одно удовольствие. Среди них не было трусов. Это были люди, на которых старики возлагали свои надежды на послевоенное время.
Войска СС были вынуждены сами искать кандидатов на занятие должностей офицеров Генерального штаба. Они проходили подготовку совместно со своими товарищами из вермахта. Я считаю своим долгом отдать дань памяти 1-му офицеру Генерального штаба войск СС [Вернеру] Остендорфу, который образцово справлялся с обязанностями офицера Iа[73] штаба дивизии, начальника штаба танкового корпуса и армии. Он не заканчивал военных академий, обучался еще в рейхсвере на преподавателя тактики люфтваффе, а позже — в юнкерском училище СС в Бад-Тёльце и получил очень разностороннее образование. Он погиб на Восточном фронте в 1945 году, будучи командиром дивизии.
Но говоря именно о службе Генерального штаба, мы должны отдать дань памяти и многим офицерам вермахта, которые перешли в войска СС или были к нам откомандированы. Все они были верны идее и сделали все для ее осуществления. В этом и заключен, в конце концов, весь трагизм наших дней.
Генрих Гиммлер во время войны
Хоть Гиммлер и имел ранг рейхсфюрера СС, был ли он им на самом деле? Войска СС, как часть полевых войск, подчинялись Верховному командованию сухопутных войск. Он же имел влияние только в вопросах, о которых мы уже говорили выше. Генрих Гиммлер был шефом германской полиции, а позже — имперским министром внутренних дел, имперским комиссаром по укреплению немецкой нации, главнокомандующим Армией резерва, уполномоченным по делам военнопленных и в конце войны даже главнокомандующим группы армий «Висла». Все это было объединено с должностью рейхсфюрера СС.
Гиммлер не был солдатом; он не имел полного представления о трудностях военного руководства и обучения. Старики расценивали его соответственно; войска же лично его не знали. Во время войны Генрих Гиммлер и войска СС вынуждены были жить каждый своей жизнью. Поведение рейхсфюрера СС перед войной, когда он представал перед нами идеалистом, никак не сходилось с тем, что мы узнали о нем только после войны — с его деятельностью во время войны, когда он использовал свою власть для бескомпромиссных приказов, приведших к концентрационным лагерям, массовым экзекуциям эйнзатцгрупп СД.
В мирное время отношение с партией и другими подразделениями СС было довольно непринужденное; части войск СС создавали на местах собственные партийные группы. Во время войны эти связи были нарушены; членские взносы не платились. Многие же солдаты войск СС вообще не были членами партии.
Войска СС несправедливо обвиняют в участии в оборонительных и разрушительных операциях в конце войны. Эти инциденты — не на совести непосредственно частей войск СС. Они шли в бой по приказу армейского командования.
При этом Борман как имперский комиссар обороны отдавал гаулейтерам приказы, ставившие в сложное положение и само военное командование. Подчиненные гаулейтерам властные органы забирали в боевые отряды больных, откомандированных или находящихся в отпуске эсэсовцев и полицейских и вели оборону по своему усмотрению.
Излишне лишний раз доказывать, что между войсками СС и персоналом комендатур концентрационных лагерей, охранных частей, гестапо, Службы безопасности, а особенно между войсками СС и эйнзатцгруппами[74], высшими руководителями СС и полиции в регионах нужно провести строгую разграничительную линию. Общим у них было лишь единое руководство в лице Генриха Гиммлера, а также униформа и знаки различия.
Войска СС должны чувствовать себя обманутыми из-за того, что Генрих Гиммлер и Поль[75] во время войны — без их ведома — причисляли весь персонал концентрационных лагерей к войскам СС, чтобы облегчить освобождение этих людей от военной службы для выполнения своих задач. Таким образом, Генрих Гиммлер привязал собственно войска СС к судьбе тех людей, которые ответственны за происходившее в концентрационных лагерях.
После того как Гиммлер в качестве главнокомандующего Армией резерва 20 июля 1944 года принял на себя управление делами военнопленных, все высшие руководители СС и полиции на родине наряду со званиями генералов полиции получили еще и звание генералов войск СС. Таким образом, все разграничительные линии были стерты и войска СС очернены так, что позже в Нюрнберге их не удалось исключить из списка «преступных организаций».
Общих СС во время войны уже фактически не существовало. К их остаткам войска СС тоже не имеет никакого отношения. Воинские же звания Общих СС, естественно, никогда не переносились на войска СС.
Главное оперативное управление СС
(SS-Führungshautamt; SS-FHA)
Начальник Главного оперативного управления СС
Адъютантура Iа (Оперативный отдел)
Управление I — Командное управление Общих СС
Управление II — Командное управление войск СС
Управление III — Центральная канцелярия Управление IV — Административное управление Управление V — Управление кадров Управление VI — Кавалерийская и автомобильная служба
Поделиться книгой: