Стальные псы 2: Черная черепаха

Стальные псы 2: Черная черепаха

Владимир Василенко

Глава 1. Серый пик

— В бою нужно твердо стоять на ногах, Мангуст. Порой одно это может решить исход схватки.

Вэйюн Бао перемещался то влево, то вправо, ступая по верхушкам невысоких столбов, вбитых в землю. Их было, пожалуй, около сотни, и располагались они идеальным квадратом, в шаге друг от друга.

— Поднимайся!

Он крутанул своим тяжелым посохом и застыл в центре тренировочной площадки.

Столбы были почти одинаковой высоты, где–то мне по грудь, и в диаметре сантиметров тридцать. Я без особого труда забрался наверх и попрыгал от одного к другому — то просто перешагивая, то запрыгивая на очередной столб обеими ногами, да еще и с разворотом. В паркуре такие элементы называют accuracy. С места или с разбега заскакиваешь на какой–нибудь небольшой по площади объект — перила, кромку забора — и удерживаешь на нем равновесие. У меня с этим особых проблем не было — чувство баланса натренировал еще в детстве, на спортивной гимнастике.

— Ну, как? — усмехнулся я, серией крученых прыжков подбираясь к наставнику. — Наверняка другие ученики такого и через месяц тренировок не смогут, а?

Последним прыжком я эффектно перемахнул сразу через два ряда столбов и приземлился точнехонько перед Бао.

— Ай–й–й!

Я успел заметить его движение, но вот отреагировать — уже нет. Ксилай самым концом посоха больно хлестнул меня по левой лодыжке, сбивая равновесие. В падении я умудрился приложиться плечом, копчиком, обоими локтями и виском. Секунд десять валялся на твердой утрамбованной земле между столбами, исторгая из себя протяжный стон. Кое–как поднял голову, отыскал взглядом наставника. Тот смотрел на меня с невозмутимой мордой и терпеливо ждал.

— Ужимки и прыжки — это вовсе не то, что подобает истинному монаху. Мы же не брачный танец мартышки разучиваем! Адепт Пути выверяет каждый свой шаг и каждое движение. Он не тратит энергию попусту, а направляет её в то русло, что приведет его к победе. Поднимайся!

Очень много чего хотелось сказать в ответ, но я неимоверным усилием воли подавил в себе эмоции. Перечить этому упрямому кошаку — себе дороже. Еще и посохом по лбу отхватишь. Уж что–что, а это я успел уяснить за время нашего с ним общения.

После памятного разговора в «Золотом павлине» прошло два дня. Псы пока оставили меня в покое, так что все это время я посвятил прокачке навыков и тренировкам с Бао. Качался в основном на юго–восточном побережье, в землях Корсаров. Жирных мобов не выискивал — наоборот, дожимал последние крохи Ци из береговых дрэков, грязекрабов и прочей мелочи. Заодно отрабатывал на них простые атаки посохом или острыми кастетами.

Базовые характеристики я за эти дни прокачал всего на пару–тройку пунктов — даже не хватило, чтобы покрыть потери от смерти в крепости Дервишей. Но на этих циферках я не особо заморачивался. Важнее были внутренние ощущения. Я стал куда увереннее обращаться с боевым посохом, экипировка постепенно стала моей второй кожей, да и в схватки я вступал уже без всяких колебаний, даже если нарывался на сильного противника. Даже наоборот, азарт какой–то просыпался. Все то, чему я научился за последние дни — активация аур, боевые приемы, медитация — выполнялись уже на автомате, без лишних раздумий. Я быстро вживался в роль.

Денег мне пока хватало, на новую экипировку я не заглядывался, тем более, что пока толком не знал, что мне нужно. Сосредоточился на выполнении последних двух шагов для инициации — нужно было как можно быстрее прокачать Знание Ци и Медитацию до следующего уровня. Для развития Знания Ци учитывался каждый противник, у которого я забирал часть силы. Насколько это мощный противник — не имело значения, счетчик исправно увеличивался на единичку что после хлипкого дрэка, что после моба посерьезнее. До Глубокого Знания Ци мне нужно было наколотить больше трех сотен мобов, так что я валил мелкоту пачками, до тех пор, пока за них хоть что–то давали.

И, конечно, каждую игровую сессию я начинал с паломничества в пещеру на Сером пике, доставшуюся нам в наследство от Дракенбольта. Это уже стало своего рода традицией. Источник Ци за сутки успевал накопить солидную порцию чистой энергии. А учитывая, что пока что в эту пещеру никто, кроме меня, не наведывался, весь этот куш доставался мне.

В пещере я медитировал, создавал жемчужины чистой Ци, часть из них тут же пускал на прокачку умений. Выучил два новых приема из атакующей ветки — Водяной столб и Удар волны. Немного увеличил и емкость собственной «батарейки» — теперь я мог накопить уже до 17 зарядов Ци, расходуемых в бою на всякие умения. Каждое умение пока по–прежнему отнимало по одному заряду, так что мои возможности в бою расширились. Хотя все равно зарядов Ци катастрофически не хватало, особенно в затяжном бою.

Не забывал я и навещать Бао — либо в самом лагере, либо через Туманный чертог. Эта вот тренировка на столбах как раз проходила в чертоге — за пределами площадки все тонуло в серовато–белой дымке.

Наши посохи сталкивались — я парировал удары ксилая, пробовал атаковать сам, параллельно стараясь держать равновесие. Каждый удар отдавался в пальцах вибрирующей волной — оружие стало чем–то вроде паучьей тревожной струны, по движениям которой тот засекает свою жертву.

Посох Бао мелькнул в воздухе возле моей лодыжки — наставник явно намеревался снова подсечь меня быстрым хлестким ударом. Я в последний момент успел поджать ногу и тут же вернуть ее на место. Бао, немного пошатнулся, увлекаемый инерцией собственного удара. Одобрительно хмыкнул.

— Уже лучше!

Посохами мы махали еще с четверть часа, после этого перешли к следующему упражнению — метанию чакрама. Время, которое можно проводить в Туманном чертоге, ограничено, а тренироваться здесь удобнее — не тратишь зарядов Ци, нельзя пораниться или умереть. Так что я теперь старался проводить эти встречи с Бао с максимальной пользой — либо приемы отрабатывал, либо пытался что–нибудь выведать о дальнейших шагах.

«Шепот смерти», прошелестев в воздухе, впился в высокий деревянный столб почти параллельно к земле. Но сантиметров на двадцать выше красной зоны, в которую я метил. Я вполголоса чертыхнулся и подождал пятнадцать секунд, пока чакрам не вернулся обратно в слот быстрого доступа. Так было быстрее, чем ходить за ним туда–сюда к столбу.

— Позволь спросить, почтенный… — завел я разговор, снова отправляя смертоносное кольцо в полет.

Метать чакрам, на первый взгляд, легко и удобно, но вот для того, чтобы добиваться прицельного попадания, похоже, надо основательно потренироваться. Тем более, что я намеренно отрабатываю броски навскидку, из любого положения. В реальном бою мне никто примеряться и замахиваться не даст. А вот нежданчик из этого оружия может получиться очень даже эффективный.

Бао кивнул, давая понять, что готов побеседовать.

Вот и отлично. Я уже потихоньку изучил его повадки. Если сразу лезть с расспросами — сенсей начинает фыркать, раздражаться, а то и дубасить почем зря посохом. Но стоит проявить учтивость, а лучше еще и немного польстить — как он меняет гнев на милость. Плюс, конечно, еще и основательно подросшая репутация с Кси играет свою роль.

— Совсем скоро я завершу свои Шесть шагов и стану настоящим монахом. Нет–нет, я не собираюсь расспрашивать тебя, что мне делать дальше. Знаю — всему свое время.

Ксилай, открывший было рот, чтобы прервать меня, усмехнулся в усы.

— Я хотел спросить об алтарях стихий. Ты рассказывал, что они разбросаны по всему Артару.

— Да. Есть пять Великих алтарей. Черная Черепаха, повелитель Воды — здесь, на Сером пике. Белый Тигр, владыка Металла — у Ледяного хребта, во Фроствальде. Алый Феникс, повелитель Огня — далеко на западе, в пустошах Марракана. Лазурный Дракон, олицетворяющий Дерево — на юге, в джунглях Уобо. И Янтарный Единорог, символ могущества Земли, затерян в степях Лардаса, где–то глубоко во владениях кочевников дау.

— Но есть и малые алтари?

— Конечно. Их великое множество. Для инициации и глубокого познания стихий нужно паломничество именно к Великим алтарям. Но и малые тоже полезны — медитируя рядом с ними, получаешь благословение покровителя стихий.

Я в очередной раз метнул чакрам, и в этот раз кольцо вонзилось точно в красную зону. Может, конечно, просто повезло. Но все равно приятно.

— А кто же построил эти алтари, учитель? Ксилаи ведь, насколько я знаю, тоже прибыли в Артар недавно, незадолго до колонизаторов из империи Этель и всякого сброда из Банд.

Этот простой вопрос заставил глаза ксилая вспыхнуть, а мой медальон игрока — завибрировать.

Ваша репутация с фракцией Кси увеличена на 100 пунктов. Текущее значение — 590 (нейтральное). До следующего значение (Дружелюбие) — 410 пунктов.

Вот что значит задавать правильные вопросы! Кошаки очень любят, когда проявляешь к ним искренний интерес. Впрочем, кто же не любит.

— Последователей Кси можно найти в любых уголках нашего мира. Люди привыкли считать, что у нас вовсе нет дома — мы всегда в пути, всегда в поисках. Они говорят «ксилай» — и тут же представляют себе путешественника, торговца, исследователя. Так что никого не удивило, что мы прибыли в Артар, опередив даже первые отряды императрицы Этель. Однако мало кто знает, зачем мы здесь на самом деле…

Повисла пауза, и я понял, что нужно подбодрить учителя.

— Что же ищет Кси в Артаре?

— Правду. О своем прошлом. О своем предназначении. О том, как так случилось, что Кси разметало по всему свету, будто пепел, развеянный по ветру. Мы, наконец, нашли свой дом. Артар — и есть родина ксилаев. Но наши предки много сотен лет назад покинули его. Или же были истреблены в великой войне, а наш род восходит к тем из них, кто в те времена оказался вдали от родины.

— С кем же воевали древние ксилаи?

— Скорее всего, с алантами. Однако и эта раса тоже исчезла, мало что оставив после себя. Мы не знаем. Но мы ищем, Мангуст. По крупицам собираем знания о прошлом и пытаемся разобраться, что же произошло тогда. И благодарны тем, кто помогает нам в этих поисках.

— Я буду рад помочь. Может, есть какие–то конкретные задания? Что вы ищете здесь, в окрестностях Серого пика?

— Все указывает на то, что эти места описываются в легендах о Суань Ю, священном лидере ксилаев. Он владел силами всех стихий, отринул от себя всё мирское и обрел почти божественное могущество, которое обратил во благо нашего народа. Именно он основал Кси, он научил нас видеть и управлять течением стихий, вплетенных во все сущее. И свой путь он начинал где–то здесь, в этих краях. Мы находим все больше подтверждений этому. Возможно, тот, кому удастся найти следы Суань Ю и пройти по ним, сможет и повторить его подвиги. Но это долгий путь…

— Неважно, как долог путь. Все равно он начинается с маленьких шагов, — в тон учителю ответил я, вызвав еще один одобрительный кивок.

Я метнул чакрам снова. Да что б тебя! В этот раз промазал даже мимо столба — кольцо, блеснув отточенной кромкой, кануло в тумане. Эх, стабильности мне не хватает, стабильности.

— Если тебе и правда интересна история Суань Ю — стоит начать с северных склонов Серого пика. Места там куда более опасные, чем на южном склоне, но я вижу, что ты уже достаточно окреп. К тому же, рано или поздно тебе все равно придется наведаться в те края. Если, конечно, ты захочешь и дальше совершенствоваться в освоении стихии Воды.

— Что нужно искать?

— Могилы, мой юный друг.

— Позитивненько. И чьи?

— Давай, пожалуй, прервем тренировку. Совсем скоро тебе придется покинуть Туманный чертог. А то, что я расскажу, нужно выслушать внимательно.

Мы с Бао уселись прямо на землю друг напротив друга. Но начинать рассказ Бао не торопился. Для начала он закурил трубку — короткую, массивную, на изогнутом толстом мундштуке. Выпустил клубы плотного, похожего на вату дыма, тут же подхваченного невидимыми воздушными течениями и превратившегося в затейливое туманное кружево, повисшее между нами.

— Легенды гласят, что в молодости Суань Ю был правителем этих земель, — наконец, начал он. — И до того, как встать на путь к Просветлению, он был избалованным, жестоким и своенравным. Прежде, чем ему удалось побороть свои слабости и несовершенство, он прошел огромный путь. Ему предстояло отринуть от себя все материальное и стать средоточием чистой Ци…

Клубы дыма, вьющиеся из трубки Бао, шевелились, как живые, складываясь в призрачные силуэты. Я разглядел очертания горных вершин и, кажется, силуэт ксилая с острыми рысьими ушами, сидящего в позе лотоса.

— Но чем меньше в нем оставалось от простого смертного — тем сложнее было делать следующий шаг. Все его грехи, слабости, низменные помыслы отчаянно цеплялись за бренную оболочку, сосредотачивались в ней — как мутный осадок, остающийся на дне опустошаемой чаши. Последнее, что ему предстояло отринуть — это прием мирской пищи. Он должен был питаться только самой Ци.

— Кардинальная диета, ничего не скажешь. И у него получилось?

— Да. Семь недель он на закате и на рассвете промывал свой пищевод и желудок водой из Зеркального озера, пока, наконец, последние части его смертной плоти не очистились. Однако сосредоточенные в них грехи и пороки были настолько сильны, что обрели собственное воплощение, превратившись в огромную черную змею и черную черепаху.

Струи дыма сгустились и потемнели, иллюстрируя рассказ Бао. Из них соткался силуэт черепахи, вокруг которой кольцами обвилась длинная змея с треугольной головой.

— Эти монстры успели принести немало бед, поскольку Суань Ю вскоре покинул окрестности Серого пика и не знал об их существовании. Однако два брата Суань Ю, его ближайшие последователи, в жестоких схватках одолели чудовищ и сумели поглотить их силу. Их мирские имена забыты, поскольку с тех пор их так и называли — Черная Змея и Черная Черепаха. Или же Змеиный генерал и Черепаший генерал. Они еще долго правили народом ксилаев, поскольку сам Суань Ю, достигнув Просветления, покинул трон и занялся чем–то куда более важным. Могилы же генералов, находятся где–то здесь, недалеко от великого алтаря Воды. Паломничество к ним и к Зеркальному озеру должен совершить любой монах, желающий стать мастером школы Воды.

— Что значит быть мастером Воды, учитель?

— А вот об этом я расскажу лишь тому, кто пройдет Шесть шагов, — погрозил Бао когтистым пальцем. — Я и так завел этот разговор гораздо раньше, чем следовало. Однако такой уж ты ученик — порой ты движешься по своему Пути не шагами, а обезьяньими прыжками.

— Разве это плохо? Так ведь гораздо быстрее, — улыбнулся я.

— Возможно. Однако суть Пути — не в том, как быстро ты продвигаешься, а в том, куда он тебя приведет.

Я вздохнул. Котяра, как всегда, прав, хоть это и немного раздражает. Я так рвался в Артар — этот мир мне казался куда лучше реального. Но от себя–то, похоже, не убежишь. Все свои недостатки я успешно протащил и сюда. Ну, не хватает мне дисциплины и последовательности в своих действиях — ни там, ни здесь.

Одно хорошо — здесь–то у меня есть Бао, который пытается наставить на путь истинный, пусть даже для этого придется лупить меня палкой по хребтине. В реале у меня и этого не было. Мать слишком меня баловала, а отец… Он–то строг, только вот после их развода я все его действия и доводы принимал в штыки. И спорт–то бросил только из–за него — вроде как отомстил. Ведь это он меня в свое время привел в секцию, потом жутко гордился всеми моими медалями. А вот мои «мартышкины хобби» — паркур и всякое верхолазанье — его жутко бесили. Так что я поставил крест на спортивной гимнастике и ударился в экстрим.

Как говорится, назло бабушке отморозил уши…

Задумавшись, я и не заметил, как очертания Бао стали постепенно расплываться. Туманный чертог, и без того призрачный, становился и вовсе прозрачным, сквозь него все явственнее проступали стены пещеры, в которой я находился. Я мотнул головой, и морок окончательно исчез.

Я снова в Артаре.

Первым делом бросил взгляд в сторону лаза, ведущего к кратеру. С тех пор, как я впервые услышал странные звуки, доносящиеся оттуда, эта дыра в скале вызывает у меня приступы беспокойства. Я даже наполовину заложил её крупными булыжниками — не столько для баррикады, сколько для сигнализации. Если оттуда чего–то полезет — наверняка опрокинет пару камней, и я успею отреагировать. А то сижу тут, медитирую…

Но сегодня было тихо, только вода шумела за «окном» — длинная горизонтальная расщелина на дальней стене пещеры выходила прямиком на водопад.

Я коснулся медальона, чтобы вызвать интерфейс. Сверился с игровыми часами. Сегодня, за час до полудня, мне нужно встретиться с Псами. Место встречи — недалеко от постоялого двора «Голова дрэка». Это на восточном склоне горы, рядом с башней Тенептиц. Я там уже бывал еще в первый день игры. К постоялому двору ведет ответвление горной дороги, берущей начало у самой Гавани, так что выйду на неё и доберусь до места быстро, даже если не попадется попутная повозка неписей. Ну, а возможные стычки с дрэками мне уже не страшны.

Зачем на этот раз понадобился общий сбор — Терехов, конечно, не рассказал заранее. Конспиратор хренов. Но я надеялся, что будет что–то интересное. К тому же повисший надо мной миллионный долг перед Молчуном здорово напрягал — потихоньку отрабатывать его надо начинать уже сейчас. Год быстро пролетит.

Кто кого переиграл в той нашей несостоявшейся шахматной партии — я пока так и не понял. С одной стороны, я получил все, что хотел — модем и целый год игры на халяву. Плюс даже относительную свободу действий. Но тот же Терехов меня предостерег, чтобы я не расслаблялся. Мы с ним созванивались в реале.

— Ты должен понимать одну важную вещь про шефа, да и про всю нашу зондер–команду, — сказал он мне тогда. — Суть ведь не в том, что шеф собирает людей со специфическими навыками, которые могут дать преимущество в Артаре. Этим уже все занимаются. В том же Легионе с десяток профессиональных инструкторов работает — по историческому фехтованию, по рукопашному бою, по тактике, по разведке и прочим дисциплинам. Говорят, на хорошей зарплате. И, думаю, во всех топовых гильдиях скоро будет примерно так же.

— Чего бы ему и нас просто на зарплату не посадить?

— Мы — другое дело. Мы — для особых поручений. И тут Молчуну нужны люди, которые не просто работают на него, а от него зависят. Тех, кого нельзя будет перекупить, переманить, запугать. Это для него даже важнее талантов. В человеческую преданность он не верит. И в денежную мотивацию — тоже. Она работает только до определенных пределов. Поэтому он и пытается создать такие условия, когда у человека нет другого выхода, кроме как работать на него. А если этот человек попытается его предать — потеряет всё.

— Не слишком ли он заморачивается из–за игры?

— Сама по себе игра его вообще мало интересует. Ему, к примеру, пофигу, как мы там качаемся, чем занимаемся в свободное от его заданий время. Главное — чтобы по первому зову явились и были готовыми выполнить любой его заказ. А заказы его… Я же тебе уже говорил — в Артаре у каждого своя игра. И шеф, похоже, мутит что–то по–крупному. Это поначалу я думал, что это для него что–то вроде хобби. Отдушина некая. Но нет. Похоже, он решил развернуть там свой бизнес. Этакий виртуальный филиал «Обсидиана».

— А чем, кстати, занимается ваша контора?

Терехов рассмеялся.

— И тебя только сейчас это заинтересовало? Официально — венчурными инвестициями, краудфандинговыми системами и всей такой прочей малопонятной фигней. На деле же это самая крупная в восточном полушарии букмекерская сеть. Работает даже в тех странах и в тех видах соревнований, где тотализаторы запрещены.

— Упс. И реального мира вашему шефу мало — он и в виртуал подался?

— За Эйдосом — будущее, — пожал плечами Терехов.

— И зачем вы мне это рассказываете? В прошлые разы, когда вы так передо мной откровенничали, оказалось, что вы просто пичкали меня дезой.

— В этот раз все по–другому, Мангуст. Этот наш разговор ты должен запомнить накрепко — повторять я не буду. Мы теперь вроде как в одной лодке. И ты должен четко понимать, где ты оказался и почему. И запомнить главное правило. Оно простое, совсем как в бойцовском клубе. Смотрел такой фильм? Старый, еще конца 20 века?

— Тарантино? Я из классики только Тарантино уважаю.

— Нет. Но неважно. Просто там фраза такая была: первое правило бойцовского клуба — никому не рассказывать о бойцовском клубе. Вот и у нас примерно так же. Забудь вообще о Молчуне. Не вздумай его даже упоминать в разговорах за пределами команды. Никто не должен знать, что мы как–то связаны.

— Ну, это понятно.

— Да уж надеюсь. Но на всякий случай предупреждаю отдельно. Официально такой гильдии, как Стальные псы, вообще не существует. Хотя, конечно, про нас уже начинают ходить слухи. И по этим слухам мы — беспринципные наемники, которые готовы взяться за любую, даже самую безумную или жестокую миссию, если за это достаточно платят. Вот этой легенды и придерживаемся. Тем более, что она недалека от правды. Молчун разрешает нам браться за любые заказы, если только они не противоречат его собственным планам.

— А что скажете насчет меня? Про наш уговор с Молчуном — насчет миллиона золотых и всего прочего… Мы ведь даже не подписали ничего, просто по рукам ударили. Могу я ему вообще доверять?

— И вот такие разговоры тоже не вздумай больше заводить. У шефа — довольно специфичный круг общения и специфичное прошлое. Для него уговор дороже денег. Так что насчет этого можешь не беспокоиться. Вообще, пока он считает, что ты под контролем — все в порядке. Ты вообще, по сравнению со многими из нас, неплохо устроился.

— Да я вот думаю, не продешевил ли я…

Терехов опять рассмеялся и покачал головой.

— Ну, уж в заниженной самооценке тебя точно не обвинишь. Нет, не думаю, что продешевил. Со временем, возможно, условия сотрудничества даже улучшатся. Ты, главное, не косячь.

Легко сказать — не косячь! А если это у тебя в крови?

Терехову я, конечно, тогда ничего не стал говорить, но еще больше укрепился в мысли, что с долгом перед Молчуном надо расквитаться как можно раньше. Пока что я от него получил лишь расписку на 20 000 золотых — Терехов передал в игре. Обычный кусок пергамента — вроде тех, что выдают с квестами. Я оставил ее в своей банковской ячейке, туда же буду складывать и остальные. Остается еще 980 тысяч. Сумма для отдельного игрока просто астрономическая. Наверняка он специально назвал такую, чтобы я не смог гасить долг игровым золотом — только его расписками за участие в заданиях. Исходя из нынешних условий экономики Артара, даже хорошо прокачанный соло–игрок за год и десяти тысяч не накопит. Так что моя свобода в выборе заданий, на самом деле, призрачная. Придется ишачить на Молчуна весь год, да еще и стараться выслужиться за дополнительную премию.