ТХ4

Если я был прав, то испытывая те или иные нагрузки, я провоцировал микроорганизмы на модификацию органов, задействованных в «работе» моего тела. Прикинув, какие перспективы передо мной открываются, я аж присвистнул, после чего развалился на диване с улыбкой на пол лица.

— «Ха! То-то я по Витькиному плечу сумел попасть, похоже не только глаза, но и рука прокачалась», — пришедший на память эпизод драки в сквере рядом парковкой удачно вписывался в выстроенную мной гипотезу.

Впрочем, заурчавший живот не дал долго разлеживаться, пришлось вставать и идти на кухню, готовить ужин. Привычные действия по превращению сырых продуктов в съедобные не мешали продолжать думать и мечтать. Так что поужинав, я вернулся в комнату и уселся за учебники.

Как бы и что бы другие люди не думали о моей внешности, сам я для себя давным-давно определил простую истину. Красота и здоровье, все это не навсегда. Единственное, что остается с человеком до самой старости, это его ум. И чем он острее и гибче он в молодости, тем более преклонных лет удастся достичь, не впав ни в маразм, ни в скудоумие.

Утреннее взвешивание на весах преподнесло неприятный результат. Я просидел за учебниками до начала третьего ночи. Но, уменьшившийся вес на два килограмма однозначно указывал на то, что опять что-то пошло не так и умнее я не стал. Проверочная работа, устроенная на практических занятиях преподавателем, лишь подтвердила отсутствие результата. Не выспавшийся и раздраженный, я не смог вспомнить ничего из изученного и успешно сданного еще в прошлом году материала.

Вереница опытов, потянувшаяся в след за этим, вымотала меня куда как сильнее, чем я мог себе представить. Не понимая, как это работает, я пробовал разные подходы, радуясь, когда задуманное совпадало с теорией, или сильно нервничал, если не получал желаемого результата.

Где-то через две недели мой вес окончательно перестал уменьшаться и, более того, я даже прибавил полкило с последнего взвешивания.

— Ольга? Привет, — решив убедиться, что штамм ТХ4 все еще присутствует в моем организме, я позвонил на номер из «черного» списка.

Сумев договориться о встрече и не раскрыть при этом подробностей, я пришел к роддому за два часа до назначенного времени. Усевшись на одну из скамеек, расставленных вокруг здания, я своим нервничающим видом не сильно отличался от снующих здесь мужчин.

Достав семь шариков, которыми жонглировал в последнюю неделю для развития ловкости пальцев, я перешел в режим «форсаж». Имея возможность не терять из вида быстро летящие предметы, ловить и подкидывать их не составляло труда. Впрочем, мне еще было куда «развиваться» и я двигал запястьями, постепенно увеличивая радиус контролируемого пространства.

Помимо улучшения подвижности пальцев, с моим телом произошли и другие изменения. Ускоренное восприятие мира получило очередное изменение, но далеко не такое, какое бы я хотел. Если мой мозг получал слишком много информации, то вместо головной боли, как тогда в ночном клубе, теперь мое зрение сужалось, становясь «туннельным».

Научившись контролировать включение и выключение «форсажа», я считал подобное ограничение видимости ущербным и пытался заставить себя научиться расширять «кругозор», хотя бы даже в ущерб качеству или самочувствию.

— Где-то учились молодой человек? — остановившийся у моей скамейки мужчина заинтересованно смотрел на то, как мелькают оранжевые шарики в моих пальцах.

— Нет, что вы, я самоучка, — прекратив «жонглирование», я смущенно улыбнулся.

— Неплохо, очень неплохо, — явно расстроившись, что я прекратил жонглировать, мужчина затянулся сигаретой и выпустил струю дыма в сторону.

— В жизни всякое может пригодиться, — не зная, что еще сказать, заполнил я возникшую паузу.

— Оно так, да, но в карты я бы с тобой не сел играть, — хохотнул он, после чего посмотрел куда-то в район верхних этажей роддома и отошел.

Поразмыслить о пришедшей на ум идее азартных игр я не успел, пиликнувший телефон известил, что Оля освободилась и я могу к ней зайти. Поздоровавшись, я как можно убедительнее рассказал ей, что очень нервничаю в последние дни и не могу нормально жить, зная, что во мне что-то живет и «пожирает» меня изнутри.

— Нет, их нет, я все посмотрела, тремя способами, — проведя какие-то свои измерения, Ольга с неподдельным сожалением в голосе сообщила мне «радостную» новость: — я не знаю, куда они пропали, как впрочем не знаю, как они и попали в твой организм.

— Ты не представляешь, насколько мне стало легче, — играть роль «обеспокоенного» своим здоровьем человека было не сложно, толстое телосложение априори вызывало у разговаривающих со мной людей сострадание и жалость.

— Юра, может быть теперь ты мне расскажешь, где живет эта знахарка? Мы с Гариком пару раз ездили за город, но никого найти так и не смогли, — девушка по новой начала старую «песню».

Кое-как отговорившись, я покинул лабораторию. Стоило захлопнуться двери за моей спиной, как счастливое выражение «стерлось» с моего лица. Все планы и чаяния рухнули в один миг, разбившись о простой факт отсутствия так нужных мне микроорганизмов в доставшемся от природы теле.

— Бляя, — не смог сдержаться я.

Пара дней прошли в глубокой хандре, делая необходимые дела, такие как еда, учеба, гигиена, я существовал, но не жил. Все мои мысли находились в вымышленном мире, именно там я тренировал свое тело, становясь «круче вареных яиц». Количество мыслей о допущенных мною ошибках буквально затапливало мозг и я даже принялся их записывать, создавая никому не нужное теперь пособие по «раскачке».

— Никиф Никифыч, здравствуйте! — проснувшись утром воскресного дня, прямо в кровати меня осенила гениальная в своей простоте мысль.

— Юра! Давно тебя не было видно! — искренне обрадовался торговец.

Поговорив о том и о сем, я узнал о новинках в индустрии «здорового» питания, а так же о том, что «старички» долго сетовали на то, что я перестал ходить на лекции.

— Кстати, как там браслеты? Продажи идут? — выждал я удобный момент для заготовленного вопроса.

— Убыточный товар, — махнув рукой, Никиф Никифыч обозначил свое к ним отношение.

— Я, кстати, по этой теме кое что выяснил, — как можно более нейтральным тоном врал я: — переписывался со студентом из Китая, мне по учебе было нужно, разговорились, и я случайно узнал, что его дядя точно такой-же браслет носит!

— О! — почувствовав прибыль, оживился торговец: — берешь на прежних условиях?

— Не, давайте я один возьму, как я понял, браслет в Китай придется отправлять, для активации, вроде как только там это можно сделать, — внимательно слушавший меня Никиф Никифыч расстраивался буквально на глазах: — за долю малую, дядя китайца вроде согласился помочь, если все получится, можно будет и остальные «провернуть», но уже потом.

— Ты мой спаситель! — сделав «хорошую мину при плохой игре», выговорил мужчина.

Впрочем, его радость никак не повлияла на цену, продать браслет он согласился только с пятидесяти процентной наценкой. Отдав шестнадцать тысяч, я сунул картонную коробку в пакет. На этот раз заводская упаковка была не тронутой, её еще никто не открывал и не примерял содержимое на свою руку.

— Колян, есть время? — позвонил я другу, находясь на подходе к подъезду своего дома.

Долго уговаривать парня не потребовалось. Единственный друг оставался другом именно из-за того, что всегда был готов отложить свои дела и помочь. В отличие от меня, толстяка, Колян был худ, чем и отличался от основной массы наших сверстников. Испытывая на себе избыточное внимание и во дворе и в школе, мы невольно сдружились, помогая друг другу по мере сил и возможностей.

— Ты уверен? — перед тем как приступить к установке удаленного мною программного обеспечения на компьютер, Колян внимательно посмотрел на мою грузную фигуру: — я тебе конечно верю и если ты говоришь, что все продумал, то так оно и есть, но…

— Действие браслета исчезло ровно через десять дней, я каждый день на весы встаю, — похлопав себя по плотному животу, усмехнулся я: — так что еще раз повторим «процедуру» и от очередных десяти килограмм жира не останется и следа.

— Хм, может и мне такой браслетик одеть, — с улыбкой пошутил Колян, скопировав похлопывание ладонью в районе живота: — одену его наизнанку, глядишь, десяток другой массы прибавится!

Установка и запуск приложений во второй раз заняла еще меньше времени, чем в первый. Убедившись, что все работает, друг дал «сигнал» и я захлестнул податливый металл вокруг запястья. Как и в прошлый раз, концы гаджета «сплавились», не оставив даже намека на шов.

— Слушай, Юрец, а может тебе подольше его поносить? — задумчиво глядя на браслет, предложил Колян: — как-то не рационально это все.

— А в институт я как буду ходить? — обдумав предложение, я озвучил первую из пришедших в голову проблем: — браслет же сигнал будет передавать и к чему он подсоединится и куда что передаст, когда я буду на учебе?

— Да, передаста нам не надо, — пошутил Колян, но я давно его знал и задумчивый вид, с которым он смотрел на браслет, намекал что друг «увидел» перед собой проблему и задумался, как ее решить.

Несмотря на уверенный голос, в душе я вовсе не был уверен в том, что судьба нового браслета должна в точности повторить «путь» своего предшественника. На самом деле, учебой в институте можно было вполне пренебречь. Решаемые с помощью микроорганизмов проблемы были куда как существеннее и важнее, чем те, что я мог заиметь за пропущенные лекции.

— Ты где был?! — с таким вопросом подскочил ко мне Мельников, стоило появиться в институте спустя два дня прогулов: — Андрей из-за тебя чуть «стрелку» не перенес! Чтобы сегодня после занятий никуда не пропадал! Подходи на парковку, мы там будем!

Вывалив все это скопом, мелкий и шустрый, парень свалил в направлении деканата. Я как стоял так и остался стоять, «переваривая» услышанное. Увлеченный своими делами, я стал как-то подзабывать и об Андрее и о своем обещании «постоять рядом», если понадобится. То, что парень из-за меня якобы чуть не перенес с кем-то там встречу, хоть и «грело» самолюбие, но вряд ли было правдой.

— «Соврет, не дорого возьмет», — подумал я о Мельникове.

Кстати, после того случая, мелкий больше ко мне не приставал, делая вид, что не замечает, если мы оказывались рядом в стенах помещений института. Саня, который не мог этого не заметить, пару раз даже пытался выяснить у меня, каким образом мне удалось этого достичь, на что я недоуменно пожимал плечами и разводил руками в стороны. Сам Саня перестал на меня обижаться уже на второй день после произошедшей в кафе размолвки и мы, как и прежде, сидели на лекциях рядом.

— Спереди садись, — махнув рукой в знак приветствия, Андрей указал в сторону раскрытой настежь пассажирской двери.

— Ок, — не стал возражать я, так как еще подходя к уже знакомой черной BMW пытался сообразить, каким образом мы все поместимся в ее салон.

— Витю ты знаешь, с Мельником знаком, а это Васян, — забираясь на водительское место, Андрей представил набившихся втроем на заднее сиденье парней.

— Юра, — скосив глаза, и чуть повернув голову назад, представился я.

— Винипых, знаем, — ответили они хором, после чего с заднего ряда раздался дружный смех.

Ехали мы на этот раз почти час, в результате оказавшись на каком-то дворе заброшенного завода. Окинув взглядом окрестности, я вполне оценил уединенность места и мои догадки получили очередное подтверждение. Чтобы окончательно убедится, что все понимаю правильно, я протянул левую руку к Андрею раскрытой ладонью вверх.

— В бардачке, — правильно истолковав мой жест, парень кивнул на «торпеду».

Чтобы справиться с опускающейся вниз крышкой, мне пришлось открыть дверь и выставить ноги наружу. Только после этого бардачок открылся, позволяя просунуть руку и взять пистолет.

— Э… — невнятное мычание раздалось с заднего ряда, после чего наступила тишина.

Всю дорогу неугомонная троица громким шёпотом изгалялась, гадая о причинах, сподвигших Андрея взять меня на эту встречу. Управлявший машиной парень не вёлся на столь примитивный развод, время от времени улыбаясь и кидая в мою сторону насмешливые взгляды.

— Щелк, клац, щелк, — дослав патрон в ствол, я вернул предохранитель в прежнее положение.

— Ну, пошли, — никак не прокомментировав мои действия, сказал вслух Андрей.

На встречу мы прибыли первыми, еще где-то через пять минут подъехал «старый» знакомый со своими парнями, после чего мы дружно стали кого-то ждать. Бритоголовый, как и в прошлый раз, жевал ярко зеленую жвачку. Наблюдая за ним исподтишка, я пришел к выводу, что таким образом парень компенсирует нервы, найдя замену сигаретам.

В отличие от Андрея и бритоголового, парни из группы поддержки общались между собой куда дружественнее и оживленнее. Я же не стремился к общению, оставаясь от всех в стороне. Это невольно инициировало разговор о моей персоне, трое подручных бритоголового в «красках» расписали мои «художества» в прошлую встречу.

— Едут, — стоявший рядом с Андреем парень первым заметил свернувшие с трассы к заводу машины.

Поставленные как придется, наши авто представляли собой плохое укрытие в случае стрельбы. Я уже успел прикинуть, что и как буду делать в свете возлагаемых на меня надежд, так что встал не за правым плечом Андрея, как он возможно ожидал, а чуть подальше и сбоку, улучшая сектор обстрела.

Прибывшие были на трех машинах, оценивая общий возраст «противников», я пришел к выводу, что все они реально старше нас, причем минимум лет на пять-десять. В бросаемых в нашу сторону взглядах, читалась насмешка с легким налетом заинтересованности. Ни о каком напряжении среди прибывших говорить не приходилось. Парни были уверены в своей силе и вели себя соответственно.

Бритоголовый встал рядом с Андреем, стараясь держаться ровно. Из столь малого поступка, я сделал вывод, что главный среди наших все-таки Андрей. Впрочем, я мог и ошибаться, так как абсолютно не понимал и не знал раскладов в их бизнесе.

— Ну, зачем звали, — вышедший вперед был чем-то похож на Андрея, вглядевшись, я даже заподозрил, что он его старший брат.

— Контейнерная площадка на Чугарова, — подтверждая догадку, о том, кто главный, произнес Андрей.

— А не надорвешься? — усмехнулся говоривший.

Пока шел разговор, среди прибывших наметились «лишние» телодвижения. Основная масса вела себя ровно, за исключением двоих. Тот, что стоял ближе всех к своему «боссу», обернулся и кивнул одному из качков. Вернув кивок, тот похрустел бычьей шеей, после чего вразвалочку двинулся в мою сторону.

Переключаться на «фосаж» было еще рано, даже без своего умения, я успел просчитать то, что будет далее. Параллельно отслеживая разговор, я с удовлетворением услышал предложение прибывших о том, что контейнерная площадка уйдет под парней, если наш боец выйдет победителем против их бойца.

В момент, когда все дружно повернулись в мою сторону, качок уже стоял передо мной, пытаясь «выжечь» мои глаза своим взглядом. Мы были почти одного роста, но именно что почти. Я оказался все же выше, где-то на пару пальцев и это, видимо, действительно бесило стоявшего передо мной качка.

— Ну чо бля? Как мериться будем, бля? — стоило наступить тишине в переговорах, как он ее прервал, обрушив на меня отборный мат.

Перейдя на «форсаж», я на максимуме своих возможностей выхватил пистолет и вставил ствол в горло оппонента. Металл вошел сантиметров на пять вглубь глотки, прервав поток брани и не позволяя более произнести ни единого слова.

— Щёлк, — переведя пистолет в боевой режим, я покосился на Андрея.

— Контейнерная площадка на Чугарова, — не растерялся парень, хоть и был ошарашен не менее остальных моими действиями.

Пьянка, устроенная по поводу «получения» новой территории проходила в очередном ночном клубе. Заняв длинный стол, мы уселись «дружной» компанией. Парни бритоголового и парни Андрея наперебой выражали свое мнение о том, как они теперь развернуться, о моем «участии» в переговорах почему-то старались не говорить. Минут через сорок разговоры сместились на тему «за жизнь», в дикции появились пьяные нотки.

— Олег, ты опять пропустил! — возмутился Васян: — настоящий мужик должен уметь пить!

— Это кто тебе сказал? — интеллигентный на вид, один из подручных бритоголового, парень насмешливо скривился: — пойдем, пробежимся десять километров, или подтянемся сорок раз, когда сможешь, вот тогда я и соглашусь, что ты мужик!

— Не, мужик это тот, кто бабу до утра может ебать! — влез в спор Мельников: — она такая вся из себя такая, а ты десять минут и все, фу!

— Это не от мужчины зависит, а от бабы! Бывают такие, что ты ее как только не пользуй, толку ноль, — озвучил свое мнение сидевший рядом с интеллигентом крепенький парень: — а бывают и такие, что ей и член твой не нужен, она сама об тебя до утра кончать будет!

В разговор меня не вовлекали, а стоящая рядом со мной на столе пол литровая бутылка водки имела отпотевшие бока. Не раз и не два, слышав и читав о том, что люди с большой массой тела могут перепить худых и легких, я решил, что ничего такого не будет, если налью себе стопочку вперед остальных и выпью.

Внеочередная стопка «пошла» хорошо, следующая тоже. Через какое-то время бутылка опустела и я потянулся за следующей. Тарелка передо мной эпизодически пополнялась закуской, официанты в этом ночном клубе были на высоте. Через какое-то время за нашим столом появились девушки. Впрочем, рядом со мной никого не наблюдалось и я придвинул к себе еще одну бутылку.

— Ну и ладно, — очнувшись в собственной квартире, я прислушался к себе и понял, что ночевал в одиночестве.

Похмелье, которого я невольно опасался, так и не наступило. Легкое недомогание конечно присутствовало, но ничего сверх того, что можно было бы перетерпеть, я не испытывал. Брошенный на руку взгляд отметил, что следы от ножовки все еще оставались видны. После того, как я спилил накануне браслет, кожа заживала далеко не так споро, как в прошлый раз.

Помимо этого была и другая странность, если можно так назвать несоответствие между ожидаемым и реальным проявлением воздействия браслета на мое тело. В те два дня, что я безвылазно сидел дома, вес тела хоть и уменьшался, но на совсем незначительную величину. Находясь все это время в зоне покрытия wifi, мне оставалось лишь собирать статистику, чтобы домысливать то, как это на самом деле работает.

— Ага! — встав на весы, порадовался я исчезновению очередных двух килограмм.

Впрочем, хмурое утро, как и тягомотный день, не принесли морального облегчения. Сегодня у меня был по плану спортзал и я невольно нервничал из-за того, как там все пройдет. Составленный для самого себя жесткий график, не подразумевал послаблений в период работоспособности браслета. Оставалось мысленно собраться, послать всех нахер и идти в «обитель» мускулистых и подтянутых.

— Анаболики? Тестостерон? — неожиданно раздалось за моей спиной.

— Что? — не успев пройти мимо целой кучи гантелей, я повернулся к заговорившему со мной человеку.

— Давно забросил качаться говорю? — мужчина всем своим видом показывал, что он тренер.

— Ну, я, как бы, в первый раз вообще то, — все еще испытывая неловкость от нахождения в спортзале, ответил я.

— Генадич, — протянув руку, представился он.

— Юра, — ответив на рукопожатие, я невольно ожидал, что мою ладонь сдавят в «тисках».

Однако, мужчина оказался адекватным и не стал демонстрировать свои возможности. Будучи пониже меня, но куда шире в плечах, тренер обладал рельефной мускулатурой. Окинув меня вдумчивым взглядом, Генадич зачем-то отошел подальше, после чего вновь подошел.

— Хочешь сказать, что никогда не занимался? — прищурился он.

— Ни разу, — подтвердил я.

Пообщавшись, я узнал, что первое занятие бесплатно и Генадич готов показать каким железом и какими упражнениями, а так же сколько раз нужно сделать, чтобы стать сильным. Однако у меня была другая цель и я вежливо попытался съехать с темы.

— Сила, это масса на ускорение, — произнес я школьную формулу из курса физики, после чего похлопал ладонью себя по плечу и пояснил: — масса у меня и так есть, так что хочу подтянуть свои возможности в ускорении.

Хмыкнув, Генадич не стал меня переубеждать, очевидно решив по другому «доказать» свою правоту. Отведя меня в угол зала, туда, где пол был выстелен упругими матами, тренер провел тренировку. Сказать, что у меня получалось выполнять требуемые упражнения, мне не хватало совести. Скорее, я показывал свое намеренье сделать то или иное действие, но никак не более.