Армада

Я еще немного посмотрел на изображения «Полибия» и «Фаэтона», а затем перевернул страницу и стал читать описание игры «Battlezone».

В 1981 году армия США заключает контракт с Atari о том, что компания превратит «Battlezone» в «Брэдли трейнер» – симулятор боевой бронированной машины «Брэдли». Об этом было объявлено на конференции TRADOC в марте 1981 года. После этого, как утверждает Atari, проект отменили, и был создан всего один прототип. Однако новый шестиосный контроллер, который Atari создала для «Брэдли трейнера», позднее использовался во многих играх, в том числе в «Star Wars».

Это, по крайней мере, было правдой. Я читал в Сети, что группа «консультантов армии США» действительно заплатила Atari, чтобы компания превратила свою игру «Battlezone» в симулятор боевой машины «Брэдли», и что идею с использованием видеоигр для обучения солдат разрабатывали еще в 80-х. Как уже отмечал мой отец в своей странной хронологии, в 1996 году был еще один похожий проект, когда знаменитый шутер с видом от первого лица «Doom II» модифицировали, чтобы с его помощью готовить морских пехотинцев к ведению боевых действий.

Проживи отец чуть дольше, в его схему, скорее всего, попала бы и вышедшая в 2002 году «America’s Army», бесплатная видеоигра, которая уже более десяти лет была одним из самых ценных инструментов армейских вербовщиков. Один вербовщик даже разрешил нам полчаса поиграть в нее в школе – когда мы сдали ASVAB, тест для оценки способностей военных специалистов. Мне тогда показалось довольно странным то, что нам советуют поиграть в симулятор боевых действий сразу после того, как нас проверили на то, годимся ли мы для них.

Я стал листать выцветшие страницы тетради, удивляясь тому, сколько времени и энергии отец потратил на поиск и анализ данных об этом заговоре. На каждой странице имелись списки имен, дат, названий фильмов, обрывки гипотез. Теперь ясно: в десять лет я поторопился, причислив все это к бреду. Записи могли показаться бредом сумасшедшего, но в них присутствовала определенная логика.

Похоже, что основным «доказательством» его расплывчатой теории заговора являлось существование «Брэдли трейнера», «Marine Doom», а также научно-фантастического романа «Игра Эндера» и двух старых фильмов, «Последний звездный боец» и «Железный орел». Отец выделил маркером даты выхода этих произведений, а позднее посвятил несколько страниц описанию и анализу их сюжетов, словно в них заключались ключи к разгадке великой тайны.

Я улыбнулся, увидев этот список. О «Железном орле» я узнал из дневника отца, а затем посмотрел фильм, записанный на одну из его видеокассет. Герой «Железного орла» – сын военного по имени Даг Мастерс – вместо того, чтобы сидеть на уроках, учился управлять самолетом F-16, тайком пробираясь на военную базу и залезая в симулятор, который фактически являлся просто невероятно дорогой видеоигрой. Даг – прирожденный пилот, кайфующий от своих любимых песен. Когда его отца сбивают где-то в другой стране и берут в плен, он угоняет два F-16 и летит его спасать, в чем ему помогают Лу Госсетт-младший, его плеер и группы «Twisted Sister» и «Queen».

Фильм – настоящий шедевр, но, к сожалению, так считал только я. Круз и Дил поклялись больше никогда его не смотреть. А вот Маффит всегда был рад составить мне компанию. По этой причине, а также потому, что каждое Рождество мама включала альбом «Снупи против Красного Барона», на форумах, посвященных игре «Армада», у моего аватара было изображение Снупи в костюме аса Первой мировой.

Я снова посмотрел на схему. Отец обвел маркером записи, посвященные «Железному орлу», «Игре Эндера» и «Последнему звездному бойцу», а затем соединил их линиями – и теперь я понял почему. Это были истории о ребенке, которого готовят к боевым действиям с помощью симулятора-видеоигры.

Я листал страницы, пока не дошел до предпоследней записи. В центре пустой страницы отец написал:

«Что если они с помощью видеоигр нас учат сражаться, а мы этого даже не подозреваем? Как в «Парне-каратисте», когда мистер Мияги заставлял Дэниэла красить свой дом, драить веранду и полировать все его машины. Он тренировал его, а тот и не подозревал! Нанести полировку, снять полировку – но в мировом масштабе!»

Последняя запись – бессвязное, с трудом поддающееся расшифровке эссе на четыре страницы, в котором отец попытался вкратце изложить все темы своей теории и связать их воедино.

«Индустрия видеоигр находится под тайным контролем вооруженных сил США, – написал он. – Возможно, именно они и изобрели видеоигры! ЗАЧЕМ?»

Если не считать рисунков «Полибия» и «Фаэтона», особых доказательств у него не было. Только его собственные безумные теории.

«Вооруженные силы – или какая-то тайная организация внутри них, – используя различные методы, собирает информацию о лучших пользователях видеоигр».

В подтверждение своих слов он приводил пример – нашивки «Activision» для рекордсменов.

В 80-е годы компания Activision, издатель видеоигр, провела акцию: тот, кто присылал ей доказательство своего рекорда – поляроидный снимок телеэкрана, – в награду получал классную нашивку. Отец полагал, что на самом деле это был коварный план с целью сбора имен и адресов лучших геймеров.

В конце абзаца отец ручкой другого цвета добавил: «Сейчас гораздо легче следить за геймерами через Интернет! Может, его создали в том числе для этого?»

Отец, конечно, так и не пояснил, зачем вооруженным силам понадобились самые талантливые геймеры в мире. Но его хронология была переполнена зловещими отсылками к играм, фильмам и сериалам о пришельцах из космоса, как дружелюбным, так и враждебно настроенным: «Инопланетянин», «Нечто», «Враг мой», «Чужие», «Бездна», «Нация пришельцев», «Чужие среди нас»…

Я затряс головой, словно так из нее можно было вытряхнуть бред.

С тех пор как отец написал все это в дневнике, прошло почти двадцать лет, и никакой заговор, связанный с тайным правительством и видеоиграми, на свет не всплыл. А все потому, что эта идея была плодом чрезмерно богатого – возможно, даже воспаленного – воображения подростка. В детстве отец отчаянно мечтал стать Люком Скайуокером, Эндером Уиггином или Алексом Роганом и, вероятнее всего, поэтому и сочинил свою фантазию.

Именно такая романтическая тяга к приключениям – сказал я себе – вызвала мой глюк с истребителем «глефой». Может, весь этот случай был связан с дневником, который я сейчас держал в руках. Возможно, все эти годы в дальнем уголке моей памяти, словно забытый ящик динамита, хранилось воспоминание о теории заговора – и из него в мое подсознание просачивались капли нитроглицерина.

Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Эта идиотская самодиагностика меня успокоила. Просто легкое воспаление наследственного безумия, вызванное длительной фиксацией на умершем отце и отчасти связанное с чрезмерными дозами научной фантастики. Кроме того, в последнее время я слишком много времени тратил на видеоигры – в особенности на «Армаду». Я проводил за ней все выходные и пару раз даже прогулял школу, чтобы выполнить на каких-то азиатских серверах элитные задания, которые по нашему времени начинались в середине дня. Очевидно, тут я перегнул палку, но это довольно легко было исправить: я просто ненадолго уйду в завязку – чтобы голова прояснилась.

Сидя там, на пыльном чердаке, я поклялся, что брошу «Армаду» на две недели – разумеется, сразу после того, как выполню элитное задание, которое должно было начаться вечером. Отказаться от него мне и в голову бы не пришло: такие задания появлялись всего несколько раз в год, и с ними обычно был связан очередной фрагмент развивающегося сюжета.

На самом деле к сегодняшнему заданию я готовился всю неделю – и, возможно, проводил в «Армаде» даже больше времени, чем обычно. Эти «глефы» мне уже снились; неудивительно, что одну из них я увидел наяву. Нужно с этим завязать, сделать перерыв – и тогда все придет в норму.

Я все еще повторял эти слова, словно мантру, когда в моем мобильнике зажужжала напоминалка. Черт. Я столько времени потратил на дураковаляние, что опоздал на работу!

Поднявшись с пола, я закинул отцовский дневник обратно в его картонный «гроб» и дал себе слово, что не буду больше жить прошлым – тем более прошлым отца. Часть его вещей уже перекочевала вниз, в мою комнату, и теперь я со стыдом понял, что этого добра там скопилось довольно много. Фактически моя комната стала его святилищем. Мне пора было наконец вырасти и перетащить часть этой ерунды – если не всю – обратно на чердак. Здесь ей самое место. «Ладно, вечером займусь», – пообещал я себе, захлопывая дверь чердака.

3

Я припарковался на стоянке полузаброшенного торгового центра, где находилась «База», в нескольких метрах от красы и гордости моего босса Рэя – прожорливого «Форда-гэлакси» 1964 года с потертой наклейкой на бампере: «Капитаны космических кораблей делают это импульсивно». Как обычно, стоянка пустовала, если не считать пары машин перед тайским рестораном «THAI», расположенным в дальнем крыле центра. Мы с Рэем заказывали там тонну еды на вынос и прозвали его «Thai fighter», так как в середине буквы «H» на вывеске был бугорок, напоминавший сдвоенные ионные двигатели имперского истребителя из «Звездных войн».

Вывеска над входом в «Звездную базу» была позатейливей: казалось, что из фасада кирпичного здания вылетает настоящая космическая база. Вывеска обошлась Рэю в целое состояние, но и смотрелась невероятно круто.

Когда я толкнул входную дверь, включился электронный звонок: зазвучал звуковой эффект скользящей двери из первого сериала «Звездный путь». Мне показалось, что я захожу на мостик «Энтерпрайза». С самого первого дня работы и до сих пор этот звук вызывал у меня улыбку.

Внутри магазина на меня нацелились подвешенные к потолку два игрушечных лазера, управляемые примитивными датчиками слежения. На стене рядом с ними Рэй повесил объявление:

«Воришки будут испепелены нашими турболазерами!»

Рэй как обычно сидел за прилавком рядом со своим древним «разогнанным» компьютером. Его левая рука плясала на клавиатуре, а правой он щелкал мышкой.

– Зак снова идет в атаку! – зарычал он, не отрываясь от игры. – Как там школа?

– Норм, – соврал я, подходя к нему. – А как идет торговля?

– Вяло, как мы и любим. Не соблаговолишь ли отведать луковых колец?

Он протянул мне огромный пакет кукурузных колец со вкусом лука, и я взял одно из вежливости. Рацион Рэя, похоже, состоял только из чипсов, колы и старых видеоигр. Не любить его было невозможно.

Когда у меня еще не было прав, я каждый день после школы приезжал на «Базу» на велосипеде – просто чтобы поболтать об играх с Рэем и убить время, пока у матери не закончится смена в больнице. Либо он признал во мне родственную душу, либо ему надоело, что я постоянно у него ошиваюсь, только в конце концов он предложил мне работу. Я был на седьмом небе от счастья, потому что как помощник продавца мог работать всего лишь десять процентов времени, а девяносто процентов – играть с Рэем, обмениваться с ним шутками и поглощать вредную еду.

Однажды Рэй сказал мне, что открыл «Звездную базу» «по приколу». Он заработал тонну бабла на акциях технологических компаний во время бума доткомов и ушел на покой, а потом решил устроить «логово» для ботанов, где можно целыми днями играть и болтать о видеоиграх с такими же, как он, клиентами. Он всегда говорил, что ему плевать, приносит магазин прибыль или нет, – и это было здорово, потому что обычно «База» приносила одни убытки. Рэй скупал подержанные видеоигры по завышенным ценам, а затем продавал их себе в убыток. Он постоянно устраивал распродажи, торговал приставками, контроллерами и другой техникой – для того, чтобы, по его словам, «воспитывать постоянных покупателей и продвигать игровую индустрию». Общаться с клиентами Рэй совсем не умел: заставлял людей ждать у кассы, пока он играл, и обожал высмеивать их выбор, если ему казалось, что они покупают дурацкую или слишком легкую игру. Я видел, как дети и взрослые бежали из магазина после разговоров с ним обо всем, от чит-кодов до кругов на полях, оставленных инопланетянами. Казалось, ему плевать, что такое поведение приведет его к банкротству, а вот мне это было не все равно, – и в результате у меня сложились довольно необычные отношения с боссом, потому что именно я, как правило, упрекал его за недостаточно вежливое отношение к клиентам.

Я достал из ящика бейджик сотрудника «Базы» с моим именем и прикрепил к майке. Пару лет назад Рэй дописал на ней мое прозвище, поэтому сейчас надпись была такова: «Привет! Меня зовут ЗАК АТАКА». Он не знал, что такое же прозвище мне дали одноклассники после происшествия с Нотчером в средней школе.

Я немного поторчал рядом с Рэем, затем заставил себя подойти к нашему второму компьютеру, где мы регистрировали продажи. Открыв поисковик и убедившись, что Рэй на меня не смотрит, я набрал в окошке слова «Бивертон, Орегон, НЛО, летающая тарелка». Нашлись только ссылки на местный ресторан «Пицца – Летающая тарелка». Ни сайты местной телестанции, ни газеты ни слова не сообщали о недавних появлениях НЛО. Если кто-то и заметил инопланетный корабль, который видел я, то никто пока об этом не написал. Или, может, сообщение о нем (если оно и было) никто не принял всерьез?

Со вздохом закрыв окно браузера, я снова взглянул на Рэя. Об истребителе «глефа» я мог рассказать только ему – больше никому. Он, кажется, верил во все, что имело хоть какое-то отношение к Розвеллу, кругам на полях, «Зоне-51» и/или «Ангару-18». Он не раз говорил, что, по его мнению, инопланетяне установили контакт с людьми десятки лет назад, а лидеры стран это скрывают, потому что, по их мнению, «люди-овцы» еще не готовы узнать правду.

Но сокрытие сведений об НЛО и похищение людей пришельцами – это одно, а космический корабль из популярной видеоигры, летающий над твоим городом, – совсем другое. По сравнению с этим даже самая бредовая теория заговора о Розвелле казалась разумно обоснованной. Кроме того, как я мог просто так подойти к Рэю и сказать, что видел над городом истребитель собрукаев – когда он прямо сейчас сражался с той же самой вымышленной расой инопланетян?

Я подошел поближе к его огромному монитору, чтобы получше рассмотреть, что там происходит. Рэй играл в ту же видеоигру, которой посвятил последние несколько лет, – в «Терру фирму», безумно популярный шутер с видом от первого лица. Ее выпустила компания «Кейос террейн», которая также создала «Армаду». Сюжет обеих игр разворачивался в не столь далеком будущем, и в обеих Землю атаковали собрукаи с Тау Кита, злобные разумные существа, похожие на кальмаров. Они собирались полностью уничтожить человечество по одной из обычных идиотских причин: им понадобилась наша планета класса «М», а делиться эти головоногие не любили.

Как почти каждая раса злобных инопланетных захватчиков, собрукаи вышли на достаточно высокий уровень развития, чтобы совершать межзвездные перелеты на огромных боевых кораблях. При этом они были не в состоянии изменить климат на бесплодной планете в соответствии со своими потребностями, вместо того чтобы пытаться завоевать уже обитаемую планету – особенно населенную миллиардами вооруженных ядерными бомбами приматов, которые с чужаками не церемонятся. К счастью для нас, собрукаи, как и многие другие вымышленные захватчики, придуманные до них, намеревались уничтожать землян как можно медленнее и неэффективнее. Вместо того, чтобы стереть нас с лица Земли с помощью метеора, мощного вируса или даже старых добрых термоядерных ракет, кальмары решили вести продолжительную войну на земле и в воздухе в духе Второй мировой и при этом каким-то образом допустили, чтобы в руки примитивных врагов попало все их современное оружие, двигатели и системы связи. И в «Армаде», и в «Терре фирме» ты играл роль новобранца Оборонительного Альянса Земли, который сражался с захватчиками с помощью боевого беспилотника. Каждый беспилотник ОАЗ был спроектирован так, чтобы полностью соответствовать подобной машине инопланетян. События сюжета «Терра фирмы» в основном были связаны со сражениями на поверхности Земли. Через год после ее выхода появилась игра «Армада» – симулятор боев в космосе, в котором игроки удаленно управляли глобальным арсеналом беспилотников и сражались с собрукаями в космосе и над городами Земли. И «Терра фирма», и «Армада» стали одними из самых популярных сетевых игр во всем мире. Я целый год играл в ТФ, пока не вышла «Армада», ставшая моим главным увлечением. Я до сих пор пару раз в неделю заходил в «Терру фирму» с Крузом и Дилом – обычно в обмен на их обещание пройти вместе со мной очередное задание в «Армаде». Кроме того, на работе Рэй тоже часто предлагал мне поиграть в ТФ, так что навыки управления наземной беспилотной машиной у меня еще не исчезли. Это было очень важно, потому что в «Терре фирме» размер и боевая мощь твоих беспилотников в каждом задании зависели от твоего рейтинга. Новичкам разрешалось управлять только самыми маленькими и дешевыми беспилотниками из арсенала ОАЗ. По мере того как повышался твой уровень и навыки, в твоем распоряжении появлялись более крупные и мощные машины – танки «Спартанец», подлодки «Наутилоид» и самое крупная и внушительная техника Альянса – боевой робот «Титан», словно сошедший на Землю из раздела комиксов субботнего выпуска газеты.

Рэй управлял именно этим роботом – и дела его были плохи: его окружил рой вражеских истребителей-«пауков». Под плотным огнем лазеров «Титан» наконец упал на большое жилое здание и разрушил его. Мы с Рэем поморщились: в «Терре фирме» штрафовали за весь ущерб имуществу, который наносили твои беспилотники, как намеренный, так и непредумышленный.

Хотя сюжет игры изобиловал штампами о пришельцах, часть этих штампов он ниспровергал. Например, собрукаи не лично вторглись на Землю, а использовали беспилотники. А люди отражали натиск тоже с помощью боевых машин, управляемых дистанционно. Поэтому все истребители, роботы, танки и подлодки управлялись операторами, которые находились где-то далеко от поля боя.

Подобная тактика была куда более оправданной, чем использование боевых машин с экипажем из людей или пришельцев. Зачем рисковать жизнью лучших пилотов, бросая их в бой? Теперь, когда я смотрел любой фильм «Звездных войн», я невольно спрашивал себя – почему в мощнейшей высокоразвитой империи никто не сообразил, как сделать СИД-истребитель или «X-крыл» с дистанционным управлением?

На дисплее Рэя вспыхнула тревожная надпись: «Ваш беспилотник уничтожен!» Затем экран на секунду померк, и появилось новое сообщение – о том, что ему выдан новый беспилотник. Но так как крупные машины и танки его отряда уже были выбиты, Рэю пришлось взять то, что осталось: БТГПБ – бронированный тактический гуманоидный пехотинец-беспилотник.

БТГПБ напоминал первого терминатора – после того, как все мышцы на теле Арни сгорели, и остался только бронированный хромированный скелет. Вместо головы у беспилотника была стереоскопическая камера, закрытая бронированным акриловым куполом, из-за чего машина становилась слегка похожей на насекомое. На каждом предплечье БТГПБ стоял миниган Гаусса, на плечах – ракетные установки, а в грудную пластину был вставлена лазерная пушка.

Я посмотрел на то, как Рэй косит из миниганов «пауков» – восьминогих противопехотных роботов. Они атаковали его на крыше горящего многоквартирного дома где-то рядом с центром города, в обороне которого он участвовал. Рэй покачивал головой в ритм песни «Vital Signs» группы «Rush» – она входила в его саундтрек для ТФ. Рэй утверждал, что ее уникальный ритм идеально соответствует модели поведения «пауков», благодаря чему ему легче предугадывать их движения и время атаки. Он также заявлял о том, что все остальные песни «Rush» с альбома «Moving Pictures» идеально подходят для борьбы с определенным видом беспилотников. Лично я подозревал, что это просто повод каждый день крутить этот альбом от начала до конца.

На мониторе с неба спускались десятки десантных кораблей собрукаев. Эти тяжелые серые октаэдры враг применял для высадки пехоты на поверхность Земли. На их корпусах, покрытых мощной броней, повсюду были установлены автоматические орудия. Конечно, как всегда бывает в видеоиграх, у кораблей было уязвимое место: их двигатели были совершенно не защищены. Это я узнал, играя в «Армаду». Когда такой, похожий на бриллиант, корабль приземлялся, сила столкновения была так велика, что он наполовину уходил под землю, словно огромный шип. Затем верхняя часть – пирамида открывалась, словно металлический бутон с четырьмя лепестками, и наружу вырывались тысячи беспилотников, словно армия новорожденных насекомых, которые намереваются уничтожить все на своем пути.

Вдали по небу летел рой истребителей «глефа»; корабли одновременно накренились, меняя курс, словно стайка пираний, ищущая добычу. Если смотреть сверху, симметричный корпус каждой «глефы» напоминал двустороннюю секиру, но сбоку корабли определенно походили на «тарелки» из старых научно-фантастических фильмов – деталь, которая попала в мою галлюцинацию.

За три года, проведенных в «Армаде», я уничтожил бесчисленное множество «глеф». Раньше они никогда не пугали меня и не казались зловещими, однако сегодня, увидев их на экране компьютера, я почувствовал, что меня переполняет ужас, словно корабли действительно представляют опасность для всего, что мне дорого.

Беспилотник Рэя запрыгнул на спину «василиска» – похожего на рептилию робота-танка с лазерами вместо глаз. Затем он прыгнул снова, развернулся на 180 градусов и уничтожил «василиск», всадив ему ракету точно в сегментированное брюхо. «Василиск» взорвался, превратившись в огромный оранжевый огненный шар, и Рэю пришлось снова включить реактивные двигатели, чтобы уйти от опасности.

– Браво, сержант, – сказал я. Такое у него было звание в Оборонительном Альянсе Земли.

– Спасибо, лейтенант. Ваша похвала дорогого стоит. – Рэй ухмыльнулся и ненадолго оторвал руку от мышки, чтобы отсалютовать мне.

Судя по данным на тактическом дисплее, его отряд потерял все шесть танков на воздушной подушке, а также оба «Титана». В резерве у них остались только семь БТГПБ; их значки пульсировали на карте – там, где находился склад оружия ОАЗ, который штурмовали «пауки». Отряд Рэя еще оказывал сопротивление, но битва уже была проиграна. Еще немного, и весь город мог оказаться под контролем собрукаев. Впрочем, Рэй продолжал сражаться, даже несмотря на то, что поражение казалось неизбежным. Это было одно из его наиболее привлекательных качеств.

Рэй был лучшим игроком в «Терре фирме» из тех, что я знал. Несколько месяцев назад он, наконец, пробился в «Тридцать дюжин», элитный клан, состоявший из 360 лучших игроков в мире. С тех пор он заходил на серверы игры каждый день, выполнял задания высокого уровня. Рэй мог посвящать игре все свое время, поэтому он участвовал в большем числе боев, чем я, Круз и Дил, вместе взятые.

– Сука! – крикнул Рэй и ударил рукой по боковой панели монитора.

Я заглянул к нему через плечо и увидел, что собрукаи окружают оставшихся в живых бойцов его отряда. Несколько секунд спустя похожие на тиски челюсти «паука» раздавили последнюю машину Рэя, и на экране появилось сообщение о провале задания. Включился анимационный ролик, в котором силы собрукаев уничтожали центр Ньюарка.

– Ну и ладно, – буркнул Рэй, засыпав в рот еще одну пригоршню «луковых» колец и разглядывая дымящиеся развалины города. – Это же всего лишь Ньюарк, да? Невелика потеря.

Усмехнувшись, он стряхнул крошки с пальцев и посмотрел на меня.

– Знаешь, что сегодня привезли?

Он достал из-под прилавка большую коробку и поставил передо мной.

Будь я персонажем мультфильма, у меня бы глаза выскочили из орбит. Это была система управления перехватчиком «Армады» – самый новый (и дорогой) контроллер для видеоигры, который я когда-либо видел.

– Не может быть! – прошептал я, изучая фотографии и параметры устройства, напечатанные на блестящей коробке. – Я думал, они поступят в продажу только в следующем месяце!

– Похоже, «Кейос террейн» решила разослать их раньше срока, – ответил Рэй, возбужденно потирая ладони. – Распакуем эту штуку?

Я энергично закивал, а Рэй взял нож, вскрыл коробку и, поручив мне придержать ее, вытащил наружу пенопластовый куб, внутри которого хранились различные компоненты устройства. Несколько секунд спустя все было извлечено из упаковок и выложено на стеклянный прилавок.

Система управления перехватчиком «Армады» (СУПА) состояла из шлема (со встроенными очками виртуальной реальности, подавляющими шум наушниками и выдвигающимся микрофоном), рычага и ручки управления с обратной связью, двумя регуляторами газа и встроенным пультом управления оружием. Ручка, рычаг и оружейная панель были утыканы эргономичными кнопками, курками, индикаторами, переключателями режимов, «шляпками» с восемью осями движения. И все это можно было настроить по своему усмотрению, чтобы у вас был полный контроль над полетом, навигацией и вооружением перехватчика.

– Нравится, Зак? – спросил Рэй, полюбовавшись, как у меня текут слюнки.

– Рэй, я хочу жениться на этой штуке.

– На складе есть еще дюжина таких же. Может, построим из них пирамиду на витрине?

Я взвесил в руках шлем, был поражен его тяжестью и качеством исполнения. Он выглядел как настоящий шлем пилота истребителя, и компоненты системы «Oculus Rift» были первоклассными. (Дома у меня имелся шлем виртуальной реальности среднего качества – подарок Рэя, – но ему было уже несколько лет, и за это время разрешение экрана невероятно повысилось.)

Я положил шлем обратно на прилавок, борясь с желанием его примерить. Затем взялся левой рукой за рычаг газа, а правой – за ручку управления полетом. Ощущения были превосходные, словно кто-то специально подгонял их под размер моих ладоней.

Я несколько лет играл в «Армаду» с помощью дешевого пластмассового контроллера – и понятия не имел, чего я лишен. Я мечтал о СУПА с тех пор, как узнал о них на форумах, посвященных «Армаде». Такая штука стоила более пятисот баксов, так что даже с моей десятипроцентной скидкой работника магазина она была для меня запредельно дорогой. Я с неохотой засунул руки в карманы.

– Если начну откладывать деньги прямо сейчас, то, может, накоплю к концу лета, – пробурчал я. – Ну, то есть если мое ведро с болтами снова не сломается.

Рэй скорчил жалобную гримасу и сделал вид, будто играет на скрипке. Затем улыбнулся и подтолкнул шлем ко мне.

– Можешь взять этот, – сказал он. – Досрочный подарок за окончание школы. – Он шутя пихнул меня локтем. – Ты же ее закончишь, да?

– Нет! – воскликнул я, недоверчиво уставившись на шлем, а затем перевел взгляд на Рэя. – Ну, то есть, да, закончу, но… ты серьезно? Я могу его взять? Реально?!

Рэй с важным видом кивнул.

– Реально.

Мне захотелось обнять его, и я так и сделал – крепко стиснул его в объятиях. Он неуверенно рассмеялся и погладил меня по голове.

– Я дарю тебе это только для того, чтобы приблизить час победы! – Рэй расправил свою фланелевую рубашку, а затем в отместку взъерошил мне волосы. – С этой системой управления ты еще больше повысишь свои навыки пилота. Если это вообще возможно.

– Рэй, это слишком щедрый подарок. Спасибо.

– Не стоит благодарности, малыш.

И хотя я много лет боялся, что безграничный альтруизм Рэя его обанкротит и мне придется искать настоящую работу, экстравагантный подарок я все равно взял.

– Может, опробуешь его в оперативном центре? – Рэй указал на маленькую, тесную подсобку, где стояли соединенные в сеть десятки компьютеров и игровых приставок. Это помещение он сдавал в аренду для сетевых вечеринок и клановых сборищ. – Разберешься в управлении перед вечерним заданием…

– Нет, спасибо. Лучше опробую его на домашней машине.

«Потому что если на меня полетит истребитель «глефа», у меня может пойти пена изо рта, – подумал я. – А если это случится, то в этот момент я хочу быть один в своей комнате».

Рэй удивленно выгнул бровь.

– Да что с тобой? Заболел?

Я неловко отвел взгляд:

– Все нормально, а что?

– Твой босс предлагает тебе поиграть в твою любимую видеоигру в рабочее время, а ты отказываешься? – Он потрогал мой лоб. – У тебя жар, малыш?

Я смущенно рассмеялся и покачал головой:

– Нет, просто… Просто я недавно поклялся, что не буду так сильно пинать балду на работе, как бы ты это ни поощрял.

– На хрена?

– Часть моего плана. Я докажу тебе, какой я ответственный и надежный, а ты возьмешь меня на полную ставку, когда я закончу школу.