— Мои родители, — вступила в разговор Анна. — Если ты помнишь, они погибли в Африке, но именно там, незадолго до смерти познакомились с Робертом. После смерти жены он вместе с дочерью путешествовал по миру. Пообещал родителям меня разыскать и нашел несколько лет назад. Забрал к себе. Вот, если кратко, и все.

— Но ты мне ничего не рассказывала…

— А ты и не спрашивал, к кому мы уезжаем. Куда больше тебя волновала материальная сторона дела. Игорь опустил голову и провел пальцами по столу. На скулах нервно шевельнулись желваки.

— Выходит, возвращаться ты не собираешься? Хорошо получается, ввела меня в заблуждение и обманом лишила единственной дочери.

— Я?!! — оторопела Анна и, придя в себя, обратилась к девочке, с непонимающим видом смотревшей на родителей: — Катюша дорогая, хочешь купить себе еще что-нибудь? И кофе нам с папой принеси, пожалуйста. Катя автоматически кивнула головой и дипломатично повернулась в сторону лестницы.

— В чем дело, Игорь? Как же это я тебя обманула?

— Если бы ты мне рассказала тогда обо всем, я бы ни за что не отпустил Катю! Ты, можно сказать, похитила ее.

— Батюшки! — всплеснула руками Анна. — И куда же, милый мой, ты считаешь, я должна вернуться? Машину разбил, квартиру продал.

— Не делай из меня полного негодяя! — повысил голос Игорь.

Сидевшие за соседним столиком люди притихли. — Деньги за квартиру я готов вернуть хоть сегодня, но в обмен на дочь.

— Ты отдаешь отчет своим словам? — осмыслив сказанное, с презрением произнесла Анна. — Игорь, Игорь… Что же из тебя сотворила эта женщина!

— А кем стала ты? Права была Людмила, когда говорила, что ты не та, за кого себя выдаешь, и за всей твоей кротостью кроется тонкий расчет. Это же надо такое придумать, знакомый родителей, миллиардер! Ничего подобного я еще не слышал. Мне-то можно лапшу на уши вешать, но ребенка зачем обманывать?

— Ты не хочешь поверить, что все это правда?

— Если это правда, почему я об этом ничего не знал до отъезда?

— А ты сам не знаешь ответа? Да потому, что плата за разрешение на выезд Кати была бы намного выше!

— Замолчи!

— Это ты замолчи, — спокойно ответила она. — Катя идет. И веди себя прилично, пока окончательно не упал в ее глазах. Не такая уж она маленькая, как кажется. Она поздравляла тебя с днем рождения, у тебя были и телефон, и адрес. Неужели трудно было ответить горячо любимой дочери?

— А вот и кофе! — Катя осторожно поставила маленький поднос на стол. — Мамочка, я себе ничего не покупала. Надо фигуру беречь, иначе я стану похожа на Мартину из нашего класса: больше всего на свете она любит гамбургер с молочным коктейлем!

— Умница. Спасибо, дорогая.

— Как успехи в школе? — как ни в чем не бывало, улыбнулся Игорь.

— Почти отличница! — гордо заявила Катя. — Немного страдает грамматика, но зато с математикой лучше всех! Мама заставляет меня больше разговаривать на русском, чтобы не забыла, — защебетала она.

Во время дальнейшего разговора Анна по большей части молчала, наблюдая за дочерью и бывшим мужем. Из головы никак не шло утверждение Игоря, что она его обманула. Это же надо такое придумать!

«А вообще, очень удобно. На вопрос, где ребенок, можно смело отвечать, что бывшая стерва жена обманом вывезла дочь за границу. Подобных случаев хоть отбавляй, еще и посочувствуют. Вот только куда девать документы, решение суда? Чем объяснить появление машины, квартиры? Что они придумали на сей счет?»

Спустя полчаса Игорь стал поглядывать на часы. Ничего не замечавшая Катя продолжала восторженно описывать подробности своего житья-бытья в Штатах, но тот уже слушал ее вполуха. Зазвонивший телефон заставил его напрячься еще больше, и в разговоре наступила пауза.

— Да, дорогая, уже еду… Да, встретился, расскажу. Целую. Ну, мне пора, — произнес он, спрятав телефон в карман. — Мне еще в больницу надо успеть… Катюша, скоро у тебя появится братик или сестричка. Ну, до свидания.

Обняв напоследок дочь, Игорь заспешил к выходу.

— Мама, но ведь у тети Люды уже есть дочь, зачем она хочет еще одного ребенка? — спросила Катя, растерянно хлопая ресницами.

Быстрое прощание с отцом ее расстроило, но она по-взрослому старалась не подаватьвида.

— Катюша, ты же знаешь, что в семье может быть много детей У тети Люды уже почти взрослая дочь, а у папы никого нет.

— Как нет? А я?

— Ну, конечно, — поспешила исправить ошибку Анна. — у папы есть ты, но он хочет иметь еще одного ребенка. Вместе с тетей Людой. Давай собираться. Дядя Андрей нас заждался, и подарки еще надо упаковать.

Недолгую дорогу до домаКатя молчала, отрешенно глядя погрустневшими глазенками сквозь стекло.

— А ты можешь родить мне братика или сестричку? — неожиданно спросила она. Вопрос застал Анну врасплох: такое она слышала от дочки впервые.

— Роди, пожалуйста.

Почувствовав, как защемило сердце и к горлу подступил комок, расстроенная не меньше Кати Анна прижала ее к себе и коснувшись губами белой вязаной шапочки, ответила:

— Хорошо, родная. Обязательно рожу. Когда Кругловы в сопровождении Андрея вошли в квартиру, там их, несмотря на поздний час, дожидалась Ирина.

— Ну, слава Богу! — обрадовалась она и суетливо стала собираться в прихожей. — Я вас жду-жду, ключи-то вы забыли!

— Точно, — Анна взглянула на полочку, где лежали ключи от квартиры. — Простите, ради Бога.

— Да ничего страшного. Я в четыре часа собиралась уйти, совершенно случайно их обнаружила. Попыталась вам позвонить, но у вас телефон отключен. Вам мужчина по фамилии Крылов раз десять звонил, нервничал.

Анна удивленно пожала плечами и достала из сумочкимобильный телефон. Так оно и было, аппарат не работал. Скорее всего, забыла заблокировать кнопки, случайно прижала чем-нибудь, вот он и отключился.

Еще раз извинившись перед Ириной, она закрыла за ней дверь и с помощью Кати перенесла покупки в гостиную. Отыскав ножницы, они развернули на полу упаковочную бумагу и принялись разбирать подарки.

Долгий звонок в дверь заставил Анну подняться с пушистого ковра. Взглянув на экран монитора, она открыла дверь.

— Собирайтесь, — категорично произнес Крылов и, перешагнув порог, плюхнулся в кресло в прихожей. — Собирайтесь, немедленно!

— Куда?! — оторопело спросила Анна.

Из сделанного в виде арки проема в гостиную показалась голова Кати.

— Дядя Костя? А что вы здесь делаете?

— Приехал за вами. К Олегу хочешь?

— Не знаю, — опустив голову, девочка поводила носком по паркетному полу. — А он хочет, чтобы я приехала?

— Хочет. И Саша ждет.

«А ты хочешь? — чуть было не вырвалось у Анны. — Или это все из-за Савицкого и его просьбы?»

— Катюша, иди, продолжай упаковывать подарки, — ласково улыбнулась она дочери и, подождав, пока та скрылась в проеме, заявила: — Мы никуда не поедем, потому что мы устали за день и у нас есть чем заняться.

«Сейчас взорвется, — усмехнулась она про себя. — Отказов он не приемлет».

Удивительно, но Крылов не только не взорвался, но даже не стал спорить. Расстегнув молнию на дубленке, он облокотился на мягкий кожаный подлокотник и устало спросил:

— Что у тебя с телефоном?

— Ничего. Все в порядке. Случайно отключился. А что?

— Не мог дозвониться, вот, захватил на всякий случай, — Костя достал из кармана маленький аппарат и положил на тумбочку. — Пусть побудет у тебя, вдруг пригодится. Роуминг подключен, и все такое.

— Спасибо, — Анна посмотрела на телефон. — Спасибо за заботу, но…

— Чаем угостишь? — перебил он ее.

— Конечно… Проходи… Ты голоден? Ужинать будешь? Не задумываясь, Крылов кивнул головой, разулся и прошел на кухню. Присев за стол, он посмотрел на руки.

— Где можно вымыть?

Анна молча проводила его до ванной и включила свет.

— Устал за день, конец года, — повернувшись лицом к умывальнику, стараясь заглушить шум льющейся воды, пояснил он. — А здесь еще вы потерялись. Как с Леной расстались, ни слуху, ни духу.

— По-моему, я тебя предупреждала, что у нас встреча с Игорем, — Аня протянула ему полотенце и, вернувшись на кухню, стала сервировать стол для ужина. — Лена уговорила дубленку купить, — неожиданно сменила она тему разговора. — А вот теперь думаю: зачем? Потерпела бы еще неделю, там она мне точно ни к чему. Грустно как-то.

— И как Игорь? — снова присел за стол Костя.

— Игорь? Нормально… Странно, почему только теперь, когда к человеку не испытываешь никаких чувств, становятся понятны все его поступки? Если бы не рождение Кати, этот брак можно было бы назвать типичной ошибкой молодости. Раньше мне казалось что он сильный, надежный, решительный, а оказалось, в нем нет стержня. Все поступки и решения делаются с оглядкой на кого-то, его постоянно надо кому-то направлять. Людмила в больнице, рожать собирается, так ему некому было подсказать, что ребенку надо бы подарок купить или сувенирчик, — Анна грустно усмехнулась. — Три года не виделись, она ему свою самую лучшую фотографию через океан в рамке тащила…

— Катя знает правду об обстоятельствах вашего отъезда?

— Зачем? Как всем детям, ей хочется знать, что у нее есть папа, который ее любит. Хотя бы помнит. А всей правды никто не знает… Почти никто, — добавила она задумчиво.

— Какие у вас планы назавтра? — спросил Костя и напомнил: — Я обещал Савицкому глаз с тебя не спускать, а вот не получается.

«Вот и выдал причину своей безграничной заботы: обещал Савицкому», — мелькнуло в голове Анны. В тот же момент вся накопленная за день усталость буквально обрушилась на ее плечи.

— Днем к Ритке поедем, — тем не менее, ответила она. — А вечером… Пока не знаю: Надежда Локтионова к себе приглашала, Иван Антонович… В воскресенье, ты же помнишь, пообещала на дачу к Хориным приехать, да и к Саше, честно говоря, заглянуть хочется. Сплошные гости. Мне кажется, Саша сдала за эти три года. Как у нее со здоровьем?

— По-прежнему: ни хуже, ни лучше. Все дело в настроении. Зима. Темнеет рано. Летом, благодаря тебе и привитой любви к цветам, она оживает, а зимой кроме сериалов — никаких удовольствий для души. В город почти не ездит, хотя Малинин по первому зову готов отвезти ее куда пожелает.

Зуммер СВЧ пронзительным попискиванием сообщил об окончании своей работы. Анна поставила источавшую ароматный запах тарелку перед Крыловым.

— Мы кушали в «Макдоналдсе», а тебе приятного аппетита. Я пойду посмотрю, как там Катя.

«Все повторяется, — подумал он. — Прежде она тоже убегала под любым предлогом».

— Посиди со мной. Пожалуйста, — неожиданно попросил он. Не могу один ужинать, Саша приучила.

— Хорошо. Анна присела на стул напротив и, поставив локоть на стол, уперлась кулачком в щеку.

«Я всегда любила наблюдать, как он ест, — с грустью подумала она. — Любила слушать, как он дышит по ночам, как разговаривает с партнерами, как просто молчит в темноте рядом. И почему мне не дано было сделать эти мгновения постоянными в моей жизни? Потому что не судьба? Потому что он не хотел? Или прав Слава, и вся причина во мне самой?»

— Странно, выпить хочется, — вздохнул Крылов. — У тебя ничего нет?

— Здесь всего достаточно, — удивленно ответила Анна. — Но ведь тебе еще за руль!

— Пятьдесят граммов не помешает.

— Как знаешь.

Она подошла к бару, достала бутылку коньяка и бокал.

— А ты?

Анна молча достала еще один, и, пока нарезала лимон, Костя откупорил бутылку. Плеснув темно-коричневой жидкости, подал один бокал Анне и спросил:

— За что выпьем?

— Не знаю.

— Давай за ваш приезд.

— Давай.

Разговор не клеился.

— Здесь курить можно? — снова нарушил он молчание, сделав несколько маленьких глотков.

— Под вытяжкой у плиты.

Спустя минуту Анна щелкнула тумблером и, опершись спиной о мраморную столешницу, стала в метре от Крылова.

— Кто бы сказал три года назад, что буду вот так запросто курить в квартире Артюхина, не поверил бы.

— Я бы тоже не поверила, — Анна достала сигарету. — Три года назад я бы ни за что не поверила, что в квартире Владимира Анатольевича я буду курить вместе с тобой… Видишь, как жизнь изощряется.

Молча докурив, он загасил сигарету и вздохнул.

— Спасибо за ужин. Ладно, я поехал, — медленно побрел он в прихожую.

Проходя мимо арки, он непроизвольно бросил взгляд в гостиную: спиной к выходу на коленках сидела Катя, и прикрытые длинными светлыми волосами ее плечики мелко вздрагивали. Показав Анне взглядом в комнату, он посторонился и пропустил ее вперед.

— Солнышко мое, что случилось? — опустилась она на ковер рядом с девочкой.

— Мамочка, поехали с дядей Костей! — подняла она на нее полные слез глаза.

— В другой раз, — погладив еепо голове, попробовала она отговорить дочь. — Уже поздно.