Танец без музыки

Я кивнул.

— Я еду в Торки. Прекрасная ночь для поездки на машине. Однажды я видел фотографию тамошнего отеля, он мне понравился.

— Торки — хорошее место. Желаю хорошо провести время.

Я потратил около двенадцати минут, чтобы добраться до обиталища Пэлла. Жилой дом был погружен во тьму, только в холле горел свет. Я поднялся на лифте, зажег в коридоре свет и, найдя нужную дверь, позвонил.

Дверь мне открыл человек в черном альпаковом пиджаке. Это был низенький, щуплый мужчина. Один глаз у него время от времени подергивался. Еще я подметил в нем бледность и изможденность.

— Я — мистер О'Хара. Пэлл ждет меня.

Он отступил в сторону и закрыл дверь, после чего мы двинулись по длинному коридору. Квартира оказалась просторной и хорошо меблированной. Некоторые вещи были просто прекрасны.

Мужчина открыл последнюю дверь, я вошел в комнату, в дальнем конце которой за столом сидел Пэлл. На нем был черно-белый халат и галстук. В зубах он держал зеленую сигару. Рядом стояли виски и стаканы.

У Пэлла было пухлое лицо и плешивая голова. Его кожа при определенном освещении казалась серой. Уголки толстых губ были опущены. Толстые руки оканчивались такими же пальцами. На одном из них сидело рубиновое кольцо, которое, по словам хозяина, ему подарила одна индийская принцесса. В жизни Пэллу везло, к тому же он был умен и хитер.

Я оглядел еще одного человека, присутствовавшего в комнате. Этот громила сидел в кресле справа от стола Пэлла. Кресло было довольно большим, но громиле в нем явно было тесновато. В нем было, по меньшей мере, шесть футов и два-три дюйма роста, а плечи, как у гориллы. Лицо, как будто высеченное из камня. Одежда этого «джентльмена» была слишком элегантна. Он курил сигару и выглядел очень счастливо. Этот тип мне не понравился.

Пэлл встретил меня улыбкой. Я закрыл за собой дверь и подошел к столу.

— Привет, О'Хара. Что-нибудь стряслось?

— Нет, — ответил я, закуривая. — Просто хочу поговорить с тобой о важном деле. Это личное.

Я взглянул на громилу. В ответ Пэлл махнул рукой и ответил:

— Пусть Леннет тебя не беспокоит. Он мой старый друг.

— Он меня и не беспокоит. Просто хочу сказать, что его присутствие необязательно, ведь я хочу поговорить с тобой.

Пэлл пожал плечами.

— Слушай, О'Хара. Я думаю, что лучше бы он остался. Это вполне обоснованно: Леннет не причинит никому никакого вреда, а, возможно, его присутствие будет полезно всем.

— Нет. Он должен уйти.

Человек в кресле расхохотался. Звуки, раздавшиеся при этом, были подобны бурному потоку. Краем глаза я заметил, что он осматривает мою, явно не внушающую опасений, фигуру.

— Не стройте из себя дурака, О'Хара, — произнес Пэлл успокаивающе.

— Вали отсюда, Тупоголовый. Иди и проспись. Людям твоего телосложения рекомендуется много спать, — обратился я к громиле.

Он аккуратно положил сигару на краешек стола и, оттолкнувшись руками, больше походившими на ноги быка, встал с кресла. В полный рост он оказался еще более устрашающим.

Двигаясь ко мне, он проговорил:

— Что ты сказал, умник?

Я позволил ему подойти вплотную. И как только он поднял руку для удара, врезал по голени и отступил в сторону, избегая удара ногой при падении. Затем нанес ему два тычковых удара в шейную мышцу; когда он оправился, снова ударил ребром ладони по почкам. Он начал ловить ртом воздух и, шатаясь, пытался подняться. Я приблизился к нему и нанес два простейших удара дзюдо — прямо по шее и в адамово яблоко.

Громила издал звук, походивший на хриплое звучание волынки, и осел в кресло.

Наблюдая за своим соперником, я бросил Пэллу через плечо:

— Дзюдо. Впечатляет, не правда ли?

Пэлл отпил виски и кивнул. По-видимому, мои действия произвели на него впечатление.

— Поднимайся, Жирный, — бросил я Леннету. — Я не хочу причинить тебе вреда. Поднимайся и проваливай. Тебе будет безопаснее в постели.

Он медленно встал и занес руку для удара. Но я опередил его и сделал шейный замочек. Он захрипел и замер в неестественном положении.

— Великолепно, а? Он парализован. Если я сниму замочек, ему потребуется еще минуты две, чтобы прийти в себя. На протяжении этого времени — он мой.

Я снял замочек, и рука громилы безвольно упала. Он стоял, осторожно разминая шею. Я дал ему пощечину, чтобы он быстрее пришел в себя. Губы и лицо начали приобретать свой естественный цвет.

— Забирай свою сигару и проваливай. Да поторапливайся, ты мне уже порядком надоел, — посоветовал я.

Леннет виновато посмотрел на Пэлла. Тот кивнул. Затем он взял сигару немного дрожащими пальцами и удалился. Через несколько секунд хлопнула входная дверь.

— Хорошая штука, — сказал Пэлл дружелюбно. — Где ты этому научился, О'Хара?

Я рассказал.

Он поднялся, смешал виски с содовой и подал напиток мне. Потом вернулся за стол и закурил. Казалось, Пэлл был доволен собой.

Усмехнувшись, он произнес:

— Ты крепкий парень, О'Хара. Что тебя беспокоит?

— Ничего. Совсем ничего. — Я закурил новую сигарету. — Вечером, когда я вернулся в офис, там была какая-то сумасшедшая женщина. Некая миссис Айвери — сама женственность. Может, ты ее знаешь?

— Да. Но она приходила к тебе. Чего она хотела, ты выяснил?

— Нет. Я ее не спрашивал. Мы не заходили так далеко, она просто рассказала, что была в агентстве и ты отговаривал ее от того, что она задумала. Ты привел в пример меня, как человека, который делает то, что не надо и попадает впросак, а также не забыл упомянуть сегодняшний случай в суде с Конселом. Она передала мне твои слова о том, что ты не собираешься платить мне, пока не будешь уверен, что не произойдет нежелательного вмешательства в это дело.

— Она, должно быть, спятила?

— Я тоже так думаю, — продолжал я. — И с самого начала сказал, что она сумасшедшая. Эта Айвери несла такую чушь, что даже двухлетний ребенок не додумался бы до этого.

Пэлл перекинул сигару в другой уголок рта.

— Женщины порой забавны. Они не понимают до конца то, о чем ведут речь: я не говорил ей ничего подобного.

— Готов поверить в это, но все-таки, что ты ей сказал? — Он затушил окурок в пепельнице и, допив виски, ответил:

— Она пришла ко мне в полдень с длинной речью о каких-то своих проблемах. Меня все это не очень заинтересовало. Я уведомил ее, что Агентство Пэлла не приступит к работе, пока не получит удовлетворительную рекомендацию о клиенте, и поэтому я не могу принять ее предложение. Понятно?

Я кивнул.

— Она продолжала говорить, а мне вдруг пришло в голову, что в ближайшие минуты она устроит здесь сцену со слезами и прочим. Надо было помочь ей хоть немного отвлечься, и я рассказал о тебе.

— Что именно ты сказал? — поинтересовался я.

— Я рассказал ей о твоем деле и, заметь, с лучшей стороны. Сказал, что если тебе что-нибудь взбредет в голову, ты не остановишься ни перед чем. И посоветовал обратиться за помощью к тебе. Я давал тебе шанс подзаработать. Я также сказал, что лучшего человека для этого не найти.

— Приятно такое слышать, Пэлл. Может быть, мне следовало выслушать и поговорить с ней?

Он пожал плечами.

— Никогда нельзя знать наперед: может и было в этом деле что-то интересное. — Пэлл потянулся за новой сигарой. — Это все, что ты хотел?

— Нет. Мне нужна тысяча фунтов. — У него поднялись брови.

— Куда, черт возьми, ты так спешишь, О'Хара? Приходи в офис завтра, и мы все оформим.

— Нет, деньги должны быть у меня сразу после развода. А это случилось сегодня днем. И они нужны мне сейчас.

— Предположим, я их не получил, — парировал Пэлл.

— Ты должен был их получить. Давай деньги. — Он усмехнулся.

— Ты любишь шутки, не так ли? Правильно, я получил для тебя деньги — знал, что ты придешь. Ты оправдал мои надежды. Сегодня ко мне заходили юристы и сказали, что ты проделал колоссальную работу.

Пэлл открыл ящик стола и достал пухлый конверт, который и передал мне. Пересчитав купюры, я положил деньги в карман и поднялся.

— Завтра пришлешь мне расписку о получении, — он зевнул. — Конечно, было бы хорошо, если бы ты выслушал миссис Айвери. Может быть, что-нибудь тебя заинтересует?

Я взял шляпу.

— Зачем тебе понадобился боксер для встречи со мной, Пэлл?

В ответ последовал смешок.

— А, этот… Он мой старый друг — Леннет. Он считал себя в хорошей форме и собирался тебя обработать. Я искренне был рад, когда ты остудил его.

— Понятно.

Мы постояли еще некоторое время, улыбаясь друг другу, затем я пожелал ему доброй ночи и удалился.

На улице было довольно прохладно. Я медленно двинулся по направлению к обиталищу Мака, которое находилось недалеко от площади Лестер. Мне нравилось гулять и размышлять, вспоминая фотографию Торки: море и солнце.

Потом я вновь переключился на Пэлла. Несомненно, он умен, хитер и твердо знает, что нужно делать. Интересно, убедил ли я его, что поверил всей этой чепухе о миссис Айвери.

Наконец, для меня стали проясняться кое-какие детали. Она заплатила ему — хорошо заплатила — за обещание не давать мне денег. Она явилась ко мне в надежде сыграть на нехватке денег.

Но Пэлл был готов заплатить мне, как только это потребуется. А когда я начал выходить из себя, он выложил мне необходимую сумму. Таким образом, он сохранил у себя и те деньги, которые получил от миссис Айвери. Все, казалось, были довольны, кроме миссис Айвери.

Она заплатила всем, но ничего не получила взамен. Такое неизбежно случается с красивыми женщинами, старающимися казаться умнее, чем они есть на самом деле.

Пэлл поверил, что я не в курсе ее проблем. Не знает он также и о том, что у меня появилась еще одна тысяча фунтов. Если бы знал, никогда не отдал бы мне тех денег.

Это значит, что после нашей встречи в офисе миссис Айвери не виделась с Пэллом. Она куда-то уехала, но никак не в отель «Каллоден». Интересно, почему именно этот адрес ей взбрело в голову дать мне. Возможно, она собиралась поехать туда в случае моего согласия, ведь миссис Айвери знала, что отель почти всегда пустует и там можно найти свободный номер.

Но почему тогда в отеле не был забронирован номер на ее имя? На это должен быть ответ. Предположим, я согласился провернуть это дело: взял тысячу и принялся за работу. Поехала ли бы она в таком случае в «Каллоден»?

Думаю, нет. Нет. Вполне очевидно, что никто не знает о ее визите ко мне в офис, кроме Пэлла, разумеется. Она оставила машину далеко от того дома, в котором располагается моя контора. Если бы я согласился поговорить с Рико, она бы смылась, а потом заявила, что никогда меня не видела и ничего обо мне не знает. Если же мне придет в голову искать ее в «Каллодене», то я обречен на провал. Миссис Айвери никогда там не появлялась, и никто там о ней не слышал.

Думаю, она не так уж глупа, как мне показалось сначала.

III

Мак сидел в маленькой стеклянной конторке, расположенной в дальнем углу круглосуточной автостоянки. У него было худощавое лицо, яркие карие глаза и рыжеватые волосы. Мы были давно знакомы. Он заправлял круглосуточной стоянкой, потому что совершенно не выносил постоянного общения с людьми. У него в жизни было много трудностей и несчастий, а в этом месте не приходилось о них рассказывать. Людям, приезжающим сюда, нужно масло, бензин или что-нибудь в этом роде. Заплатив, они уезжают.

Так вот, Мак читал «Вечерние новости» и, увидев меня, улыбнулся:

— Привет, мистер О'Хара. Кажется, вы опять побывали в передряге.

Я взглянул на газету.

— А, это?.. Да, если тебе угодно называть это передрягой. — И протянув ему сигарету, спросил, нет ли у него машины на продажу.

— Для вас? — Я кивнул.

— У меня для вас есть прекрасная вещь, мистер О'Хара. Гарантирую. Владелец притащил ее сюда два дня назад и уехал за границу. Это «Ровер-16» — спортивное купе – пробег всего девять тысяч миль. Я ее осмотрел — она в приличном состоянии.

— Могу я ее забрать? — Он кивнул.

— Машина зарегистрирована и застрахована до конца года. У меня даже есть формуляр. Если вы собираетесь ее купить, то нужно только залить масло и бензин. Цена семьсот пятьдесят фунтов стерлингов — вполне подходящая.

Я достал пачку Пэлла и отсчитал купюры.

— Давай квитанцию, Мак… и залей все под завязку.

— А далеко вы направляетесь?

— В Торки. У меня давно не было отпуска.

— Там, должно быть, прекрасно.

Он ушел в глубь гаража и вскоре выехал оттуда на машине. Она действительно была ничего. Протектор тоже меня устроил. Мак начал заливать бензин в бак.

— Как добраться до Девоншира, Мак?

— Очень просто. Отсюда по Чисвик-Хай-стрит, потом по главной Восточной магистрали до поворота на Стейнз и Вирджинские Воды. Дальше — по прямой. Все должно быть нормально. Теперь там установлены указатели «А. А.». Единственное, что вам надо запомнить: свернув с главной Восточной магистрали, вы оказываетесь на развилке, и левый поворот ведет на Стейнз, он-то вам и нужен. Не поворачивайте направо, иначе окажетесь в Беркшире.

— Понятно.