Собрание сочинений. Том 9

Вынув из сумочки ключ, она отперла дверь своей квартиры. В холле, в котором они оказались, Беллами оставил шляпу и пальто, после чего вслед за миссис Берингтон прошел в гостиную. Комната была просторной и хорошо обставленной. Пожалуй, даже слишком хорошо. В большом камине горел огонь.

— Айрис, коль скоро наш разговор начал складываться в таком плане, я хотел бы задать вам вопрос: как вы считаете, в чем конкретно состоит одолевающая меня проблема?

Она сбросила шубку на стул и прошла к бару. Появились виск. и, содовая и два стакана. Смешивая виски с содовой, она сказала:

— Дорогой Ники, опыт, накопленный мною, свидетельствует, что мужчины бывают озабочены одной из двух проблем: проблема номер один — деньги, проблема номер два — женщины. Я не исключаю, конечно, что обе эти проблемы могут возникнуть у мужчины одновременно, если ему очень уж повезет.

— Я сказал бы, что эти проблемы взаимосвязаны: для большинства мужчин одна из них порождает другую. Они следуют друг за другом чуть ли не автоматически, — сказал Беллами с кривой усмешкой.

— Браво, Ники. Однако я не думаю, что вы принадлежите к тому типу мужчин, для которых могут всплыть обе эти проблемы — параллельно или последовательно, безразлично.

Она подала ему его виски, но не отступила, а осталась стоять очень близко от него, сжимая в руке стакан и глядя Николасу в глаза.

— То есть я не могу себе представить, Ники, чтобы у вас могли возникнуть проблемы с женщинами.

Он удивленно поднял брови.

— А это еще почему?

Она отощла к камину, поставила свой стакан на каминную полку, а затем вернулась к нему. Ее руки вдруг обвились вокруг его шеи, и она поцеловала Беллами в губы. Поцеловала со знанием дела, прильнув к нему всем телом. И тут же, отступив, сказала с очаровательной гримаской:

Ну вот, я сделала то, что хотела сделать с того момента, когда увидела вас впервые. Вы удивлены?

Ну… я ничего не знал об этом раньше, Айрис, — с улыбкой ответил он. — И, хотя вы только что сказали, что не представляете себе, что у меня могут быть проблемы с женщинами, боюсь, что у меня скоро будет немало проблем с одной из них.

Было похоже, что эти слова пришлись по вкусу Айрис; она улыбнулась и накрыла его руку своей.

— Дорогой Ники, вам не следует беспокоиться. Со мной у вас проблем не будет. Я не принадлежу к тем женщинам, которые создают проблемы.

Беллами отпил немного виски. Она сходила к камину за своим стаканом и поднесла его к губам.

— Я пью за вас, Ники, — сказала она. — И за происшествия. Он засмеялся.

— Вы единственная в своем роде женщина, Айрис. Но неужели из-за вас ни у одного мужчины не возникали проблемы?

Айрис не спешила с ответом. Она опустилась в стоящее возле камина кресло и небрежно заложила ногу на ногу, предоставив Беллами возможность любоваться ее длинными, стройными голенями и точеными лодыжками. Помедлив немного, она сказала:

— Вообще-то был один мужчина, у которого возникла проблема из — за меня, но только один. Конечно, я имею в виду не какие-нибудь пустяки, а настоящие, серьезные проблемы.

Беллами занял место по другую сторону камина.

Я не ошибусь, если выскажу предположение, что человек, которому так. не повезло, это мистер Берингтон? Я угадал?

Угадали, — кивнула она. — Но и в этом случае я не доставила ему особых хлопот. Я просто развелась с ним. Против его воли — он этого не хотел.

— Маленькая охота за алиментами? — предположил Беллами.

— Если вам нравится такое определение. Однако назвать себя удачливой охотницей я никак не могу. Моя жизнь не была особо гладкой, но это замужество, пожалуй, было моей самой серьезной ошибкой. Я была еще совсем молоденькой девушкой, когда вышла за Берингтона. По своей наивности я полагала, что у нею куда больше денег, чем оказалось в действительности. Развестись я с ним развелась, только вот алименты не так велики, как хотелось бы. — Она бросила озорной взгляд на Беллами.

Ну что ж, — сказал он в тон ей, — в этом грустном мире разочарования неизбежны. Однако, на мой взгляд, в житейском море, куда вы забрасываете сети, плавает еще немало жирных рыбок. Во всяком случае, не меньше, чем вами уже выловлено.

Вы так думаете? — Айрис внезапно посерьезнела. — Ну что ж, вы имеете на то основания. Только вам не следует заблуждаться в отношении меня, Ники. Вы вправе считать меня авантюристкой. Но даже если это и так, вас это беспокоить не должно. С вас просто нечего взять. И к тому же, Ники, вам полезно будет узнать, что существуют авантюристки и авантюристки.

— Айрис, вы — прелесть. Сумели заинтриговать меня.

Он подошел к бару и взял сигарету из сигаретницы. Вернувшись к камину, он сказал как бы невзначай:

— Когда вы только что вошли в холл, любой мужчина обратил бы на вас внимание. Как красиво ветер, ворвавшийся вместе с вами, трепал юбку у ваших лодыжек… Вы грациозны во всем. И у вас интересный склад ума.

Он шагнул к ее креслу, наклонился и поцеловал ее в кончик носа.

— Я должна подсказать вам, что мои губы чуточку ниже, — тихо сказала она и улыбнулась.

Он отступил на шаг и присел на диванчик.

Вам не следует отвлекать меня, пока не будет внесена ясность в один затронутый вами вопрос. Вы сказали, что существуют авантюристки и авантюристки. Так вот, чем они друг от друга отличаются, и к какой группе принадлежите вы?

Я охотно отвечу вам, Ники. Существует тип женщин — авантюристок, в которых, по моему мнению, нет ничего привлекательного. Для авантюристки этого сорта мужчина — это мужчина вообще. Если она видит, что в этом месте водится золото, она начинает копать шахту. Вопрос о том, что это за золотоносный участок, ее не интересует. Я этого не терплю. Их деятельность лишена артистизма.

Беллами кивнул.

— Понятно. А вторая группа — это, стало быть, те, кто проявляет разборчивость в выборе мужчин. И к этой группе относитесь вы. Вы артистичны, и выбираемый вами мужчина должен быть не только богат, но и обладать определенными качествами.

Вот именно. Если уж я копаю золото, то во владениях того, кто мне интересен.

Можно мне еще виски? — спросил он.

Вам можно все, что вы пожелаете, — ответила она с улыбкой. — Заодно налейте и мне немножко.

Беллами отошел к бару, смешал виски с содовой и вернулся с двумя стаканами.

— Ну так как, я вас все еще интересую? — спросила Айрис.

Еще больше, чем раньше, — ответил Беллами. — Видите ли, для артистически работающей авантюристки вы позволяете себе выходить за рамки.

Что вы хотите этим сказать, мистер Беллами?

Видите ли, дорогая Айрис, ваше золотоискательство в окрестностях Харкота Марча может вызвать лишь недоумение Он устремил взгляд в потолок. — Видит Бог, я не могу представлять более неинтересного, ничтожного, тупого, потасканного, плоского, бесполезного и абсолютно никчемного чело-века, чем Xaркoт Марч… С точки зрения женщин, разумеется, — поспешил добавить он.

Она смотрела на пылающие угли камина. — Ну что ж, я с вами согласна. Вы дали исчерпывающую Характеристику старине Харкоту. Но… это был особый случай.

— Был? — Беллами удивленно приподнял брови.

— Был! — повторила она, явно наслаждаясь его недоумением. — Дорогой Ники, я не настолько глупа, чтобы пытаться одновременно вести игры с двумя столь непохожими друг на друга мужчинами. У вас все разное — темперамент, характер, принципы… А следовательно? Следовательно, с Харкотом покончено. — Она мило засмеялась.

— И отныне игра будет вестись со мной? — Беллами иронично усмехнулся. — Забавно! Вы впервые в жизни заставили меня почувствовать себя жирной рыбкой, Айрис.

Дорогой Ники, — остановила его она, — вам совершенно ни к чему валять передо мной дурака! О какой игре тут может идти речь? Я считаю, что если в мире есть мужчина, который никому не позволит собой играть, то это вы. Пожалуй, к этому я добавлю, еще, что никогда не встречала мужчину со столь обостренным чутьем, когда дело касается женщин.

Как приятно, когда тебе воздают должное, ибо, клянусь Юпитером, так оно и есть! — без лишней скромности заявил Беллами. — Вы считаете, что мое чутье не подвело меня и сей час?

Естественно, — ответила она уверенно. — И вообще вы далеко не столь простой человек, каким стараетесь казаться. И вы очень умны. Я не раз думала о том, каков источник вашего существования и откуда вы берете деньги.

Беллами взглянул на нее с выражением шутливого ужаса.

Айрис, я начинаю вас бояться!

И совершенно зря, — успокоила его она. — Я ведь вовсе не ставлю задачу выяснить это, я просто констатирую факт. Видители, я отнюдь не любопытна. И я не прошу вас отчитываться передо мной, каково происхождение ваших денег.

Пока деньги есть, не так ли?

В данном случае и это не является самым главным… — Она откинулась на спинку кресла, закинув руки за голову.

Какая чудесная у вас фигура, Айрис, — неожиданно сказал он. — Вы прекрасны, особенно когда сидите в такой позе.

— Мне это известно, — без промедления ответила она. — Иначе зачем бы я эту позу принимала?

Они оба засмеялись.

— Ники, — неожиданно посерьезнела она, — то, что я сейчас сказала — правда. Вы можете в это верить, можете не верить, но меня не интересует, есть ли у вас деньги. Меня интересуете вы, Николас Беллами. В вас есть нечто, заставляющее женщину делать стойку. Ну, а конкретно мне нравятся в вас два момента.

Какие именно?

Прежде всего, — начала миссис Берингтон, — вы необычайно привлекательны. Привлекательны как мужчина. И, как мне кажется, этого мнения придерживаюсь не только я. Во — вторых, вы ненадежный и очень опасный человек — это подсказывает мне мой женский инстинкт Ну, а женщин — это святая правда, Ники! - всегда притягивают ненадежные и опасные мужчины.

Беллами пожал плечами.

Не будем обсуждать вопрос о ненадежности, но насчет опасности… Я не опасен уже потому, что ничего не делаю, — сказал он.

В данный момент — возможно. Но вы можете быть опасным, — с жаром заявила она. — Опасным уже в том смысле, что мужчина вашего типа может свести с ума такую женщину, как я.

Увы, не мне об этом судить, дорогая Айрис. К тому же, в любой момент вы можете остановиться, если пожелаете. Разве не так, моя дорогая?

Боюсь, что это может оказаться не столь простым делом, — вздохнула Айрис. — Однако этот несколько интимный разговор увел нас в сторону от непосредственной цели нашей встречи. Вы сказали, что вам нужно встретиться со мной срочно по важному делу. Что это за дело?

Беллами посерьезнел.

— Так вот, Айрис, я попросил вас встретиться со мной потому, что чувствую, что могу попасть в серьезную передрягу. И наш "интимный разговор" в этом плане был отнюдь не бесполезным. Вы дали мне понять, что увлечены мной. Это, с одной стороны, облегчает мою задачу, а с другой — затрудняет ее. Вне связи с результатами нашего последующего разговора я прошу вас позволить мне дать вам совет.

Если бы я был такой женщиной, как вы, я держался бы подальше от таких мужчин, как я. Бог знает, к чему может привести такое знакомство. А теперь о деле. Водители, Айрис, мне нужно алиби.

Вам нужно алиби? Это звучит волнующе, как в кино. И почему же вы нуждаетесь в алиби, Ники? По-видимому, это связано с женщиной? Или мне вообще лучше воздержаться от вопросов? И какое именно алиби вам нужно, Ники?

Вспомните прием у Кэрол. Вы ухали оттуда на несколько минут раньше меня. Куда вы отправились?

Дорогой Ники, это напоминает мяе допрос у окружного прокурора! Но я не возражаю. Если вас это интересует, то от Кэрол я пришла сюда: мне нужно было переодеться, чтобы пойти в клуб Мотта.

Когда вы входили сюда; кто-нибудь вас видел?

Нет. Портье, видимо, был наверху. В лифте я поднималась одна.

Отсюда вы отправились прямо к Мотту?

Да. — Она немного подумала. — Отсюда я вышла примерно в одиннадцать двадцать.

Отлично. А теперь самый щекотливый момент. Разрешите ли вы мне — разумеется, если в том возникнет необходимость, — сказать, что я пришел сюда с вами где-то в четверть двенадцатого, чтобы опрокинуть стаканчик, и пробыл здесь до вашего ухода?

Нет проблем, — согласилась она без колебаний, гася сигарету в пепельнице. — Однако, все это выглядит довольно таинственно. Вас что, вызывают свидетелем в суд, а вы хотите увильнуть? Вам для этого понадобилась моя помощь?

— Да, нечто в этом роде. Так вы согласны обеспечить мне прикрытие, сказав, что я провел у вас время скажем, с одиннадцати пятнадцати до одиннадцати сорока?

— Ладно, Ники. Для вас я это сделаю с удовольствием. — Она задержала на его лице взгляд своих блестящих глаз. — Но… я рассчитываю на вознаграждение.

— Иными словами.; вы. намерены меня шантажировать? — уточнил он. — Ну что ж, отдаю себя в ваши руки. Вы действительно умеете работать артистично.

Они встали.

Ах, Ники, если выступаешь в амплуа "простушки", так приходится быть готовой в любой момент защитить свою честь. Но вы не пугайтесь. Моя первая просьба не покажется вам обременительной.

Неужели? И что это за просьба?

Я хочу, чтобы вы пообедали со мной завтра, Ники. Здесь, у меня, — сказала она. — Хотелось бы кое о чем поговорить с вами. В меню жареный омар и милое женское участие. Вы согласны?

Конечно. Назначьте время, я приду. Обожаю омаров, а что касается женского участия, это именно то, чего мне всегда недоставало.

Она рассмеялась.

— Ах, Ники, Ники! Если я хоть сколько-нибудь разбираюсь в людях, то женское участие всегда было доступным блюдом в вашей жизни. И еще одна просьба. Пожалуйста, не пейте так много. Виски подводит вас. Сегодня у Кэрол вы вели себя далеко не лучшим образом.

Они прошли в холл.

— Интересно, почему все женщины едины в своем желании перевоспитать меня? — спросил он, надевая пальто. — Не скажу, чтобы это мне ужасно нравилось, скорее давно надоело.

— Ники, я вовсе не стараюсь вас перевоспитать. И я не хочу, чтобы вы стали другим. Я хочу лишь, чтобы вы меньше пили, вот и все. Разве это посягательство на вашу независимость?

Она подставила ему свое личико для прощального поцелуя.

— Идите, Казанова, — сказала она. — Спокойной ночи. Постарайтесь быть хорошим мальчиком. И приходите обедать. Без опозданий!

Он кивнул ей и вышел, а она тихо затворила за-ним дверь.

Вернувшись в гостиную, Айрис остановилась у камина, глядя на бегающие по углям огоньки.

2

Беллами медленно возвращался домой. Дождь перестал, но пронзительный восточный ветер еще более усилился. Защищаясь от его порывов, Беллами поднял каракулевый воротник своего пальто.