Рисующая ночь

— Почему же пытались? — резче, чем следовала, спросила я. — С первой минуты, как ваш сын увидел меня, ни разу не отказал себе в удовольствии унизить, точно так же, как и другие лорды. Доброту я увидела от простых людей, которые привели меня в чувство во время перехода.

— Девочка-солнце поняла это сразу, Анита. Ей удалось подружиться с служанками. Были дни, когда она посещала город. В отличие от юноши, она переносила все легче.

— Конечно легче, она и в Арсеи от аристократов добра не видела! А Манир, хоть и третий, но сын виконта.

— В любом случае, Анита, методы лордов не одобряет наш народ, но Совет настоял на том, что оценить их выбранное направление в поведении, пока не представляется возможным, ведь Арсея всего раз заплатила дань.

— Уже второй.

— Твое появление только доказало, что лорды выбрали неправильную тактику. Мой сын принял тебя в свой род, о чем сегодня должен объявить Владыка. Наши дети никогда не будут рабами, независимо от того приемные или нет. Мой сын защитил тебя и показал, что обращаться к тебе так, как к Мари и Маниру никто не сможет.

— А к Оливу?

— Боюсь, я не тот, кто должен рассказывать тебе о нем, но будь спокойна, этот мальчик уже сделал многое, и к нему с уважением относится Владыка.

«Звучит не особо утешительно».

— Начинается.

За краткое время на скамеечках не осталось ни одного пустого места. С появлением Владыки все поднялись на ноги. Поначалу я стушевалась, но в итоге присела в реверансе.

— Мой народ, приветствую вас! — его голос был усилен магией и разнесся по всему дворцу, а не только по нашей площадке. Я даже обернулась назад, чтобы подтвердить свою догадку.

Так и есть, силуэты слуг в окнах красноречиво указывали на то, что слуги побросали свои дела, желая посмотреть на поединок.

— Сегодня, я хочу представить вам новую дочь великого рода Таро’ атр’Таг. Леди Анита, подойдите ко мне.

За нашими спинами зашептались, правда, что они там говорили друг другу, мне было не разобрать.

Леди Анлесса слегка подтолкнула меня, и я пошла к Владыке Темных. В Арсеи представление своих отпрысков всегда происходило во время бала, а здесь, видимо, исключительная ситуация.

Я стояла по левую руку от лорда Дэймона и смотрела на собравшуюся аристократию. Слишком многих откровенно перекосило. Некоторые мужчины сжимали и разжимали кулаки, женщины изумленно взирали на Владыку.

Выцепив взглядом семерых, особенно недовольных лордов, я сделал вывод, что они входят в совет.

— Леди Анита Гранж, названная дочь рода Таро’ атр’Таг, — громогласно заявил Дэймон, — приветствуйте леди Таро’ атр’Таг!

Не знаю, чего именно добивался Владыка, но никто не шелохнулся. Десять, двадцать секунд…мы стояли в абсолютной тишине, пока спутница Зорана не опустилась в реверансе, а за ней потянулись и другие леди. Кто-то из лордов поклонился, кто-то лишь склонил голову. А кто-то остался в прежней позе. И если бы лорд Дэймон не сжал мою руку, я бы ни за что не догадалась, что ему не нравится поведение подданных.

— Ступай. — Прошептал он мне, и я пошла обратно на скамеечку. — Сейчас я продемонстрирую каждому, кто позволит себе оспорить мое слово и причинить малейший вред леди Аните, что с ним и его родом произойдет. Рейн!

Младший брат Владыки вышел к нему. Его лицо было белее мела, а губы, сжатые в тонкую линию, смотрелись так, словно от того, раскроет он свой рот или нет, зависит его жизнь.

Под молчание собравшихся мужчины сбросили рубашки. Я восхищенно выдохнула, глядя на тело лорда Дэймона и моментально устыдилась.

Что ж я его так беззастенчиво разглядываю? Интересно, а шрам, рассекающий правую сторону грудной клетки, у него откуда?

— Этот поединок будет на мечах, Анита, — леди Анлесса взяла на себя смелость комментировать происходящее. — Обычно, происходит магическая дуэль, но Владыка повелевает всеми туманами, ему нет равных в магии.

— Заведомый проигрыш, избиение младенца? — тихо спросила я.

Так всегда выражался мой брат, когда я просила его научить меня драться на мечах.

— Правильно. Поэтому Владыка выбрал мечи.

Я бросила взгляд на лорда Дэймона и больше не смогла отвести глаза в сторону. Его длинная коса была перекинута через правое плечо, а ее кончик был обернут в какой-то металл, отчего он был похож на острие копья. Именно оно и блестело на солнце.

— Его младшее высочество — первый мечник нашей страны, — тем временем продолжала матушка лорда Вейна.

— Первый мечник? — я удивилась и одновременно испугалась. — Но тогда…

— Не стоит недооценивать нашего Владыку, — усмехнулась женщина, — если бы он участвовал в турнирах, то бесспорно забрал титул у брата.

— Вот как… — прошептала я.

Мужчины встали в боевую стойку, показывая, что готовы начинать бой.

Я не заметила, как между ними оказалась фигура старца в серых одеждах, отдаленно напоминающих балахоны священнослужителей Арсеи. Он выставил руку с белым платком, а затем взмахнул и медленно, он отошел в сторону.

Первым напал Рейн. Я видела, как Владыка защитился, выставляя клинок так, чтобы острие меча противника, пришлось на плоскость его меча. Все длилось не больше секунды, и уже лорд Дэймон наносил удар за ударом, а лорд Рейн защищался. Они перемещались по арене так быстро, что, если бы солнце не было в зените, а мой дар не зависел от времени суток, я бы ничего не увидела, кроме хаотично перемещающихся фигур, да слышала лишь лязганье клинков.

Звуки металла остро резали слух, я едва подавила в себе желание зажмуриться, а еще лучше сбежать отсюда. Удары, которые наносили мужчины становились агрессивнее, жестче. Вот лорд Рейн сделал подсечку и Владыка полетел на песок, но тут же рывком поднялся на ноги.

Я судорожно сжимала руку леди Анлессы, которая заметив мое волнение, протянула ее, желая поддержать и приободрить. Нет, такого боя мне видеть не приходилось. Тренировки отца и брата были мягче, я никогда не переживала за них, зная, что никто не травмирует друг друга.

Чтобы как-то отвлечься от этой картины, я начала искать глазами старца, который дал сигнал к началу поединка. Я металась взглядом по арене и за ее пределами, даже повертела головой из стороны в сторону и наконец, увидела его.

Я вглядывалась в лицо, испещрённое морщинами, в усталые, словно потухшие, поблекшие серые глаза, и не могла поверить в то, что видела. Я зажмурилась, восстанавливая в голове образ чудака-студента военной академии, который был отчислен за профнепригодность. Увы, субтильное тело Олива Тоура, не воспринимало физическую нагрузку, об этом мне как-то сообщил брат.

Я почти закричала, когда Олив приложил пальцы к губам, напоминая мне две простые истины, я леди и сейчас идет поединок. Я не имею права привлекать к себе внимания. Но…

Я больше не отворачивалась от дерущихся мужчин. Моя ненависть набирала обороты. Я желала, чтобы и лорд Рейн и лорд Дэймон были наказаны за свои деяния. Что им сделал этот юноша, который в свои двадцать три года похож на столетнего старика?!

— Поединок закончится, когда кто-то упадет замертво? — прошептала свой вопрос матушке лорда Вейна.

— Побойся Богини, убить Владыку — получить вечное проклятие на весь род темных. До первой крови.

— Спасибо за объяснение. — Я поджала губы и проследила за странным маневром Владыки, он нырнул под руку своего брата, а затем в развороте замахнулся клинком и отрубил, выставленную в защитном жесте, правую руку лорда Рейна.

Его отрубленная конечность отлетела на песок.

Владыка отступил на несколько шагов.

Секундную тишину разорвал отчаянный женский крик, а затем послышался глухой удар. Я обернулась, чтобы увидеть ту самую девушку, налетевшую на нас с леди Анлессой до поединка. Она упала в обморок, а над ней склонился мужчина.

— Я отправляю тебя в изгнание. — Владыка повернулся к нам и громко объявил: — Слушайте все! Любого, кто позволит себе непочтительно обратиться в Дарующим Надежду, ждет тоже самое!

Я завороженно смотрела на тот окровавленный локоть лорда Рейна. Точнее на черный туман, что клубился у раны, он зализывал ее, скрывал от взоров. И если вначале я испытала удовлетворение от произошедшего, то сейчас раскаялась за свои мысли. Как бы плохо не вел со мной этот мужчина, он не заслужил подобного. Изгнание, возможно, но не лишение руки по локтевой сустав!

А в следующий момент я почувствовала, что смогу помочь. Я и сама себе не могла ответить, откуда взялась эта уверенность. Мои познания в целительстве не простирались дальше остановки кровотечения, да снятия головной боли.

Меня звал туман из отрубленной конечности. Тошнота подступала к горлу от увиденного, но в итоге, магия внутри меня разбушевалась, требуя подойти и буквально собрать воедино руку. Противиться этому зову я больше не могла. И под изумленными взглядами поспешила на арену.

Глава седьмая

Я не ожидала, что у меня будет помощник. Вместе со мной на арену поднялся и Олив, он же и поднял часть руки лорда Вейна. Владыка, что-то мне кричал, даже попытался остановить, но я отмахнулась от него и загородила себя туманом, забрав часть с раны мужчины. Я восстановила тот самый щит, который ставила, защищая Лиину и ее братьев. У меня получилось само собой, я даже не задумывалась.

— Хорошо, что он без сознания, — старческим голосом, сообщил Олив, заставив меня вздрогнуть. — Давай же, я знаю, что ты сумеешь.

Он приставил кисть и предплечье к локтевому суставу. Тьма заклубилась, а зов стал сильнее. Поборов страх я прикоснулась к руке и закрыла глаза.

Кто бы мне сказал, что я должна сделать? Если я не понимаю!

Сила бурлила во мне, требуя выхода. И ничего лучше, как переплести ее с тьмой-туманом я не придумала. Я плела мелкую сеточку, сначала даже не сообразив, что захватываю не только магический поток, но и кожу с костью.

Поверх моих рук легли ладони Олива, заструился мягкий зеленый свет, окутывая рану. Я словно жадина-коллекционер, накинулась на эту магию, присоединив к своей, и вплетая уже смешение наших потоков.

— Что здесь происходит?! — голос Владыки напугал меня, но не заставил оторваться от процесса заживления.

Я с трудом осознавала то, что у нас действительно получается настоящее чудо. Мы приращивали отрубленную часть руки. Когда оставалось меньше половины, меня опять затошнило. Нет, не от вида раны, я потратила слишком много магической энергии.

— Потерпи, — словно почувствовав мое состояние, — прошептал Олив, — осталось немного.

Его голос стал сиплым, едва слышимым. Судя по всему, не одной мне было плохо.

— Владыка, они же…! — восклицание незнакомого мужчины потонуло в таких же бессмысленных возгласах.

Я догадалась, что целители дворца поспешили на помощь раненому лорду, но вот вопрос, почему так долго шли? Или время тянется не так медленно, как сейчас кажется мне?

— Позволь, — прошептал Олив, медленно поднимая вверх мои ладони.

Он делал это осторожно, словно боялся, что, дернувшись, наше плетение распадется.

— Бинты, — потребовал Олив, и к нему кинулись целители.

Вместе они перевязали руку лорду Рейну и затем, зафиксировали ее в том положении, чтобы мужчина не смог ею двигать. Вспомнить как называлось это приспособление, на которое уложили руку, я так и не смогла. Хотя старательно отвлекала себя, чтобы не сорваться и не кинуться на Владыку.

«Ненавижу» — эта мысль все отчетливей формировалась в моей голове.

А когда Олив Тоур упал на песок, у меня помутилось сознание. Перед глазами заплясали звезды.

— Жив! — крикнул кто-то, чем привел меня в чувство, если жив, значит, можно найти способ и помочь ему.

Я наотрез отказалась оставаться с Владыкой и ошеломленными гостями, и увязалась за целителями, которые несли Олива прочь с арены.

Мне было все равно и на то, как я выгляжу, и как мой грубый отказ остаться отразиться на дальнейшей жизни у темных.

Пусть подавятся своей исключительностью и могуществом! Я и пальцем не пошевелю, чтобы помочь им!

Меня пытались выставить вон из палаты Олива, клятвенно заверяя, что ему нужен отдых и скоро тот очнется. По их словам, выходило, что он перенапрягся и потратил почти весь магический резерв.

— Я не уйду отсюда, — в который раз повторила я, глядя на главного в целительском крыле. — Если вас что-то не устраивает — это ваши проблемы. Напряженную атмосферу создаете вы, своим нелепыми требованиями. А теперь, покиньте нас, больному нужен отдых и тишина.

Я была непреклонна. Ничего они мне сделать не смогут. И пусть я тоже выложилась по максимуму, мне эти люди восстановиться не предлагали.

Я даже усмехнулась своим мыслям. Только расслабившись, поняла, насколько устала и как сильно меня тошнит. Ничего, главное, чтобы очнулся Олив и хоть что-то мне объяснил!

Не добившись от меня уступки, целители покинули комнату. Я же придвинула стул вплотную к кушетке, на которой, вроде бы спал Олив.

Я даже проверила его пульс, так испугалась его тихого дыхания.

Но нет, все было в порядке. Целитель спал, а в том, что он целитель, у меня не было сомнений. Самый главный и неоспоримый факт — цвет его магии. Такой бывает только у целителей.

Я беззастенчиво рассматривала когда-то парня, сейчас же старика. От моего взгляда не укрылись одряхлевшие кожа на руках, с крючковатыми пальцами, синева под глазами и обескровленные, сухие губы.

Во мне все сильнее поднималась волна протеста. За что? Этот вопрос я задавала себе и никак не могла найти ответа.

Если те маги, которых нанимал Владыка, знали на что идут, то ни мне, ни Мари, ни Маниру — не предоставили выбора! Почему именно мы должны страдать от странного проклятия темных? Это их беда, их горе! Почему за глупость нашего короля, расплачиваются его подданные, а не он сам?

В эту минуту я ненавидела всех: короля, Камиллу, Владыку и его окружение. Мысленно представляла, как дёргаются их лица от боли и понимания своего бессилия, когда погибают их дети. И во мне не было ни капли жалости.

Единственными, кого пожалела моя душа — это Лиина и ее братья. Простой народ, который, так же, как и в Арсеи, не виноват и не несет ответственность за дурость власть имущих.

В эту самую минуту я четко поняла одну вещь. Как бы плохо мне не было после принятого решения, детям, этих высокомерных ублюдков я помогать не стану. Я и пальцем не пошевелю, чтобы продлить род этих тварей. Мне терять нечего. У меня и так отняли все.

— Леди Анита? — лорд Дэймон появился внезапно. — С Оливом все будет хорошо, — тут же заверил меня, — а вам следует отдохнуть и выпить укрепляющую настойку.

Он протянул мне бокал и вряд ли ожидал, что, приняв его, я тут же отправляю настойку в полет.

— Леди?!

— Убирайтесь, и вы, и ваша помощь мне не нужна.

Удивление и ярость сменялись то ли пониманием, то ли принятием моего состояния. Его понимающая улыбка вывела меня из себя сильнее, чем даже открытые уколы со стороны его подчиненных, во время нашего краткого путешествия.

— Перенапряжение, влияние тумана, — пробормотал он, — леди вам стоит отдохнуть, обещаю, что вашему Оливу…

— Не смейте его так называть, — меня прорвало. — Этот человек, в отличие от меня, сам желал попасть к вам!

— Простите? — маска сочувствия мгновенно слетела с надменного лица.

— Олив был странным для высшего общества. Он сын покойного генерала, человека, которого связывали узы дружбы с королем. И он — единственный наследник своей семьи!

Осознание того, что и последний пронеслось в голове яркой вспышкой.

— Мы все считали его чудаком. Иногда, он говорил такие вещи, что в них с трудом верилось. Вообще не верилось. Он знал, что Арсея проиграет, знал, что на него должен пасть жребий и в первый отбор уже был собран до самой жеребьевки.

— Его номер, — хрипло спросил Владыка, прерывая мою речь, — какой номер был у него на первой жеребьевке.