Потомственная ведьма

А что сама? Сама я тоже неизвестно, какого роста. То ли шестьдесят, то ли семьдесят сантиметров от земли… когда на всех четырех лапах стою. А на двух… неудобно оказалось. Спину больно, и равновесие удержать трудно. Это только в цирке собачки с улыбочкой на задних лапках стоят!

А я собственноручно испробовала и мне не понравилось! Ну, пусть собственноножно! Или собственнолапно! Все равно не понравилось!

– Вия! Вылезай оттуда!

Эх, не дают рассмотреть толком, как это все устроено! Ладно, надеюсь, выгонять еще не сейчас будут… успею попозже рассмотреть!

Как это, для чего мне это нужно?! Этот домик оказывается на огромном колесе стоит! И, судя по следам, то есть тропинкам, что не от крылечка, которое нижней ступенькой до земли не достает, а от стен идут… может поворачиваться, как моя старая избушка поворачивалась!

Ну, та, что еще от бабки досталась!

Да никуда она не делась, так на даче под Пензой и живет! Ноги, конечно от любопытных туристов за современным фундаментом прячет… для конспирации!

Ну не тяни же ты меня за шиворот, гном бестолковый! Как будто сам не знаешь, что если хочешь, чтоб в доме можно было жить, во все самому вникнуть нужно! И как доски класть и как шурупы вкручивать и какой кабель надежнее… Нет! Не кобель! Кобелей надежных не бывает… они все ветреники… им всегда в чужих баб черт меду кладет… но ты, Талм, этого не слышал!

Тебе про это рано слушать, судя по тому, как на тебя твой старшой покрикивает!

– Кстати, а как его имя? – Шепчу я младшему гному, когда он идет в ванную руки мыть.

Хотя вполне возможно, что они ее называют совсем по-другому! Но ведь это же не значит, что и я язык ломать сдури начну! Для меня это была, есть и будет – ванная! Только так и никак иначе!

– Его имя – Атаний! – Быстро шепчет, бдительно озираясь, гном. – Он мой старший брат! Меня в этом году мама в первый раз на заготовки отпустила… если провинюсь, он меня может обратно отправить!

Вот, значит, как! Оказывается, мы с Талмом друзья по несчастью! Над нами обоими висит угроза расправы за неповиновение и средоточие этой угрозы – гном с топориком по имени Атаний!

Ладно, не переживай, Талм, прорвемся! Или я не бабка-йожка! Надеюсь, мои способности никуда не исчезли вместе с метлой, сумочкой, и новым трикотажным платьем!

– И о чем это вы тут шепчетесь? – Противным голосом подозрительно поинтересовался, появляясь в дверях, гном Атаний.

– Я Вию умываться учу, – кротким голоском соврал Талм и мазнул мне по лицу… ну то есть по морде, мокрой ладошкой!

Пф-ффф! Какая гадость! Кто тебе сказал, гном, что кошки любят умываться?!

А братец твой, между прочим, совершенно не умеет воспитывать подростков! Если он и дальше будет так рычать на парнишку по поводу и без, то пусть не обижается, если получит через пару лет законченного вруна!

Я еще раз оскорбленно фыркнула и важно пошла прочь из ванны. Туда, откуда вкусно пахло обедом. И сразу вспомнила, что с утра, кроме чашки кофе и бокала с собственноручно настоянным квасом, ничего во рту не держала!

Если вот эта комнатка не кухня, то я не бабка-йожка! И неважно, что она расположена вовсе не там, где обычно располагаются кухни в нашем мире, зато пахнет тут просто замечательно. Почти как у моей бабушки на кухне пахло, а она готовила так, что пальчики оближешь!

Чьи? Да кто попадется, того и оближешь! Нет, не всего! Не путай меня, бестолковый гном, я тебе про пальчики говорила!

А, ты про то, как я в своих лапах вилку удержу?! Да уж постараюсь! Не языком же мне это мясо с тарелок слизывать!

Эй! Ты! Как тебя, Атаний?! А ты зачем это свою тарелку на пол ставишь?

Не хочешь с нами за одним столом сидеть?! Ну как хочешь, только не думаю, что тебе там удобно будет! И вообще, зачем тогда в комнате стол ставить нужно было, если на полу кушать привык?!

Эй, ээээй! Куда мою тарелку тянешь! Твоя вон она, на полу стоит! Забыл, что ли?

Рррр-ррав!

Что, испугался?! А я тебе говорила… ну не совсем говорила, а мычала… да не потому мычала, что корова, а потому, что слишком большой кусок мяса в рот засунула… а зубы-то еще непривычные!

Ну, так вот, я тебе сразу говорила, не ставь свою тарелку на пол! Не послушался, вот на обед и наступил! Не обед наступил, а ты в него наступил!

– Талм! Я тебя предупреждал?!

– Да что ты всё время на ребенка орешь, как жандарм?! – Не выдержав несправедливых упреков, от которых у меньшого снова слезинки на ресничках повисли, рявкнула я по-человечьи.

Или по гномьи? Или по-гномовски?! Ну, это не важно! Важно, что рявкнула!

– Сам во всем виноват, а парнишку замордовал! Ты свою тарелку на пол поставил, ну и ел бы себе там спокойно, чего к нам-то полез?!

– Э… э… – вылупил зеленые глаза и начал заикаться он, так что даже немножко жалко смотреть стало, – это я тебе, метаморф, на пол еду поставил!

Ах ты… козел зеленоволосый! Чучело огородное! А я-то, дурочка, его еще жалеть вздумала!

Это он, значит, меня, потомственную бабку-йожку, с полу, как приблудную собачонку кормить вздумал! И решил, что я такое оскорбление с рук спущу?! Да ни за какие коврижки!

Однако отомстить я не успела. В дверь кто-то постучал и сладким таким голосочком позвал:

– Атаний!

Ля, ля, ля! И кто же это там у нас?

Я ведьма понятливая, немедля в сторонку метнулась, на подоконнике широком за занавеской свернулась и в щелочку выглядываю.

Талм за мной бросился, рядом сел, прикрыл своим худеньким тельцем.

Атаний тоже, ужом крутнулся. Мясо с пола мигом собрал, в тарелку сложил и на стол поставил. А следы преступления, в смысле наступления на мясо… нет, не войну он ему объявлял…

В общем, всё это он быстренько сапогом по полу размазал и не менее сладенько отвечает:

– Я тут!

Ох! До чего же люблю я фильмы про любовь смотреть! Да и в театре, если артисты хорошо играют…

Сама-то? А что сама?! Не старуха древняя, поди, всего двадцать семь с хвостиком… правда невезучая в этом смысле, как проклял кто. Хотя я и сама проверяла и подруг просила… бесполезно. Прибиваются к моему порогу то альфонсы, то артисты… не в смысле, что в театре работают, а по жизни кривляются.

Тьфу, снова отвлеклась, не мешай мне, безалаберный гном! Погладь лучше спинку, да смотри бесплатное представленье, что-то сомневаюсь я, что у вас тут телевидение работает!

А гномка… нет, лучше гномиха… или просто гнома? Нет… некрасиво как-то, но неважно.

В общем, девица оказалась разбитная! И хозяйственная, в смысле, по всем действиям видно, что на хозяина глаз положила! Ну, не знаю, я свидетелем не была, клала ли она на него еще что-нибудь, кроме глаз… а наговаривать попусту на девку не хочу!

Потому как она к нам с добром, то есть с пирожками, как красная шапочка, пришла, и негоже ее без подарка назад отправлять.

Да она пока и сама назад не собирается. К столу присела, глазками стреляет… Эх! Ну, точно как одна из стажерок с особыми способностями… собиралась я ей сегодня объявить, что вполне созрела она… да, нет, не для сбора урожая, а для посвящения в полноправные бабки-йожки!

Ой, смотри, Талм! И пузырек у нее из рукава так же ловко появился! Хотя силы ведьминой я в ней в упор не чую… так может, в этих местах и сила другая?!

А самое, главное, интересно… что она с пузырьком делать собирается? На меньшого гнома мельком зыркнула, а он как раз моим хвостом пыль на переплете оконном сметал… и в чашку капнула…

А вот этого, миленькая, никакими пирогами не оплатить! И даже, несмотря на то, что этот несносный Атаний меня глубоко оскорбил, но такие запрещенные методы я и на нем применять не позволю!

Подтягиваю лапой к себе поближе гномчика, и кратко объясняю ему на ухо всю ситуацию. Он даже покраснел от возмущения, так проникся.

А тут как раз и Атаний с чайником вошел. Ну, это надо же, как одинаково прогресс в различных мирах идет! Чайник медный точь-в-точь, как я на выставке старины видела! Там еще помнится, рассказывали, что он теперь такой дорогой… за старость свою… чуть не на вес золота! Так может… когда я назад соберусь… прихватить парочку? Вот только… как я теперь назад… даже думать боюсь.

– Стой, Атаний! Она тебе что-то в чашку капнула! – Бросился к брату Талм, тот, оказывается, уже какой-то душистый отвар по чашкам разлил.

– Ну что ты врешь?! – так и подскочила гномка, – тебе показалось!

А глазки-то как бегают! Тут она чашечку незаметно со стола и толкнула. Нет, чашка не разбилась, а вот чай на полу с мясным соусом смешался… тут никакая экспертиза ничего не определит!

– Талм! – строго вопрошает старший, – Ты точно, сам видел, что она в чашку капала?

Засмущался младший, засомневался. Ногой по полу возит, сопит тихонько.

– Талм! – старший уже укоризненно и погромче рычит.

Ох, как страшно! Рычать я и сама умею!

Слезла потихоньку и под столом сзади к красавице подобралась. Принюхалась… хорошая вещь, этот кошачий нюх, сразу кармашек определился!

– Я! – говорю, – видела. Вот из того пузырька, что в этом кармане спрятан!

И зубами за карман – хвать!

Что тут началось! Гномиха эта, орать, как павлин поутру, начала! И карман из моих зубов выдрать пытается. А при этом ещё и меня норовит по спине огреть! Поварешкой!

Я, естественно, не давалась, крутилась волчком, Талм за мной бегал и рыдал, Атаний бегал вокруг и матерился. Замечательно матерился, нужно будет себе записать.

Вот так мы минут пять и бегали. Пока в дом какие-то посторонние гномы не понабежали и один, видимо, старший, потому как с бородой, не рявкнул, наконец, громовым голосом:

– Стоять!

Да мы и так уже стоим! Не сидим же! Хотя посидеть спокойно после такой разминки не помешало бы.

Талм хлюпать перестал, меня к себе подтянул, за шею обхватил и на вошедших диким волчонком смотрит. Я карман гномки отпустила, но слежу за ней в оба.

Только она попыталась туда ручкой сунуться, как я тихонько рыкнула и показала свои зубки… гномка все сразу поняла.

Этот, с бородой, на мою скамейку сел, и Атания расспрашивать начал, с чего весь сыр-бор начался. Нет, он конечно, немного не так выразился… это я на более культурный язык перевожу.

Когда бородатый про капли услышал… брови сдвинул… на гномку сердито глянул и приказал её карманы обыскать.

А что там искать, когда карман, мной пожеванный и измусоленный, за сто метров видно?

И пузырек сразу обнаружился. Гномы его осторожно открыли и все по очереди издалека понюхали. После чего физиономии у них стали мрачные и суровые, а у хозяйственной гномки личико красными пятнами пошло.

– Значит, говоришь, это твой метаморф неладное углядел?! – Задумчиво сказал бородатый, когда двое его подручных гномку куда-то повели, – ну, за такую службу пусть живет в нашей стоянке, сколько хочет. Мясо тебе для него на кухне давать будут, он, небось, сырое любит.

– Еще чего! – Разозлилась я, – совсем вы, гномы, обнаглели. Один на пол тарелку поставить норовит, второй вообще сырое мясо предлагает… Да и с чего вы взяли, что я собираюсь тут с вами долго жить? Мне нужно только выяснить, куда я попала… и как искать дорогу домой! А вы тут уж как-нибудь живите сами, без меня!

– Вия! – Всхлипнул меньшой, – не уходи!

– Не обижайся, малыш, но у меня дома столько дел недоделанных, столько обязанностей… я как-никак председатель ковена бабок-йожек… найди себе другую игрушку!

– Постой! Метаморф! – Окликнул меня бородатый, – так ты… что… не из местных?!

– Нет, конечно! Я ваших местных и в глаза не видала! Объясняю популярно, летела на лысую гору, на слет бабок-йожек, вдруг бац… и мимо. Очнулась тут! Вот он свидетель!

– Как… летела?! – Глаза у бороды квадратными стали. – Ты что… там у себя, птицей была?

– Ой, колхоз! Какой-такой птицей? Я у себя там бабка-Йожка, который раз для отсталых рас объясняю! Довольно симпатичная женщина двадцати семи лет с хвостиком!

– Ой, – сказал Талм и поглядел на мою… хм, спину, – а у нас женщин с хвостиками не бывает!

– Ох, чудо лупоглазое! У нас тоже не бывает! Это выражение такое… нет, не из тех выражений, что Атаний тут кричал, когда я ту девицу за карман держала… кстати, Атанчик, не забудь мне их продиктовать, я запишу! У нас такого никто не знает!

– Прославишься на весь чужой мир! – Ехидно хмыкнул бородатый.

Атаний, с досадой на меня оглянувшись, начал краснеть пятнами.

А что я такого сказала-то?

– Ладно! – Решил тем временем бородатый. – Раз ты нам помогла, и мы поможем! Пока отдыхай, а завтра утром приезжает наш маг, он что-нибудь придумает!

Вот это деловой разговор! Люблю решительных и умных!

Только одно мне непонятно, почему за разоблачение применения простого приворотного зелья такая благодарность? Прям словно я подвиг какой совершила!

Талм, когда я его про это расспрашивать надумала, такие же квадратные глаза, как у бородатого сделал.

– Ой, Вия! Ты же ничего не знаешь!

Угу. Можно подумать, он раньше не догадывался, что я ничего не знаю! Нет, как ни верти, а гномы эти какие-то… нет, не то чтобы совсем тупые… немножко провинциальные. Как лохи деревенские, которых на столичных улицах сразу отличить можно. Никуда не бегут, словно ошпаренные, никого по пути с тротуара не сталкивают… Наслаждаются себе видами старинных домов и бесконечной рекламы.

– Она ему капли доверия капала! – Обвив руками мою шею, горячо шепчет в ухо Талм. – В корнях дробов, дриады свои сокровища прячут. Пока живут, все копят и копят! А когда погибают, или уходят в молодые дробы, в покинутом дробе больше никто не живет и он начинает засыхать. Мужчины такие стволы летом пилят на бревна, а зимой из древесины делают доски, мебель… все что нужно. Работают бригадами по нескольку человек. Кто найдет клад дриады, половину отдает старосте. Их там потом как-то делят… и правителю долю и налог… а та, половина, что осталась, полностью идет нашедшему! Так вот, Атаний уже три клада в это лето нашел! И хорошо спрятал! А если его напоить каплями, он сам покажет, где сокровища лежат и даже не вспомнит про это потом!

Так, вот оказывается, в чем дело! Значит, Атаний у меня в неоплатном долгу, раз я его от ограбления спасла! М-да. Теперь я, пожалуй, начинаю верить, что они все-таки настоящие гномы!

Глава третья. День первый, ну очень безалаберный, продолжается. Количество и качество неприятностей резко возрастает

Ну, немедленно потребовать с него задолженность у меня не получилось… дверь хлопнула, хозяин на работу ушел.

А что ж тогда мы сидим, кого ждем? Я же теперь тут вроде почетного гостя… значит, самое время провести доскональную разведку. Нет, насчет кого провести, мы бабки-йожки все дюже способные… а вот насчет разведки у нас Фрольга имеется. Жаль, что её тут нет… она бы всё в момент разузнала и распознала и выводы вывела и доводы привела…