Помоги проекту - поделись книгой:
В данный момент сенс, в компании двоих подручных выгребал из ледника продукты и кидал их в угли огромного костра на месте догорающей избушки. Банки с тушняком и кашей раздувались, громко лопались от температуры, иногда взрывались, как гранаты и на вкусный запах подбегала и слеталась живность. Дичь в Райском стабе непуганая и любопытная, сэнс четко засекал животных на подходах и дробовики в руках свирепой троицы не замолкали. Подойти к ним скрытно, на расстояние прямого выстрела нечего и думать, но оставалась еще парочка на озере, и сенса рядом с ними не было…
Пытаясь разобраться, чем там они так увлеченно заняты, Фаза мобилизовал весь ближний круг животных. Сначала улетел Петрович, но из беспорядочного карканья Фаза разобрал с трудом, что один боец полез на гору и есть возможность ему на голову нагадить. Или долбануть крепким кривым клювом. Да, с интеллектом у пернатых не особо, зато эмоций….. Пришлось отправить Маруську и Трофима, и Фаза, сосредоточившись – установил с собакой телепатический контакт с целью «посмотреть». Получилось далеко не сразу, Маруська все время вертела головой. Он долго, ругаясь привыкал к черно – белому зрению собаки, где упор не на дальнобойность, как у человека, а на переферию и охват.
Еще животные плохо различают неподвижные предметы и объект обязательно должен шевелиться. В итоге, Фаза через ее глаз – выглядывал раз пять, пока не сообразил, что те двое – рисуют карту местности. Фаза даже рассмотрел рации, по которым они переговаривались и мысленно одобрил выбор. Оба юзали отличные Мотороллы GP340, которые он решил «затрофеить», по возможности.
Нельзя сказать, что «картографы» о безопасности совсем не беспокоились. Один, обложившись крупными камнями – засел в прикрытие, задрав ствол пулемета РПК, и поблескивал между камнями стеклами какой-то оптики. Второй находился у него четко в зоне видимости, смотрел по сторонам в бинокль и что-то рисовал в планшете. Стоял товарищ не на земле, а на одиноком скальном зубе высотою метров десять, обзор откуда открывался на три километра. За его спиной торчал толстый ствол весьма престижной в сталкерской среде винтовки ВСК калибром 9мм., а с вершины зуба на землю спускалась ярко-красная веревка, на которой Фаза приметил «спусковуху», какими пользуются альпинисты.
Мужик торчащий на скале выглядел заманчиво и вкусно для снайперского выстрела, но не все так просто. Ближе, чем метров на восемьсот к нему не подпустит пулеметчик, а свои способности по стрельбе с винтовки, Фаза оценивал более чем скромно. Максимум метров на четыреста и то при стрельбе с сошек, лежа и по грудной мишени. Причем первые один – два выстрела займет, скорей всего – пристрелка. И выходит, что начинать войну придется с пулеметчика, голова которого – то появляется между камней, то пропадает.
Как только Фаза все обдумал и дал своему зверью сигнал, у торчащего на скале картографа начались проблемы. На него сверху подло нагадила ворона и навалила не куда попало, а точно на планшет. Боец выругался, зашарил по карманам в поисках тряпки или платка, как уже другая птица опрожнилась ему за шиворот. Пулеметчик выслушал по рации жалобы товарища, заржал, но немедленно заткнулся. Пока он разговаривал ему засрали прицел на пулемете. И пошла потеха. Бойцы с азартом начали стрелять, и воевать с резко набравшими высоту птичками оказалось хоть и малоэффективно, но очень увлекательно.
Вороны заходили четко со стороны солнца и разгружали на стрелков свои кишечники. Стрелки, помня про экономию боеприпасов встречали их как одиночными, так и скупыми очередями по два и три патрона. Стая увеличилась штук до двадцати, следовала атака за атакой, в небе стоял гвалт и люди работали не оглядываясь за спины. А зря….Развязка наступила быстро.
Фаза не знал, на что в ближнем бою способен пулеметчик и, заметив, что кот засматривается на его затылок, запретил Трофиму атаковать. Им удалось приблизиться вплотную и он аккуратно закинул в пулеметное гнездо гранату. Бросил довольно слабую РДГ-5, но стрелку хватило. Тот страшно закричал не столько от осколков, сколько от неожиданности и Фаза спокойно застрелил его почти в упор. Картограф на изменение обстановки среагировал мгновенно и попытался съехать на землю по веревке, но любая техника не любит судорожных телодвижений и спусковое устройство закусило. Привязанный боец задергался и повис на месте, панику усилил массированный налет птиц, и успевший подбежать Фаза с трех выстрелов закрыл вопрос. И закон подлости! Одна из пуль попала, разумеется – в радиостанцию, которую он уже считал своей.
*****
Итак, врагов осталось трое и то, что их уже не пятеро, получиться хранить в секрете не дольше первого сеанса связи. А когда у них следующий сеанс? Да кто знает, может сейчас, а может через пять минут. Фаза понимал, что та троица гораздо опаснее двоих картографов и номер с воронами больше не пройдет. Сенс его легко срисует на расстоянии превышающем дистанцию прямого выстрела, остальные успеют подготовиться и надо придумывать другой план, пооригинальней. И ни в коем случае не выпускать из рук инициативу. Ему все время следовало атаковать.
*****
Мангуст был реалистом. Когда отправленные в район озера бойцы вторично пропустили сеанс связи – он понял, что скорей всего их маленький отряд убавился еще на две единицы. Жизнь приучила относиться к потерям философски, но их осталось не так много, и жалко было потерять Коперника. Коперник считался грамотным картографом и как артиллерийский корректировщик дело свое знал. Ох, недооценили зоотехника, снова перехитрил подлец. Фазу они между собой звали зоотехником, высоко не ставили, и оказалось что напрасно. Прежде чем начинать зачистку территории от всего живого, Мангуст планировал с ним разобраться, но ребята увлеклись грабежом схронов с «хабаром», а он дал маху и сразу не пресек. Нехорошо все складывается и надо срочно исправлять ошибки.
– Слышь, Мангуст! Нам не упереть столько патронов – тут у него только двенадцатого калибра триста штук заныкано. А еще от СВД сотня и для Калаша 5,45 не тронутых два цинка. Может быть в костер их бросим?
– Я те брошу! Ты, Хомут совсем рехнулся. Вот скажи мне – кто в улье боеприпасами разбрасывается? А вертолеты, между прочем не летают через Карусель – сюда каждую мелочь люди на горбу тащили. И патроны пригодятся. Не забывай, что как закончим с зоотехником сразу за зверье возьмемся. Нам задача четкая поставлена. Чтоб ничего по лесу не летало и не бегало.
Длинный и худой как жердь Хомут бесил феноменальной тупостью, но обладал полезнейшим умением «выносливость». Он, например, мог целый день идти, не уставая, и идти не просто так, а с грузом за плечами килограмм так в двести. Еще Хомут неплохо обращался с пулеметом и никогда, на памяти Мангуста – не мылся и не умывался. Вот с такими, разносторонне одаренными бойцами приходилось решать трудные задачи.
– Ффуу-фух! – С центра огромного, догорающего на месте аккуратненькой избушки Фазы костровища, взметнулся двухметровый фонтан искр, от которого с хохотом отскочил кучерявый, похожий на былинного русского богатыря детинушка. Молодец счастливо улыбался, потирая широкие ладони, каждая размером с малую саперную лопатку.
– Данииила, дурень! Ты нафига ящик ВОГов в костер бросил? – Плотный, невысокий ростом Мангуст, обхватил коротко стриженную голову, демонстрируя полное отчаяние.
– Ты, командир, чего – зачем нам ВОГи? Все равно подствольников нет ни у кого. – Конопатая рожа бойца удивленно вытянулась, а толстые ручищи с закатанными рукавами разошлись по сторонам в недоуменном жесте.
– Дать бы по горбу тебе вот этим ящиком два раза… – С тихой яростью прошипел Мангуст, но вслух выкрикнул совсем другое: – Бежим, придурки, чего рты раскрыли? Сейчас взорвуться ваши ВОГи сраные…..
ВОГи взорвались. Но тройка карателей взрыв почти не слышала – так их далеко увел Мангуст. Бежали быстро, налегке, сгрузив все лишнее на безответного в таких вопросах Хомута. Новый лагерь спрятали в сыром, кишащем ящерицами овраге и ночлег оборудовали скрытно, по всем правилам и без костра. Мангуст, перед отбоем – внимательно просканировал окрестности и объявил, что рано утром они выходят на поиски Хранителя. И, вообще – он много чего поведал на ночь подчиненным в непечатных выражениях. Те прониклись, осознали и засыпали молча, без обычных шуточек и анекдотов.
*****
Два дня. Вернее двое суток почти без отдыха они гоняли зоотехника. На третий день, едва стоящий на ногах Мангуст, наконец – засомневался, что они именно охотники, а не дичь, которую терпеливо водят по лесному стабу. Водят не позволяя отдыхать и грамотно выматывая силы. Контакт то появлялся на переферии восприятия, то медленно отходил и пропадал. Над ними постоянно каркали вороны, и две из них Хомут подбил из пулемета. В затяжной гонке на выносливость Мангуст надеялся, что его компания может спать по очереди, а Фазу сменить некому и можно попробовать его загнать физически. Он, как сенс – способен засекать Хранителя на приличном расстоянии и они смогут его сначала вымотать, потом загнать и, наконец – прикончить.
Но ничего не вышло. Вымотали, наоборот – их команду и главная проблема, как не прискорбно – в нем, в Мангусте. Два кретина – Данила и Хомут, в силу своих умственных способностей не испытывали никакого дискомфорта и готовы были дрыхнуть под круглосуточное карканье ворон, гнусный крик сорок и вопли не понятно каких птиц. Их даже не смущало летящее на головы дерьмо. А вот сам Мангуст…. Он затыкал уши ватой, но только пытался сомкнуть веки, как чуткий мозг сенса фиксировал враждебный физический объект, быстро подходящий на дистанцию в сто метров. Ну какой тут сон? Они находились под постоянным наблюдением и скрыться от внимания лесных зверьков и птичек невозможно. Только Мангуст преклонял голову, как сразу приближался Фаза, который, в свою очередь – спокойно дрых в то время, когда они находились на ногах и непонятно что искали.
*****
Плохое утро. Серое со стеной мелкого дождя и выматывающем душу карканьем ворон. Нормальное человеческое начало дня, это когда люди выспались, курят, завтракают и разогревают кофе с целью проснуться окончательно. У Мангуста отдыха не было вообще, и не смотря на головную боль, нарушенную координацию и звенящий гул в ушах, он не сомкнул глаза вот уже третьи сутки. Всю ночь орали птицы, в кустах громко шебуршало и мозг сенса фиксировал физические теплокровные объекты размером от человека до собаки. Этим утром, Мангуст ясно понял, что спать ему не дадут не днем ни ночью и единственный для них способ выжить – это как можно быстрее покончить с зоотехником.
Личный состав привычно начудил. Вот каким надо быть конченным кретином, чтоб все продукты вечером вытащить из рюкзаков и уложить в одну большую кучу? Данила с Хомутом в очередной раз доказали, что они как раз такие. Конченные. Ночью, воспаленный мозг Мангуста без остатка заполнил зоотехник, который подошел так близко, что Хомут схватился за пулемет, и в это время…. В это время, под воронье карканье, на продуктовой куче бесшумно безобразничал барсук. Подлое животное тщательно прокусило все до одной банки, опустошило на продукты свою знаменитую вонючую струю и погибло при отходе, обнаруженное, наконец – Мангустом и изрешеченное пулями Данилы. Поспать не получилось никому и тревожную плохую ночь сменило голодное и злое утро.
*****
– Ну, нихрена себе ночка получилась! Слышь, Мангуст – мы понимаем, что накосячили с той кучей, но жрать охота! Ты знаешь, я могу тащить много, но отходняки потом конкретные и голод дикий. Смотри, если не пожру, то к обеду не я понесу рюкзак, а вы меня вместе с ним поволочете. Мангуст, давай поищем жрачки? Я знаю – ее зоотехник ныкает по разным схронам.
– Заткнись, Хомут, достал уже. – Выдавил Мангуст сквозь зубы, отчаянно борясь с головокружением.
– А че, Хомут верно говорит – жрать уже сейчас охота, а на одном живчике мы долго не протянем. Да и кофе не мешает захлестнуть, я не могу утром без кофе. – Поддержал товарища идущий замыкающим Данила.
– Хрен с вами, будет вам жрачка, кофе и может даже спек. Сейчас в одно место прогуляемся, тут не далеко.
Данила дело говорил и Мангуст чувствовал, что если он как угодно не взбодрит свой организм, то потеряет сознание, или вообще сойдет с ума. Линия горизонта перед глазами уже колебалась и колебалась ощутимо.
А нычка, где точно есть все необходимое совсем рядом, они проходили мимо вчера утром, но он не подал вида. На глубине полметра, под камнями, упакованные в пластик – лежали сухпаи и что-то взрывчатое. Возможно гранаты или мины. И еще…. Там имелся спек и спек Мангуст определял лучше чем продукты. Эх, как он сейчас нужен! С собой имелась большая, хорошая аптечка, но она осталась в Карусели вместе с трупом Чики – штатного знахаря отряда. Не смог Чика пройти через элиту. Принять бы дозу, прочистить голову и решить, что делать дальше. Эх мечты, мечты… Данила с Хомутом пусть жрут тушенку и перебьются растворимым кофе в пакетиках солдатских сухпаев, и он махнул рукой, указывая направление движения.
Вот она, закладка. Под Карканье ворон Данила убирает один, камень, другой…. И долбануло так, что порванное тело богатыря взлетело в воздух. Хомута, как тряпку – покатило по камням, а у стоявшего в отдалении Мангуста из перепонок пошла кровь и он потерял сознание. На этом почти все закончилось. Иссеченный осколками, но не убиваемый Хомут с земли поднялся, встал на колени и даже зашарил глазами по сторонам, выискивая свой пулемет, как на него сверху спрыгнул огромный серый кот и аккуратно прокусил затылок. А Мангуст так и не очнулся. Измученный бессонницей и стрессом организм не выдержал и отключился. Подоспевшему с винтовкой наперевес Фазе осталось позаботился, чтоб сенс не просыпался никогда.
Осмотревшись, он сильно удивился, что двое из троих карателей сумели выжить после взрыва. Как только Фаза понял, что на него пошла охота, то заложил сюда две мины, усилил двумя гранатами – «лимонками» и для пущего «эффекту» примотал к мине скотчем две шоковых «Зари». Приманкой, дабы сенс точно не прошел мимо, служила изрядная доза отличного лайт – спека, мимо которого не пройдет ни один здравомыслящий иммунный. Взрывчатка активировалась сдвиганием в сторону одного из двух верхних камней, освобождался рычаг «лимонки», что желающий испить кофе Данила и проделал….
Моросящий дождь закончился и вымотанный, лишившийся жилья Хранитель уснул прямо на земле, подстелив туристический коврик и положив голову, вместо подушки – на разгрузку. С одного бока его грел кот, с другого пристроилась Маруська, а на деревьях рассаживались, по боевым постам – вороны. Злое утро, наконец – закончилось.
Глава 5. Договор с дьяволом
– Уууу! – Солидно пробасил Камаз ярко – оранжевого цвета.
– Пиииии….. – Обвешенного шипастой листовой броней лидера колонны поддержал раскрашенный БМВ – «Тайфун» с самодельной пулеметной башенкой. Его гудок неприятно резанул по барабанным перепонкам и без того злых рейдеров, плотно обступивших красную от жары бочку с горящим внутри мусором. Толпа раздраженно зашипела, совещаясь и выдавила из своей массы худого флегматичного парнишу в цветной бандане и тактических перчатках. Парниша подошел к похожему на железный сейф УАЗику, грязный палец нашарил в кабине нужный тумблер и взревело так, что опозоренные КАМАЗ с Тайфуном замолчали. На дорогу выскочил и заметался заполошный кот, а рейдеры у бочки весело заржали, довольные достигнутым эффектом.
Гудок от паровоза штука громкая, способная смутить самых сильных зараженных, что для караванщиков немаловажно. Ревун приостанавливает атаку тварей и дарит паузу длиною в несколько секунд, позволяя завести двигатель машины или развернуть в нужную сторону башню с пулеметом. Сейчас, однако – никто атак не отражал и паузы не требовались. Караван Якудзы замер на выезде из поселения и замерзшие на холодном ветру рейдеры уже не знали, как еще напомнить руководству о своем существовании. Вместо выезда в сторону Выборского кластера, им, неожиданно – приказали заглушить моторы и непонятно чего ждать. Начальство ничего не объясняя, и раздраженно хлопнув дверцами, вернулось в Крепость совещаться, оставив простых рейдеров убивать время возле железных бочек с горящими кострами. Совещание продолжалось уже пятый час….
Караван по рации остановил Браслет. В свое время главный безопасник Крепости служил в полиции, носил погоны подполковника, а при попадании в Улей немедленно надел браслеты на трех не самых хилых сталкеров. Он их арестовал за незаконное ношение оружия и получил взамен соответствующее прозвище. Весил Браслет под сотню килограммов при росте метр восемьдесят, улыбался редко, а взгляд маленьких колючих глазок мог, при большом его желании – расслабить мочевой пузырь задержанного.
Качества для его должности полезные, но не основные. Уголовный розыск громилы без мозгов не возглавляют, сталкеров одними кулаками в рамках не удержишь и с интеллектом у безопасника обстояло все в порядке. Еще до залета в улей Браслет решал в уме сложные задачи на логику и сообразительность, а в новом мире получил такое нужное умение как «память». Сейчас огромный, похожий на медведя – гризли дядька сидел во главе длинного стола и вытряхивал в пластмассовую урну очередную пепельницу.
– Тебе гудят, Якудза, слышишь? – Головач, главный снабженец поселения выразительно посмотрел в сторону окна, где двойное остекленение пластиковых окон не смогло заглушить звуки паровозного гудка. – Смотри, время обеда приближается. Забухают в знак протеста твои гаврики, и накрылся выезд на сегодня. Езжай давай, не первый раз уполовиненным составом. В случае чего, будет бронегруппа в помощь. Обещаю. Скажи ему, Браслет.
Безопасник не поддержал снабженца. Человек – глыба в торце стола потупил голову и молча закурил очередную сигарету. А вот невысокий, с раскосыми глазами на смуглом монголоидном лице Якудза не молчал:
– Бронегруппа? Ты, Головач сейчас сказал о бронегруппе? А ничего, что им придется добираться больше суток? Знаете, что господа….. Я сейчас пойду и приму на грудь вместе с ребятами, что еще остались. Отменять выезд не имею права, и мы выйдем. Вот только знайте, что охраны меньше половины штата и обратно вернется половина каравана. А всего скорее, так вообще не больше трети.
Якудза решительно поднялся и вместе с ним встали двое не разлучных его замов. Грек и Колбаса. Каждый вдвое превосходил шефа габаритами и каждый ради него готов был не задумываясь выступить против рубера с ножом. Троица направилась в сторону дверей, всем своим видом демонстрируя, что разговор закончен, но не тут-то было. Сочно лязгнул электрический замок, наглухо перекрывая выход. Браслет снял палец с кнопки под столешницей и его глаза налились кровью.
– Якудза, а ну сел, нахер – на место! – Громовой возглас безопасника ударился о бетонный потолок и обрушился сверху на головы мятежной троице. Безопасник – должность выборная и потому плевать хотел Браслет на все условности и субординацию. Снабженец свое получил тоже:
– А ты, Головач, прекращай людям ездить по ушам. Если отправляешь караван без всякого прикрытия, то имей мужество так и сказать в глаза ребятам. А еще лучше – езжай с ними.
– И поеду! – Грохнула роняемая на пол табуретка – Думаешь, я испугался? Да вы хоть представляете, сколько в сутки съедает наша Крепость? Тонну! Да, Якудза, твоего красного Камаза из колонны хватает на неделю, максимум. И то, при условии, что он загружен тем, чем надо. Товар, что вы с Выборского терминала привезете, весь заранее расписан по контрактам и расписан, заметь – в обмен, как раз на мясо.
Браслет сказал намеренно обидно. Давно следовало сбить спесь с зарвавшегося, как ему казалось начальника снабжения и ядовитая шпиля достигла своей цели. Однако, палку перегибать не стоило. Головач вполне мог принять вызов близко к сердцу, психануть и действительно поехать вместе с рейдерами.
– Расслабься Головач, остынь. Никто и никуда тебя не посылает. Если людей совсем хватать не будет, то я сам сяду за пулемет, а ты останешься мутить свою торговлю. Вот только пока ты заключал договора, в Выборге поменялось многое. И теперь его терминалы для нас опасней Питера.
– Выборг всегда считался кластером средним и спокойным. Грузиться два раза год, если ничего не путаю…
Якудза не смеялся, он только сощурил свои и без того узкие глаза, а вот его два зама отреагировали хохотом. Отстал Головач от жизни со своей торговлей, ох отстал…..
Да, было время – выборгские терминалы загружались редко, создавая вокруг себя движняк примерно на неделю, и сильно развитые твари паслись в других местах. Монстры начиная с руберов, предпочитали кластеры с быстрыми перезагрузками, а с лотерейщиками и топтунами вполне справлялась охрана каравана. Рейдеры заезжали в Выборг редко, но результативно и машины отходили перегруженные бытовой техникой, одеждой и продуктами в красивых упаковках. Золотые были времена и сталки за бутылкой виски вспоминали, как двух тяжелых пулеметов вполне хватало для защиты каравана из десяти – двенадцати машин. Да, было времечко….
– Ты, Головач – ничего не путаешь. Ты просто давно не интересовался Выборгом, а там произошло много интересного. Был период, он вообще грузился шесть раз в сутки, представляешь?
Слова Браслета поразили даже оторванного от реальности снабженца.
– Ох, ничего себе…. Да шесть раз в сутки, это преисподняя, кошмар и куча тварей! Все, мужики – прошу прощения и беру все свои слова обратно. Не знал ничего, честно. Простите бедного снабженца и просветите, что там сейчас творится? Если ничего не путаю, в Выборг совсем недавно ездили. У меня водки «Финляндия» еще триста ящиков не продано и колбасы два рефрижератора…
– Ездили, не путаешь. – Мрачно буркнул подполковник. Он, в отличии от беспечного снабженца точно знал во сколько жизней обошлась им та самая водочка с колбаской. Настоящий финский сервелат, полусухая, глаза б ее не видели. Настроение Браслета окончательно испортилось, но как решить вопрос без стоящего на голову выше в иерархии Головача он не представлял.
– Сначала кластер перекидывался через два часа, потом раз в сутки и, наконец – новый цикл установился окончательно. Двадцать один день. Представляешь, какие горы там всего полезного и ассортимент?
Ну еще бы! Еще бы начальник снабжения не понимал, какие возможности предоставляет новый режим загрузки терминалов. Однако! При хорошо налаженной работе караванов на другие кластеры можно вообще не отвлекаться. Мозг Головача от потока цифр немедленно вскипел, ладони от возбуждения вспотели, но невозмутимый как изваяние Якудза заговорил и воспаривший в облака снабженец жестко ударился о землю.
– Два раза. В быстрые Выборские терминалы мы ездили дважды. Первая ходка нам стоила двенадцать человек, во второй раз твари устроили засаду и убили двадцать шесть бойцов, при этом раскурочив половину каравана. Сейчас снова надо ехать, а у меня всего пятнадцать ребят в сопровождении.
Поймав обалдевший взгляд Головача, Якудза улыбнулся первый раз за вечер и добил снабженца окончательно:
– Да, да – я пообещал двойные премиальные и зачет старых долгов, но смог уговорить всего пятнадцать человек. Учитывая, что нужно сорок минимум, мы можем перед поездкой смело выпить. Или принять чего другого, позабористей….
– Так может бронегруппу вам сразу выделить в охрану? – Головач осекся, споткнувшись о насмешливые взгляды собеседников. Придумать послать в сопровождение колонны единственный резерв большого, имеющего форпосты поселения, мог только измученный расчетами и бухгалтерскими файлами снабженец. И снабженец понял. До него дошло, что вкусные терминалы Выборской таможни им не по зубам. Головач тряхнул крупной, не пропорциональной телу головой и поставил точку в разговоре. Когда надо, этот компанейский и не требующий от подчиненных субординации снабженец умел быть жестким и решительным:
– Якудза, отменяй выход. Два дня бери на отдых и прокладку нового, не такого опасного маршрута. В другие кластеры, надеюсь наберешь охранников? Ну вот и ладушки. А Выборг подождет, пока решим вопрос с сопровождением. На этом все и предлагаю разойтись.
– Да нет, не все! – Лежала камнем на сердце у Браслета информация, серьезное предложение по охране караванов, которое он, к его сожалению не имел права утаивать. С виду все выглядело честно и пристойно, но интуиция и многолетний оперативный опыт буквально вопили об опасности. По уму, так обратившуюся к нему шайку стоило немедленно взять в разработку, а не выслушивать от всякой криминальной сволочи коммерческие предложения. Браслет привычно проклял про себя свою собачью должность и жестом попросил внимания у присутствующих, которые спешили разбежаться по своим делам:
– Ко мне неделю назад от Пупса люди обратились….
– От Пупса, это….
– Да, тот самый, морда беспредельная с Венеции. Больше никаких Пупсов лично я не знаю.
– И что он предлагает? – Глаза Якудзы превратились в совсем узенькие щелочки. Их поселение враждовало с бандой Пупса с момента, как тот окончательно подмял Венецию. Хороший мирный стаб, считавшийся по праву выдвинутым форпостом Крепости. И вот неожиданные переговоры и предложения….
– Пупс предлагает терминалы окучивать совместно и берет вопросы безопасности на свою банду. Если не врет, то можем вообще ездить без охраны. Исключительно одни водители и грузчики.
– Ну ничего себе! – Молчавший Головач присвистнул – И что взамен?
– Взамен четверть хабара, возможность торговать им через наши сети и признать Венецию за Пупсом. Если интересно мое мнение, как начальника по безопасности, то я категорически против любых контактов с этим типом.
Зависла пауза, все ошарашено молчали. Наконец заговорил один из замов караванщика. Высокий русоволосый сталкер Колбаса:
– Браслет, а правду говорят, что Пупс с ручной пантерой ходит?
«Детский сад какой-то. Дети малые. Сейчас вынесут на голосование и примут. Сто процентов» – С тоской подумал подполковник. Сердце сжалось от предчувствия, но он привык скрывать эмоции:
– Правда. Пантера иммунная, с Питерского зоопарка, а у бандита умение редкое прокачано. «Любовь животных» называется…..
*****
Живописное, окруженное со всех сторон водой поселение Венеция, ценилось не за красоту ажурных мостиков через каналы, а за удобство обороны. Красоте, впрочем место есть всегда и арочная форма не только создавала сказочную атмосферу, но и пропускала под собой узкие как пироги лодки с ревущими моторами и пулеметом в приподнятом носу. Имелась в конструкции моста и крепкая решетка, отсекающая в случае необходимости изрядный сектор поселения, а при повороте потайного рычага в воду уезжала вся конструкция. Канал наглухо перекрывался, любое судоходство исключалось напрочь, как и переправа с берега на берег.
Поселок идеально подходил для обороны как от людей, так и от неисчислимой орды тварей, которых при миграциях не останавливали даже установленные на пятиметровых стенах пулеметы. Орда, как правило – сметала все, но монстры к водоемам относились брезгливо – настороженно и форсировать широкие каналы не спешили. Их лавина появлялась неожиданно и прокатывалась мимо, оставляя за собой Венецию как островок спокойствия в безбрежном море ужаса и смерти. Пользовалась ли она у сталков популярностью? Тут все неоднозначно. Поселение располагалось на отшибе, считалось тупиковым и караванные пути огибали его на приличном расстоянии. Безопасно, скучно и отдаленный форпост Крепости никогда не населяло больше тридцати отшельников с подругами, но это было раньше. Теперь тут царил Пупс, сумевший сколотить банду в полторы сотни человек, состав которой постоянно тасовался.
В Венеции поменялось многое. Появились два плавучих ресторана, где вечерами зависала вся свободная от службы шобла, публичный дом и оружейный рынок с неплохим выбором оружия. Новичок, после подписания контракта, мог рассчитывать на живчик, помощь знахарей в больничке и самое главное ему прощались все грехи, совершенные до появления у Пупса. Преступников бандитское поселение не выдавало, и со временем сформировалась устойчивая куча отщепенцев, за которой присматривал отряд головорезов под командованием Формата и Мажора. Говорят, что Пупс с ними начинал и сразу объяснил, как надо «правильно работать».
Его замы хорошие ребята, справедливые. За кражу, поножовщину, или другой проступок – нарушитель обычно отправлялся на охоту в качестве наживки, которую приковывали цепью в быстром кластере. Наживка обязана орать и шевелиться, привлекая сильных зараженных, в противном случае прикованному простреливали ноги. Вот так и не иначе. Индульгенцию Венеция давала за любые преступления, но всего однажды, при подписании контакта.
И что удивительно, свирепые порядки новичков вовсе не отпугивали. К Пупсу шли не только конченые негодяи, но и приличные ребята в надежде на хороший хабар после больших охот, о которых в Улье ходили фантастические слухи. Слухи Пупс распускал намеренно и с умыслом, бессовестно преувеличивая трофеи и всячески засекречивая огромные потери.
Вот и сейчас к сложенному из классических бетонных чушек блокпосту робко подходили двое потрепанных жизнью мужиков. Наверно тоже сказок понаслушались…..
Поделиться книгой: