Университет Льда. Согрей меня, если сможешь

Мы спустились в подземные лаборатории, на ходу решая, где засесть. По понятным причинам выбрали помещение, максимально удаленное от лаборатории изящных металлов. Наиболее подходящей оказалась лаборатория хрупких камней в противоположном конце коридора. Ею пользовались почти так же часто, как и всеми лабораториями на подземном уровне, то есть практически никогда. Внутри стояли один длинный стол с приборами, стеллажи с образцами вдоль трех стен, несколько стульев, чьи-то забытые записи об элементарном накопителе света. Все, конечно же, белое, идеально чистое, неестественно новое.

Я зажгла несколько магических светильников, ребята освободили место на столе, разложили мои записи и материалы. Заготовка – пустая оправа для камня на цепочке – была уже давно готова. А вот рубин был четвертым по счету – предыдущие три не пережили моих экспериментов.

Вообще, изготовление артефактов – сложная и интересная наука, но в мире Льда почему-то совершенно не пользуется спросом. Конечно, какие-то вещи общего назначения мог изготовить любой, гм… необразованный житель мира Льда. Но скажите, какую великую пользу или вред может принести кольцо невидимости или светящийся флакончик? Вот и я думаю, ровно никаких. Как бы то ни было, в университете факультет артефакторов формально есть, лаборатории в полной готовности, книги и учебные материалы – в избытке, а преподавателей и студентов нет. Мы – не считаемся. Наукой создания артефактов вообще по большей части владеет мир Воздуха. И его жители неохотно делятся своими секретами.

Чтобы подобрать нужную литературу, пришлось устроить допрос с пристрастием нашим родителям, перерыть всю университетскую библиотеку, изучить полсотни книг, часть из которых была спрятана в закрытой секции. Но когда ж это нас останавливало? Особенно если результат должен облегчить мне жизнь.

– Ну-с, господа и дамы, начнем, – резюмировала я, размяв пальцы.

И мы начали работать. Выглядело все просто – создаешь заклинание, помещаешь его в камень, замыкаешь контур энергии, чтобы заклинание не разряжалось, и получаешь работающий артефакт. Однако, как в любой науке, тут присутствовала своя тонкость. Боевые заклинания, которыми мы пользуемся, формируются мысленно. Для такой изящной вещицы, как артефакт, требовалось плести заклинание, как кружево. Вот я и плела, сосредоточенно вывязывая огненные нити, для удобства сделав их видимыми. Кеннет поддерживал рубин в воздухе и страховал, на случай если я собьюсь, а Ааррон – если опять рванет. В прошлый раз я не рассчитала силу заклинания и угол вливания огня в камень. Но за две недели успела сотню раз перепроверить каждую запятую в формулах и каждую закорючку в плетении.

В этот раз все вышло идеально. После двух часов бесконечных пассов руками у меня перед глазами висел чуть светящийся рубин, почти готовый к использованию. К слову, висел он потому, что был огнеопасно горячий, что, согласно литературе, абсолютно нормально для свежесозданного артефакта. Поэтому Кеннет продолжал держать его в воздухе, пока Ааррон создавал ледяную подставку.

Я устало рухнула на стул, наблюдая, как мое спасение от холода топило лед, который Аар постоянно обновлял. Осталось подождать полчасика, и я смогу выходить на улицу без верхней одежды! Чувство бесконечного удовлетворения от выполненной работы было таким успокаивающим, что я даже не среагировала, когда дверь в лабораторию распахнулась и к нам ввалились трое ледяных магов. А как хорошо начинался вечер!..

– Лютого мороза лорды, леди, – вежливо поздоровался Астарт.

Я лишь кивнула в ответ, мои друзья что-то ответили. Я вообще слабо реагировала на внешние раздражители, пожирая глазами рубин.

– Чем это вы тут таким запрещенным занимаетесь?

– Да вот, сидим, – ровно ответил Ааррон, подновляя ледяную подставку.

Ледяные маги недоуменно переглянусь. Дигорн хмыкнул, рассматривая результат моих трудов.

– Ис-Морн, решили показать нашим убогим беженцам настоящий рубин? Что, никогда раньше таких не видели?

– Таких – никогда, – покладисто согласился Кеннет, наблюдая за тем, как лед уже совсем медленно плавится под мерцающим камнем.

– И что же в нем особенного? – удивился Дигорн, взял рубин, подбросил и сжал в ладони.

В тишине подземелий раздался его вопль. И в довершение своей вредительской деятельности этот скудоумный выронил мой рубин на пол. Опять прогремел взрыв, который Ааррон опять поглотил. Не в пример быстрее, чем в тот раз – всего пара пустых пробирок и одна лупа расколотились. Ледяные вообще-то не могут управляться с магией огня, но мы придумали пару хитростей, чтобы Аар мог страховать нас. Непрошеные гости даже не пошевелились. Видимо, Астарт надеялся в очередной раз отвести нас к ректору. Не дождется.

Я застонала и закрыла лицо руками. Этот идиот ис-Виртанен только что сломал все, что я делала. Ненавижу ледяных аристократов!

– Ис-Виртанен, вам не приходило в голову, что нельзя брать без спроса чужие вещи?! – рявкнул Кеннет.

– Что это было? – поинтересовался Бриар.

– Это было торжество глупости и невежества, – мрачно ответил Ааррон.

– Артефакт, – бесцветным голосом пояснила я.

Ледяные аристократы переглянулись.

– Простите, эльд-Лааксо, но как вам удалось создать работающий артефакт? – вежливо поинтересовался Бриар. То, что артефакт исправно работал, можно было понять по характеру взрывной волны.

– Вот этими вот белыми ручками, – ровно ответила я, продемонстрировав, собственно, ладони.

– А зачем вам такие сомнительные и опасные эксперименты? – поинтересовался молчавший до этого Астарт.

– А затем, уважаемый ис-Лотиан, чтобы облегчить собственное пребывание в этих донельзя дружелюбных природных условиях.

– Да кто ж вас сюда тащил? – прошипел Дигорн, заживляя собственную ладонь. Поразительная все-таки у ледяных магов скорость регенерации.

– Это что, артефакт Варме? – удивленно спросил Бриар.

– Был артефакт Варме, – согласилась я.

– Но это же утерянное знание…

– Утерянное, – согласилась я. Покладистая я сегодня, однако.

– Их во всех мирах по пальцам одной руки пересчитать можно!

– Наверное, – пожала я плечами.

– А благодаря впечатляющей безграмотности ис-Виртанена сегодня их количество не увеличилось, – подал голос Аар.

Я тяжело вздохнула, поднялась, задумчиво осмотрела алые осколки на полу и золотую оправу на столе. Знаете, когда что-то долго пытаешься сделать, а потом вот так чья-то грубая рука ломает весь результат твоего успешного труда, хочется разрушить все до основания. Ну и покалечить кого-нибудь по пути. Я метнула искру в оправу. Металл расплавился, въедаясь в столешницу. Кеннет щелкнул пальцами, и все мои записи сложились ровной стопочкой, свернулись свитком и юркнули к нему в карман. Это он правильно сделал, я ведь уже подумывала о том, чтобы и их сжечь от расстройства.

– Знаете, лорды, я вот одного не понимаю, чем же я вам так мешаю? Вы, – я подняла выразительный взгляд на Астарта, – готовы убить меня просто потому, что я имею несчастье дышать морозным воздухом вашего мира. Вы, – я посмотрела на Дигорна, – готовы вылить на меня отборные помои просто потому, что я попала в поле вашего зрения. Как-то это мелочно, лорды.

Друзья же лишь молча вышли за мной. Будь я не такой уставшей, наверное, сейчас был бы полноценный бой, и плевать мне на все идиотские правила этого мира.

– Соль, ну ты чего поникла? Подумаешь, еще один камень расколотили. Найдем новый. Главное, записи твои целы, и они верны, – Аар беспокойно смотрел на меня.

Ага. Конечно. Мы с легкостью отыщем еще один рубин определенной чистоты и определенной огранки. Прям вот завтра.

– Ты бы знал, как иногда сложно сдерживаться, чтобы не выжечь это высокомерное выражение с их лиц, – негромко ответила я и еще тише добавила: – И как я устала всем доказывать тут, что имею право на существование.

На этой печальной ноте мы и разошлись. А в моих покоях меня ждал еще один неприятный сюрприз. В кабинете на столе стояла изящная стеклянная вазочка с премиленьким букетиком. В записке ровным почерком Астарта выражалась несвойственная ледяным лордам радость по поводу моего выздоровления. Даже думать не хочу, как эта скотина сюда пробралась. Определенно нужно улучшить защиту собственных покоев.

Я открыла окно и выкинула букет вместе с вазой. Огнелис же сделал вид, будто он совершенно ни при чем и понятия не имеет, откуда в комнате цветы. Предатель.

* * *

На следующее утро я проснулась в самом паршивом расположении духа. Настроение было настолько дрянным, что с трудом удавалось побороть собственную агрессию. Хотелось кому-нибудь что-нибудь сломать. Если бы сегодня был открыт астартовский клуб по интересам, я рванула бы туда без размышлений. Все-таки есть какие-то особенности характера у девочек, выросших без матерей.

Меня раздражало абсолютно все: бесконечная темнота за окном, это неудобное форменное платье, ранний подъем на пары, сквозняки в галереях, да и в принципе белый цвет окружающего мира.

В общем, когда я тенью былой войны вошла в столовую на завтрак и поздоровалась с огненными магами дымящейся искрой, выражая крайнюю степень недовольства жизнью, народ, конечно же, начал коситься и оглядываться. Огненным вообще несвойственна депрессия или меланхолия, мы всегда горим эмоциями. И когда кто-то из нас спускает дымящуюся искру, значит, к нему лучше не подходить – человек на грани. И ничего общего с суицидом. Просто… лучше держаться подальше. В целях сохранения целостности костной структуры, так сказать.

– Привет, – кивнула я друзьям, рухнув на стул. Ребята пришли раньше и прихватили порцию для меня.

Вот что точно должно мне поднять настроение. Я люблю вкусно поесть, никогда не ограничиваю себя диетами или полезным правильным питанием. Впрочем, это совершенно не сказывается на моей фигуре – слишком много сил тратится на пребывание в вечных льдах. Поэтому огненные маги едят гораздо чаще трех раз в день. Мы обязательно перекусываем между основными приемами пищи, кто посильнее – время от времени, а кто послабее – вообще постоянно что-нибудь жует на ходу.

– Соль, ты излучаешь отрицательную энергию. Это дурно сказывается на сливках, – Аар подмигнул мне.

– Не дразнил бы ты ее. У меня-то с выдержкой проблемы, а Соль – чистокровная, – призвал к порядку Нэт.

– А почему тогда Дигорн вчера остался целым и невредимым?

– А потому, – я вклинилась в их беседу, оторвавшись от препарирования яичницы, – что я была в шоковом состоянии от его глупости.

Ребята хотели развить дискуссию на эту тему, но вдруг оба помрачнели.

– Соль, тут такое дело, – быстро заговорил Нэт. – Ты же помнишь, что твое бессознательное тело в лекарский корпус принес Астарт? – и, не дождавшись моего ответа, продолжил: – На руках донес. От самой библиотеки. Ну, то есть через большую часть зданий и галерей. На глазах у изумленной публики. И теперь весь университет уверен, что вы вроде как пара…

– И Астарт и не подтверждает, и не опровергает эти слухи, – вставил Аар.

– Дохлый феникс! – застонала я.

– Это я к чему вспомнил – к нам идет Ильда, они с Астартом вроде как встречались… Хм… некоторое время назад.

– Блеск. – Я бросила приборы в тарелку. Ой, что сейчас будет…

Традиционно аристократы мира Льда образуют не семьи, а брачные союзы. То есть вроде как взаимовыгодное сотрудничество ради денег, титулов, продолжения рода и прочих социально-экономических благ. При этом каждый родитель после появления наследника начинает активно строить свою счастливую личную жизнь, продолжая жить под одной крышей. Это вроде как официальное разрешение обществом на любовников и любовниц. Редко когда брачные союзы становятся полноценными семьями.

Однако каждая ледяная леди мечтает, что ее супруг окажется тем самым, кого она будет любить и кто будет любить ее. А если уж объект твоих желаний сам Астарт ис-Лотиан… которого, к слову сказать, как назло не видно! Короче, сейчас меня будут поливать отборной грязью. И ведь главное, совершенно ни за что!

– Лютого мороза, уважаемые ис-Морн, эльд-Аалтонен, эльд-Лааксо, – елейным голоском поздоровалась Ильда. Ледяная леди явилась защищать свою территорию, как самка пепельных львов.

– Вечного пламени вашему сердцу, прекраснейшая ис-Ниара, – очаровательно улыбнулась я.

У Нэта с Ааром челюсть выпала. В традициях жителей Огненного мира так здороваются с теми, кого собираются убить. Нэт это знал от рождения, а Аару мы успели рассказать какие-то общие вещи о собственной культуре. Друзья поняли, что, если сейчас Ильда перегнет палку, я сорвусь.

– Прекрасная ис-Ниара, простите мою бестактность, но мы должны помочь Сольвейг нагнать пропущенный материал… – мягко заговорил Аар.

– О, я не отниму много времени, – отмахнулась Ильда. – Эльд-Лааксо, я хотела бы уберечь вас от опрометчивых поступков… Я знаю, соблазн велик, но вы должны понимать, что у ис-Лотиана не может быть серьезных отношений с огненной. Он – ледяной аристократ, принадлежит к великой семье и никогда не станет портить кровь рода. Для вашего же блага лучше как можно скорее освободить Астарта от своего общества.

Кажется, у меня глаз задергался. Все, достали.

– Ильда… Я ведь могу называть вас Ильдой, как свою добрую подругу? – Пользуясь замечательным приемом ледяных, ответить я ей не дала. – Искренне верю, что вами движет лишь забота о столь неопытной, в отличие от вас, в любовных делах огненной девушке. Но спешу вас обрадовать, мне ваш обожаемый Астарт даром не нужен.

И в этот момент я поняла, что у нашего камерного спектакля гораздо больше зрителей, чем я рассчитывала.

– Значит, даром не нужен, да? – внимательный взгляд сиреневых глаз Астарта.

– Да! Не нужен! – рявкнула я. – Вон половина женского корпуса на тебя вешается, от мала до велика, выбери кого-нибудь из них! А от меня отстань!

– Эльд-Лааксо, – привычно растягивая слова, с самой вежливо-нейтральной интонацией проговорил Астарт, – вы только что себе подписали приговор.

– Я уже имела удовольствие наблюдать ваше истинное лицо, так что на меня эти угрозы не действуют, – прошипела я.

– Это все, конечно, весьма увлекательно, но, Соль, нам пора на пары. Прошу нас простить, – как всегда, Ааррон разрулил накалившуюся обстановку.

* * *

– Дотерпи до вечера, там выпустишь пар, – негромко произнес Нэт, как только мы вышли за двери.

– Тебе легко говорить, а меня тут считают очередной одноразовой любовницей этого породистого шакала! – Я плевалась бы ядом, если бы могла. – Какая замечательная была жизнь, когда меня, презренную, не замечали! И вот какой толк изображать из себя тихоню?!

– Ну снеси пару башен и расслабься, – равнодушно предложил Аар. – А в оправдание скажешь, что у тебя стресс и шок от домогательств ис-Лотиана определенного характера.

– Эй-эй, не вздумай, – тревожно возразил Нэт, увидев, как загорелись мои глаза. – Помнишь наши планы на ближайшие несколько лет?

– Помню, – мрачно отозвалась я. Мимикрировать под мебель и не привлекать внимания ни к Ааррону, ни к себе. Нужно перетерпеть всего лишь полтора года.

– Есть предложение, подкупающее своей новизной. К демону тренировку. У меня завалялась прекраснейшая бутылочка огненного рома, – сказал Нэт с самым невинным видом.

Я готова была повиснуть у него с визгом на шее! Огненный ром был традиционным алкогольным напитком в моем мире. В мире Железа его попытались воссоздать, отец говорил, что получилось весьма похоже.

– Ах, эльд-Аалтонен, а вы ведь знаете, чем покорить леди, – я картинно захлопала глазками, парни засмеялись.

Сегодня должен был быть скучнейший учебный день – пара теории защиты, пара по теории точных исчислений, пара теории культуры народов иных миров.

На теории защиты рассматривали абсолютные щиты, которые создаются в форме почти полной сферы и закрывают от нападения со всех сторон. Мы с ребятами еще в том году изучили эту технику и в теории, и на практике, поэтому скучали на задней парте. Лектор, ис-Элхорн, как и многие преподаватели, знал, что мы чаще всего на год-полтора опережаем программу по собственной инициативе. Каждый, впрочем, пытался в свое время нас подловить. Обычно это заканчивалось тем, что мы просто демонстрировали на практике то, что преподаватель давал еще только в теории. К тому же чаще всего преподаватели ленились давать поправку на особенности магии Огня, и до многих вещей мне с побратцем приходилось доходить самостоятельно. А когда изучаешь что-то самостоятельно с должной долей азарта, любые сколь угодно скучные навыки прочно оседают в памяти.

Так что мы сидели на задней парте и восстанавливали мои записи по трансформирующемуся ледяному щиту, которые я спалила из-за Астарта. В перерыве, который преподаватели делали в середине пары, Нэт сбежал к очередной пассии, а мы с Ааром жарко заспорили над формулой. Ему придется на практике делать то, о чем я могу рассуждать только в теории, и он всячески пытался упростить процесс.

– Ис-Морн, эльд-Лааксо, позвольте вас отвлечь на мгновение, – нас прервал какой-то ледяной маг, но я даже не повернулась: ко мне ледяные не подходят, значит, это какой-то знакомый Аара.

– М-м-м… Соль, подними голову, это, кажется, к тебе.

Я нехотя оторвалась от бумаги и увидела откровенно хихикающего Аара. Рядом с нами стоял младшекурсник, держал в руках пышный букет и выжидающе смотрел на меня. Кажется, я что-то упустила.

– Я вас внимательно слушаю, – как можно менее злобно улыбнулась я парню.

– Это вам! – торжественно произнес парень, протягивая цветы. Принимать их я не спешила, задумчиво барабаня по столу пальцами.

– И от кого? – осторожный вопрос.

– От ис-Лотиана, конечно!

– Конечно, какие еще могут быть варианты! – Ааррон уже не хихикал, он откровенно ржал.

– Ну, что же вы их держите, несите обратно! – великодушно разрешила я, сделав жест рукой на выход.

Парень удивленно моргнул.

– Как – обратно?

– Ногами, – рявкнула я, краем глаза заметив, как ис-Элхорн наблюдает за нами. Лекцию по-хорошему уже пора было начать, но преподавателю и самому было интересно, чем же закончится это представление.

– Эй, парень, у нас тут вообще-то пара, а ты как-то маловат для нашего курса, – вернувшийся Кеннет просто излучал добродушие. Посыльный растерянно посмотрел на нас и вышел за неимением лучшего решения.

Студенты безмолвствовали. Мы же сели ровно, как самые прилежные ученики, и выжидающе-преданно посмотрели на лектора. Тот усмехнулся и продолжил вещать.